Оценить:
 Рейтинг: 0

Все начинается с рассвета

Год написания книги
2018
Теги
1 2 3 4 5 6 >>
Все начинается с рассвета
Лилия Фандеева

Это еще одна история о буднях, проблемах, разочарованиях и надеждах. История временами грустная, иногда дерзкая, иногда нежная. История о любви и настоящем счастье, которое скрывается в мелочах. Про эти вещи не принято говорить, но именно их и стоит ценить. Счастье не нужно ждать – его нужно испытывать.

В оформлении обложки была использована фотография с https:// w-dog.ru/wallpaper/ nastroeniya-devushka

Пролог

Был полдень. Маршрутное такси, остановившееся на остановке «Университет», было достаточно свободным. Ксения Морозова оказалась единственной пассажиркой, вошедшей в его душный салон, и авто двинулось дальше по маршруту. Присев к окну, девушка прикрыла глаза и улыбнулась. « Моя, казалось, бесконечная учеба закончилась. Сколько часов за пять лет я провела на этом маршруте подсчитать не сложно, но и ненужно. В понедельник заберу документ и буду приезжать сюда только на вечера встреч», – подумала она. Ее мысли прервал тихий телефонный звонок.

–Да, мама. Все в порядке. Я заеду к вам через пару часов.

Она отключила телефон и вновь закрыла глаза. « Завтра исполнится пять лет, как погиб папа. Я только окончила второй курс университета. Через год мама вышла замуж и моя жизнь изменилась. Первое время она мне даже нравилась. Я подружилась с Вероникой, дочерью Павла Владимировича, которую все звали Никой, и которая была всего на полтора года старше. У меня появилась своя комната в их доме. Правда, отношения с мамой окончательно испортились. Меня хватило на два месяца, и я вернулась к бабушке. Мне сейчас кажется, что Даниловы всегда были в жизни мамы. Она боится потерять то, что имеет и самое абсурдное, уверена в том, что я могу стать причиной этой потери. Я все время, в ее присутствии, чувствую себя виноватой. Я не так одета, я не так сказала, я редко звоню. Так и хочется ей сказать: – «Мама, ты знаешь адрес и телефон, приезжай, посмотри, как я живу, спроси о моих делах». Разговоры в доме ведутся о проведенном отпуске, о новых покупках и новых знакомых, и заводит их всегда мама. – Ксения открыла глаза, взглянула в окно. Знакомая картина «сообщила», что ехать ей еще минут пятнадцать. – Ну вот, мало того, что я еду в скорбное место, теперь и настроение мрачное, и мама тут не причем. Да, я сделала выбор, я приняла решение. Пусть оно будет неверным, опрометчивым, но другого выхода нет. Мне многое нужно сделать за неделю, сделать тайно. Не лгать, нет, просто не говорить всей правды. Кто-то расценит мой поступок как предательство, а кто-то вздохнет с облегчением».

Маршрутное такси остановилось на нужной остановке. Ксения вышла и неспешно двинулась вдоль забора кладбища, где женщины торговали цветами. Белые «Жигули» шестой модели остановились у ворот. За три дня Ксения привыкла к «почетному эскорту» и не обращала внимания. Во-первых, водитель ни разу не вышел из машины, хотя ездил постоянно за ней, во-вторых, он не маскировался. Его можно было принять и за охрану, и за слежку. Купив цветы, она прошла мимо машины, даже не взглянув на водителя, и неторопливо пошла по аллее. « Парень не виноват. Ему поручили, он исполняет»,– подумала Ксения, останавливаясь у знакомых березок. – Но кто и зачем?» Три скромные гранитные плиты встретили ее молчанием.

– Простите, что не навещала три месяца. Теперь я могу вас порадовать. Ваша внучка и дочь специалист, за плечами интернатура, а впереди работа, – говорила она, убирая старые цветы и мусор, нанесенный ветром. – Я буду очень стараться и вы, возможно, сможете мной гордиться.

– Знаешь, папа, мне надо уехать. Я не решила куда, но я вынуждена это сделать, – обратилась она к отцу, протирая влажной салфеткой плиты и собирая мусор в пакет.

– Дедушка, я «не порю горячку», и я семь раз отмерила. Обстоятельства складываются так, что, на данный момент, другого выхода нет, – говорила она, как будто оправдываясь перед дедом.

– Дом, бабуля я продаю. Ты сама говорила, что дому нужен хозяин. Огород соседи засадили картошкой, теперь сами борются с сорняками, – сказала она, возлагая цветы. Присела на скамейку, поставив рядом пакет, и продолжала. – Моих знаний хватило только на твои цветочные клумбы, мы нашли с ними общий язык. Надумаю вернуться, есть папина квартира в городе.

Она заплакала тихо, беззвучно, глядя на гранитные плиты. Слезы сами катились по щекам: – « Папа, я не бегу от проблем, их просто нет. А вот люди, которые могут их создать, есть». Она говорила и чувствовала за спиною чье-то присутствие, но не решалась оглянуться. Человек обошел ее, возложил всем цветы и присел рядом с ней на скамейку, сняв с плеча небольшую сумку.

– Продолжай, я не буду мешать,– сказал мужчина, глядя на нее.

– Дядя Витя, миленький, – с трудом выговорила Ксения, продолжая плакать, уткнувшись головой ему в грудь.

– Поплачь, девочка моя, – говорил Виктор Иванович Холодов, гладя девушку по волосам. – У нас будет время для разговора. Я ни куда не спешу.

Прошло минут пять. Ксения вытерла слезы, мокрый нос, с грустью посмотрела на Холодова.

– Как Вы здесь оказались?

– Я приезжаю сюда каждый год, в ближайший выходной. Сегодня суббота, так совпало. Я здесь уже часа два, надеялся, что увижу кого-то из вас.

Он достал из сумки маленькую фляжку, отвинтил крышку и протянул Ксении.

– Я не пью, – не спеша принимать фляжку, сказала она.

– Ты и не пей. Сделай глоток и передай тому, кто пьет. Коньяк хороший, тебе сейчас это нужно, – сказал он, принимая фляжку в обмен на конфету и делая пару глотков. – Теперь Сеня давай с самого начала коротко и обо всем, как на исповеди в церкви.

Ксения с благодарностью и надеждой посмотрела в глаза родному человеку. Он объявился так внезапно, а главное, так во время. Рядом с ним ей было спокойно, и она заговорила…

Глава 1

Александр Морозов и Виктор Холодов родились в один месяц и в один год. Познакомились, а потом и подружились, при поступлении в училище ВДВ в 1977 году. Оба брюнеты, ростом метр восемьдесят с хвостиком и хорошо развиты физически. На этом их сходство заканчивалось. Друзья были очень разные. Александр – парень « от сохи». Родился и вырос в Ленинградской области, в семье агронома и ветеринара. Его родители стали первым поколением сельской интеллигенции, вернувшись со своими матерями после эвакуации на малую родину. Саша был единственным ребенком в семье и очень необычным. Он умел делать все. Как говорится, руки выросли из правильного места. То, что не удавалось сделать из-за пробелов в теории, он прибегал к помощи хорошо развитой интуиции. Будучи школьником, он мог подоить корову, приготовить не хитрый обед, чинил электрические приборы и водил трактор, который сам и чинил, летом работал в поле. Одним словом, был хозяином. Учился в школе без троек, отдавая предпочтение точным наукам. Мечта стать военным, и не просто военным, а десантником, подтолкнула его заняться физической подготовкой основательно. Он одинаково хорошо играл в футбол и волейбол, без труда выполнял все школьные нормативы по физкультуре, но этого было не достаточно. Бег, летом плавание, зимой лыжи, подтягивания стали основными видами спорта в последние два года перед окончанием школы. Начало мечте было положено. В 1977 году он стал курсантом Рязанского училища ВДВ.

Виктор родился в Ленинграде в семье потомственных военных и был интеллигентом в N поколении. Его судьбу можно было предугадать еще при рождении. Родители дали ему лишь один шанс. Этот шанс был в выборе рода войск. Виктор выбрал десант. Он был вторым ребенком в семье, но это не давало ему никаких поблажек. Вместе с сестрой он посещал музыкальную и художественную школу, изучал английский. Лет в пятнадцать он устроил «бунт на корабле» и категорически перестал посещать музыкальную школу. Через год бросил и художественную школу. Теперь он занимался в секции самбо, но согласился продолжить заниматься английским. Учился он легко, много читал, и читал по своему, одному ему известному, принципу. Книги были разными, как и их авторы, но предпочтение отдавалось истории со времен древности и военной тематике. Одним словом, в 1977 году училище ВДВ пополнилось новым эрудитом и самбистом с разрядом в одном лице.

Мороз и Холод, так прозвали друзей в училище, дополняли друг друга. Свои летние каникулы они проводили по две недели в городе и в деревне. Виктору, выросшему в городе, больше нравился отдых в деревне, где была тишина, покой и вкусные обеды матери Александра. Саше нравилось в городе. Одна квартира родителей Виктора, капитана первого ранга, приводила его в восторг. Иван Константинович был хорошим рассказчиком и юмористом. Родители ребят принимали их в обеих семьях как братьев. После третьего курса, будучи в отпуске в Ленинграде, Виктор встретил свою соседку по подъезду. Три года назад он не обращал на нее внимания, а теперь из пигалицы выросла принцесса. У Виктории, которая училась в техникуме торговли, «нашлась» подружка Людмила. Завязалось знакомство, продолжавшееся перепиской, встречами. Молодые лейтенанты, окончившие училище и получив предписания в одну часть, перед отбытием в нее женились. Свадьбу Виктора отмечали в ресторане на неделю раньше. Родители невесты были тоже людьми военными. «Чтобы быть женой военного, надо ею родиться», – сказал будущий тесть зятю. Свадьбу Александра отмечали в селе с деревенским размахом.

Два года относительно спокойной службы и переброска в Афганистан. Виктор отправил беременную жену к родителям. Оставлять ее в части в таком состоянии было нельзя. Людмила собиралась составить компанию подруге и вернуться в город. Ни Виктория, ни родители не возражали, и Саша согласился с переездом. Оба понимали, чем может закончиться их «выброска».

Чтобы не сидеть у подруги на шее, Людмила устроилась работать продавцом в магазин. В свои выходные уезжала в деревню к родителям мужа. Через два месяца Виктория родила сына, и времени на подругу стало не хватать. Теперь Людмила не спешила с работы в свою комнату. Возвращаясь из деревни электричкой, она познакомилась с молодым человеком. Он ехал в город с дачи тестя. Короткое знакомство, закончилось страстью без обязательств. Павел был женат, и собирался стать отцом, а Людмила «спасалась» от одиночества. Было бы смешно, если не было бы так грустно, но именно так можно было расценивать их встречи. Три раза в неделю, в одно время и в одном месте. Оба понимали, что связь их временна, но отказаться не могли. Павел был внимательным, щедрым и страстным любовником, а Людмиле было всего двадцать два года, чтобы задумываться о завтрашнем дне. Мысли о том, что об измене могут узнать, ее не пугали. Их связь продолжалась почти два года, и расстались они накануне приезда Александра.

– Что теперь будешь делать? – спросил Павел. – За время нашего знакомства ты очень изменилась, это трудно не заметить.

– Буду радоваться вместе со всеми, что вернулся живой, – ответила подруга. – Мы никогда не говорили с тобой о нас, как о паре. Будь ты свободен, мы могли бы быть семьей?

– Я об этом никогда не думал и повода для подобных вопросов не давал. Меня устраивает моя жизнь и очень повезло с тобой. Как будто выиграл в лотерейный билет. Ты умная, не капризная, замужняя женщина, которая знала, на что шла, и не будет устраивать сцен.

– Я задала глупый вопрос, извини. Даже если я разведусь с мужем, у меня нет уверенности в том, что останусь твоей любовницей еще на пару лет. Я давно стала забывать мужа, а ведь, казалось, любила. Изменения во мне можно списать на долгую разлуку, но не факт что поверят.

– Мне пора уходить. Ключи оставь на столе, просто захлопни дверь, – говорил он одеваясь. – В кухне на столе пакет для тебя, не забудь забрать, – сказал Павел, повернувшись к ней лицом.– Люся, наши отношения пора было прекращать. Возвращение твоего мужа только приблизило этот финал. Прощай.

Павел вышел из квартиры, хлопнув дверью. Людмила, поднялась с постели, привела себя в порядок, грустно глядя на себя в зеркало. Она не жалела о том, что случилось и как все закончилось. Оставив ключи на столе, забрала пакет, даже не заглянув вовнутрь, захлопнула дверь квартиры и вернулась в квартиру Виктории. Здесь стоял «дым коромыслом» в ожидании приезда сына, мужа и отца. Поддавшись «всеобщему» волнению, Мила собрала вещи в сумку, положила в нее принесенный пакет и поехала к родителям Александра. Через сутки порог родного дома переступил Александр Морозов. Встреча была бурной, со слезами радости. Мила, в объятиях мужа, почувствовала нежность к этому незнакомому – знакомому мужчине, повзрослевшему, но такому родному. «Начну все с чистого листа. Я подлая предательница, но Саша не заслуживает такого удара в спину. Надо все забыть, как страшный сон», – думала она, лежа на груди мужа. Александр заметил разительные перемены в жене. Она стала внешне очень элегантной, сменила прическу, которая ей была очень к лицу, а в постели была покорной и страстной. Такой она нравилась ему еще больше. Отпуск пролетел очень быстро и семьи вернулись в часть. Прошло немало времени, чтобы воспоминания притупились, а душевные и телесные раны затянулись, оставив после себя отметины. В семье Морозовых в 1986 году родилась дочь, которую в честь бабушки назвали Ксенией, а близкие называли ее Сеней. Подросшие дети, Владислав и Ксения, а по-простому Слава и Сеня, быстро нашли общий язык. Слава был на три года старше подружки, и девочка не оспаривала первенства, зная кто из них главный. Детей отправляли на месяц в деревню к одной бабушке, а в выходные этого месяца, они проводили в городе у другой. В один из таких месяцев в деревне, Славка сделал на голове Сени красивую корону из репейника. Волосы пришлось остричь очень коротко. Плакала Сеня, плакал Славка и были долгие уговоры отца. Сене было девять лет, и она согласилась с тем, что короткая прическа ей к лицу. С тех пор она еще больше стала походить на мальчишку, и отращивать волосы категорически отказывалась. Если в отпуск ехала одна семья, то ребенка друзей брали с собой. Они жили в одном доме, на одном этаже в квартирах по соседству.

Чем старше становились друзья, тем больше они испытывали разочарования в службе. Не в службе, как таковой, а в отношении к армии. После 1991 года начались массовые сокращения. Воинские части перебазировались из бывших союзных республик в Россию. Куда? Где размещать людей и технику? Самый простой способ решить вопрос – ликвидировать часть. Не успели пережить «перестройку» в армии, грянула первая чеченская. « Витя, что мы здесь делаем? – задавал Александр вопрос другу, зная ответ. «Ребят пытаемся уберечь насколько это возможно. Кроме нас с тобой им помочь не кому. Работай», – отвечал друг. Вернувшись в часть, Виктор подал рапорт на увольнение по ранению. Виктор перевез семью в город с другим названием, в квартиру родителей и пошел служить в милицию. В 1996 году он поступил на заочное отделение университета МВД в Питере, со сроком обучения четыре года шесть месяцев на базе высшего неюридического образования. Не стоило сомневаться в том, что и друга он подобьет на тот же шаг. Александр согласился, но не сразу. Отец Виктора умер в 95. Сестра, став женой морского офицера, давно обосновалась в Севастополе и приезжала к родителям раз в пять лет. Мать, прожившая с отцом сорок лет, став адмиральшей, очень тяжело переживала утрату. Виктор мать боготворил, но не уберег. Упрямая адмиральша с боем принимала все походы к врачам, говоря при этом: – « Я сын, пережила блокаду. Все остальное, по сравнению с ней, сущие пустяки, временные неудобства. Я справлюсь, а ты делом займись». Она умерла в 98. Чуть позже, начались проблемы в семье самого Виктора. Брак, длившийся семнадцать лет, дал трещину. Супруги не ссорились, не выясняли отношений, но оба понимали, что семейная жизнь тяготит обоих и надо что-то решать.

– Наши отношения, Витя, исчерпали себя. Что-то мы упустили и трудно искать виновного. Ты же не хочешь, чтобы мы расстались врагами? Мы не должны ограничивать свободу друг друга, иначе начнутся взаимные упреки и ни к чему хорошему это не приведет. Мы будем жить вместе до определенного срока. Я сама поговорю с Владиславом после его поступления.

– А если он не пройдет профотбор? – задал вопрос Виктор, лишь для поддержания разговора.

– Все у него получится. Он такой же «упертый», как его отец. Ты знаешь, я была не в восторге от его выбора.

– Может всему виной моя служба?

– Нет, Витя. Ни служба, ни командировки не причем. Мы были с тобой счастливы. Мне не в чем тебя упрекнуть за эти годы. Но жить по привычке – это неправильно. А мы последний год так и живем. Славка вырос, и я просто хочу пожить для себя. Повидать мир, делать то, чего хочется, не откладывая на потом, быть свободной и ни от кого не зависеть.

Виктор понимал, что жена права, и прежних чувств уже нет, но ему не хотелось жить одному. Он никогда не жил один и это его настораживало. А еще, он не мог представить себя без Виктории.

Откровенный разговор, начатый Викторией, закончился обоюдным решением: « Оставить все как есть, пока сын не окончит школу и не поступит в училище».

Владислав стал курсантом училища в 2000 году. Провожать Холодова младшего приехали и Морозовы. Последние три года дети друзей виделись реже, но оставались привязанными друг к другу. Стоя на платформе вокзала у вагона, Славка обнял подружку и поцеловал в щеку.

– Дурак, – сказала Сеня тихо.

– Сама ты влюбленная дура, – ответил Славка ей на ухо.

Ксения развернулась и бегом бросилась с вокзала, ее отец направился следом.

– Дядя Саша, скажите ей, я писать буду, – крикнул Славка вдогонку.

– Что это было, Сеня? – спросил отец, догнав дочь. – Ты влюбилась?

– С чего ты вял?
1 2 3 4 5 6 >>