– И я тоже, когда ехала в северную часть острова. И города, растущие из земли тоже ведь похожи на слух, но они действительно существуют. Есть фотографии и тысячи людей, которые клянутся, что видели их своими глазами. Десятки тысяч жителей, что и того страннее, поселились в этих кривых железных городах. Тогда можно прийти к выводу, что, то, что машины оживают и начинают движение по своей воле, тоже истина?
– Мы их не видели, – ответил Райно. – Но если все предыдущие слухи правдивы, то вероятность очень большая. Хотя другой стороны, это так красиво и загадочно! Все это пошло на благо театру. Слухи о пропавших людях сначала оттолкнули от театра зрителей. Но потом эти же слухи создали для театра мистический образ, и люди с удвоенным желанием стали посещать пьесы, – Райно поднялся с места и отправился по ступенькам на сцену. Повернувшись к Вивиан он громким голосом спросил: – Может это сам театр нанял людей, которые выкрали этих бедолаг без курток, чтобы сыскать себе славу?
– Нет!, – также громко крикнула Вивиан со своего места. – Во-первых, это не стоило того, чтобы театр закрывали на три месяца. Во-вторых, это не стоило нервов и сил, которые потратил театр, отстаивая право на продолжение функционирования. В-третьих, если бы театр сам украл людей, их бы попозже отпустили и те бы вернулись обратно. Но с тех пор ни нашелся, ни один из пропавших.
Райно повернулся к Вивиан и стал смотреть со сцены в зал. Хотя сцена и находилась ниже всех сидений, стоя на сцене под огромнейшей крышей, казалось, дотягивающейся до неба, парень чувствовал, что зал устроен так, что все внимание невидымых зрителей направленно к нему одному. Да, Райно никогда не чувствовал себя настолько важным, как сейчас. Это было очень приятное ощущение. Ты даришь зрителем интересные, настоящие и незабываемые эмоции. А они дарят тебе взамен восхищение и столько внимания. Равноценный и удивительный обмен. Он понял, почему Вивиан захотела тут работать. И неожиданно задал и ответил самому себе на вопрос: «А сможет ли она покинуть это место ради него? Навряд-ли». Он постарался тут же забыть и вопрос, и ответ на него.
Райно восхищенно еще раз обвел огромный зал глазами и крикнул со всей силы: – АААААААААААААААААААА!
Он дал выход всем эмоциям, которые скопились в его теле, а потом лег на деревянные подмостки и так и лежал там. Вивиан поднялась к нему и легла рядом. В воздухе до сих пор отражался эхом его крик. Они смотрели на потолок, в который были вделано тысячи лампочек. Лампочки даже не выпирали из потолка, а просто были вровень с потолком. Райно и Вивиан так и лежали, и наслаждались величием залы. Но потом, когда они уже уходили, Райно почувствовал волны мрака, исходившие от гардероба с вещами сгинувших людей.
Глава 4
Мистер Уокер стоял около окна и с неодобрением посматривал на проходящую внизу девушку, держащуюся за руку с каким-то молодым парнем.
– Кто это такой, Ратмире?
– Не знаю, – сказал щуплый и маленький мужчина, затянутый ремнем в области талии. На голове красовались прямые, но все же не послушные волосы. Каждый пучок его волос словно жил своей жизнью и предпочитал расти под своим углом. Было видно, как тот переусердствовал с гелем, пытаясь их присмирить и сделать пробор на две части. Это ему совсем не шло, но его не особо волновали вопросы стиля. Ратмире, а это был он, скорее волновали вопросы того, чтобы показаться старательным и уважаемым. А также его очень сильно волновало то, что о нем думает его босс.
Его босс же был очень толстым дяденькой, в очках ножки, которых расходились в стороны, чтобы обхватить его круглое лицо с двойным, если не тройным, подбородком. На голове красовалась блестящая лысина, лишь по бокам росли короткие, почти полностью седые волосы. Рубашка и брюки были мешковатыми и, но не из-за того, что он не мог позволить себе более хороший гардероб. Как раз с его доходами, он мог позволить себе костюм самого лучшего кроя даже на самом богатом из пяти великих островов Маунт-Трэк. Одежда на нем быстро изнашивалась и приобретала неприятные лоснящиеся потертые области. Она также становилась еще более мешковатой, чем была при покупке. Из-за его широкой шеи он расстегивал самую верхнюю пуговицу елового цвета рубашки и на постоянной основе носил широкий, очень глупо смотрящийся галстук. Галстук был также наполовину расслаблен, чтобы не давить на шею.
Ратмире и его босс находились в просторных апартаментах. Углы кабинета были заняты выпирающими углами стен, это придавало комнате некого стиля. Тот, кто обставлял эту комнату, явно имел хорошие представления о том, что такое стиль и что можно рассматривать как стильное сочетание.
Окно занимало чуть ли не всю стену. Деревянные, утопленные в стене рамы из темного дерева были разделены на три большие части. Эти три части в свою очередь были поделены более тонкими планками рам на более маленькие квадратики. На окнах красовались красные занавески, сейчас раздвинутые и поэтому выглядящие как множество волн. Наверху была красная тесьма высотой сантиметров тридцать, дополняющая красное обрамление окон. Из стен со всех сторон торчали маленькие бра, их ножки углом были направлены к верху. А на самих бра были зеленые чехлы. На потолке красовалась большая люстра с двенадцатью медными крупными загогулинами, тянувшимися во все стороны от люстры.
К стене с окном примыкал диван, раскинувшийся на всю длину стенки, с фиолетовой приятной на вид обивкой и четырьмя подушками, ровнёхонько расставленными на нем. Совсем рядом стоял белый круглый столик на одной ножке, диаметром не более пятьдесяти сантиметров. Рядом стояли три его копии только раза в два меньше по размеру. Видимо, они задумывались как набор стульев к столику побольше. Мистер Уокер всегда садился на диван, седоками же этих стульев были его посетители.
Сбоку от дивана на красной широкой и низкой тумбочке, словно растелившейся лениво на полу, лежал белый большой горшок с каким-то крупным растением. Под всей этой мебелью были два коврика: один лиловый, а другой коричневатый. Один был замысловато настелен на конец другого. И наконец, общую картину дополняли три кресла с пышными обивками: два зеленых и одно красное. Последнее замыкало круг из дивана и кресел. Деревянные ножки кресел деловито расходились в стороны и чем-то напоминали пухлых уверенных дяденек, которые стояли, широко расставив ноги в стороны.
– Ратмире, вы ведь знаете, что наша Вивиан копает под наш же театр?
– Да, сэр. Я доложил вам об этом в своем прошлом докладе.
– Я так полагаю, вы попытались выяснить причины?
– Да, сэр. Попытался, но видимых причин на это нет, сэр. Видимо наша мисс от рождения обладает склонностью к любознательности. Она начала свои изыскания по своей инициативе.
– Думаю, нужно как-то уволить ее из театра. Но коллектив ее любит. Вы должны что-нибудь придумать, Ратмире.
– Уже придумал, сэр!
– Хм, так поскорее расскажите мне, что именно.
– Сэр, в искусственных горах что-то или кто-то не дает путникам проходу, и никто не знает, что это. Кто-бы туда не пошел, не возвращался оттуда. Но зная боевую мощь девушки, скорее всего она, разберется что там и кто там. Скорее всего, после этого она разозлится на нас по возвращению, и сама напишет заявление об уходе. Но проблема в том, что она может и не вернуться.
– Вы понимаете, что на кону благополучие театра? Если театр закроют, столько людей останутся без работы. А главное, мы останемся без нашего любимого театра. Дайте ей поручение и назовите условие. Поставите ее перед выбором: либо она идет туда под предлогом, что она должна связаться с живущим там человеком, либо она увольняется из-за того, что не желает исполнять работу, которую дает ей работодатель. Надеюсь, она все же вернется живой, – он взял платок с маленького белого столика и стал вытирать им свой наморщенный лоб.
Вивиан встала в семь утра, совсем не выспавшись, потому что ночью в конце улице загорелись несколько домов. Это, конечно, привело к тому, что люди стали сильно шуметь и кричать. Немного повалявшись в кровати с открытыми глазами. Ей ничего не оставалось, как одеться и вместе с Райно. Пойти и пополнить ряды зевак, которые собрались напротив горевших домов. Люди в шоке пялились на пожар, в то время как пожарники бегали вокруг и поливали из толстых баков, которые привезли на машинах с механическим заводом. Даже такие были редки в это непростое время. Но это была все-таки столица Радео-Дарк, поэтому тут была служба пожаротушения. Правда она была маленькая, и то и дело вставал вопрос о расформировании службы, потому что пожары случались очень редко. Но все же случались, и как только это происходило, все радовались, что службу не расформировали и продляли срок этой службы. Но из-за постоянных попыток расформирования и уменьшения размеров службы, у них осталось только две машины и три пожарника на весь городок.
Утром, сидя на стройных коричневых стульях за серым, успокаивающим своим цветом глаза столиком, она мазала тосты джемом. На некоторые ложила шматы колбасы. Райно пришел немного попозже и был приятно удивлен их завтраку. Вернее, его завтраку. Она не ела, но все же теперь каждое утро делала ему, пускай и такой весьма несложный, завтрак с тостами и морсом, который покупала неподалеку в магазинчике. Она так давно не готовила. И вообще до этого, когда она еще была нормальной, ей не особо приходилось это делать. Райно был очень благодарен.
– Хэй, ты встала весьма рано после того как этот соседний пожар почти совсем сорвал нашу ночную фиесту!
– Мне поручили выполнить одно задание, – сказала она недовольно.
– Что нужно сделать?
– Пойти на искусственные горы и найти человека по имени сэр Оливер Джонс.
– А кто это такой?
– Неизвестно! И где его искать тоже. Мне придётся узнать.
– Нам!, – перебил ее Райно. – Я тебя одну не отпущу.
Она улыбнулась и спросила немного заигрывающем взглядом: – Так значит, сэр без фамилии, вы волнуетесь за меня?
– Угадала, глупая, – рассмеялся Райно. Его немного рассмешило это ее кинутое «сэр без фамилии». Хотел бы он ей на это что-нибудь ответить, но все так и было… Он не просто, не помнил фамилию – судя по его прошлому, фамилии у него просто не существовало. Он был рад, что хотя бы имеет имя.
– Был бы у меня самолет, – мечтательно произнесла Вивиан.
– Или хотя бы воздушный шар, – тоже размечтался Райно. – Эй, может, заберем у малышни их скейты?, – стал подстрекать ее Райно.
– Ах ты, злодей!, – рассмеялась Вивиан. – Хочешь воспользоваться их слабостью?
– Именно, – обрадовался Райно. – Им будет полезно, если кто-то научит их уму-разуму. Все это в воспитательных целях.
Они помечтали-помечтали, Райно доел и достал свои позолоченные часы на цепочке. Открыв привычным движением крышечку, он протер рукой стекло и буквально через десять минут они тронулись в пути. Райно нес походную сумку через плечо. А Вивиан несла свою сумку у себя внутри, там, где у нормальных людей должен был находиться живот. Она привычно затянула все это дело бинтами, а поверх надела черные джинсы и свитер.
– Эй, а как же кожаные вещички и плащ?
– Хм, чтобы ты пялился на меня? Ни за что!, – отрезала Вивиан. Но все же одела свой любимый плащ, с которым почти никогда не расставалась.
– В этом плаще ты выглядишь как королева!
– Я и есть королева, темная королева!
Райно не мог с этим не согласиться. Он взял ее за руку и не хотел отпускать. Они шли по еще весьма пустынным улочкам города. Сегодня было воскресенье, и люди давали отдых своим телам и умам, копя силы на предстоящую неделю. Поэтому Вивиан была вдвойне недовольна. Она и так вполне неплохо исполняла свои обязанности в обычные дни и работала до обеда даже в субботу. А теперь ее отправили и в воскресенье работать. Туда идти два дня, и если все будет хорошо, и они быстро его найдут, то и обратно идти два дня. Итого пять дней. Да это почти вся рабочая неделя! Если ей даже дадут после этого парочку выходных, то все равно получается в соотношении отдыха и работы.
Солнечный диск плавал над головами и не смел, падать на Землю, а лишь грел ту своими теплыми ручками-лучами. Ветер, как и всегда в этой местности, слегка дул на людей, не сильно и ласково. Они не ускоряли шаг, идя средним темпом, сокращать время не имело смысла. Пришлось бы прикладывать намного больше сил, чем сейчас, а срок в пять дней вполне устраивал ее шефа.
Выйдя за пределы поля, они пошли через красные маковые поля. Красота была неописуемая. На острове Радео-Дарк маки цвели всегда. Впрочем, как и другие растения, которые тоже были всегда в цвету, а деревья всегда покрыты зелеными листьями. Почти весь день на своем пути, шагая по протоптанным дорожкам, они любовались маками. Со временем маков стало меньше, но они все же до сих пор заявляли о своем присутствии совсем не скромно, словно кидая революционные призывы путникам своими красными пятнами, раскиданным по равнине.
Когда маки совсем иссякли на второй день пути, география сменилась. До этого они пошли по равнинам, теперь их окружала совсем невысокая трава сантиметра в два и непротоптанные тропы. С одной стороны очень далеко виднелись небольшие болота, заросшие камышами. Там преобладали полосы жёлто-зелёного цвета. Коричневых цилиндров рогозы с такого расстояния было совсем не разглядеть. С другой стороны, виднелось скопление ферм на северо-востоке. Туда-то они и направились. Расспросить людей было очень важно: ведь тут итак очень мало кто проживал. У кого еще можно было добыть информации, если не у фермеров?
Когда они подошли к фермам, они увидели старого фермера с его пожилой женой. Они встретили их очень гостеприимно и так уговаривали выпить чашечку чая, что те не смогли отказать. Вивиан лишь дотрагивалась губами до стакана. Райно же с удовольствием выпил чай с мятой. И несколько раз просил добавки.
– У вас просто великолепный чай!, – сказал он с восхищением.