– Я добиваюсь счастья для моей дочери, лорд Лэстер. Это все, чего я для нее хочу. Я хочу, чтобы у нее была нормальная семья. Чтобы ее ценили и любили. Это меньшее, чего она заслуживает.
В этот момент дворецкий открыл дверь, и вошла Николь. На ней было темно-зеленое платье, которое прекрасно подчеркивало ее глаза.
Белое кружево оттеняло благородный зеленый, создавая акценты на манжетах и круглом вырезе декольте.
Николь выглядела прекрасно. Я вспомнил, что на мне старый потертый в некоторых местах костюм. Волосы слегка растрепаны и на щеках появилась первая небритость.
Вид Николь меня напугал. Я достаточно разбирался в людях, чтобы понять, девушка находится в замешательстве. Вчера она еще уверенно стояла на нашем с ней договоре. Но сегодня что-то изменилось. Вот только что?
Ситуация была явно не в мою пользу. Стоит потерять главную союзницу и все дело пойдет крахом. Если Николь пожелает остаться, меня выдворят отсюда и даже слова не дадут сказать. А значит, нужно было быстро перевернуть ситуацию так, как выгодно мне.
Сидеть и уговаривать Адама, пытаясь показать, насколько я хорош, было бессмысленно – это я понял сразу. Он четко изъявил свои требования, в которые не входили денежные интересы.
Я никогда бы не сравнивался с Эдвардом в манерах и его способности врать. Зато я обладал другими качествами.
Которые сейчас, глядя в растерянные глаза девушки, я и решил применить.
– Доброе утро, – растерянно сказала Николь, и после ответного приветствия, она нахмурилась и спросила, – что здесь происходит?
– Я решаю мужские вопросы, – ответил Адам сердито и постукивая тростью по полу.
– Папа говорит, что ты не уедешь, Николь, – вслед за Адамом сказала София. Должно быть, в отличие от меня, терпение у девочки отказало, и она потянулась к печенью, которое стояло посреди стола, с интересом следя за происходящим.
– Отец, я… – пыталась что-то вяло сказать моя супруга, но Адам ее тут же перебил. Было видно, что он хочет взять слово, поэтому я дал ему высказаться.
– Я считаю, что тебе не нужно уезжать с этим мужчиной. Ты его не знаешь, я его не знаю. Слухи, которые ходят по столице, ничего путного о нем не говорят, – сердито закончил он.
– Но, Адам, Николь не может бросить мужа… – пыталась образумить рассерженного отца семейства Джина. Тот же бросил на нее сердитый взгляд, но столкнувшись глазами, тут же его смягчил.
– Он ей фиктивный муж, – продолжал настаивать мужчину.
– Тем не менее, в глазах общества они уже женаты, – продолжала настаивать Джина. – Неужели ты предлагаешь Николь состариться рядом с тобой.
– Я не эгоист! – оскорбился Адам. – Я предлагаю пока что лорду Лэстеру, – он с пренебрежением выделил мой статус и фамилию, – уехать в его владения и заняться делами. А после, пусть приезжает, скажем, раз в месяц…
– Папа… – снова попыталась взять слово Николь.
– Раз в две недели, – Адам снова перебил девушку, не дав ей сказать и слова. Как выяснилось, лорд Нельсон был намного более упертым, чем могло показаться на первый взгляд. И если он дал нам пожениться, то отпускать Николь со мной точно был не намерен. – Вот убедимся, что человек он более приличный, чем говорят, тогда и отпущу.
– Адам, – пыталась сказать что-то Джина, но и ей мужчина не дал произнести ни слова.
– Это мое решение. Моя дочь – не товар. Она достойна счастья, с надёжным человеком. А этого лорда мы не знаем! Кто знает, какие у него тайны и помыслы!
В столовой повисла тишина, и даже Николь молча хлопала глазами. Теперь настала моя очередь говорить, и я не преминул этим воспользоваться:
– Я понимаю вас, лорд Нельсон, – начал я диалог. Кажется, Адам такого поворота не ожидал и от этого сощурил глаза, ожидая подвоха. – Вы считаете, что я недостаточно вам знаком. И вы правы. Вы любите свою дочь и желаете ей счастья. Вы правы и в том, что я лишь фиктивный муж, потому что свадьба наша, хоть и была настоящей, мы с Николь знакомы неполный день. Но скажите, как долго вы знали Эдварда и насколько были уверены в нем?
В столовой снова повисла тишина. Я видел, как в глазах отца Николь поселился стыд. Конечно же! Стыд за оплошность в договоре, стыд за то, что позволил ситуации случиться. Чувство вины гложило лорда, заставляя его становиться упертым и глухим к доводам разума. Хотя в чем-то он и был прав, отпускать дочь в южные земли не пойми с кем, это опасно.
– Он нравился Николь, и я поверил ее словам. По общению, Эдвард казался благовоспитанным лордом? Моя дочь, лорд Лэстер, выбирала сердцем.
Я кивнул головой.
– Я так далек от благовоспитанности, лорд Нэльсон. Меня воспитывала мать больше половины моей жизни, несмотря на то, что мой отец знатен. Меня не научили вести светские беседы, притворяться и юлить, подобно аристократу и подобно Эдварду. Я не смогу выглядеть лучше, чем хотелось бы. Меня этому не учили. Зато перед вами сижу я, настоящий, без вранья. Вы ведь хотите своей дочери счастья? Говорите, что она потрясающий человек, которому нужно лучшее. И я хочу ее узнать. Вы правы, я получил, что хотел, но продолжаю бороться за право уехать с ней. Потому что не хочу оставлять здесь мою супругу. Возможно, для вас эта свадьба ненастоящая, но не для меня, и не для Николь. Особенно не для Николь. Как много у нее будет шансов построить свое счастье, даже если мы разведемся? Кто возьмет вашу дочь с такой репутацией? Ей придется выбирать первого попавшегося, лишь бы не остаться одной.
Я старался говорить фактами, спокойно удерживая зрительный контакт с лордом, чтобы он видел, что я не пытаюсь его обдурить. Человек всегда может обмануть, но не его глаза.
– И вы предлагаете отпустить ее с вами в надежде, что вы это счастье ей подарите? – уже более серьезно спросил Адам.
– Я не знаю, смогу ли сделать Николь счастливой. Но вы можете быть уверены, я увезу ее с собой как супругу, а не как рабыню. Возможно, нам будет сложно найти общий язык, но у нас будет время для того, чтобы узнать друг друга. Время, чтобы наш фиктивный брак, мог стать настоящим.
– И вы думаете, что это возможно? – спросил Адам. По его глазам сложно было понять, какие он испытывает эмоции. Но мне казалось, мужчина стал спокойнее.
– Я могу поклясться, что не сделаю ничего предосудительного с Николь. Что дам ей время меня узнать. И если она пожелает, я в тот же миг посажу ее в карету и лично отвезу домой. Вы готовы были поверить Эдварду, который из среды аристократов, который мастерски умеет играть словами и производить ложные впечатления. Так поверьте мне, ведь я говорю без малейшей тени утайки и вранья.
Неожиданно отец Николь кивнул и разорвал наш зрительный контакт, он поверну голову к своей дочери, которая так и стояла в дверях.
– Николь, ты действительно считаешь, что этот человек достоин шанса и действительно желаешь с ним уехать, потому что хочешь построить с этим мужчиной семью? А не потому, что между вами договор, и тебя беспокоят глупые слухи.
Мы встретились с Николь глазами, и на миг я уловил что-то в них, что сам не успел разобрать. Но я точно понял, мои слова подействовали и на дочь лорда, ведь свои следующие слова она произносила уверенно:
– Да, отец, я хочу построить семью с этим мужчиной. И уеду с ним. Это мое право и мое решение. Но позволь расстаться с вами по-доброму. Мне крайне больно покидать вас, но ведь расставание с родней ждет каждую леди. Так давай не будем ругаться. Прошу, прими мое решение. Ты ведь всегда доверял мне. Да, я ошиблась, но поверь мне сейчас.
На минуту Николь и Адам застыли в молчание. Лорд вглядывался в глаза дочери, пытаясь в них найти хоть каплю сомнения, но его не было. Николь действительно приняла решение.
– Деньги я не приму, – строго сказал Адам.
– Но, папа! – возмутилась Николь.
Однако лорд уже повернулся ко мне.
– Я доверяю вам самое ценное, что есть. Доверяю потому, что вы клялись, потому, что так решила моя дочь. А не потому, что мне нужны ваши деньги. Но, поверьте мне, если с ней что-то случится, если я узнаю, что вы ее обижали, клянусь, вы забудете, что я калека. А я свои клятвы держу, лорд Лэстер.
Я кивнул. Знал, что так и будет. Наконец, Адам полностью успокоился, его лицо словно в миг подобрело.
– А теперь нужно приступить к трапезе. А то скоро София съест все печенье. И нам будет не с чем пить чай.
К слову, корзинка с печеньем, и правда, уже практически опустела, а ребенок покраснел, когда его поймали с поличным.
– Отец, – все еще пыталась Николь.
– Этот разговор больше не будет подниматься за столом, – тут же перебил он. – Я так решил, и это мое окончательное решение. А теперь прошу тебя хорошо позавтракать. Такими темпами вы сможете выдвинуться только к обеду. Возможно, лорд Лэстер задержится еще на день? – Адам посмотрел на меня. Теперь его интонация была другой, из голоса пропали скепсис и злость.
– Мне было крайне приятно гостить у вас. Но, как уже знает Николь, я занят прокладыванием дороги в своих владениях, и отсутствую уже слишком долго.
Было видно, как Адама расстроил мой ответ, но он кивнул в знак, что принял его. Николь, наконец, села за стол, и я заметил, что все это время она теребила в руках какой-то листок.
Но, увидев мой интерес, девушка тут же спрятала его в карман своего платья. Мы начали трапезу в полном молчании, пока тишину не нарушил дворецкий, который принес свежие газеты.