Настоящий извращенец 4
Глаза зверодемона налились кровью, а из груди вырвался глухой рык.
Переговорщик аж в лице изменился от такой дерзости:
– Да как такое возможно?! Вы просто хилые слишком, вот и весь секрет!
– Хилые?! Это верховные чернокнижники-то хилые?!
– Да наши традиционалисты от одного щелчка копыта не отбрасывают, в отличие от вашей братии!
Демон аж взвился от ярости, наливаясь багровым цветом:
– Ах ты!..
– Хорош орать!
Голос главного демона гулким эхом раскатился под сводами, а тяжелая аура, давившая с трона, мигом заставила всех приткнуть фонтаны.
Он посмотрел сначала на одного смутьяна, потом на переговорщика и досадно качнул головой:
– Тоже мне, воители! Одни раньше всем заправляли, у других сила дуром прет, а теперь оба испугались какого-то человека и прибежали ко мне в палаты глотки драть. Не стыдно? Это обитель демонов! Будьте добры уважать наши порядки и не устраивать тут базар!
Переговорщик плюхнулся обратно на место. Главный демон тоже уселся, пыхтя от обиды. Оба замолкли, но продолжали буравить друг друга лютыми взглядами – уступать никто не собирался.
В зале повисла тяжелая тишина.
Главный зверодемон уже набрал воздуха в грудь, чтобы продолжить, но его перебил посторонний голос:
– Владыка, у моего потомка есть что сказать.
Все присутствующие разом повернули головы. Подал голос девятиголовый монстр, отсиживавшийся под боком у главного философа.
– Ну говори, коли не шутишь… – кивнул главный.
Девятиголовый шикнул в сторону дверей:
– Заползай!
Из темноты коридора, скребя когтями по плитам, вползла здоровенная туша. Восемь голов на длинных шеях, чешуя темно-синяя, переливается, а дух от нее идет аккурат уровня Духа.
Обычный змей Ямата-но Орочи с далекой Земли.
Местные демоны аж рты разинули от изумления:
– Уровень Духа? Это что еще за недоразумение?
Старейшины скривились так, будто сожрали по лимону, и с откровенным презрением уставились на восьмиголовую тварь.
Один из старейшин не выдержал и брезгливо выплюнул:
– Это еще что за чучело? Твой потомок, говоришь? Да у него же урон смешной, едва уровень Духа наскреб!
Ямата-но Орочи прижал все восемь голов к полу и жалобно зашипел. Возразить он не смел – любой из присутствующих мог размазать его по стене одним щелчком пальцев.
Девятиголовый змей смерил собрание долгим взглядом и неспешно пояснил:
– Этот мелкий приперся из тех же краев, что и тот человек.
В зале моментально стало тихо, хоть мух лови. Из тех же краев? Разве люди живут не на Семи Небесах?
Главный демон подался вперед, проявляя любопытство:
– Из тех же краев? Это где ж такая глушь?
Орочи поднял среднюю голову и, запинаясь от страха, просипел:
– Земля… Захудалая планета, энергии кот наплакал, кругом одни смертные. Там… там вообще никаких серьезных мастеров никогда не водилось, даже энергия толком не пробудилась.
Главный демон насупился:
– Энергия не пробудилась? И из такой дыры вылез этот монстр?
Орочи заторопился, боясь, что его перебьют:
– Этого типа зовут Лисицын. У нас на деревне он, конечно, считался первым парнем, авторитетом был. Но чтоб прямо непобедимым – да боже упаси, ничего сверхъестественного! Как мы вообще очутились в этих краях – ума не приложу. Я к чему клоню-то… Корней у него нет! Наш людской род от силы десяток тысяч лет как от горшка два вершка отрос. Всего десять тысяч лет! Откуда там взяться нормальной базе или нормальным ресурсам? Всё на соплях держится!
Зал снова погрузился в молчание, переваривая услышанное.
– Хочешь сказать, он сопляком от сохи до уровня Владыка дослужился всего за каких-то десять тысяч лет? Ты ничего не путаешь, змей?
Орочи закивал всеми шестью уцелевшими головами так усердно, что едва не запутался в собственных шеях.
Главный зверодемон помолчал, а потом вдруг хмыкнул и расплылся в довольной ухмылке:
– Надо же, за десять тысяч лет умудрился дорасти до Владыки! Шустрый малый! Да только кишка у него тонка против нас! Все знают: молодых Владыческих сущностей в природе не бывает, пупок развяжется. Понятное дело, парень талантливый, раз так рано выскочил. Но десять тысяч лет выдержки – это же смех один! Детский сад, штаны на лямках. У нас тут у любого рода за плечами миллионы лет истории и накопленного добра! Выходит, тот человек, перед которым вы тут от страха в штаны прудите – обычный выскочка без роду и племени!
Восьмиглавый гад забился в самый глухой угол философского дворца и послушно прижал все башки к каменным плитам.
С виду – тише воды, ниже травы, а внутри у него бушевал настоящий ураган из воспоминаний. Как сейчас помнил, как его затянуло в эту заваруху. В тот день он грохнулся прямо посреди голого пустыря. Шкура в клочьях, чешуя местами с мясом выдрана, кругом кровь и грязь. А вокруг уже сжимали кольцо местные твари, и от каждой прело такой дуриной, что хоть сразу под себя ходи. Змей уже попрощался с жизнью и приготвился помирать, как вдруг с небес свалилась девятиглавая туша – точная копия его самого, только покрупнее да намасленнее.
Девятиглавый уставился на него, и из его глаз брызнули слезы величиной с кулак:
– Кровь от крови моей… Единственный потомочек!
Ямата-но Орочи тогда аж все восемь пастей разинул. Какой еще потомок? Откуда у него в этой глухомани родня? Впрочем, сориентировался он мгновенно. Все восемь голов в один голос запричитали: "Дедушка-а-а!", да так душевно, что девятиглавый зарыдал еще пуще.
Уже потом выяснилось, что этот девятиглавый – главный козырь во всем сословии, ручной генерал при самом верховном философе. Силы – уровня Владыки, авторитет – страшное дело, любой местный при встрече чуть ли не на брюхе ползает.
Змей сперва и понятия не имел, что за уровень такой, пока предлог подробно, без дураков все не разжевал. От тех объяснений у восьмиглавого поджилки сразу и затряслись: до такого уровня ему в жизни не дослужиться. Для таких монстров обычный мастер пика уровня Дух – просто козявка под ногтем.
Но змею фартануло. Новость про отыскавшегося наследника разлетелась мгновенно, и к нему тут же косяком повалила всякая козырная шелупонь – заискивать да ублажать. Девятиглавый в роднуле души не чаял. Змей же, не будь дураком, наплел ему про свои мытарства на Земле: как его, беднягу, обижали, как били и в каких лишеньях он жил. Врал и хлюпал носом, а все восемь голов рыдали хором – картина выходила с ног сшибательная.
Девятиглавый от таких рассказов распалился, закрутил головами и поклялся, что уж теперь-то озолотит кровинушку и сделает его самым уважаемым барчуком во всей округе. Выделил ему целые палаты и подогнал десятка полтора охранников пика уровня Дух. Кормили на убой, ублажали как могли, и даже солидные дядьки уровня Сократ при встрече кланялись и уважительно звали "молодым господином".
Вот тогда-то змея и понесло. Он решил, что настала пора прижать того человека к ногтю и заставить за все ответить. Достал из загашника портрет – набросал по памяти морду младшего брата Лисицына. Вышло кривовато, но узнать при желании можно. Девятиглавый мазнул взглядом по мазне и небрежно кинул шестеркам: "Ройте!".
Для авторитета уровня Владыки с его связями по всем Девяти Небесам найти человека – тьфу, пара пустяков. Чего змей никак не ожидал, так это первых же вестей. Тот тип сам выскочил на уровень Владыка! Встал в один ряд с его предком! Судя по донесениям разведки, с картинки сходился один в один.
У Ямата-но Орочи от такой новости все восемь морд вытянулись. Уровень Владыка?! Этот гад дослужился до Владыки?! Он вспомнил, как на Земле Лисицын одним махом отрубил ему голову. Змей тогда посчитал это лютым позором и затаил обиду. Ему казалось, что разница между ними не так уж велика, и с помощью предка он рано или поздно с ним расправится. И вот теперь выяснилось, что пропасть между ними – размером с небо, и хрен ты ее когда перепрыгнешь.
Но страха не было. Змей успел вкусить сладкой жизни: подмял под себя кучу народа, привык, что его каждый день величают "молодым господином", и совсем потерял берега. Ему казалось, что этот Лисицын – так, недоразумение. Его-то дед – уровня Владыка! А Лисицын если и дослужился до Владыки, то наверняка липовый, из свежевыскочивших. Чего ему бояться? Да ничего!
Злость только разгоралась. Такое не прощают. Раньше сил не хватало, зато теперь, когда за спиной стоит такая крыша, он выбьет из обидчика все долги с процентами. И надо же такому случиться: этого типа как раз собрались потрошить сообща – и традиционалисты, и демоны, и местная элита. Проведав про такой расклад, змей едва с катушек не съехал от восторга. Он лично попросил деда дать ему высказаться перед всей почтенной публикой и выложить про Лисицына всю подноготную.
Девятиголовый возражать не стал. И вот теперь змей лежит в углу Зала Тысячи демонов и с наслаждением наблюдает, как великие и важные владыки цапаются между собой.
Тем временем главный зверодемон опустился обратно на трон. В башке у него крутился целик из фактов, и он пытливо смерил взглядом троицу верховных философов:
– Выходит, вы своими глазами видели, как тот тип с пары кулаков уложил шестерых ваших верховных, а вы трое от страха дали драпака?
Верховный демон скривился как от зубной боли, но упрямо кивнул:
– Все так.
Главный перевел взгляд:
– А котел вы видели? Тот самый черный котел, про который болтают традиционалисты, будто он держит удар шести великих да еще и заговоренного меча?
Верховный чернокнижник на мгновение задумался и качнул головой:
– Нет. Никакого котла у него не было. Он работал исключительно кулаками.
Главный повернулся к шестерке традиционалистических повелителей:
– Ну а вы? Твердите, будто у его посудины броня небывалая, и вы вшестером с Карающим Мечом даже царапины не оставили. А с атакой-то что? Кто-нибудь из вас лично видел, чтобы он уложил кого-то с одного удара?
Переговорщик изменился в лице:
– Он бил по нашим бойцам уровнем пониже. Но по настоящим повелителям – нет.
Главный философ вдруг хохотнул:
– Ну и ну! Картина маслом! Чернокнижники визжат от его удара, но в глаза не видали его защиты. Традиционалисты восхищаются его броней, но понятия не имеют про урон. Один и тот же человек, а сказки вы про него рассказываете абсолютно разные!
И те, и другие разом посерели. До них, кажется, начал доходить прозрачный намек.
– Ты к чему клонишь, демон? – понизив голос, спросил Переговорщик.
Главный звердемон не стал отвечать сразу. Он неторопливо поднялся с трона, сделал пару шагов по залу, остановился и окинул всех тяжелым взглядом:
– Я вот что хочу у вас спросить. Почему за все эти годы на Семи Небесах не появилось ни одного мастера уровня древних предков? Мы что, учиться перестали? Или стараемся плохо?
Он сделал паузу и сам себе ответил:
– Нет. Просто законы этого мира установили потолок. Выше головы не прыгнешь, хоть лопни. И этот предел – уровень Владыки. Даже великие предки в древности держали всех в страхе только за счет особых умений.
В зале установилась гробовая тишина. Возразить было нечего – пробить этот потолок и выйти на реальный уровень Владыка не удавалось еще никому. Это знали все на Семи Небесах: закон железобетонный, и обходить его пока никто не научился.
– А стало быть, и тот кадр, с которым вы сцепились, на подобное способен быть не может! – чеканя каждое слово, отрезал главный философ. – Голос у него гремел так, что с лепнины под потолком сыпалась каменная крошка. – Он же был один-одинёшенек, да еще и под небесной раздачей в момент Перерождения! Чем бы он вас давил? Инферналом? Да кто ж в здравом уме Инфернал во время такой встряски усваивает?! Выходит, чистая липа: не мог он в одиночку уложить шестерых наших верховных, заставить бежать троих да еще и сдержать в лоб совместный залп шести ваших повелителей вместе с заговоренным мечом.
Он сделала паузу и обвел зал хищным взглядом.
– Если только… он работал не один.
В палатах сделалось так тихо, что слышно было, как где-то в углу от страха скребет когтями о мрамор восьмиглавый змей. Народец переваривал услышанное.
Переговорщик прищурился, в его башке со свистом прокручивались сотни раскладов:
– Главный демон, ты хочешь сказать…
– А то и хочу! – главный мотнул головой. – Люди, небожители и древние духи давно сообразили на троих и сговорились за нашей спиной!
Он поднял вверх один палец:
– Нашим верховным на пути попался не просто один дерзкий тип. В тени за ним пряталась вся эта братия. Ни для кого не секрет, что эти с людьми – вась-вась, а с нами у них давняя любовная чесотка. Древние духи давно искали повод нас прижать. Людишки же понимают, что против нас в одиночку не потянут, вот и скооперировались. А первыми под раздачу пустили нас с вами. И знаете почему? Да потому что про демонов в мире идет слава как про самых лютых бестий! Нас умыть кровью – любое сословие только спасибо скажет, никто и слова против не пикнет!
Троица верховных чернокнижников аж зубами заскрипела от обиды за такое определение собственного брата, но рот раскрывать не рискнула – чай, не у себя дома, а в гостях у главного.
Переговорщик сжал кулаки так, что суставы треснули. Верить в подобный расклад не хотелось, но аргументы крыть было ровным счетом нечем.
– Вы, трое! – главный повернулся к сбежавшим верховным. – Твердите, будто своими глазами видели, как тот тип один за другим уделал шестерых ваших. А вы не думали, что тех бедолаг еще до его главного удара тупо связывали по рукам и ногам? Сидели в кустах их умельцы да накидывали тайные путы, чтоб ваши парняги даже шевельнуться не могли! А потом вышел этот человек и чисто для показухи прописал каждому по разу в душу. Типа он один такой герой, хотя всю черновую работу за него сделала чужая крыша! А вас троих почему живыми отпустили, а?
Он уставился на них в упор.
– Да потому что им нужны были живые языки! Им требовалось, чтобы вы на весь свет растрепали, будто у людей вылупился невиданный самородок силы уровня Владыка! А когда вы дали дёру, они спокойненько добили пленников.
Трое верховных философов с лица спали, став белее мела. До них только сейчас дошло, как глупо они попались. Срулили-то они без оглядки, от страха пятки салом смазав! Самого момента убоя они не разглядели – увидели только, как парень машет кулаками, и дали драпака. А уж держал кто их товарищей за шиворот в этот момент или нет – поди теперь проверь!
– Теперь про вашу братию, – главный повернул голову к Ба Чэньсяню. – Орете на всех углах, будто вшестером вместе с заговоренным мечом не смогли расковырять тот черный котел. А вы уверены, что эта посудина вообще принадлежит тому парню?
Переговорщик аж поперхнулся:
– Это еще как понимать?
– А так! – отрезал главный философ. – Вы хоть на секунду допускали, что тот котел – вовсе не оружие уровней Владыки? И вообще… не котел?!
– Чего?!
– То-то и оно! Вы же сами потом чесали затылки, что не почувствовали от этой железяки никакой нормальной энергии. А ведь небожители – первые мастера по части глухой обороны. Если кто-то из их верхушки свернулся в бараний рог и прикинулся котлом – вы бы хрен его раскусили! У них же тело – ни то ни сё, полуживое, полужелезное. Свернется такой умелец в кувшин – да вы в жизни от обычной посудины не отличите!
– Где у вас махач-то был? – продолжал нажимать главный.
– В наших родовых землях!
– Вот именно! В святая святых! Заявись туда любой чужой мастер – вы бы его за версту унюхали. А вот если он зашел вместе с этим парнем под видом чугунного казначейского котла – тут уж извиняйте! Убить они вас в вашем же логове не могли, вот и выставили перед собой непробиваемую тушу под видом супер-артефакта!
Голос главного звучал спокойно, но каждое слово падало на мозги шестерых традиционалистов тяжелым булыжником.
– Всё сходится! – подвел итог главный. – Небожители держат оборону и вяжут по рукам, древние духи дают скорость, а людишки – народец хитрый да ушлый – пользуются моментом и наносят решающий удар! Идеальная командная работа! А вы и уши развесили.
В зале снова потонула тишина. И шестерка традиционалистов, и троица философов сидели с мрачными физиономиями. Главный озвучил самый паршивый сценарий, от которого поджимало жилки: против них воюет не один наглый выскочка, а целая банда из трех сословий.
Переговорщик долго молчал, переваривая мысль, а потом выдавил:
– Выходит, главный философ, нас просто развели как последних лохов?
– Не развели, а грамотно сработало чужое командование, – поправил его главный. – Он намеренно разыграл перед вами спектакль непобедимого монстра. Чтобы вы наложили в штаны, потеряли голову и начали суетиться. Это была банальная человеческая растяжка!
– И что делать будем? – насупился Ба Чэньсянь.
– А раз мы раскусили их затею, то и бояться больше нечего, – главком ухмыльнулся. – План у них хоть и хитрый, да с дырами. Во-первых, раз они пустились на такие фокусы, значит, в открытом бою мы их переедем и не заметим. А во-вторых, этот союз из трех сословий долго не протянет. У каждого свои шкурные интересы, и дружить вечно они не смогут. Нам надо просто нащупать гнилое место и врезать туда со всей дури.
Переговорщик кивнул:
– Дело говоришь. Мы сперва струхнули, но теперь, когда все встало на свои места, мандраж прошел.
Трое верховных чернокнижников тоже закивали:
– И то правда! На поле боя такой трэш творился, что мы только о спасении шкуры и думали, некогда было аналитикой заниматься. А ведь и правда – нестыковок выше крыши!
Главный зверодемон хохотнул, довольный произведенным эффектом:
– Ну вот и ладушки! Раз соплями больше никто не исходит, давайте думать, как мы их потрошить будем. Только сразу уясните: львиная доля куша после победы отходит нашему брату!
– Идет, – угрюмо согласился переговорщик.
***
Во дворец к самому Владыке навалил народ. Гости гуляли на широкую ногу: туда-сюда снували слуги с подносами, трещали жареные поросята, рекой лилось хмельное, а из главного зала доносились пьяные крики и звон кубков. Шутка ли – в человеческом сословии вылупился новый козырь уровня Владыка! Такое событие грех не обмыть.
В этот самый момент Ванюша с Жекой Минцевым только-только выгребли с площади в боковой коридор, где их уже поджидал Лисицын.
– Братан… – Жека всхлипнул, потирая покрасневшие глаза. – А мы уж грешным делом подумали, что ты всё… сковырнулся.
– Ага, – подхватил Ванюша, сжимая кулаки. – Нас же с Земли затянуло прямо к демонам. Две недели по буеракам шкерились, чуть на закуску местным тварям не пошли. А потом нас сцапал один хрен уровня Владыка. Наслюнил лапы, зубы скалит – собрался сожрать живьем. Мы уже прощальные молитвы вспомнили, как вдруг с неба как зафигачит – и от того типа только кучка пепла осталась! Тут же подскочили шестерки Владыки и приставили нас сюда. Сказали, ты нас вытащил.
Лисицын смерил их строгим взглядом:
– Вы-то сами как здесь оказались?
Ребята переглянулись, переступая с ноги на ногу.
– Да как… Ты когда на Фудзияму поднялся, в небе над горой крутанулась дурная воронка. Всех, у кого развитие было от уровня Основание и выше, затянуло без разбору – считай, весь наш класс! Нас двое рядом упало, а остальные рассеялись кто куда. Мы у философов сидели как мыши под веником, боясь нос высунуть, так что вообще не в курсе, что кругом творится.
Лисицын нахмурился. Выходит, затянуло не только Ладу Вех с Мицуки, но и Ванюшу с Жекой. А где тогда Власюк, Елена Ненашева, Чеслав Лейкин? Где пацаны с уровнем Кристалл?
Ванюша с Жекой отыскались, девчонки тоже вроде пристроены, а остальную группу куда разметало?
Он не стал разводить сырость, а просто выпустил наружу душевное чутье. Энергия моментально накрыла все земли человеческого сословия: каждый закоулок, каждую подворотню, каждый пригородный полустанок. Прочесал раз, прочесал два – ноль. Одногрупников поблизости не просматривалось.
"Если их нет в человеческих землях – дело дрянь", – подумал Лисицын. Вселенная Семи Небес огромная, икать замучиешься.
Он уже собрался запустить чутье дальше, как вдруг замер. В самом царском дворце, прямо под боком у верховного Владыки, мелькнула до боли знакомая аура.
Ванюша, видя, что кореш завис, несмело подал голос:
– Братан, ты чего застыл? О чем думаешь?
Лисицын свернул чутье и коснулся его плеча:
– Забудь. Давайте дуйте спать, завтра перетрем. Здесь вас никто не тронет, место надежное.
Пацаны кивнули. Ванюша сделал пару шагов к выходу, но замялся, обернулся и нагнулся к Лисицыну:
– Слышь, братан… А ты что, реально теперь до уровня Владыка дослужился?
– Угу, – коротко буркнул Лисицын.
– М-да… Если захочешь, тебя же завтра и на повышение пропихнуть могут!
Уходя по коридору, пацаны еще долго шептались, пересказывая друг другу понты и байки про Лисицына.
А сам Лисицын развернулся и пошагал прямо в пиршественный зал. Там гудело вовсю. Владыка восседал во главе стола, а по правую и левую руку расположилась вся свита. Особо выделялся один мужик средних лет: серебряная броня блестит, на поясе тяжелый меч, морда кирпичом, а взгляд – хоть сейчас на плакат. За его спиной примостились две жути: черные как смоль твари с тигриными мордами, львиными гривами и золочеными глазами. Две штуки Правь.
Владыка поднял кубок с хмельным и салютовал мужику:
– А, Повелитель Востока! Вовремя заглянул, я как раз про тебя вспоминал.
Тот тоже поднял кубок, пригубил и аккуратно поставил на стол:
– Я по дороге слыхал… Поздравляю человеческое сословие с новым Владыкой! Еще один богатырь на страже границ – это дело хорошее.
– К слову о границах, – подался вперед Владыка. – Что там у бессмертных слышно?
Повелитель Востока мгновенно подтянулся, и веселье с его лица как рукой сняло:
– Как раз хотел доложить. Все двенадцать военных крепостей на восточных рубежах пустые стоят.
Владыка прищурился:
– Как я и думал!
– Так ты уже в курсе? Я лично проверял – ни души! Солдаты снялись с позиций и свалили, даже мусор за собой убрали.
– Само собой, свалили! У нас такой орел вылупился, вот бессмертные и наложили в штаны от страха!
Повелитель Востока заулыбался:
– Поздравляю тебя, Владыка! Серьезный шаг вперед.
– Да это не моя заслуга, – отмахнулся тот.
– В смысле?
– Да вон он сам идет, новый наш козырь!
В зал вошел Лисицын. Окинул присутствующих ленивым взглядом и зацепился за Повелителя Востока.
"Первый царь?! – ёкнуло у него внутри. – Да ну, бред какой-то… Не может быть! Но почему рожа – один в один?! Неужто…"
Владыка поднялся с места и подманил его рукой:
– А ну-ка, Лисицын, иди сюда, познакомишься. Это Повелитель Востока. Наш главный щит на восточных рубежах, держит границу на замке. Заскочил доложиться, вот я его за стол и усадил.
А потом повернулся к генералу:
– А это – наш новоиспеченный Владыка, Лисицын.
Повелитель востока встал и чинно поклонился:
– Пренаслышан про твои подвиги.
Никакого лебезения или фальши в голосе не было – обычное уважение сильного к сильному.
Лисицын тоже сжал кулак в ладони и коротко кивнул:
– И тебе не болеть.
У самого же из головы не выходило: черты лица, осанка, взгляд – вылитый Первый царь! Каким боком этот тип с ним связан?
Тут Лисицын вспомнил имя: Фамилия Кин… Неужто потомок того самого Кин Вуди, который в древности придумал использовать энергетические каналы как инструмент, а тело – как оружие? Совпадение? Он задавил сомнения и сделал кирпичное лицо. Потом перевел взгляд на двух зверей Правь за спиной генерала.
Один из них лупился на Лисицына круглыми золотыми глазами, в которых читался дикий шок и сумятица. Второй, постарше да поматерее, сидел с каменным видом, но тоже не спускал с него глаз.
Лисицын сразу узнал выпученного – именно эта тварь сидела в печати под Запретным городом на Земле! И знакомый запашок, который он уловил пару минут назад, шел именно от нее. Похоже, с Повелителем Востока они корешились уже давно.
"Ладно, потом поспрашиваю", – решил Лисицын.
Владыка указал на свободное место, предлагая присесть. Повелитель Востока поднял кубок:
– За то, что в нашем полку прибыло! За людскую силу!
Они звякнули кубками и осушили их до дна. Повелитель Востока быстро укротил свое любопытство – чувак явно знал, где и о чем можно трепаться, а где надо держать язык за зубами. После пары тостов и нескольких смен блюд разговор съехал на военную тему. Владыка с Повелителем начали перебирать карты, к ним подключилась пожилая женщина и мужик из свиты.
Лисицыну эта канцелярия была до лампочки. Он просто сидел и с иронией наблюдал за тварью Правь, которая никак не могла прийти в себя.
Поздно ночью пирушка затихла. Лисицын ушел к себе в отведенные палаты, прикрыл дверь и прилег. Вдруг за окном послышался легкий шорох. В темноте мелькнула тень, и на подоконник с тихим стуком выпрыгнула та самая тварь Правь с Земли. Золотые глаза светились в темноте как уличные фонари.