– Что ты творишь?
– Ну, вот, стоило в трусы тебе залезть, чтобы ты перестала мне выкать.
– Отпусти, хватит!
– Тихо ты, – он толкает меня вперед, укладывает животом на раковину, так что приходится вцепиться руками, чтобы не провалиться. – Он сейчас придет.
Матвей уже между ягодиц трогает до ужаса мокрые складки, собирает словно нектар, смазку. Жмет мне на поясницу почти до боли и вытаскивает мокрые пальцы. Берет их в рот. Я ахаю. От неприличия ситуации горят щеки, а глаза так и прилипли к тому, как смачно он вылизывает собственные пальцы. Рот слюной наполняется. Словно я хочу так же…
– Зачем? – только и выдыхаю, когда он отпускает меня и поправляет юбку. – Зачем?!
– Хотел попробовать твой вкус первый, пока ты не дала этому недомерку.
Он уходит, а меня вместе с ним словно покинули силы. Опадаю на пол ровно в ту секунду, когда зашел Миша с бутылкой минералки.
– Лиза! Еле пробился. Такая толпень. Давай, иди сюда. Помогу. Хочешь ко мне поедем? И я не шутил насчет невесты.
– Повторишь это завтра, тогда поверю. А сейчас домой. Очень спать хочется.
– Я отнесу, – он поднимает меня на руки, чуть напрягается, но все-таки несет. До машины. До дома. До кровати под причитания матери. Но я уже не реагирую, все прокручиваю поцелуй. Жадный. Голодный. Злой. Первый.
Первый поцелуй.
И последний поцелуй с Дымовым Матвеем Дмитриевичем.
Глава 10.
– Куда прешь! – толкаю охеревшего быка, который толкнул меня в толпе, пока я взглядом провожал Мишу и его ношу. Сука, как хочется что-нибудь сломать!
Адреналин бьет по вискам, в грудь, словно взбешенный огромный дальнобойщик в берцах.
– Эй, Мот, ты чего?! – узнаю сквозь красную пелену Наиля. Блядь, чуть не вмазал. – Нихуя тебя кроет! Пойдем сядем.
– Ага, – все, на что меня хватает.
– Ты обкурился?
Вот хороший вопрос. В какой момент я обкурился? Когда предложил Лизе приревновать Мишу, а может, когда посадил к себе на колени официантку? А может, когда ответил на неумелый поцелуй?
Неумелый. Но блядь, он меня вставил так, что я чуть прилюдно ее не трахнул. Член стоял так, словно я в первый раз сиськи увидел.
– Мот! – машет перед моим лицом Наиль, а я моргаю.
– Не курил я. Да и трезвый давно. А ты чего еще тут?
– Домой собирался, тебя увидел. Ты разве не к телке поехал?
– Поехал, – блядь, я ведь даже не потрахался сегодня. Но вижу официантку, которая была коварно скинута с колен. Смотрю в ее сторону. Как улыбается, как облизывает тонкие губы. У Лизки пухлые. Наверняка будут отлично смотреться на моем члене. Да чего уж, она просто создана для моего члена. Можно прямо сейчас поехать к ней, затащить к себе и взять ее так, что она тут же забудет о боли порванной целки. Может быть, даже вылизать ее до дна!
Подношу пальцы к носу. Блядь, как же пахнет-то! А на вкус, как манго. Сладко, терпко, ни с чем не сравнить!
Прямо сейчас поехать, послать этого Мишу и сделать ее своей?!
Нет уж.
Не надо мне никаких целок.
С ними связываться, себе дороже. Лучше вот такие, доступные, всегда готовые.
Подзываю к себе. Пора избавиться от мыслей об одной маленькой сучке. А клин, известно, клином выбивают.
– Эй, ты! – толкают меня в плечо, и я поднимаю голову. Пышка, дочка Милы. Они, кстати, вообще не похожи. На первый взгляд. – Ну, и где Лиза?
– Ее жених домой повез, ты прощелкала.
– Ну, капец. Мы вообще-то не разделяемся в таких местах.
– Не мои проблемы, – поднимаюсь и иду к официантке, которая мне уже несет виски. Все знают, что я пью. А все ли знают, как люблю трахаться?
– Пошли, пончик, так и быть, отвезу тебя домой, – слышу за спиной и забираю бокал с подноса официантки. Зиля, – читаю на бейджике. Смешное имя. Но в общем-то какая разница?
– Ты, прямо, умница послушная, знаешь что я люблю пить.
– Я знаю, что вы любите, – опускает она взгляд в притворной покорности, а мне дико Лизу хочется увидеть точно в такой же смиренной позе. Тащу девку в випку, толкаю к дивану и встаю рядом.
– Ну, покажи, раз знаешь,
Она торопится, наверное, думает, что уйду, а ей так и не достанется конфетки. Довольно быстро расправляется с ремнем, ширинкой. Даже не утруждаю себя снять штаны, просто достаю хер и толкаю к тонким жадным губам. При одной мысли, сколько членов там перебывало, становится немного тошно. Но стоит ей взять в рот, как я торможу свою внезапную брезгливость. Закрываю глаза и берусь за высокую гульку. Кожа тут же чувствует разницу. Волосы сухие, словно солома, а у Лизки шелковистые, наверняка не тронутые краской.
Бля… как хочется, чтобы именно она в рот сейчас брала! Так же неумело касалась губами. Водила ими по головке, сводя меня с ума.
Толкаюсь в горло сучке все чаще. Хочется быстрее это закончить и слить возбуждение, словно в унитаз.
Это, блядь, ненормально!
Раньше меня минет всегда вставлял, а теперь я думаю, каково это, когда девка делает минет впервые. Как неуверенно гладит ладошкой.
У меня была такая, я думал, целка, но оказалось ее нанял отец, чтобы я, наконец, в свои пятнадцать с девственностью расстался. Я, блядь, влюбился, а он потом ее на моих глазах трахал, еще и присоединиться предложил. А я ведь присоединился. Трахал шлюху, как бешеный, давая понять, что старик просто чмо по сравнению со мной, во вкус вошел. Она потом еще долго за мной ходила. И мне понравилось, что она тоже в меня влюбилась.
– Раз любишь, то обслужишь моих друганов, милая.
– Друганов?
– Да, сделай это для меня.
Она сделала. Сосала по кругу, а смотрела на меня. С любовью, блядь.
Официантка, конечно, сосет дерьмово, у меня уже член готов спать лечь, а я ведь неделю не трахался. Даже смотреть на ее щенячий карий взгляд тошно. Отталкиваю ее, поворачиваю костлявой задницей. Задираю мини-юбку, щупаю. Даже мяса нет. Кость, да и только.