Йоркширка оскалилась, демонстрируя отвагу.
– Мы можем встретиться с Дольфом и здесь. Я не против потолковать с ним по-хорошему.
– Ух, – выдохнул Крепыш, – если уж выбирать между стаей злых волков и ураганом, я отдам предпочтение урагану, а там будь что будет.
– Согласен, – кивнул Макс. – Мы встретимся с Дольфом в выгодных для себя условиях, а не когда загнаны в угол. – И пёс снова осторожно двинулся вперёд по узкому бетонному выступу. – Держитесь ко мне поближе, вы оба.
Опустив голову, Макс сделал глубокий вдох и обогнул угол. Волна дождевой воды примяла его шерсть. Пёс, дрожа, спрыгнул на затопленную парковку и побежал по бурлящему заливу. Макс удалялся от здания, и вода постепенно мельчала.
Всплески из-под лап его маленьких друзей были едва слышны, ливень гремел оглушительно. «Лишь бы Крепыш и Гизмо не отстали!» – думал Макс. Он свернул влево и забрался под один из грузовиков, где было сухо. Пригнувшись к земле, пёс кое-как развернулся и увидел такса с йоркширкой – они уже были рядом и отряхивались.
Гизмо высунула нос наружу и всматривалась в густую мятущуюся траву, где скрывались рельсы. Хотя день ещё не закончился, грозовые тучи погрузили мир в глубокую полуночную тьму.
– Нам надо бежать туда, да? – Йоркширка указала мордой в сторону рельсов. – Между здесь и там негде спрятаться.
– О нет! – прошептал Крепыш, оглядываясь назад. – Кажется, я вижу волков!
Макс подполз к таксу. Разглядеть что-нибудь сквозь серо-зелёную мглу было затруднительно, однако какие-то смутные фигуры явно двигались вдоль стены торгового центра. Они подошли к дверям – проверить, не откроются ли. Одна задрала вверх морду, и тут как раз сверкнула молния, озарив тёмно-серое небо.
Почти сразу громыхнул гром, и Макс услышал хорошо знакомый злобный и дерзкий вой. Дольф. Но с ним было слишком мало волков, чтобы считать это сборище стаей; остальные, вероятно, всё ещё находились внутри здания.
Волки пока не заметили Макса и его друзей.
Неловко развернувшись, Макс пополз к Гизмо.
– Надо уходить, сейчас же, будем надеяться, завеса дождя скроет нас. – Он лизнул йоркширку в лоб. – Готова?
– Думаю, да.
Крепыш стоял рядом с Максом, дрожа от холода.
– Иногда я жалею, что тогда, в ветеринарной клинике, не отдал этим глупым волкам свои шарики. – Он вздохнул. – Ладно, я тоже готов.
– Тогда пошли, – скомандовал Макс.
Набрав в грудь воздуха, лабрадор выскочил из-под грузовика и тут же был проглочен штормом. Ветер обдал его струями дождя и ударил в грудь, будто хотел отбросить назад.
– Вы ещё здесь? – гавкнул пёс.
– Да. – Гизмо тяжело дышала и шлёпала лапами по воде рядом с ним. – Только осторожнее…
Макс поднял взгляд и, тявкнув, резко вильнул влево. Ух, пронесло! Ещё немного, и не избежать ему столкновения с электрическим столбом.
– …Фонарь, – завершила предупреждение Гизмо.
– Спасибо! – отозвался Макс.
Парковка за спиной выглядела как бескрайний чёрный океан, тело кричало ему: «Тебе не справиться, брось борьбу!» Однако сквозь шум дождя и ветра до пса снова донёсся волчий вой, и Макс приказал себе: «Крепись!»
Трава хлестнула его по морде, а потом обступила со всех сторон, и тут пёс понял: он убежал с парковки, пересёк дорогу и оказался на некошеном поле. Под лапами хлюпало и чавкало, склизкая жижа липла к пальцам.
Крепыш и Гизмо полностью скрылись в зарослях. Макс видел только, как колыхались стебли травы там, где они проходили.
Потом грязь сменилась мелкими острыми камнями. Пёс заметил впереди металлические рельсы и мокрые деревянные шпалы. Они добрались до железной дороги.
– Налево! – крикнул Макс и свернул на запад, в сторону горы.
Он вспрыгнул на насыпь, подушечки лап ощутили холод металла и шероховатую мягкость подгнившего мокрого дерева. Пёс едва не наступил на кусок битого стекла. К передней лапе прилепился пустой пластиковый пакет, будто хотел спастись от жестокого ветра. Макс неловко задрыгал лапой и тряс ею, пока мешок не отцепился и не улетел в небо.
«Как-то тут всё неправильно, – подумал лабрадор. – Не звери же притащили сюда мусор, набили стёкол. Эти пути, должно быть, были заброшены задолго до исчезновения людей».
– Мы почти у цели! – пролаял Крепыш за спиной у Макса.
Лабрадор вгляделся в пелену дождя и увидел въезд в туннель. Над арочным входом нависал каменный уступ, который отбрасывал вниз густую тень. И тут Макс понял: то, что выглядело как огромная чёрная дыра в скале, вовсе не было дырой.
Вход в туннель был заколочен досками.
Пёс замедлил шаг и остановился. Гора с каменным уступом немного прикрывала от дождя и ветра. Макс оглянулся посмотреть, есть ли за ними погоня. Пока не было. Волки не показывались.
Гизмо подбежала к доскам и обнюхала их.
– Пахнет старым деревом, – сообщила она.
– Эти деревяшки и выглядят старыми, – поддержал её Крепыш.
Макс разглядел высокую и широкую бетонную арку, обрамлявшую вход в туннель. Длинные подгнившие доски полосами тянулись поперек неё почти до самого верха, некоторые отвалились и лежали на земле.
К загородке был прикреплён белый щит с красной надписью. Её покрывал слой грязи, однако Макс всё-таки сумел прочесть слова: «Осторожно. Туннель в аварийном состоянии».
Может быть, Самсон не ошибался, когда говорил об ушедших в туннель и не вернувшихся животных.
– Что будем делать? – спросил Крепыш, нервно описывая круги. – Не думаю, что волки снаружи торгового центра заметили, куда мы побежали, иначе мы уже слышали бы их вой. Эта жалкая мышь в любую минуту может выдать нас. И тогда Дольф узнает, где мы.
Гизмо поскребла лапой под нижней доской, однако мокрый гравий слежался так плотно, что она не могла сдвинуть с места ни одного камня.
Бросив это занятие, йоркширка подбежала к краю доски:
– Может, нам удастся откусить её?
– Неплохой способ остаться без зубов, – заметил Макс. – Люди наверняка прибили их очень длинными и крепкими гвоздями.
Гизмо вскинула голову и посмотрела вверх, где доски заканчивались.
– Хм, полагаю, простого способа забраться туда не существует.
Порыв ветра заставил Макса повернуть голову, и пёс увидел большую ржавую бочку – она стояла у правой стороны арки и отчасти загораживала доски. Он подошёл к ней.
– Что ты там нашел, верзила? – на ходу поинтересовался Крепыш.