Моя мысль о наличии у врача ребенка афроамериканца его разозлила. Мне же было интересно, почему Мари вызвала такое внимание босса: «Лютый, а на кой шут тебе понадобилась эта врач? Ей всего 28, она младше тебя на 20 лет».
Лютый, сделав большой глоток виски, сказал: «Сам не знаю, не перестаю думать о ее глазах, кажется, что если она будет рядом, все будет хорошо. Ничего не говори мне сейчас, Джамир, я сам в шоке от себя».
У меня же внутри бушевала злость, я, как и босс, не мог понять, что происходит, неужели нам она нравится? Нет, не может этого быть.
Месяц, что мы были заняты поездками, налаживали контакты и сферы сбыта своего товара с другими группировками, я Мари не видел, но знал, что ей не дает прохода анестезиолог по имени Харри, который даже пытался ее шантажировать распространением информации, что она участвует в боях без правил.
Когда я понял, что Мари это не нравится, и она его откровенно «отшивает», а он угомониться не может, пришлось ему помочь в этом. Мои ребятки с ним «пообщались», он неделю не мог появиться на работе, но от Мари отстал.
Весь этот месяц я постоянно думал о докторе, она мне часто снится, но каждый раз я ее теряю. Поймал себя на мысли, что начал других женщин сравнивать с Мари, и все проигрывали ей, девочке с золотыми волосами.
Ничего не предвещало беды, когда я возвращался после заключения крупной сделки по оружию из другого штата. Ехал на машине с охраной. Но, как говорится, крысы периодически заводятся не только в канализации, но и в преступных организациях.
Кто «слил» информацию про маршрут нашего движения, не знаю, разберемся позже, а пока на трассе нашу машину начали обстреливать из двух джипов, подрезая нам путь и сталкивая с дороги в кювет.
Машина резко затормозила, когда недалеко от нас прозвучал взрыв. Мы начали отстреливаться. В ход пошли не только пистолеты, но и автоматы. Нападавшие были в масках. В ходе перестрелки убитых и раненых было много, мои парни погибли, я продолжал отстреливаться, в принципе, уже понимая, что шансов выжить мало.
Неожиданно со стороны моего автомобиля услышал голос Мари: «Мужик, ты как, справишься сам или помочь?»
На мгновение подумал, что схожу с ума. Воспользовавшись несколькими секундами, повернул к ней свое лицо и услышал: «Опачки, Джамир собственной персоной. Так помочь?»
«У тебя нет оружия, прячься», – сказал я ей.
Она оценивающе на меня посмотрела и в эту же секунду выстрелила в нападавшего, и тот упал, а потом что-то метнула в сторону другого, он рухнул на землю. У меня мелькнула мысль, что с этой девочкой можно выиграть любую войну.
Мы продолжали отстреливаться, она действовала как заправский спецназовец, а в какой-то момент, неожиданно для меня раздался взрыв, потом второй и оказалось, что эта маленькая бестия с ангельским личиком взорвала автомобили напавших.
А вот я был сильно ранен и не сразу это заметил, а только тогда, когда силы стали покидать от потери крови. Что было потом, помню смутно. Мари произвела еще несколько выстрелов, потом что-то делала около моей машины, чем-то прижала мне рану на животе, тащила меня куда-то, больше ничего не помню.
Пришел в сознание в больничной палате. Когда начал вспоминать все произошедшее, немного запаниковал. Если документы по сделке попадут в руки Интерпола, ФБР или конкурентов – конец. Второй вопрос, как я здесь оказался.
В палату вошел врач среднего возраста, улыбнулся: «Вот и хорошо, вы пришли в сознание, везунчик вы наш, хотел бы я себе такого ангела-хранителя».
Он еще около меня покрутился, посмотрел на мониторы, осмотрел мой живот. Только сейчас я понял, что получил ранение.
«Доктор, а как я сюда попал?» – задал я вопрос.
– Вас привезла девушка на мотоцикле. Она теперь легенда нашей больницы.
– В каком смысле?
– В прямом. Я бы не додумался привязать вас, огромного мужчину, находящегося без сознания, к себе ремнями безопасности из автомобиля. Привезла к нам и сама прооперировала, так как наш врач был занят, больница небольшая. Я и не подумал бы, что она хирург, слишком юная. Пулю она вам на память просила передать.
Я посмотрел на тумбочку, в сторону которой кивнул головой врач, и увидел пулю.
Минут через 10 после ухода врача в палате появился Лютый, сел на стул рядом с кроватью и задумался, потом произнес: «Она точно наш Ангел – хранитель».
– Ты это о ком?
– О докторе Мари Росси.
Он выдержал паузу, затем продолжил: «Когда на тебя и охрану напали, она оказалась недалеко от вас и, видя, что ты ранен, из твоей машины забрала все папки с документами, телефон, два пистолета, взорвала твою машину и привезла в эту больницу, до Лос-Анджелеса ты бы не дотянул.
Здесь, узнав, что местный хирург на операции, сказала, что сама тебя прооперирует. Руководство больницы не хотело чужака пускать в свою операционную, так она главврачу угрожала пистолетом, и он в течение 10 минут организовал ей и операционную, и бригаду. Потом, правда, предложил ей перейти в его больницу, когда понял, что классный хирург!
Она тебя спасла, шов сказала, что сделала косметическим, а то тебя в мужья никто не возьмет. Вот ведь дьяволенок».
Я лежал и переваривал эту информацию: «А документы по сделке? Пропали?»
– Как ты думаешь, от кого мы узнали, что с тобой? Правильно, от Мари. Она, как только тебя прооперировала, набрала с твоего телефона меня, сказала, где ты, в каком состоянии и чтобы я лично приехал и забрал документы и оружие, которые были в машине, и которые она оттуда вытащила перед тем, как ее взорвать. Сказала, что меня знает, а других нет. Я приехал. Она мне лично передала все и сказала, чтоб я проверил каждый лист у экспертов на предмет отсутствия ее отпечатков на документах. Умна девка, очень умна.
Знаешь, что она ответила на вопрос, зачем взорвала нашу машину? Чтоб конкуренты не вычислили где ты и бумаги, чтоб думали, взлетели на воздух и не начали искать или преследовать.
– А где она сейчас?
– Как только дождалась меня, сразу поехала в Лос-Анджелес, сказала некогда ей с нами возиться, тебе ничего уже не угрожает, а ей надо работать.
Через пару суток меня перевезли в больницу, где работал тот врач, который меня «штопал». Правильно, Мари Росси.
На поправку я шел быстро, но девушка была холодна, как всегда, слова из нее вытянуть было невозможно, но меня просто «распирало» выяснить детали.
И вот в один из дней, когда я уже начал ходить, зная, что Мари на суточном дежурстве и у нее сейчас нет операции, постучал в дверь ординаторской и вошел.
Доктор сидела на диване, поджав ноги по-турецки, и делала зарисовки в своем альбоме. Мой ночной визит ее совершенно не смутил, она указала на стул, предложив сесть, внимательно посмотрела на меня, а я, как мальчишка, проглотил свой язык, любуясь ею.
Разговор начала Мари: «Вас интересуют детали нашей встречи на трассе, так ведь?
Я в ответ кивнул головой. Она продолжила рисовать и сказала: «В тот день я была у друзей в соседнем штате. Когда ехала по трассе обратила внимание на два джипа, в которых сидели парни в черных масках. У одного на плече была татуировка – пантера. Это преступная группировка, так и называется «Пантера», с ними я несколько раз встречалась на ринге, и мне они не нравятся, мягко говоря. Сразу поняла, что поехали творить беспредел, они всегда грязно играют.
Долго ждать не пришлось, издалека увидела весь ваш конфликт, начало перестрелки. Оставив мотоцикл на расстоянии, пробралась к вашей машине, а дальше вы знаете».
– А зачем взорвали все машины?
– Чтоб одни не начали погоню, а других не нашли конкуренты.
Я не сводил с нее глаз.
– А почему все документы, оружие и телефон не передали властям, а вернули нам?
– Если вы до сих пор в преступном синдикате и власти вами не интересуются, зачем им ваши бумаги и стволы?
– Резонно. А почему спасли меня, я же бандит?
– Я врач. И для меня все равны. У вас еще есть вопросы ко мне?
– Нет. Спасибо, что спасли меня.
– Не за что. Это мой долг. Джамир, идите в палату, вам нужно лечь и отдохнуть.