– Так, – согласился герцог нехотя. – С даром у Миррэ порядок. Я боялся, что к ней будет лишнее внимание со стороны адептов. Вы же их знаете, эшшер ректор! – воскликнул отец в каком-то отчаянии.
Проигнорировав его, Фелсен Шварц обратился ко мне:
– А вы, адептка, считаете, что находитесь здесь по праву?
– Я сдала отборочный тест лучше всех в пансионе, эшшер ректор. Полагаю, что да, – ответила я.
Ректор с укором посмотрел на герцога.
– Вот видите, Блэкрок. Чего же вам еще надо? Пусть Миррэ спокойно учится. Вы ведь учиться сюда приехали, адептка?
– Да, эшшер! В пансионе нас учили только усмирять магию, а мне хочется большего! – не удержавшись, пожаловалась я.
– Блэкрок! – вздохнул укоризненно Фелсен Шварц. – Насколько мне известно, у вашей дочери совсем не было магии, а когда она появилась, вы заставили девочку ее усмирять? Я бы на ее месте откусил вам за это голову!
Мы с папой даже переглянулись от столь неожиданного заявления, а ректор продолжил.
– Представьте, что вы только научились ходить, встали на ноги, сделали первые шаги, а вас насильно усадили обратно и запретили подниматься. Или вы были слепы, а затем прозрели, но вас насильно заставляют носить плотную повязку. Как бы вы себя чувствовали при этом?
– Я не думал в подобном ключе… – глухо отозвался герцог и виновато зыркнул в мою сторону.
– Так подумайте! Адептка Блэкрок, пока декан размышляет, вы можете быть свободны. Идите, устраивайтесь, а мы немного побеседуем. Если возникнут какие-то проблемы, или кто-то станет вас обижать, обращайтесь ко мне напрямую. Всегда рад помочь. – Ректор тепло мне улыбнулся.
От радости мое сердце подпрыгнуло. Теперь даже папочка не сможет от меня избавиться!
– Спасибо! – поблагодарила ректора от всей души и направилась к выходу.
– Постойте, Миррэ! А кто такой Симка? – неожиданно спросил Фелсен Шварц.
Меня даже жаром обдало, но врать я не отважилась.
– Симка – мой симуран. Он сопровождает меня повсюду. Но не переживайте, эшшер ректор, он не доставит проблем. Вы его даже не увидите. Симка очень умный и самостоятельный, а еще он носит мою почту в Древнелесье и на север к сестре… – выпалила я на одном дыхании, поняв, что без Симки мне будет очень грустно.
– Обувь грызть не станет? – почему-то спросил Фелсен Шварц.
– Нет, – растерянно протянула я, не ожидая подобного вопроса.
– Вот и славно! Тогда пусть живет, только не попадается на глаза эшшери Кригер. Она животных недолюбливает.
– Спасибо! – снова выдохнула я, чувствуя, как за спиной вырастают воображаемые крылья.
Меня только что едва не сбросили в пропасть безнадеги, а ректор протянул мне руку помощи и воодушевил. Я получила куда больше, чем рассчитывала. Официальное разрешение оставить симурана!
– Эшшер ректор, но ведь это животное! – не унимался отец.
– Он почти фамильяр вашей дочери, как я понял.
– Но ведь правила академии запрещают держать животных!
– Правила академии замшели! Пришла пора пересмотреть каждое, чем я и решил заняться. Создадим свежий кодекс, соответствующий новым реалиям, – заявил Фелсен Шварц.
Теперь, когда все разрешилось, и можно было волноваться только об учебе, я могла расслабиться. Но оставался еще один важный момент. В кармане моего пальто все еще лежало Средоточие дракона. Я не знала, чье оно, но кто, как ни другой дракон мог бы подсказать, что делать? Отец-то не дал и рта мне раскрыть, так что разговаривать с ним о находке желания не было.
– Эшшер ректор, мне…
– Не стоит благодарностей, адептка.
– Но я… Там на улице… – предприняла я очередную попытку.
– Я уже понял, что вы просто растерялись от радости. Ничего страшного, забудьте об этом маленьком инциденте. Он яйца выеденного не стоит. Мы не станем об этом упоминать впредь. Правда, герцог? – сказал ректор с нажимом.
– Конечно-конечно, эшшер Шварц! – согласился отец.
Похоже, и он испытал облегчение. Видимо, всерьез переживал из-за моей оплошности.
– Спасибо, эшшер ректор. Тогда можно…
Я хотела сказать: «Можно поговорить с вами наедине?», но Фелсен Шварц снова меня перебил:
– Конечно, идите! И поторопитесь, не то пропустите завтрак. Отправляйтесь сразу в столовую, она на первом этаже, по коридору налево от главного входа. Не перепутаете, там есть указатели.
Настаивать было неудобно, и я решила заглянуть к ректору позже. Тем более что он сам сказал заходить, если появятся проблемы. Думаю, причина у меня уважительная.
– Спасибо. Хорошего дня! – попрощалась я со всеми и покинула отцовский кабинет.
Ректор не покривил душой, навигация в академии оказалась прекрасной. Стоило только подумать, где то или иное место находится, как поблизости обнаруживалась нужная табличка, а то и целый указатель с картой. И все такое свеженькое, будто совсем недавно обновленное. Может, к нашему приезду постарались? Не знаю, так ли это, но столовую я отыскала без труда. Свернув в нужный коридор, вскоре оказалась в просторном светлом помещении, где было людно, немного шумно, и витали вкусные запахи. Желудок тут же напомнил, что последний раз принимал пищу вчера и потребовал немедленно это исправить.
Огромный зал был уставлен большими круглыми столами человек на десять, за которыми завтракали адепты. У самого входа располагалась гардеробная, где можно было оставить одежду. Ее принимал и выдавал самый настоящий элементаль! Воздушный. Папа не обманывал, когда рассказывал дома об этом.
– Здравствуйте! – поздоровалась я немного растерянно.
Общаться с подобными существами мне пока не доводилось.
Элементаль мгновенно переместился к стойке, обдав меня прохладным ветром, и сразу же запахло морем. Я стянула перчатки и засунула в карман пальто, размотала шарф и протянула все это элементалю, не зная, как правильно действовать. Очередной порыв ветра, и все мои вещи оказались аккуратно развешанными на плечиках.
– Ух ты! Как здорово! – Захлопала я в ладоши и, поддавшись порыву, поклонилась: – Спасибо!
Так, с улыбкой во весь рот я и повернулась к залу. От столика у окна справа мне махала Виллдэ.
– Мирре, мы здесь! – сообщила она на всю столовую, чем привлекла ко мне всеобщее внимание.
Парни беззастенчиво принялись оборачиваться. Один даже подмигнул, стоило случайно встретиться с ним взглядом. До этого я жила в замке и дружила только с дворовыми мальчишками, да и то украдкой от мамы. Потом меня заточили в пансионе, где было женское царство. А теперь я вдруг отчетливо осознала, чего так опасался отец, и смутилась. Стараясь больше ни на кого не смотреть, поторопилась к столу, где сидели девочки и, оказавшись в их кругу, почувствовала себя спокойнее.
– Ну как все прошло? – поинтересовалась Хвояна.
– По-разному. Сначала отец едва домой меня не отправил. Точнее, обратно в пансион. Но потом передумал и разрешил остаться.
– Какой ужас! – пискнула Юми, прижав ладошки к щекам.