– Перепила? – серьёзно спросила её. – Зачем настроение портишь?
Жанна пьяно ухмыльнулась.
– Шучу!
Надежда подошла к Дине.
– Не сердись на Жанну, – сказала она. – Разве я не понимаю её шуток? А в отношении мужа, отвечу: может, я и не знаю, что такое любовь, но так как я отношусь к нему, мне кажется, никто не будет относиться. Если он уйдёт, я не смогу жить, не выдержу!
– Жанна! – строго посмотрела на неё Дина. – Что надо сделать?
Жанна, как нашкодившаяся школьница, подошла к Надежде:
– Извини! Нечего было спаивать! Наставила напитков, а потом обижаешься, что в пьяном виде несу что попало.
Надежда смягчилась:
– Перестань! Я же сказала, что понимаю шутки и не обижаюсь. Мне многие завидуют: говорят, за ним, как за каменной стеной. А я и в самом деле чувствую себя спокойной и защищенной. Я счастлива, девочки, и вам желаю хороших женихов и мужей. И я знаю, почему ты, Жанна, так шутишь! Мол, Надька некрасивая, глупая, троечница, а живёт припеваючи. А я и сама не верю своему счастью. Повезло, и всё тут. И я, и он из бедной семьи, и сначала у нас ничего не было. Я работала маляром на стройке, он – там же, – прорабом. Познакомились, подружили год и расписались. Первое время жили в общежитии, а потом на съёмной квартире. И только через несколько лет его институтский товарищ предложил работать в своей фирме. Вот так и развернулись. Так что не сразу мне было кайфово, как говорила Инга, увидела с ним и бедность и горе. Родился у меня маленький и не дожил до годика. Неизлечимая болезнь забрала, – сказала она и заплакала.
Подруги кинулись утешать Надежду. Ада и Дина вместе с ней поплакали. И только у Жанны и у Инги были сухие глаза.
– Ну, всё! – вытерла глаза Надежда. – Пригласила вас к себе для того, чтобы расстраивать? Всё, идём пить чай. Или кто-то кофе хочет?
– Я чай буду зелёный, – сказала Инга. – У тебя есть зелёный чай?
– Есть. А кто кофе, – есть любители?
– Есть, – ответила Дина. – Я буду кофе пить, по-турецки. Можно сама заварю?
– Можно. Кто с нами?
Вызвалась Инга.
– Вы не против, если я с вами пойду? – спросила она Надежду с Диной. – Или вы хотели посплетничать?
Дине хотелось сказать: «Да, ты угадала. Я хотела поговорить с Надей», но ей не хотелось отказывать и быть невежливой, поэтому она тактично заметила:
– Конечно, нет. Пошли с нами, поможешь заваривать кофе.
На кухне Инга разоткровенничалась.
– Нет, честно, я завидую вам белой завистью. Тебе, например, Надюша, за то, что живёшь полной семейной жизнью, причем, хорошо живёшь. А, как вспомню, была такой незаметной в школе! Тебя даже некоторые называли серой мышкой.
Надежде стало неприятно.
– Я знаю. Почти у всех были «кликухи». Но серая мышка не хуже злой кобры, – ответила она, намекая на то, что в школе Ингу звали «коброй».
Инга неприятно рассмеялась.
– Да, были у нас всякие экземпляры, – ответила она, напрочь отметая свою школьную кличку.
Надежда, открыв шкафчик и вынимая оттуда коробку для чая, и банку кофе в зернах, невозмутимо спросила:
– А мне интересно, Инночка, почему ты так низко меня ценишь? Или в твоём понятии те, кто учился на двойки и тройки, по определению не могли получить счастья? По-твоему, я не достойна его?
Инга смутилась.
– Нет, ты меня не так поняла. Я совсем не то хотела сказать. Ты такая скромная ученица была, и я всегда знала, что ты не глупая, но из-за своей стеснительности всегда невпопад отвечала… А сейчас ты такая уверенная в себе! Вот что богатство с человеком делает!
– Думаешь, это всё от богатства? – усмехнулась Надежда. – Брось, Инга выкручиваться! И комплименты мне нечего раздавать, я в них не нуждаюсь. А то, что богатство у меня и в самом деле имеется, так можешь позавидовать, не жалко!
Инга переключилась на Дину.
– Ты что, умеешь заваривать кофе?
– Умею.
– А какой будешь готовить? Кофе по-турецки?
– Угадала.
– Научишь?
– Научу. Смотри, что буду делать. Надя, дай турку.
– Я кофе варю в кофеварке, – отозвалась Надежда.
– О, тогда я не знаю, как готовить.
Надежда начала инструктировать.
– Очень просто готовить. Принцип действия основывается на однократном прохождении пара через молотый кофе под большим давлением. При выходе получается золотисто-коричневая пенка на поверхности кофе. Называется «крема».
– И как называется такое приготовление?
– Откуда я знаю? Кофе и всё. Только знаю, что «крема» – это показатель правильно приготовленного эспрессо. А уж эспрессо является основой приготовления капучино, латте, и других напитков.
– Ничего себе, рассказала! – с завистью произнесла Инга. – И ты умеешь все эти капуччино и латте готовить?
– А что там готовить? – засмеялась отходчивая Надя. – Сначала наливают молоко, а затем к нему, чтобы не перемешивать, добавляют эспрессо. В итоге получается слоёный коктейль – внизу молоко, а далее кофе, поверх которого всплывает густая молочная пена. Только молока должно быть в три раза больше, чем эспрессо. И тогда этот напиток будет называться латте. А капуччино – третья часть эспрессо, третья часть кипяченого молока, третья часть вспененного молока. Вот и всё. А американо, знаете, как готовится? – улыбнулась она. – Вообще просто! В эспрессо доливают горячую воду и подают. Готово!
– Не может быть! – покачала головой Инга. – Это ты заливаешь! Я в кафе пила американо! Оно знаешь, сколько стоит?
– Знаю, но ведь оно и в самом деле готовится проще простого, а почему накручивают такую высокую за не него цену, не знаю. К нам приезжал один немец, он с моим мужем познакомился в Германии, так он рассказывал, что во время Второй мировой войны американские солдаты просили итальянских барменов сварить им такой кофе, который они пили дома, в США. Бармены, не зная, как им угодить, просто брали эспрессо и разводили горячей водой.
– И что, тем понравилось?
– Видимо понравилось, потому что они потом не раз заказывали кофе.