Как бы невзначай она подмигнула.
– Я не к начальству, а к тебе. Давай встретимся и поговорим.
Она молча кивнула.
– Сегодня, в семь вечера, ресторан-казино "Олимпия".
Согласие Тульской выдало только движение ее бровей. Заведение обладало сомнительной репутацией, однако любопытство превозмогло осторожность.
Не успела дверь за Глебовым закрыться, как в помещение ворвался Либидов. Широкие плечи ушедшего не возбудили в нем энтузиазма преследователя, однако он напустился на секретаршу.
– Опять ты трепалась с этим типом! Почему сразу не вызвала меня?
– Я сказала ему, что он сутенер, и что вы велели ему убираться в задницу.
Она посмотрела на Либидова чистыми честными глазами.
– Так и сказала?
– Можете догнать и спросить у него, если не верите.
Стряпчий был достаточно глуп, чтобы не почувствовать издевки.
– Ну хорошо. Но все-таки надо было позвать меня.
– В следующий раз сделаю это, как только он появится у двери.
С бабами можно работать, если только быть с ними потверже, решил Либидов.
С придурками надо наглее, и тогда они будут шелковыми, решила Тульская.
Ресторан игорно-развлекательного комплекса "Олимпия", помещался на первом, полуподвальном этаже около Пяти углов, было уютно и спокойно, как в субмарине во время глубоководной атаки. Вроде бы тихо, но каждую секунду можно взлететь на воздух. Тульская явилась на свидание в коротком платье с внушительным вырезом. Посмотрев на ее, Глебов одобрительно кивнул.
– Прикид что надо. Почему бы тебе не носить это в приемной?
– У нас не такая приемная, где носят короткие платья.
– Возможно. Впрочем, я пригласил тебя не ради этих бесед. Меня интересует информация о Румянцеве.
– Всякая информация стоит денег, – ухмыльнулась Тульская, не притрагиваясь к кофе, который он заказал.
– Справедливый подход, – заметил Глебов.
– Сколько?
Тульская нахмурила брови.
– Расскажи для начала о себе. Так нам будет легче определиться.
Глебов пожал плечами.
– Этот тип, Румянцев – маклер, который проворачивает экономические сделки. Это почти все, что я знаю о нем, – начал он издалека.
– Но для кого-то это муж. И этот муж пропал. Мне платят за то, чтобы я нашел его живым или доказал, что он умер. Вот, собственно, и все.
Он глотнул кофе.
–Ты что, сыщик? – осенило Тульскую.
– Да.
– А если мне нужна помощь в одном, ну… конфиденциальном деле?
Тульская улыбнулась змеиной улыбкой.
– Все зависит от того, каков гонорар и в чем заключается дело.
– Речь идет об этой самой фирме. Информация и будет гонораром.
Глебов задумался.
– А что надо делать?
Тульская отпила кофе.
– Да так, сущая безделица. Фирма, в которой я работаю, организовала незаконный вывоз за границу крупной партии очень дорогостоящего товара. Я совершенно случайно оказалась в курсе всех дел. Документы, компрометирующие фирму хранятся в сейфе, и их необходимо заполучить.
– Речь идет о взломе сейфа?
Тульская кивнула.
Предложение прозвучало, мягко говоря, неожиданно. Глебов собрался было отказаться, однако любопытство взяло верх.
– Что это за товар и какова страна назначения?
– Зачем тебе?
– Чтобы ты не могла делать из меня дурака. Если я соглашусь подставлять свою шкуру, то я хочу знать все.
Тульская пожала плечами.
– Речь идет об очень большой партии урана. Когда Кротовский реактор ремонтировали, возникла неразбериха в количестве использованных стержней, и кое-кто этим умело воспользовался.
– Кто именно?
– Мне неизвестно. Уран будет отправлен в Финляндию.
– Финляндия – это перевалочный пункт?