Настоящий извращенец 4

Глава 1

Рассвет над Семью Небесами выдался на загляденье.

По всем людским землям народ, глядя на прояснившееся небо, орал от дикого восторга:

– Разбежались тучи! Всё, гроза кончилась!

– Сдал! Выжил, родненький!

– У нас теперь свой заступник есть, теперь-то мы им всем покажем!

***

Возле императорского дворца с неба плавно спустился человек. Лисицын сошёл на землю прямо перед Императором. Его текущий уровень со стороны казался абсолютно нечитаемым – ни ауры, ни давления. Инвалидное кресло, правда, сгорело в труху во время грозы, зато сам парень стоял на своих двоих – от былых ранений не осталось и следа.

Император шагнул навстречу и отвесил глубокий, уважительный поклон:

– Поздравляю, уважаемый Лисицын! Выйти на уровень Владыки – это великий шаг.

За ним синхронно согнулись старуха и мужик:

– Поздравляем, Владыка Лисицын!

Парень вежливо склонил голову в ответ:

– И вам спасибо. Если бы не поддержка людской веры и ваша энергия, еще неизвестно, чем бы всё закончилось.

И он не кривил душой: без подпитки народным молитвенным духом хрен бы он так шустро пробился. Зато теперь его внутренний чугунок полностью сросся с телом – от любого движения воздух вокруг буквально трещал от дурной мощи.

Император с улыбкой отмахнулся:

– Да бросьте! Вы наш, из людей, так кому ещё отдавать эту силу? К тому же вы из Бездны Демонов столько народа вытащили, они до сих пор у нас в Стране Лимонии отъедаются. Народ такую доброту помнит.

Старуха с мужиком дружно закивали.

– Да какая там заслуга, – ухмыльнулся Лисицын. – Мелочи. Я перед вами и вашей страной всё равно в долгу.

Император аж расцвёл. Он-то только и ждал этих слов: не прогадал, отлично вложился! А ведь сила у этого парня и правда была дикая. На испытании Сократа крошил философов налево и направо, в одиночку раскатал шестерых Бессмертных Владыческих уровней и снёс к чертям всю Бездну Философов. А уж теперь, когда он сам стал Владыкой… На что он вообще способен?! От этих мыслей у государя аж дух захватило, но тут в голову стукнула одна забытая деталь. Он замер на месте, а лицо его резко вытянулось.

Старуха тут же заметила эту перемену:

– Ваше Величество, что случилось?

А Император вспомнил. Тогда, у Цыплына, когда демоны пустили на фарш парня по имени Игорь, Лисицын просто взял и оживил пацана с помощью своего Инфернала. Государь тогда еще страшно удивился: надо же, воскрешение! Лисицын еще бросил мельком, что у него Инфернал среднего уровня, но Император тогда не придал этому значения.

Ведь Средние Владыки – это штука капризная. Их силы полны ограничений: то оживить можно только что умершего, то сработать может лишь на слабака, а то и вовсе сила действует раз в сто лет и только на себя. И только сейчас до государя дошло: Лисицын-то тогда ещё даже экзамен не сдал! То есть он освоил Инфернал еще ДО прорыва?!

У Императора аж в голове помутилось. Инфернал – это же уровень Владыки! Как можно цапнуть его на подступах?! Это уже не просто талант, это какая-то дичь! О таком в Семи Небесах никто и никогда не слыхивал. Впрочем, тут же подумал государь, этот псих во время прорыва всю Бездну Демонов в труху разнёс, так что удивляться какому-то Инферналу уже глупо.

– Уважаемый, с вами всё в порядке? – окликнул его Лисицын.

Император очнулся и махнул рукой:

– Да так, засмотрелся… – Он помялся пару секунд, но любопытство взяло верх: – Скажите, а какой у вас Инфернал?

Лисицын почесал затылок:

– Да Исток.

Государь обомлел:

– Чего?!

– Исток, говорю, – повторил Лисицын.

– Вы… вы сейчас не шутите?

Лисицын слегка насупился:

– Да смысл мне вам врать-то? Что-то не так?

– Вы уверены, что это именно тот самый "Исток"?!

– Ну да. А в чём проблема?

– В чём проблема?! – Государь аж задохнулся и перешёл на сиплый шепот: – Да вы вообще соображаете, что значат эти слова?!

Лисицын пожал плечами:

– Название как название. Есть какая-то разница?

– Разница?! Да это же Высший Инфернал! Самый верх!

При этих словах старуха с мужиком аж рты разинули. Они уставились на Лисицына так, будто у того выросла вторая голова. Высший?! Да сколько эпох в Семи Небесах никто не видел Высшего Инфернала?! Со времен первопредка Небожителей – ни единого разу! Это же сказка, легенда, потолок, о котором все мечтают, но никто не может пощупать!

Император глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки, и заговорил медленно, чеканя каждое слово:

– Вот смотрите: Время, Пространство, Разрушение… Это всё простые понятия. А Исток – это сама суть! Это концептуальный уровень! Высшие Инферналы – это силы самих понятий! А понятия – они, блин, абсолютны!

Он подступил ближе к Лисицыну:

– Знаете, почему Небожители столько лет правили всем миром и всех нагибали? Да потому что их первопредок владел Высшим Инферналом под названием "Учение"!

Старуха с мужиком за его спиной слушали, едва дыша.

– Суть его "Учения" была проста: если он так хотел, любой перед ним становился учеником. И никто – слышите, никто! – не мог даже помыслить о сопротивлении! Полное, абсолютное подавление! Каким бы ты ни был крутым Владыкой, перед ним ты просто школяр у доски. Препода надо слушать, орать на него нельзя, сдачи дать не можешь. Если бы тот первопредок не сгинул по неизвестной причине, Небожители до сих пор сидели бы у всех на шее! Вот что такое Высший Инфернал!

– Ничего себе расклад… – пробормотал Лисицын. Он про такие тонкости слышал впервые.

– Исток… – Государь положил тяжелую ладонь ему на плечо. – Вы хоть понимаете, что у вас в руках? У вашей силы вообще нет потолка!

Он на секунду задумался, подбирая слова:

– Я попробую объяснить, как я это понимаю, хотя могу и ошибаться. Исток – это начало всего, сам корень жизни. Разрушение превращает нечто в ничто, Создание делает из ничего нечто. А Исток – это само "Бытие".

Император посмотрел Лисицыну прямо в глаза:

– Вы тогда оживили того пацана, Игоря, вовсе не потому, что ваша сила умеет воскрешать. Просто для вашего Истока этот парень вообще не умирал! Его существование стереть попытались, а ваш Инфернал просто вернул ему само понятие "бытия"!

Лисицын про себя хмыкнул. А государь-то парень просвещенный, вишь как загнул! По двум словечкам целый трактат расписал. Парень сразу вспомнил то мутное, хаотичное место и странные штуковины, похожие на звёзды. Свой Исток он просек, считай, случайно, когда к одному из тех камушков прикоснулся. Ничего сложного, в общем-то. У него ещё и способность "Пыль" в запасе имелась, но рассказывать про неё он не стал – зачем зазря людей пугать?

Императрица отступила на шаг и снова отбила низкий поклон:

– Великое счастье для всего нашего народа, что у нас появился такой человек, как вы, уважаемый Лисицын.

Старуха с мужиком тоже поклонились. Лисицын подхватил государя под локоть, не дав тому согнуться:

– Да ладно вам, бросьте. Вы мне помогли, я в долгу не останусь.

Затем парень почесал затылок и спросил:

– Слушай, государь, а как вообще меряют, насколько ты этот свой Инфернал усвоил?

Император аж поперхнулся и уставился на него с немым изумлением. Он-то думал, что раз уж Лисицын оседлал Высший Инфернал, то в таких базовых вещах шарит как бог.

– Вы… серьезно не знаете? – переспросил он.

Лисицын честно мотнул головой. Силу-то он цапнул, а вот сколько там в граммах и чем её мерять – понятия не имел.

Государь вздохнул, расспрос учинять не стал, а просто крутанул правой ладонью. Над его рукой вспыхнул и завис небольшой золотой колокольчик величиной с яблоко. Он медленно вращался в воздухе, испуская мягкое свечение. На гладких боках виднелись тонкие полоски, похожие на годовые кольца на срезе дерева – все они сходились к верхушке.

– Это моё орудие Владыки, – с нескрываемой гордостью произнёс Император. – Я его целое столетие из людской веры и духа по капле собирал. Когда выковал – сам себе казался самым крутым на свете. А теперь гляжу на вас и понимаю: ерунда всё это.

Лисицын молча разглядывал колокольчик, от которого так и разило густым ароматом благовоний и тяжёлой, плотной силой людских молитв.

– Смотрите, – государь ткнул пальцем в кольца на верхушке. – Это называются узоры Инфернала. Одно полное кольцо – это один процент освоения. Посчитал кольца – и сразу видно, сколько у тебя в багаже.

Лисицын присмотрелся. Девятнадцать колец. И хоть Император старался держать фасон, парень отлично видел: государь этой цифрой искренне гордится.

– Мой путь называется "Власть над сущим", – продолжал тот. – Это сила рулить людскими судьбами, повелевать реками, горами и держать в узде другие народы. – Он усмехнулся: – Ну, насчёт "всех народов" я пока прихвастнул, сил не хватит. Но я к этому иду. Рано или поздно наш народ станет первым на Девяти Небесах.

Лисицын кивнул. Рулить судьбами и повелевать миром – звучало мощно, ничего не скажешь. Неудивительно, что государь на такой силе так высоко взлетел.

– А крутизна этой силы определяется цветом, – продолжал ликвидацию безграмотности Император. Он слегка задел колокольчик пальцем, и золотое ореол вокруг него вспыхнул ярче. – Цветов всего три: белый, фиолетовый и золотой. Белый – самый жидкий, фиолетовый – так себе, средне, а золотой – вершина. У моего колокольчика как раз самый сок, золотой.

Парень уловил в его голосе довольные нотки. Средний уровень, золотой свет и девятнадцать колец – с таким набором в любой из девяти галактик тебя будут по имени-отчеству величать.

Выслушав эту лекцию, Лисицын оглядел сам себя. Орудие Владыки, говорите? Хм… А его-то Котёл Духа полностью сросся с потрохами! Человек и есть Котёл, Котёл и есть человек. Он ведь по науке академика сначала переплавил свои энергетические каналы в Котёл, а потом этот Котёл впечатал прямо в себя. Сделал из собственного тела посуду для Инфернала. Посуды больше нет, теперь само тело – посуда, а сила живет внутри.

Объяснить это словами Лисицын не мог, поэтому просто решил крутануть свой Исток на полную. В ту же секунду его тело стало чернее ночи, а по коже побежали искорки, будто звёздное небо закрутилось во тьме.

Императора, стоявшего рядом, обдало таким морозом, что у него зубы застучали. Его золотой колокольчик на фоне этой непроглядной тьмы мгновенно поблек и стал похож на угасающую свечку.

Но одной тьмой дело не кончилось. По телу Лисицына потекли странные узоры. Зелёные и белые линии сплетались и медленно ползли по коже. Зелёный был сочным и ярким, как первый весенний лист, и от него несло такой дикой жизненной силой, что дух захватывало. А белый… На самом деле там был чёрно-белый орнамент, но поскольку само тело парня стало смоляным, чёрные полосы слились с кожей, и видны остались только белые.

Государь уставился на эти узоры, и лицо его снова перекосило от ужаса. Оба его спутника застыли рядом с открытыми ртами. Все трое смотрели на Лисицына и густо дышали через нос. Потому что это были не просто аккуратные круги на верхушке! Узоры покрывали парня целиком. От макушки до пяток, от кончиков пальцев до плеч, по груди, по спине – живого места не осталось! Густая, сплошная вязка полос в несколько слоёв.

– Это… это что ещё за чешуя?! – заикаясь, выдавил Император.

Лисицын посмотрел на свои руки и пояснил:

– Ну, я сделал орудием собственную тушку. Так что отдельной железяки у меня нет, всё во мне. Включил – и вот.

Сделать орудием собственное тело?! У государя в голове будто предохранители перегорели. Сделать тело сосудом для силы – про этот путь древние мудрецы твердили веками, да только ни у кого ни хрена не вышло! Император сам когда-то мечтал так попробовать, да времени не было – народ резали, надо было срочно пробиваться. К тому же все давно решили, что это тупик и глупая сказка. Ни один дурак не смог. А тут перед ним стоит живой пример.

Лисицын смог! Сделал из тела посуду, засунул туда Инфернал, и теперь сам стал этой силой. До троих владык только сейчас дошло, почему этот калека ещё до сдачи экзамена кромсал всех направо и налево. Да он с самого начала шагал по дороге совсем другого уровня!

– Так вот почему ты сожрал столько народной веры… – пробормотал государь, переходя на "ты". – Твой путь изначально в сотни, в тысячи раз шире, чем у остальных!

Он подошел ближе, всматриваясь в узоры на груди Лисицына, и голос его вдруг сорвался на фальцет:

– Подожди… А они что, у тебя по всему телу?!

Он даже нагнулся, чтобы разглядеть получше:

– От лысины до пяток… Сплошняком! Вообще чистой кожи не осталось! Это сколько же тут колец?!

Неужели сто процентов?! Усвоить Высший Инфернал на все сто?!

Лисицын оглядел свои расписные руки. Сам он в этих процентах не разбирался, поэтому просто пожал плечами:

– Ну, наверное.

Государь отшатнулся, как от чумного:

– Враньё! Этого не может быть!

Старуха с мужиком тоже затрясли головами:

– Не бывает такого!

– Это ещё почему? – удивился Лисицын.

– Да потому что это главный закон Небожителей! – замахал руками Император. – Инфернал – это отражение правил Вселенной. А правила Вселенной сейчас кривые и неполные, значит, и Инфернал не может быть полным! В каждую эпоху Вселенная латает кусочек своих правил, и сила тоже немного растет. Но за всю историю никто и никогда не мог усвоить больше девятнадцати процентов! Это железобетонный потолок!

Он ткнул пальцем в свой золотой колокольчик:

– Мои девятнадцать колец – это предел! Да у самых лютых государей из Небожителей было максимум девятнадцать! Вся элита – что демоны, что зверьё, что боги – все сидят на девятнадцати процентах! Не потому что не хотят дальше, а потому что НЕКУДА! Дорога перекрыта, сверху тупик!

Он снова уставился на узорчатую кожу Лисицына:

– Так что твои сто процентов – это сказки! Я не то чтобы тебе не верю, просто сама Вселенная такого не позволит. Ты же не можешь быть шире, чем весь наш мир!

Услышав этот расклад, Лисицын сразу вспомнил, о чём ему на Земле говорила Правь. Правь тогда четко сказал: чтобы влезть в чин Владыки, надо оседлать свой Инфернал. Понял меньше десяти процентов – ты так, недо-Владыка, ряженый. Освоил от десяти до девтнадцати – вот тогда ты настоящий, серьёзный Владыка. Про то, что выше девятнадцати процентов прыгнуть физически нельзя, та шушера даже не заикалась. Из чего выходило: Правь вполне допускала, что планку в девятнадцать процентов можно пробить.

То ли Правь что-то перепутала, то ли у государя сведения устарели. А может, у Лисицына просто внутренний котел оказался до того ядреным, что ему все эти законы Вселенной – до лампочки.

Покрутив эти мысли и так и эдак, Лисицын не стал спорить, а просто ухмыльнулся:

– Ну, считай меня исключительным случаем. В конце концов, на собственной шкуре орудие ещё никто не ковал – кто его знает, как оно там работает?

Государь посмотрел на него, и угол его рта нервно дернулся. М-да, парень перед ним стоял жуткий. За какую-то секунду Император понял: всё, чем он гордился, всё, ради чего пахал столетиями, рядом с этим калекой – так, пыль на сапогах. Но с другой стороны – да и хрен с ним! Главное, что этот монстр – наш, из людей! Пусть он хоть богов, хоть Небожителей на обед жуёт – пока он за народ стоит, он наша главная опора.

Государь перевёл дух, хмыкнул и глянул на своих спутников:

– Ладно вам рты разевать. Лисицын – наш человек, и чем он сильнее, тем крепче вся Страна Лимония. Радоваться надо! – Он повернулся к Лисицыну: – Ну что, пойдём во дворец? Какие дальше планы, уважаемый?

Лисицын только рот открыл, чтобы ответить, как у него в кармане дико заверещало. Обычная мобила! Жека Минцев перед отлётом всей аудитории такие раздал – сам их склепал из мусора и говна, и надо же, в этом мире эта хреновина тоже работала

Лисицын достал трубу и прижал к уху. Из динамика донесся треск и ошалелый орань:

– Алло! Босс! Слышно меня?! Босс, это Жека Минцев! Нас тут у ворот твоей усадьбы стража затормозила! Можно к тебе прорваться?!

Лисицын аж застыл. Вот уж не думал, что этих двух олухов тоже сюда затянет.

Император, глядя на его вытянувшееся лицо, хлопнул себя по лбу:

– Ах да! Чуть не забыл! Из той карманной малявки, что ты мне всучил, вылезли два парня. Орлы уровня Сократа, лопотали, что они твои кореша. Я смотрю – чинов при них никаких, моща дикая, а раз ты их мне спихнул, значит, не особо-то они тебе и нужны. Ну я и велел страже подержать их за воротами, пока не прояснится.

Лисицын молча закрыл глаза.

***

В это же самое время. Бездна демонов. Страна чернокнижников.

В Гнезде Десяти Тысяч Демонов стоял такой густой аромат жжёного фимиама и паршивого пойла, что хоть топор вешай. Главный демон восседал на резном троне, а перед ним на длинном столе лоснились жирные фрукты и дымились кубки.

Вдруг у дверей рявкнул стражник:

– Ваше Величество! Шестеро Бессмертных Владыческих уровней из Секции Централа прибыли!

Снаружи донеся тяжелый стук железных сапог. В зал один за другим вошли шестеро: впереди выступал непонятный хмырь, за ним цепочкой плелись Владыка Глотатель Звёзд, Владыка Опаляющий, Владыка Планетарный, Владыка Ночной и Владыка Пространственный. Выглядели гости, прямо скажем, неважно – помятые, злые, но спины держали ровно, изображая из себя великих владык.

Они дошли до середины зала и скупо поклонились хозяину:

– Здорово, Главный Демон. Сколько лет, сколько зим.

Хмырь держался сухо, без лишнего почтения.

Главный Демон поднялся с трона и чинно сложил руки:

– Ого, какие люди! Редко в наше гнездо заглядывают сразу шестеро элитных гостей. Проходите, садитесь.

Он кивнул слугам, и те живо притащили шесть резных табуретов. Гости уселись прямо напротив старейшин-чернокнижников.

Главный Демон опустился обратно на трон и без лишних реверансов спросил:

– Какими судьбами? Зачем пришли?

Шестеро переглянулись, и Хмырь взялся говорить за всех:

– Будем кратки. Секция Централа предлагает демонам союз.

В зале на секунду повисла такая тишина, что было слышно, как муха обгаживает светильник. Союз?! Небожители сами пришли просить союза у демонов?! Да это же виданное ли дело! Эти спесивые индюки всегда считали остальные народы своей прислугой, а тут вдруг приперлись кланяться!

Главный Демон прищурился, погладил бороду и не торопясь отпил из кубка:

– Секция Централа всегда нос драла так, что облака задевала. Чтобы вы да за помощью прибежали? Хм… Дайте-ка угадаю. Это вы из-за той круговерти на небесах приперлись, когда парень у людской усадьбы экзамен сдавал?

Хмырь слегка дернул бровью. Не ожидал он, что тот так сразу в лоб выпалит. Но отпираться смысла не было, и он кивнул:

– Из-за этого.

Главный Демон хохотнул:

– Надо же! Великая Секция Централа, первейшие забияки Семи Небес! И что, вас один-единственный человек до мокрых штанов напугал?

Владыка Опаляющий от таких слов аж подскочил, и вокруг него вспыхнуло синее пламя:

– Ты кого напуганным назвал, морда демонская?!

– Опаляющий, сядь! – Хмырь жестко смерил его взглядом.

Тот сжал зубы и со скрежетом опустился обратно.

Хмырь снова повернулся к хозяину:

– Главный Демон, давай без подколок. Мы не струсили, мы просто трезво оцениваем расклад. Этот парень куда опаснее, чем мы думали. Он в одиночку размотал всю Бездну Демонов. Он завалил пятерых наших Владыческих уровней из Пяти Элементов, а потом ещё и в нашу столицу припёрся шороху навести. А теперь он сам сдал экзамен на Владыку! Представляешь, какая там моща? В одиночку Секции Централа его не завалить.

Лицо Главного Философа потемнело:

– То есть вы приперлись, чтобы нас в эту кашу втянуть? Решили нами дыру заткнуть? Нам-то какой резон с этим психом сцепляться? Вы его на прорыве сдержать не смогли, а теперь предлагаете лезть под кулаки?!

– Мы не затыкать вами дыры пришли, – отрезал Ба Чэнь. – Мы предлагаем выжить. Этот человечишка – угроза не только для нас. Забыл, что он с Бездной Демонов сделал? Ваша страна с ними бок о бок сидит. Сегодня он снёс Бездну, а завтра к вам в Гнездо завалится. Неужели сам не соображаешь?

Главный демон промолчал. Соображал, конечно. Какая уж тут радость, когда у соседа хата сгорела, а поджигатель с факелом всё ещё по двору бегает. Но показывать слабину перед Небожителями не хотелось.

– Допустим, парень опасный, – буркнул он. – Но такие союзы за пару минут не стряпаются. Мне подумать надо.

– У нас нет времени на подумать! – нажал хмырь. – Он уже Владыка! Каждая минута играет против нас! Завтра он станет ещё сильнее! Надо бить сейчас! Мы подозреаем, что у него тот самый легендарный ядовитый Кристалл! Вы вообще в курсе про древнее пророчество?!

– Что-о?! – ахнул Главный зверодемон.

Но не успел он расспросить подробнее, как снаружи снова донёсся крик стражи:

– Ваше Величество! Прибыли трое Владыческих уровней из чернокнижников!

В зале опять зашушукались.

Чернокнижники?! Да там же всю Бездну разнесли в дребезги! Откуда ещё трое взялись?!

– Зови, – махнул рукой Главный зверодемон.

Тяжёлые двери отворились, и в зал вошли трое хмурых мужиков. Они дошли до центра и скупо поклонились хозяину.

Главный демон даже с трона вставать не стал, только смерил их подозрительным взглядом:

– Вы еще кто такие, земляки? Откуда вылезли?

– Мы – трое братьев, Владыки из философов, – ответил старший. – Восемьсот тысяч лет назад мы ушли на семь Небес и всё это время сидели в засаде как козырной туз нашей породы. Неудивительно, что ты нас не знаешь. Мы пришли просить союза, чтобы вместе скрутить этих людских выскочек!

В зал будто ведро холодной воды вылили. Разговоры вспыхнули с новой силой. Старейшины-извращенцы переглядывались, не веря своим ушам. Все знали, какая дикая сила была у чернокнижников, а тут оказывается – ещё трое Владыческих уровней в заначке ныкались! Правда, судя по их помятому виду, кроме этой троицы от всей их породы больше ничего и не осталось.

Главный демон поднял руку, призывая зал к порядку, и снова уставился на гостей.

Глава 2

– Выходит, и вы, троица, приперлись сюда из-за того человека?

– Именно.

Главный верховный зверодемон кивнул. Из его горла вырвался хрип, густо замешанный на лютой ненависти.

– Этому гаду давно пора накрыться медным тазом. Наш дом разнес в щебень, родичей перебил под чистую, а всю древнюю культуру пустил по ветру. Демоны такое не прощают. Кровь за кровь! Засекли, как в эти края рванули шестеро бессмертных из числа чернокнижников, ну и пристроились им в хвост. Раз уж господа традиционалисты надумали сбиваться в кучу, то и демонам в этой компании самое место.

Император смерил его долгим взглядом и нехотя буркнул:

– Ладно. Если ударим союзом трех фракций, шанс нагнуть этого типа вырастет в разы.

Верховный демон окинул помятую троицу задумчивым взором, а про себя посчитал: традиционалисты, чернокнижники да местное сословие – и все против одного-единственного человека.

Такой оравы история Семи Небес еще не видывала. Но стоит ли вообще какой-то залетный игрок человеческой породы такой суеты?

Почесав затылок, демон решил сперва выведать, насколько искренни намерения традиционалистов:

– Брат, ты твердишь, будто этот человек лют не по годам. А в чем конкретно его фишка? Вы же с ним махались, вам и карты в руки.

Дипломат замялся и недобро насупился:

– Вся его сила – в том проклятом чугунке.

Он вспомнил тот позорный бой, и его аж передернуло:

– Котел абсолютно черный, а броня у него – хоть ядреной бомбой лупи. Мы вшестером обступили его, даже Меч Карающий применили – а этой посудине хоть бы хны, ни царапинки.

Сидевшие рядом повелители традиционалистов угрюмо закивали, подтверждая каждое слово:

– Да если бы просто не пробили! На нем даже краска не поцарапалась! Сидит себе за этой железякой, а мы колотим по ней как дураки. В итоге сами же от отдачи юшкой утерлись.

Верховный зверодемон насупился:

– Котел, который не берут шесть топовых бойцов вместе с заговоренным клинком – это реально геморрой. Ну а с атакой у него как? Щит щитом, но главное-то – урон. Больно дерется?

Дипломат снова помялся, подбирая слова:

– Да как тебе сказать… Атака у него… ну, так себе. Средненькая. Посудина у него знатная, спорить не буду, а вот сам удар – жиденький. Не будь так, мы бы вшестером оттуда целыми ноги не унесли.

– Вранье и чушь! – вдруг рявкнул верховный демон, да так ошарашил всех присутствующих, что те аж подпрыгнули. Он тыкнул пальцем прямо в нос дипломата: – Ты кому тут уши оттаптываешь? Что значит "жиденький удар"? Он наших пачками с одного маха кладет! Шестерых верховных одним только кулаком в фарш раскатал! С одного удара – наповал! И ты после этого заявляешь, что у него удар средненький?