Макс взглянул на навес. Стук дождевых капель стал тише, но на улице всё равно было серо, и в воздухе висела водяная пыль.
– Готовы к встрече со стихиями? – спросил Макс.
– Нет, – буркнул Крепыш.
– Конечно! – одновременно с таксом сказала Гизмо.
– Тогда пошли! – скомандовал Макс.
Дождь был уже не таким сильным – не ливень, а лёгкая морось: гроза подходила к концу. Тем не менее воздух будто отяжелел и покрыл шкуры собак влажным покрывалом.
Парковка с северной стороны торгового центра была не такая большая, как та, которую они пересекали накануне. Опустив головы, три собаки торопливо шлёпали по лужам через пустую парковочную площадку.
Спустя некоторое время они добрались до главной улицы и свернули влево, как говорил им Грендель. Ветви деревьев образовывали полог над дорогой, идущей на запад. Вскоре Макс понял, что она возвышается над землёй наподобие моста.
На вершине подъёма три собаки остановились, чтобы отдышаться. Воздух был влажный и душный, двигаться с каждым шагом становилось всё труднее, дышать – тяжелее. Макс устремил взгляд вперёд и увидел, что природа и тут взяла своё – заступила им дорогу, как и на пути с пляжа до торгового центра.
По обеим сторонам эстакады высились толстые стволы деревьев, которые росли в воде, покрытой тонкими пластинками листьев водяных лилий и плавучими водорослями.
Сама дорога заросла высокой сорной травой. Лозы дикого винограда взбирались вверх по стволам деревьев и опутывали металлические барьерные ограждения дороги. С ветвей свисали и, будто рваные одеяла, колыхались на ветру похожие на привидения клочья густого серо-зелёного лишайника.
Тут было, конечно, не так темно, как в лесу, однако на всём лежал какой-то странный зеленоватый оттенок, отчего вся дорога впереди имела фантастический вид. Среди деревьев раздавались крики незнакомых животных, снизу донёсся всплеск, будто что-то или кто-то плюхнулся в воду.
Макс собирался спросить Крепыша и Гизмо, готовы ли они продолжать путь, как вдруг с ближайшего к ним дерева донеслось громкое шуршание.
Крепыш быстро спрятался за Максом.
– Назад, Гизмо! – шепнул он. – Ты разве не слышала?
Ветки шелохнулись, в просвете листвы мелькнул серый мех. Не отрывая взгляда от дерева, Гизмо медленно попятилась, обогнула задние лапы Макса и присоединилась к Крепышу.
– Что там, Макс? – спросила она.
– Я не знаю, – тихо ответил пёс.
Листья задрожали, царапнули по ветвям когти, ветки и свисающий лишайник раздвинулись, на собак уставилась дюжина жёлтых глаз.
– Чудовище! – взвизгнул Крепыш. – Теперь оно на дереве!
Глава 6
Древесные жители
Звери – кто бы они ни были – зашипели и зарычали, Макс сделал шаг назад.
– Оно нас съе-е-ест! – подвывал Крепыш.
Такс в панике зигзагом кинулся на противоположную сторону покрытой трещинами дороги. Оказавшись на бетонном тротуаре, он стал в отчаянии кружиться на месте.
Инстинкт подсказывал Максу, что ему тоже нужно спасаться бегством, однако пёс вспомнил последние несколько раз, когда он думал, что за ними гонятся какие-то страшные звери или чудовища.
Вместо того чтобы бежать, Макс намеренно сделал шаг вперёд. Моросящий дождь застилал глаза и вынуждал моргать, однако пёс сумел разглядеть, что дюжина жёлтых глаз принадлежит шести разным маленьким мордам. И смотрели они не убийственно-страшными взглядами, как описывали чудовищ животные с пляжа, и это, безусловно, не был ледяной взгляд Дольфа или его волков, которые в любом случае не могли забраться на дерево.
– Не подходи близко! – взвыл Крепыш. – Нам нужно бежать!
Макс двинулся вперёд, полог ветвей защитил его от дождя, и он наконец смог чётче разглядеть, кто там сидит на дереве.
Эти звери напоминали гигантских крыс со всклокоченным серым мехом. Одна была крупнее Гизмо и Крепыша, но остальные пять – явно моложе и мельче. Они висели вниз головой, уцепившись за поросшую лишайником ветку толстыми лысыми розовыми хвостами. Странные создания смотрели на Макса глазами-бусинками, навострив закруглённые уши.
Довольно долго Макс и шесть неизвестных зверьков молча разглядывали друг друга. Потом за спиной пса раздался громкий глухой стук. Лабрадор развернулся и увидел, что это Крепыш врезался головой в ограждение. Такс смутился и сел на кустик сорной травы.
– Крепыш! – пролаяла Гизмо, подбежала к таксу, обнюхала и стала заботливо лизать его лоб.
Самое мелкое крысоподобное создание захихикало, подняло крошечную переднюю лапку и прикрыло морду, но не могло остановиться. Вскоре смеялись уже все пятеро малышей.
– Ты видел это, папа? – пропищал один из них и указал лапкой на Крепыша. – Этот пёс ударился головой о загородку! Разве это не глупо?
– Это было смешно! – заверещала самая маленькая из зверюшек. – Он кружился, кружился, кружился, а потом – бабах! – и треснулся головой! – И она ударила себя лапкой по лбу.
Маленькие крысята разразились хохотом, только их папа сохранял невозмутимость.
– Эй, это не смешно! – пролаял Крепыш с другой стороны дороги. – Сначала пугаете зверей, а потом смеётесь над ними. Так нечестно.
Гизмо тоже захихикала. Крепыш сердито глянул на йорки – та смущённо опустила голову и сказала:
– Ну, это было немного смешно, но только если ты не поранился!
Крупная крыса зарычала, и Макс присмотрелся к ней внимательнее. Малыши выглядели достаточно безобидными, но, если этот зверь решит атаковать Крепыша или Гизмо, могут возникнуть проблемы. У него было толстое брюхо, длинные усы торчали из густо покрытой шрамами морды, как металлическая проволока. Часть левого уха оторвана, челюсти плотно сжаты, но Макс видел маленькие острые зубки во рту у малышей. Можно себе представить, насколько больше размером клыки во рту у животного, которое, судя по всему, не раз участвовало в драках.
– Простите моего друга, – заговорил Макс, указав на Крепыша. – Мы наслушались историй о чудовищах, которые живут в этих лесах, так что он готов удариться в панику при малейшей угрозе. Я Макс. А вы кто такие?
– Это Папа, – сказал один из малышей, округлив глаза.
– На самом деле, – проговорил тот, – меня зовут Хэнк. А это мои дети.
– Приятно познакомиться, – опасливо произнёс Макс.
Хэнк оглядел пса:
– Угу.
– А вы кто такие? – склонив голову набок, поинтересовался Крепыш.
– Мы опоссумы! – пропищала в ответ самая маленькая девочка.
Гизмо нахмурилась:
– Мы знаем Поссум, но она кошка.