– И ты поедешь? – вырвалось у меня.
– Не знаю еще, к тому же, чего я там не видел? Если будут интересные проекты, тогда можно. Чего сейчас думать об этом! – подвел он итог, переводя разговор на другую тему. – Нужно просто отдыхать, раз уж приехали!
И я решила для себя, пусть Вадим едет, я не буду плакать. Пройдет время и жизнь покажет, что все было только к лучшему. К тому же, если подумать, мы слишком часто отказываемся от шанса получить то, о чем мечтаем… боясь потерять то, что имеем… Будь что будет!
И я просто отдыхала, ни о чем не думая, не сожалея и ничего не загадывая. По сути, самыми интересными в жизни оказываются именно моменты, которые нельзя спланировать или спрогнозировать, они спонтанные и поэтому самые захватывающие и запоминающиеся.
***
Через год Серж предложил Вадиму съездить в Египет. К тому времени он уже прочно обосновался в Москве и скорее всего хотел обсудить какие-то компьютерные дела, так почему бы не совместить это с отдыхом на море? Удобно и экономично – совещание за границей.
Итак, однажды вечером Серж написал Вадиму, что есть хорошие путевки в страну пирамид, где он сам бывал неоднократно. Поскольку кроме ноутбука Вадима не интересовали никакие туристические принадлежности и аксессуары, заняться сборами в дорогу он поручил мне.
К счастью на этот раз он сообщил мне известие о том, что мы отбываем в Египет не «за полчаса до весны», а заблаговременно, за целых пять дней до вылета и у меня была возможность, во-первых, переварить это известие, во-вторых, составить список «самых, самых необходимых вещей», которые надлежало прихватить в дорогу, а, в-третьих, обзвонить подруг с целью посоветоваться «что надеть и что взять с собой», а на самом деле вызвать у них изрядную долю зависти: я еду отдыхать за границу, в теплые страны, а вы оставайтесь здесь, в холоде и повседневности нерешительной сибирской весны. План сработал на все сто процентов: я получила множество ценных советов типа: «не ходи одна в купальнике по улицам, не улыбайся всем подряд, не купайся ночью, обязательно съезди посмотреть пирамиды» и тому подобное, массу завистливых охов и ахов, вопросов по поводу количества звезд отеля, который мы осчастливим своим присутствием, стоимости путевок и продолжительности самого отдыха. Закончив разговоры, я с чувством глубокого удовлетворения и честно выполненного долга пошла собирать чемоданы…
Страна пирамид, песков и пустыни встретила нас теплым воздухом и восточным покоем. Было так необычно ощущать, что из холодной, ветреной и неуютной в это время года Москвы мы попали в солнечную и теплую, но еще не жаркую Африку. В Египте весной после пяти вечера резко темнеет, а в семь часов уже можно считать на небе звезды.
На территории только что выстроенного и еще малонаселенного отеля в Daxab было два больших корпуса и множество двухэтажных домиков на склонах гор, спускавшихся каскадом к морю. В каждом домике было по четыре номера: два на первом этаже и два на втором. Маленькие садики вокруг каждого домика и большие на площадках, фонтаны, террасы – уютный мир, дышащий покоем и красотой.
Вадим, к моему глубокому сожалению, не разделял моего романтического настроения и сразу по прибытии устремился прямиком в номер, проверить, как работает интернет, потому что рабочие сервера были очень важной частью его жизни, за ними нужно было постоянно следить, поэтому в каком бы уголке земного шара он не находился, главным условием его пребывания там было наличие хорошо работающего интернета.
Гуляя вечерами в одиночестве по территории отеля, я размышляла о своей жизни с гением-программистом, а когда возвращалась в номер после прогулки, слышала:
– Что ты такая недовольная? Как будто тебя не на отдых в Египет привезли, а в какую-то тьму-таракань заполярную. Смени выражение вселенской скорби еврейского народа на что-нибудь попроще.
– Неужели? – обиженно говорила я. – Здесь, конечно, очень хорошо. Просто гулять одной грустно, отель полупустой. Я хочу, чтобы мы гуляли вместе, зачем мы сюда приехали, если ты безвылазно сидишь в номере, который сделал своим рабочим кабинетом?
– Сервера ломаются. Стоит уехать и сразу, бац! А на улице темно, ничего все равно не видно! – не отрывая взгляда от ноутбука, говорил Вадим. При этом у него на лице было непроницаемое выражение программиста-в-печали. – Познакомься с кем-нибудь. Вон гуляй с теми москвичками, с которыми мы приехали.
– Они в основном сидят рядом со своим домиком и что-то пьют. Мне неудобно к ним подходить. А знакомиться тут не с кем. Или ты хочешь чтобы я с арабом познакомилась, их тут много! – хотя этим Вадима встревожить было проблематично, он знал мое отношение к представителям восточных национальностей.
Узоры из лепестков роз, выкладываемые заботливым персоналом отеля на белоснежном покрывале огромной двуспальной кровати, не внушали Вадиму романтического настроения. Он стряхивал их перед сном, как ненужный мусор, исправно оставляя чаевые на тумбочке.
Вадим не выходил на балкон, чтобы посмотреть на красивые пейзажи, насладиться вечерним покоем, предпочитая смотреть в экран ноутбука, где пейзажи ему заменяли многочисленные злословия на любую тему и специфические шутки на форумах программистов. Самые веселые и интересные он обсуждал с Сержем, который часто заходил после душа к нам в номер. Они сидели друг напротив друга, каждый уткнувшись в свой ноутбук и временами переговариваясь на каком-то непонятном тарабарском программистском языке. Классическая картина: программисты на отдыхе. Куда там охотникам на привале!
Утром после завтрака мы с Вадимом шли на пляж. Я популярно и доходчиво как могла объяснила ему, что это самое лучшее время, чтобы купаться и загорать: еще не слишком жарко. Конечно, Вадим с удовольствием остался бы в номере наедине с интернетом и возлюбленным ноутбуком, но я настойчиво требовала, чтобы он шел на пляж со мной, иначе зачем он приехал на море. Вадим не любил загорать (боялся заработать рак кожи), поэтому, искупавшись, сразу возвращался в номер с чувством честно выполненного долга и с огромным облегчением снова утыкался в ноутбук.
Парадокс интернета – он соединяет людей, находящихся далеко, но разъединяет нас с теми, кто находится рядом.
Днем мы обычно отправлялись в городок, расположенный недалеко от отеля, и, угостившись местными деликатесами, шли рассматривать достопримечательности, а точнее многочисленные сувенирные лавочки и магазинчики, где как в любом туристическом уголке планеты, лежали груды сувениров, игрушек, одежды и разных других вещей непонятного назначения. И везде торговали мужчины.
Я, свободная от религиозных убеждений, не закутывалась в паранджу, чем очень раздосадовала своего благоверного. Однажды он не выдержал и буквально набросился на меня с претензиями:
– Ты зачем так одеваешься? На тебя все пялятся, и скоро мне придется бить арабам морды!
– Странно, ничего такого я не замечала. Туристки здесь не закутываются в паранджу, потому что очень тепло, а в джинсах просто жарко и неудобно ходить!
– Хотя бы надевай что-то, что закрывает твои ноги. Между прочим, у египтян еще ранняя весна и холодно. Видишь, некоторые арабы в куртках?
– Арабы пусть одеваются, как считают нужным, а мне кажется, что здесь жарко, к тому же я привыкла к несколько другой ранней весне. Я не собираюсь напяливать куртку и джинсы. К тому же одежды у меня очень мало, ходить не в чем! – привела я излюбленный женский аргумент на все случаи жизни.
– Мало! Ну так давай купим тебе недостающую.
И мы отправились в магазин одежды, хотя «магазин» – это громко сказано, поскольку и внутри и снаружи это была обычная лавчонка шесть-на-девять, как и все тут.
Я перебирала ворох различной одежды, стремясь найти что-нибудь не очень «египетское», в то время как Вадим сосредоточенно отбирал подходящие с его точки зрения вещи: нечто бесформенное и уныло черно-серо-коричневое.
– Что это? – спросила я с отвращением разглядывая кучку тряпья у него в руках.
– Это очень удобная и подходящая в данной ситуации одежда! – ответил он с нажимом.
– Ага! Половая тряпка и то привлекательнее и больше подходит к данной ситуации! – возмутилась я. – А еще лучше просто купить кусок ткани такого же замечательного землистого оттенка и замотать меня ею с головы до ног. Дешево и сердито!
– Не утрируй, я же о тебе забочусь!
– Хороша забота – нарядить меня как огородное пугало, идущее на похороны, причем, возможно на свои собственные, поскольку оно уже в саване.
– Ну почему сразу похороны. Темный цвет свидетельствует о скромности, к тому же он не такой маркий и темную одежду легче стирать.
– О, Господи, – я закатила глаза, – я буду носить то, что хочу, а не то, что считаешь подходящим ты, нравится это тебе или нет!
Я схватила первую попавшуюся под руки майку ядовито желтого цвета, на которую в другой ситуации и не взглянула бы и протянула ее продавцу:
– Заверните, я беру эту.
В скобках замечу, что это замечательное изделие местных текстильных умельцев я надела только один раз, и то в пику Вадиму, а по приезду домой использовала по ее прямому назначению – в качестве половой тряпки.
Инцидент был исчерпан, но неприятный осадок остался надолго.
Приехавшие вместе с нами москвички, тетя и племянница, побывали во многих уголках планеты и уже ничему не удивлялись и не радовались, а просто спокойно и деловито, как будто выполняя какую-то обязанность, скучную, но необходимую, жарились на солнышке, предпочитая плаванье обеду. Однажды, собираясь уходить с пляжа, я подошла к ним и мы разговорились:
– Лидиана, а вы с мужем из какого города? – поинтересовалась старшая, хотя по ее взгляду было видно, что ей скучно, словно она сидит и разговаривает на лавочке у подъезда с соседками на давно со всех сторон обсосанные и уже изрядно надоевшие темы, типа плохих отметок Васьки с третьего этажа или очередного ухажера Люськи с пятого.
– Это небольшой город, – ответила я, намекнув, что они, скорее всего, даже не слышали о большинстве городов за пределами столицы нашей Родины.
– Вы давно поженились? – перевела она разговор на другую тему, ей действительно было не интересно, из какой я провинции. – Серж говорил, вы в браке. – подчеркнула она последнее слово.
– Осенью.
– А Вадим с Сержем давно знакомы? Кажется, Серж из вашего города?
– Да. Если честно, я не знаю, когда они познакомились. Вадим говорил, что давно знают друг друга. Год назад они вместе хотели поехать работать в столицу, но Вадим в последний момент передумал.
– Все сюда едут работать, а Москва ведь не резиновая! – со злостью в голосе отметила тетя.
– А почему твой муж передумал ехать вместе с напарником? – перебила младшая, удивившись, по-видимому, такому исключению из правил. – Не нравится у нас?
– Не знаю, – я действительно не знала, Вадим так и не сказал мне, почему он в последний момент отказался уехать из провинции, где нет интересных компьютерных проектов и людей.