Позади нее стоял родной брат Вадима, Олежек, который был младше его на несколько лет, ниже ростом, весьма упитанный, точнее откормленный до лоснящейся сытости, тоже в очках, со взъерошенными черными волосами. Он имел привычку закусывать нижнюю губу, с выражением глубокого страдания, раскаянья и скорби. Олежек никогда не смотрел в глаза собеседнику, всегда отводил взгляд, а на руках у него, когда задирались рукава рубашки, были видны устрашающего вида шрамы (как мне потом рассказали, от несчастной любви он вскрывал себе вены).
Олежек Тропинкин был на семейной вечеринке с Маней (именно так называли ее окружающие), и надо признаться, это имя ей очень шло. Она стояла рядом с ним и смотрела на Вадима полными соболезнования глазами. Почему она хотела ему посочувствовать и утешить, остается только догадываться. По плотно сжатым и слегка искривленным губам Мани я заметила, что ей скучно. Потом она соизволила посмотреть в мою сторону, почему-то с нескрываемой враждебностью.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: