К началу пути
Вернусь к началу этого пути. Не все учёные поддерживают теорию Бержерона. Эта теория описывает лишь часть всего микро-и-макромасшабного процесса осадкообразования, которая учитывается в современных моделях. Однако, до сего времени именно она является базовой и в ракетной, и в самолётной технологии воздействия на градовые и другие осадкообразующие процессы.
Это касается и технологии воздействия на эти процессы с помощью самолётных и наземных генераторов. Другие идеи воздействия проверяются, но пока широкого практического применения не нашли.
Историческую справку теоретических исследований в этой области, положенных в основу разработки технологии воздействия на облачные процессы предложил Г. К. Сулаквелидзе в своей книге «Ливневые осадки и град».
С точки зрения ряда специалистов, не всё в этой книге изложено верно. Однако общее описание проблемы в ней изложено познавательно.
Для артиллерийской технологии данная книга является учебником. Для ракетной технологии написаны другие книги и статьи. Для объективной оценки этого исторического процесса следует ознакомиться с трудами ЦАО, ИГГАН, УкрНИГМИ, СарНИГМИ, ИПГ, ИЭМ, ГГО, МГУ, ЛГМУ с работами И. И. Гайворонского, Ю. А. Серёгина, С. М. Шметера, И. П. Мазина, А. М. Боровикова, А. Д. Соловьёва, Н. О. Плаудэ, В. В. Костарева, А. А. Черникова, Л. А. Диневича, С. Е. Диневич, В. А. Диневича, В. Д. Степаненко, А. Шупяцкого, Г. И. Голышева, Б. Н. Лескова, С. Гальперина, Мучника, И. П. Имянитова, М. П. Леонова, Б. Камалова, А. И. Карцивадзе, Вульфсона, Левина, Т. Н. Громовой, М. Кима, М. Хоргуани, Н. Ш. Бибилашвили, М. И. Тлисова, Л. Г. Каплана, Г. К. Сулаквелидзе, М. Т. Абшаева, С. С. Шалавеюса, Л. М. Федченко, Б. Зимина, М. Т. Абшаева, Е. И. Потапова, А. Н. Старостина, В. Швецова.
Я назвал в основном тех учёных, с которыми близко сотрудничал и приношу извинения тем значимым и очень значимым советским и зарубежным учёным, которых нет в этом списке. 99% этих людей с нами уж нет.
Здесь я хотел бы отметить, что мне выпала честь в своей целевой творческой программе быть одним из лидеров в стране и в мире. Я не пишу историю развития работ.
Я пишу свои собственные воспоминания и описываю собственное участие в этом процессе.
Ракеты Италрацци
И ещё. Мне хочется предотвратить атаки за якобы нескромность. Не претендуя на историческую точность, но первые ракеты для «как будто» засева градоопасных облаков появились в Италии.
Почему «как -будто»? Потому что никаких технических средств для определения градоопасности облаков не применялось. Авторы технологии создали небольшие ракеты «Италрацци», которые запускались просто отдельными фермерами чуть ли не с руки. Поднимались они на высоту примерно одного – полутора километров и там дымили, засевая небольшой подоблачный участок льдообразующим аэрозолем (йодистым серебром).
Под градоопасным облаком фермеры принимали любые облака с тёмным основанием. Идея не была бессмысленной. Роль частиц йодистого серебра в качестве ядер кристаллизации в процессах осадкообразования к этому времени теоретически была обоснована.
Один из влиятельных учёных одного из московских институтов в начале пятидесятых годов, ознакомившись с такой технологией, за деньги Гидрометслужбы СССР, каким-то образом закупил у итальянцев большую партию таких ракет.
Ракеты пришли, а что с ними делать, никто не знает. Авторитетные учёные, опять-таки, московских институтов, обосновано докладывали о бессмысленности такой технологии в борьбе с градобитиями. Что произошло с итальянскими ракетами, я не знаю. Вероятнее всего, они были опробованы учёными ВГИ и ЦАО. Фраза из Интернета «Инициатором разработки противоградовых ракет в 1960-х годах был Высокогорный Геофизический институт», вероятно, имеет отношение именно к проверке возможностей этих ракет (это я додумываю).
Ныне, после многих лет исследований и научных экспериментов понятно, что результаты такой оценки не могли быть положительными. Нужно было искать новые технологические схемы воздействия. Народное хозяйство страны требовало решения этих задач. Предстоял большой период теоретических и экспериментальных поисков.
Вот тогда Председатель Гидрометслужбы СССР академик Е. К. Фёдоров инициировал соответствующие исследования и разработки по тематике «Активные воздействия на гидрометеорологические процессы».
Вот тогда в Алазанской долине три института, в том числе Центральная Аэрологическая обсерватория, Москва (ЦАО, Иван Иванович Гайворонский), Высокогорный геофизический институт, Нальчик (ВГИ, Георгий Константинович Сулаквелидзе), институт Геофизики Грузинской академии наук, Тбилиси, (ИГ ГАН, Амиран Ильич Карцивадзе) приступили к соответствующим исследованиям. ЦАО и ИГГАН пошли по пути развития ракетной технологии, ВГИ – по пути развития артиллерийской технологии.
В работах участвовали учёные из Среднеазиатского научно-исследовательского гидрометеорологического института (Ташкент, САРНИГМИ, Украинского научно-исследовательского гидрометеорологического института (Киев, УКРНИГМИ), института прикладной геофизики (Москва, ИПГ), института экспериментальной метеорологии (Обнинск, ИЭМ), главной геофизической обсерватории (Ленинград, ГГО), Одесского, Ленинградского гидрометеорологических институтов (ОГМИ, ЛГМИ), Ленинградского и Московского государственных университетов (ЛГУ, МГУ), предприятий оборонной промышленности Загорска, Красногорска, Тулы, Ленинграда, Горького, Свердловска и т. д.
Вскоре три основных участника разошлись в своих взглядах на физические представления развития градоопасных облаков, рассорились и «разъехались по своим квартирам».
ЦАО по приглашению Молдавского Правительства продолжило разработку ракетной технологии в Молдавии, ИГ ГАН остался заниматься также ракетной технологией в Грузии, а ВГИ продолжил разработку артиллерийской технологии на Северном Кавказе, в Армении, Азербайджане.
САРНИГМИ вначале стал внедрять в Средней Азии (Узбекистан, Таджикистан) артиллерийскую технологию, но вскоре перешёл на ракетную.
В рамках этой программы были созданы соответствующие лаборатории и технические средства, в том числе активизировались исследования с помощью самолётов, радиозондов, радиолокации, появились технические задания на разработки ракет, реагентов, радиолокаторов, артиллерийских снарядов, технических средств воздействия с помощь. самолётов.
Исследования в СССР
Начиная с 60—ых годов Советский Союз весьма серьёзно с большими финансовыми вливаниями отнёсся к теме активных воздействий на атмосферные процессы.
Особо следует отметить, что во главе научных направлений в то время стояли такие энергичные, увлечённые и бескомпромиссные организаторы науки и учёные, как Евгений Константинович Фёдоров, Юрий Антоньевич Израэль, Юрий Степанович Седунов, Гурий Иванович Марчук, Иван Иванович Гайворонский, Амиран Ильич Карцивадзе, Георгий Константинович Сулаквелидзе, Натан Шалвович Бибилашвили, Вадим Владимирович Костарев, Аркадий Борисович Шупяцкий, Альберт Алексеевич Черников, Нора Оскаровна Плауде, Алексей Дмитриевич Соловьёв, Наум Исаакович Вульфсон, Лев Михайлович Левин, Георгий Иванович Голышев, Алексей Моисеевич Боровиков, А. Х. Хргиан, Илья Павлович Мазин, Илья Моисеевич Имянитов, Семён Михайлович Гальперин, Николай Шишкин, Соломон Моисеевич Шметер, Михаил Петрович Леонов, Юрий Алексеевич Серёгин, Вадим Владимирович Степаненко, Борис Никанорович Лесков, Михаил Петрович Половина, Татьяна Николаевна Громова.
Безусловно, к этой плеяде следует отнести и молодых в то время Магомета Тахировича Абшаева и меня, Леонида Абрамовича Диневича, и других.
Мы были молоды и очень «горячи» в своих спорах. Я был очень наивен. Мне всегда казалось, что «моё» всегда будет оставаться «моим».
Это теперь я понял, что повсюду нужно было оставлять свои «якоря», в форме статей, названий, патентов, медалей и орденов. Я же не позволял себе тратить на это время. Я шёл вперёд. Как оказалось другие всё «якорили».
Самое страшное событие (Я об этом пишу вторично. Это большая рана.) я обнаружил недавно. В зале технического совета построенного мной производственно-лабораторного корпуса в Кишинёве ныне висит рисованный большой портрет моего главного научного оппонента Магомета Тахировича Абшаева. «ПРИЕХАЛИ». Что было бы с перечисленными выше моими учителями и коллегами, если бы они это увидели!!!!. Мои ученики меня предали!!!! По ряду научных проблем некоторые из перечисленных учёных и я в их числе, обсуждали теоретические вопросы с академиками Зельдовичем и Харитоном. Меня, в то время лишь молодого специалиста, судьба крепко связала в этой проблеме с учёными ЦАО и в короткое время поручила роль одного из лидеров.
Я не могу удержать себя от важного, с моей точки зрения, замечания.
Выросшее в послегорбачёвско – ельцинское время поколение живёт в среде, совершенно отличной от нашей.
Все перечисленные славные учёные жили в основном наукой. У них (за исключением жуликов) в моё время не было возможностей совершенно легально грабить, строить себе виллы, покупать яхты и футбольные клубы. Спектр оплаты труда ограничивался штатными расписаниями и был весьма узок.
Я не знаю, как бы они вели себя в новых ельцинско – путинских условиях, но в те годы их главный жизненный ориентир был связан только с наукой и соответствующим признанием со стороны других исследователей.
Можно было получить звание профессора, академика, лауреата Премии Совета министров СССР или Государственной Премии СССР (что одно и тоже), Героя Социалистического труда. Однако, это только поощряло путь в науке и не создавало иллюзий о дворцах и яхтах. Люди жили и умирали в науке. Представляете себе, сколько нужно было бы затратить времени (из времени науки) на строительство замков и дворцов.
Все перечисленные учёные (99% из них уже в мире ином) создали вокруг своих взглядов на тему целые школы своих твёрдых в научных убеждениях учеников и последователей.
Я оказался в этой среде. Важно и то, что они, при нашем уже участии, смогли убедить сельскохозяйственных производителей, военных, энергетиков, авиацию и т. д. в реальных экономических возможностях своих научных достижений и их эффективности при практическом применении.
Исследования в других странах
Всё это дало возможность быстрого и опережающего в мире продвижения в поиске истины в области физических процессов в атмосфере и облакообразования.
США, Франция, Испания, Китай, Италия в тот период искали свой, отличный от СССР, путь реализации идеи воздействия на облачные процессы.
США ориентировались на самолётный метод засева облаков, Франция, Испания – на применение наземных генераторов льдообразующих частиц.
Одно из объяснений такой ситуации в США заключалось в том, что воздушные пространства этих стран насыщены местной и частной авиацией, причём летающей на малых высотах.
Совмещение пусков ракет с полётами таких самолётов и вертолётов было бы чрезвычайно сложным. Большинство восточно -европейских Стран (Болгария, Венгрия, Чехословакия, Румыния и т. д.) присоединялись к технологиям, разработанным в СССР. Китай стал развивать свою артиллерийскую технологию. Испания, Италия стали развивать работы на основе французской технологии.
Швейцария приняла решение провести международный эксперимент (Grosferzuch) на основе советской ракетной технологии на одном из французских полигонов. Я поставил им ракетные установки и оказал методическую помощь.
Руководитель швейцарского проекта доктор Федерер провёл на одном из моих полигонов несколько дней. Он внимательно изучил нашу ракетную технологию. В тот период мы ещё применяли только ракеты «ПГИ» и «Облако». К сожалению, при проведении экспериментов Федерер необоснованно стал экономить ракеты, сокращая их расход по сравнению с требованиями технологии от пяти до десяти раз.
Естественно, такой эксперимент не мог принести объективный результат.
Эксперименты Федерера при участии специалистов из США, Франции, Испании проходили несколько лет.
Советские специалисты в их проведении не участвовали.
В то время начальник управления активных воздействий Госкомгидромета СССР Юрий Алексеевич Серёгин посчитал, что проведение швейцарского эксперимента (по сути – проверки эффективности советской технологии) без участия нашего специалиста будет наиболее «чистым», «независимым».
К сожалению, он не учёл «интересантскую» составляющую организаторов эксперимента.