Внутри триллера

© Л. МоскинО, текст, 2026

Дисклеймер

Эта книга основана на реальных событиях.

Однако все имена, фамилии, названия организаций и географические названия были изменены для защиты личной жизни и безопасности участников описанных событий.

Любые совпадения с реальными людьми, живыми или умершими, а также с реальными организациями являются случайными.

Автор не несет ответственности за интерпретацию событий читателями.

Предупреждение: чрезмерное употребление алкоголя, курение и прием психотропных веществ вредят вашему здоровью.

Предисловие

«Если бы я была не сумасшедшей, я могла бы помочь тебе. Что бы ты ни сделал, я могла бы пожалеть и защитить тебя. Но раз я сумасшедшая, я тебя ненавижу. Раз я сумасшедшая, я тебя предала. И раз я сумасшедшая, я радуюсь в душе, без капли жалости, без капли сожаления, провожая тебя с торжеством в сердце…»

«Наверное, она сошла с ума!» – скажут одни, лишь мельком взглянув на эти строки. «Богатая истеричка мается дурью», – хмыкнут другие, те, кто привык видеть в женщине лишь декорацию к чужой жизни. Пусть так. Пусть думают. Но тот, кто решится пройти со мной этот путь до конца, поймет одну простую истину: написание этой книги – это не прихоть и не развлечение, это единственный способ остаться в здравом уме, когда мир вокруг рушится на части. Каждая строчка – это глоток воздуха, каждая буква – спасательный круг, брошенный себе самой в этом бесконечном шторме.

Эта книга – не прихоть скучающей львицы в золоченой клетке и не мемуары охотницы за чужими кошельками, которая наконец-то нацепила на пальчик кольцо и теперь готова учить жизни менее удачливых сестер по несчастью. Нет. И это не очередная слащавая история о том, как добро побеждает зло, с предсказуемым хэппи-эндом, где замученная жертва вырывается из лап тирана или ее спасает благородный рыцарь, а после – чашка чая, рассветы, объятия и мудрые мысли о пережитом. Такие книги утешают, но не лечат. Они – плацебо, которое лишь на время притупляет боль.

Я – Лера Москино и моя история совсем иная. Здесь нет победных фанфар в финале, потому что моя битва только начинается. И каждый мой шаг может оказаться последним. Дни превратились в шахматные партии, где соперник – виртуозный гроссмейстер, который видит на много ходов вперед. Белые против черных, и финал непредсказуем. Сегодня я делаю ход – завтра он. Расстановки сил абсурдны, фигуры ходят вопреки правилам, исчезают без следа. И чем дальше, тем отчетливее понимаешь: все бесполезно, цугцванг неизбежен. Когда каждый ход лишь ухудшает твое положение, когда стратегически верных решений больше не существует – остается только одно: продолжать сопротивляться, даже если это кажется бессмысленным.

Пока я пишу эту книгу – я живу. Я проживаю, я выживаю. В каждой букве – надежда, в каждом слове – вера, в каждой строке – сила, которую я собираю по крупицам. А в каждой главе… нет, любви там не будет. Будет защита – та, что я так отчаянно строю, слово за словом, как крепость. Эта книга нужна мне, чтобы дышать. Но она нужна и вам – моим читательницам, тем, к кому я обращаюсь в первую очередь. Я пишу, чтобы защитить вас от вас самих, от этой опасной способности влюбляться в ядовитый туман нарциссов, самозабвенно обманываться, верить в то, что любовь исцелит, перевоспитает, приручит. Нет. Это не работает. От таких – или бежать, сломя голову, или защищаться. Почему я выбрала второе – вы узнаете, когда придет время.

Читая, вы будете не раз возмущаться и качать головой. Вы будете ставить под сомнение мою адекватность, спорить со мной, искать несостыковки. Возможно, вам захочется захлопнуть книгу, отбросить ее в угол или даже бросить в огонь – и это ваше право. Это будет означать лишь одно: вы еще не готовы снять розовые очки. Мир иллюзий всё ещё манит вас, удушливый аромат нарцисса, такой сладкий, такой обволакивающий, всё ещё кружит голову. Но поверьте, мне ли не знать, как это происходит? Я – одна из вас. Женщина, мать, дочь, жена, любовница. Я хотела любить и быть любимой, быть верной и преданной, доброй и женственной. Я так старалась быть музой, а не стервой, белой лебедью, а не черной кошкой. Увы, я выбрала не того человека. Я не услышала опасные сигналы, не разглядела тревожные символы, не смогла крикнуть себе «Стоп!» – пока не увязла в этом сладком болоте по самое горло.

Прозрение пришло позже – когда мой мир, который я строила с такой любовью и одухотворенностью, начал рушиться. Когда перестала ощущать себя хозяйкой собственного дома. Когда мой дом превратился не в крепость, а в стеклянный лабиринт, где каждый мой шаг – под чьим-то пристальным контролем. Я стала беспомощной и одинокой, выбитой из сил, оболганной и оклеветанной, без права на доверие. Разве могла я представить, что примерю на себя роль героини фильма «Газовый свет»? Что это возможно не в викторианском Лондоне, а здесь – в Москве, в XXI веке? А вы могли ли представить, что станете моими единственными союзниками? У Полы, героини того фильма, был тайный помощник, который пришел на помощь в решающий момент. А у меня – только вы. Никто не стоит за моей спиной, чтобы подавать патроны. И если вдруг случится так, что я не смогу закончить эту книгу – возможно, дописывать ее придется кому-то из вас.

Но если хотя бы одну женщину я смогу остановить на краю пропасти, уберечь от пагубной связи, научить распознавать опасного партнёра уже на этапе знакомства – а главное, вырвать из его цепких клещей, – значит, всё это было не зря. Моя жертва будет оправдана.

Впрочем, не стану сгущать краски. Я пока жива, я работаю, я сопротивляюсь. А значит, я не жертва. И кто знает – возможно, скоро я сама выпущу когти и начну нападать. Эта книга вдохновляет меня в самые темные моменты, когда кажется, что сил больше нет. Я очень надеюсь, что она вдохновит и вас.

Что же вас ждёт дальше? Кому жизненно необходимо прочитать мою книгу? Обязательна к прочтению, если:

• Вы – юные и наивные принцессы, всё ещё грезите о своём принце на белом коне, в белом кабриолете или на белоснежной яхте. Милые, вас ждёт горькое пробуждение…

• Или вы давно утратили веру в себя, потому что за плечами – долгое одиночество, и вы готовы выскочить замуж за первого встречного, лишь бы заглушить эту пустоту. Остановитесь! Это ловушка.

• А может, вы – бизнес-леди, уверенная в своей неуязвимости благодаря счетам и статусу? Разочарую: для нарциссов вы – лакомый кусочек, ценный трофей. Наивных принцесс и серых мышек они щёлкают как семечки, но вас будут мучить с особым, изощрённым наслаждением, без капли жалости – как сильного и достойного врага.

• Или вы – отчаянные охотницы за чужими мужчинами и чужими миллионами? Прошли не один марафон «Как получить подарки», постоянные гостьи тренингов «Как заполучить миллионера»? Тогда вам точно ко мне: ни один психолог и тем более блогер не расскажет вам того, что вы узнаете из первых уст – от жены миллионера.

• А может, вы – верная жена, чей долгий брак превратился в бег по кругу? Где радости и романтики с каждым годом всё меньше, а раздражения и разочарований – всё больше. Рушатся отношения с детьми и родителями, нет диалога с мужем, а рядом – ни души, кто бы пожалел. И вот на горизонте появляется ОН – тот самый «луч света в тёмном царстве», внимательный, обходительный, с ним жизнь вдруг стала ярче и вкуснее. Читайте обязательно, и с карандашом в руках, делая пометки на полях.

• Про удобных женщин – тех, что готовы на любую жертву ради своего драгоценного, – можно и не упоминать, но на всякий случай включу их в список. Хотя такие не привыкли сопротивляться, а может, просто не умеют. А вы попробуйте – вдруг понравится, и вы поймёте, что жизнь может идти по вашим правилам.

• И ещё забыла про циничных и эгоистичных особ. Вы уверены, что деньги решают всё, а главное достоинство мужчины – банковский счёт с большим количеством нулей, ради которых можно и потерпеть? Вас быстро купят и продадут, и вы не заметите, как превратитесь в дешёвку, которую будут использовать, пока не заменят на новую, более дорогую и престижную. Так что – читать и записывать.

Парадоксально, но меньше всего эта книга нужна таким, как я, – кто уже побывал в моей шкуре, прочувствовал всё на собственном опыте. Для вас это лишь горькое напоминание, особенно для тех, кто сумел разорвать порочный круг домашнего террора, переломить ситуацию и переписать сценарий своей жизни. Я очень надеюсь скоро присоединиться к вам, а пока мне нужна ваша поддержка. Вы-то точно знаете: враг не дремлет. Но кто предупреждён – тот вооружён.

Отмечу, я не писатель, не психолог и не журналист. Стать автором автобиографического триллера меня заставили жизненные обстоятельства, о которых уже невозможно молчать. Чтобы не свихнуться в условиях травли, я веду дневники: фиксирую не только чудовищные события, но и собственные мысли. Порой в стрессовых ситуациях меня будто кто-то ведёт – приходят креативные, неординарные идеи, формируются методики моей невидимой борьбы. Вся жизнь встаёт перед глазами – в ней было много интересного, о чём-то я расскажу в этой книге.

Говорят, творчество не должно быть сытым, а стресс лишь стимулирует создание чего-то ценного. Я вынуждена работать в условиях повышенной секретности, доведённая почти до нервного срыва. Я заинтересована в том, чтобы донести до читателей правдивую историю, но намеренно меняю имена. Моя цель – обнародовать факты, но остаться живой. Лишь немного метафор и литературных образов, чтобы вам было не так страшно и противно. Постараюсь не напугать, но… Триллеры разве бывают весёлыми?.. А внутри триллера может оказаться любая из вас – где бы она ни жила и в каком бы статусе ни состояла.

Я жива, пока я пишу.

Часики тикают, сердце стучит в такт клавишам

моего ноутбука, замирая от страха и ликуя

от временного облегчения. А значит, борьба за свободу

и жизнь продолжается. Значит, есть надежда.

Я не просто пишу книгу —

я переписываю сценарий своей жизни.

Глава 1. Теперь я знаю, как писать триллеры

Я стою на продуваемой всеми ветрами площадке для курения возле станции метро «Белорусская». У меня назначена встреча, на которую я буквально вырвалась, чтобы не вызвать подозрений. Пришлось проявить чудеса изобретательности, чтобы уйти из дома под благовидным предлогом: записалась на косметологическую процедуру в салон на Лесной. Красота, как известно, требует жертв. Вот только жертвой здесь выступаю я.

С нервным упоением прикуриваю сигарету. Да, я стала много курить – это помогает снять напряжение. Но оно всё равно нарастает, потому что в поле моего зрения то и дело попадаются подозрительные типы. У одного из них я даже замечаю рацию под курткой. Мой взгляд теперь выхватывает нужные детали из общей пёстрой массы. Я всегда начеку – как параноик, а может быть, и как спецагент?.. Какая, в сущности, разница?

У фонтана молодая стройная невеста позирует фотографу. Пышное белое платье, счастливая улыбка, она обнимает своего новоиспечённого мужа и сияет в объектив. У любого нормального человека это зрелище вызовет умиление и, возможно, зависть. У меня же одно лишь желание: подбежать и закричать на всю площадь:

– Беги! Убегай без оглядки из этого ада! Ты даже не представляешь, что тебя ждёт!

Как так получилось, что я – женщина, верная жена, мать троих детей, хозяйка загородного дома и образец добропорядочности – могу так думать? Со стороны моя жизнь выглядит как реклама апельсинового сока, где за версту пахнет не только нектаром, но и семейными ценностями. Но это лишь иллюзия. Циничная иллюзия всех, кто выходит замуж, наивно полагая, что теперь жизнь станет сказкой, где «жили они долго и счастливо». Только вот сказка в любой момент может превратиться в триллер: принц – в чудовище, собственные дети – в предателей, а главная героиня – в безумную пленницу. Всё как в сказке: чем дальше, тем страшнее. Я максимально правдиво описываю своё состояние, чтобы вы понимали мои чувства. И как бы я ни старалась успокоиться, отвлечься на важные и срочные дела, быть в вечном движении и совершать максимум полезных действий – я не могу не замечать деталей, которые меня пугают.

Вам кажется, что это выдумки сценаристов? Когда героиня не может найти свои вещи, хотя точно помнит, куда их положила? Или когда телефон начинает жить собственной жизнью: удаляет и меняет фотографии, теряет нужные файлы, выключается без каких-либо действий с моей стороны – будто им управляют дистанционно? Когда вещи обнаруживаются в неожиданных местах, и все в один голос внушают: «Ты сама их туда положила»? Когда просыпаешься и не можешь встать с кровати, будто из тебя выкачали все жизненные силы?

А музыкальное сопровождение? Думаете, это талантливый ход режиссёра, когда в самый напряжённый момент вдруг начинает играть нагнетающая мелодия? В моей реальности музыка тоже звучит символично. Я нахожу ответы в текстах знакомых с детства песен: иногда подсказки, иногда предупреждения, но чаще – угрозы.

Я научилась считывать невербальные сигналы так, будто читаю открытую книгу, страница за страницей, строка за строкой. Взгляд, жест, едва уловимая заминка в голосе – всё это больше не ускользает от меня. Я замечаю несостыковки там, где другие видят лишь ровную поверхность, распознаю фальшь в улыбках, которые должны казаться искренними, и отличаю ложь от правды с точностью детектора, прошедшего все возможные калибровки.

Мне не потребовались годы учёбы и изнурительные тренировки. Я постигала эту шпионскую науку самостоятельно – в вынужденных условиях, где ошибка стоила слишком дорого. Жизнь под прицелом – лучший университет. Выживание – лучший учитель, не так ли? Он не ставит оценок, не хвалит за успехи, но каждый усвоенный урок оплачен кровью, потом и бессонными ночами.

Я стала универсальным солдатом!

Теперь я обладаю всеми навыками спецагента. Я умею:

• распознавать прослушку в гаджетах – достаточно одного взгляда на поведение устройства, чтобы понять: оно живёт своей жизнью;

• уходить от наружного слежения и нежелательного контроля, растворяясь в толпе, будто меня никогда и не было;

• выслеживать объект, оставаясь незамеченной, – тенью, туманом, едва уловимым движением на периферии чужого зрения;

• придумывать правдоподобные легенды, которые невозможно проверить, – настолько безупречные, что даже я начинаю в них верить;

• и, не имея медицинского образования, спасать жизнь человеку, оказывая первую помощь в экстремальной ситуации, когда счёт идёт на секунды и каждая из них – на вес золота.

А вы знали, откуда пошло выражение «спасение утопающих – дело рук самих утопающих»? Эта фраза, ставшая крылатой, имеет под собой не только ироничный подтекст, но и суровую физиологическую основу.

Дело в том, что реальное утопление выглядит совсем не так, как в кино. В фильмах тонущий человек всегда кричит, отчаянно размахивает руками и создает много брызг, привлекая к себе внимание. Однако в действительности всё происходит с точностью до наоборот. Это явление даже получило специальное название – «инстинктивная реакция утопающего». Она лишает человека возможности позвать на помощь, так как его тело запрограммировано природой на выполнение строго определенной последовательности действий.

Вот как это происходит на самом деле:

1. Молчание. В первую очередь, тонущий человек физически не может кричать. Его дыхательная система пытается сохранить кислород, а рот, как правило, находится у самой кромки воды – он успевает только быстро вдохнуть и выдохнуть, но не издать звук. Крик означал бы выдох, который мгновенно приведет к вдоху воды.

2. Отсутствие жестов. Руки тонущего человека не поднимаются вверх для взмахов. Инстинктивно он раскидывает их в стороны, пытаясь оттолкнуться от воды и приподнять тело повыше. Это выглядит так, будто он опирается на невидимую стену или лестницу. Такие движения хаотичны и не направлены на привлечение внимания.

3. Вертикальное положение. Тело человека находится в воде строго вертикально, без поддерживающих движений ног. Он не «плывет», а словно висит в толще воды, и его голова запрокинута назад.

4. Взгляд. Глаза широко открыты, но взгляд остекленевший и пустой. Человек не фокусируется на окружающих предметах, он словно смотрит сквозь спасателей или прохожих. Лицо при этом может выражать панику или, наоборот, полное спокойствие.

5. Тихий уход. Длится такое состояние очень недолго – от 20 до 60 секунд. Если за это время человеку не помочь, он без единого звука уходит под воду. Именно поэтому на пляже так легко не заметить тонущего – он не барахтается, а молча и стремительно погружается в пучину.

Именно из-за этой особенности, когда крики о помощи и активные взмахи руками – это скорее исключение (обычно так ведут себя люди, которые уже начинают захлебываться или терять силы, находясь на грани), спасатели и учат нас главному правилу: если вы видите человека, который ведет себя в воде странно и неестественно тихо – немедленно поднимайте тревогу. В большинстве случаев, это не шалость, а реальный сигнал бедствия, который невозможно подать голосом. Надеюсь, такие полезные знания вам никогда не пригодятся, но лучше перестраховаться, как говорится.

Ещё я научилась водить машину. Но не так, как учатся все – с дрожащими руками, с нервным смехом инструктора, с бесконечными «куда ты смотришь?!». Нет. Я научилась водить по-настоящему. Профессионально. Мастерски. С тем особым, почти звериным спокойствием, которое приходит только тогда, когда понимаешь: каждая секунда за рулём может стать последней. Или решающей.

Я освоила экстремальное вождение. Резкие манёвры, когда между жизнью и смертью – миллиметр и доля секунды. Контроль над скользкой дорогой, когда асфальт превращается в зеркало, а шины – в коньки. Умение уйти от преследования, раствориться в потоке, исчезнуть, не оставив следов. Это не просто навык. Это состояние. Это философия. Это способ существования в мире, где враг может появиться из ниоткуда. Занималась я в Центре Совершенствования Водительского Мастерства «Штурман». И преподаёт там человек, которого я могу назвать только одним словом – легенда. Уходящая натура, как говорят о людях, которые несут в себе знания, уже недоступные новому поколению. Он готовил водителей для корпуса Президента. Для дипломатического корпуса. Для спецслужб. Для ЧОПов, где цена ошибки – не штраф, а жизнь. Он – живая история, ходячий архив, человек, который видел такие ситуации, о каких в кино не снимают, потому что не поверят. Он вообще легенда в автомире. Его имя знают те, для кого автомобиль – не роскошь и не средство передвижения, а инструмент выживания. Я могла бы учиться у кого угодно. У инструкторов из обычных автошкол, которые учат сдавать экзамены, а не выживать. У «мастеров» из гоночных школ, которые умеют быстро, но не умеют – безопасно. Но я выбрала его. Потому что я считаю: учиться надо у лучших. Только у лучших. Потому что посредственность учит посредственности, а мне нужен не посредственный результат. Мне нужна жизнь. И теперь для меня не существует понятия «невозможный маршрут». Есть лишь вопрос времени. И вопрос правильной траектории. Всё остальное – решаемо. Всё остальное – преодолимо. Я знаю, как войти в поворот, когда дорога уходит из-под колёс. Я знаю, как тормозить, когда гравитация против тебя. Я знаю, как уйти, когда кажется, что выхода нет. И я знаю, что где-то там, в этом мире, есть люди, которые думают, что они загнали меня в угол. Они ещё не знают, что угол – это моя стартовая позиция.

Я умею вытаскивать других из передряг. Я умею защищать тех, кто мне дорог. Я умею предвидеть опасность и избегать ловушек. Но когда дело доходит до собственного спасения – я всё ещё учусь. Каждый день. Каждую минуту.

Я усовершенствовала свои коммуникативные способности до уровня тонкой дипломатии. Могу легко войти в контакт с любым человеком – от высокомерного чиновника до замкнутого незнакомца в очереди. Умею расположить к себе, создать безопасное пространство для разговора и мягко, почти незаметно, добыть нужную информацию. Это не просто светская беседа – это искусство разведки, облачённое в обаяние.

Раньше я и так легко заводила друзей, находила деловых партнёров, завязывала полезные связи. Люди тянулись ко мне, а я – к ним. Но после того, как меня начали газлайтить самые близкие и родные люди – те, кому я верила больше всех, те, кто должен был быть моей опорой, – часть этих навыков я растеряла. Словно кто-то выдернул из-под меня фундамент, и все мои социальные конструкции пошатнулись, а некоторые и вовсе рассыпались в пыль. Я стала сомневаться в собственном восприятии, перепроверять каждое слово, каждый жест, искать скрытый смысл там, где его не было. И в этом сомнении я потеряла ту лёгкость, с которой раньше входила в любое общество. Теперь приходится навёрстывать упущенное в сжатые сроки и в энергосберегающем режиме – ведь у меня нет ресурса на долгие восстановительные процессы. Я учусь заново доверять себе, оттачиваю навыки общения в режиме экономии жизненных сил, ставлю перед собой задачи и решаю их быстро, чётко, без лишних эмоций. Потому что каждая ошибка теперь стоит дороже, а каждая минута промедления – больнее.

Я собираю себя по крупицам, оттачиваю мастерство, и с каждым днём становлюсь всё более собранной и точно действующей. Возможно, однажды я скажу спасибо своим мучителям – ведь именно они заставили меня стать настолько сильной, что я теперь умею то, о чём раньше даже не подозревала. Но сначала – я выживу и напишу свою историю так, как посчитаю нужным. И, как любая женщина, которая прошла через ад и не сломалась, я знаю: если чего-то нет в инструкции – нужно просто написать её самой. Страница за страницей, строка за строкой. Пока однажды в моём личном деле не появится яркая глава с героическим названием: «Как я спасла себя». И, поверьте, она БУДЕТ.

Мой триллер выбивается из всех шаблонов. Потому что даже целая команда сценаристов с самой изощрённой фантазией не сравнится с одной-единственной женщиной, загнанной в угол, – женщиной, которая противостоит целому штату профессионалов, нанятых моим мужем.

«Зачем ему это?» – спросите вы.

Может быть, это игра моего больного воображения? Плод параноидального сознания, переутомлённого бессонными ночами? А этот вопрос я пока оставлю без ответа. Потому что скоро вы сами будете искать ответ. И, поверьте, когда вы его найдёте, вам станет не по себе.

По закону жанра жертва первое время не догадывается о том, что с ней ведут нечестную игру. Она безоговорочно доверяет своему мучителю, видит в нём защитника, опору, единственного человека, на которого можно положиться. Это классика. Это то, что мы видим в каждом втором фильме ужасов. Но у меня всё иначе.

Я отлично понимаю – кому, зачем, для чего и почему нужно свести меня с ума. Понимаю, почему нужно сделать меня изгоем в родной семье, бесправной в собственном доме, невменяемой на фоне полного здоровья. Я вижу всю схему целиком, от первого штриха до финального мазка. И от того, что я всё понимаю и осознаю, мне нисколечко не легче. Наоборот – легче было бы не понимать. Легче было бы жить в блаженном неведении, списывая всё на усталость, на возраст, на «бабьи капризы». Но я вижу. Я знаю. И это знание – моё проклятие и моё оружие одновременно.

Для меня «В постели с врагом» – не хлёсткое название из девяностых. Это мой личный ежедневный квест. Может быть, не такой агрессивный и кровожадный, как в кино, но от этого не менее опасный. Одна только мысль, что враг живёт с тобой под одной крышей и ест с тобой за одним столом, – уже чудовищна. Что он улыбается тебе за завтраком, спрашивает о делах, желает спокойной ночи, а сам тем временем методично, шаг за шагом, разрушает твою реальность.

Минус двадцать килограммов за четыре месяца. Звучит как реклама чудо-диеты, не правда ли? Только вот секрет этого «похудения» прост и страшен: ты перестаёшь питаться дома. Ты боишься пить лекарства из домашней аптечки. Ты проверяешь каждую таблетку, каждый порошок, каждый флакон. А если забываешься и ешь – на следующий день валяешься в кровати со всеми признаками отравления, аки полудохлый ослик. И здесь важно включать критическое мышление, а не списывать всё на просроченные продукты или на «что-то не то съела в кафе». Я не шучу. Мне не до шуток.

А кто-нибудь из вас задумывался, для чего снимают триллеры и почему их так любят зрители? Мы включаем фильм, укутываемся в плед, наливаем чай и с замиранием сердца наблюдаем за чужим кошмаром. Мы хотим пощекотать нервы, испытать острые ощущения, оставаясь в полной безопасности. Разумеется, мы сочувствуем жертве, искренне переживаем за неё, а в особо драматичные моменты даже прикрываем глаза ладонью. Но в глубине души мы не можем избавиться от убеждения: с нами-то такого точно не случится. С кем угодно – только не со мной. А иногда мы даже негодуем, глядя на экран: «Ну как можно быть такой наивной? Как можно быть такой невнимательной? Как можно не замечать очевидного?»