Мужчина не по карману
Марина Сергеевна Серова

1 2 3 4 5 ... 9 >>
Мужчина не по карману
Марина С. Серова

Частный детектив Татьяна Иванова
Весна, солнышко пригревает, снег тает, и опять любовь стучится в сердце. «Нет, нет и нет! Никаких чувств, когда надо работать», – убеждает себя частный детектив Татьяна Иванова. Но как устоять, когда принц из сказки вот он, рядом, смотрит ласково и дарит цветы. Она ведь женщина, и ничто женское ей не чуждо… Вот только не была бы она лучшим сыщиком города, если бы слушалась лишь того, что говорит сердце. И разве может она думать о себе, когда сын клиентки, чистый наивный юноша, обвинен в зверском убийстве, которого не совершал. И пусть улики указывают на него, Татьяна Иванова найдет того, кто ради корысти так его подставил. А любовь… Может, это и не любовь вовсе? Да и весна эта не последняя…

Марина Серова

Мужчина не по карману

Глава 1

Я вертела в руках маленькую поздравительную открытку, с натугой соображая, как бы лучше ее подписать. Открытки таких несолидных размеров обычно дарят на День святого Валентина, а потом успешно теряют их в недрах карманов или в залежах городских квартир. Мне же предстояло подарить ее семейной паре: Кире и его жене Катерине.

Вообще-то для других он – Владимир Кирьянов, а для меня просто Киря, с которым я училась когда-то в юридическом, правда, на разных курсах. Сейчас он подполковник милиции, у него есть жена, двое детей и даже стало прорисовываться брюшко. Одним словом, он примерный семьянин, к которому я приглашена на очередную годовщину свадьбы.

Честно говоря, его приглашение меня несколько удивило: инициатором наших встреч – причем деловых – обычно бываю я, а тут Киря сам позвонил и пригласил на торжество. Я сразу живо представила себе семейный праздник, когда на столе чинно в ряд стоят всякие печености, по части которых Катерина настоящий мастер, и несколько опечалилась. Дело в том, что работы у меня довольно давно не было, я порядком засиделась и начала прибавлять в весе, потому поход к Кирьяновым на вечеринку мог закончиться катастрофически… для моей фигуры.

Я на минуту оторвала взгляд от открытки и посмотрелась в зеркало. Приходилось признать: по части лица отдых, безусловно, пошел мне на пользу – всем блондинкам блондинка! – а вот сбросить пару килограммов не мешало бы.

Беспокойство за фигуру, а также из-за невозможности преподнести юбилярам достойный их – и меня – подарок, поскольку при отсутствии работы отсутствуют и деньги, не вселяло энтузиазма в мою душу. Но тут мне в голову пришла одна, по моему мнению, неплохая идея: прийти на праздник с маленькой открыточкой. Пусть Киря вместе с Катериной думают, что я жмот, и лихорадочно считают, сколько убытков понесли, пригласив меня в гости. И только потом, когда я снова разбогатею, они, конечно же, дождутся настоящего подарка. Но это будет потом.

Я еще раз прочитала надпись на открытке: «Покиряем за твое здоровье», взяла красный маркер и в тон этой фразе, поставив запятую, приписала обращение – «Киря». Удовлетворенно отвела открытку вдаль и полюбовалась. Мартовский кот с облезлыми усами и фужером в лапах стоял как раз над словом «Киря». Нет, не зря я полдня пробегала по магазинам в поисках этой открытки.

От такого собственного коварства у меня сразу же повысилось настроение, и я с нетерпением стала ждать того момента, когда можно будет отправляться в гости. Вся комната была забросана платьями, которые я несколько минут назад примеряла, выбирая самое подходящее для сегодняшнего праздника. Беспорядок устроила тот еще, но убираться не хотелось.

Я прошла на кухню и начала готовить себе кофе, чтобы чем-то занять ожидание. Аромат молотых зерен приятно защекотал ноздри. Люблю этот божественный напиток, лишь бы он не был растворимым. Кофе и открытка, лежащая у меня перед глазами, убедили меня окончательно, что идти к Кирьяновым надо.

– Что ж, покиряем, Киря, – глядя на усы рыжего кота, произнесла с улыбкой я.

Трель звонка в квартиру прозвучала неожиданным ответом на мои слова.

«Не может быть, чтобы кто-то cмог нарушить мои планы», – подумала я, подходя к двери.

За дверью стояла не очень молодая, но тщательно старающаяся это скрыть женщина. Толстый слой косметики – и, судя по всему, дорогой – маскировал намечающиеся морщины. Длинное приталенное пальто напрасно старалось утянуть полнеющую фигуру. Шляпа с большими полями придавала лицу романтичность, отчего блестящие близкими слезами глаза казались особенно печальными.

– Простите, здесь живет частный детектив, я не ошиблась? – спросила женщина, с сомнением окидывая меня взглядом.

– Да, это я, – с некоторой долей грусти ответила я: кажется, кирять придется Кире одному.

Я провела будущую клиентку в комнату, походившую на поле, усеянное, как цветами, платьями разных фасонов и расцветок. Увидев весь этот беспорядок, женщина еще раз окинула меня недоверчивым взглядом.

– И частным детективам ничто человеческое не чуждо, – парировала я ее немой укор и, убрав с кресла жакет, предложила посетительнице сесть.

– Мне вас посоветовали как хорошего специалиста в своем деле, – не обратив внимания на мою выходку, сказала женщина, присаживаясь на край кресла. Она положила руки на колени и быстрыми движениями стала теребить свою длинную юбку: первый признак того, что человек нервничает. – Я… не знаю, с чего начать.

– Попробуйте сначала представиться, – предложила я, про себя соображая, что такими темпами разговор затянется надолго.

– Извините, совсем из головы вылетело, – ответила женщина, и краска смущения пробилась сквозь невероятный слой косметики. – Датская Алла Леонидовна. Мой сын… – она запнулась, и глаза ее заблестели еще интенсивнее, – его подозревают в убийстве.

Датская часто-часто заморгала, словно пытаясь загнать слезы обратно, а я с неожиданно открывшимся интересом уставилась прямо ей в лицо. Если мое предчувствие меня не обманывало, дело обещало быть необычным. – Расскажите обо всем подробнее, – попросила я.

– Да тут, знаете, подробно и рассказывать-то нечего, – сразу как-то успокоившись и собравшись, начала Алла Леонидовна. – Вчера вечером мой сын, Аркадий, отправился на день рождения к своему другу. Ночевать домой он не пришел, но меня это не сильно беспокоило. Бывало, он оставался на ночь у друзей, если долго у них засиживался. Правда, в таких случаях сын обычно звонил мне и предупреждал, а тут… – Слезы вновь навернулись ей на глаза.

«Интересно, в каком из закоулков моей квартиры валяется пузырек с валерианкой?» – подумала я.

– Сегодня днем мне сообщили, что Аркадий находится в милиции и его подозревают в убийстве. – Здесь голос Датской задрожал. Женщина достала платок и вытерла им глаза, после чего ее руки снова опустились на колени и стали теребить уже не ткань юбки, а скомканный платок.

Я подумала, что валерианку сейчас все равно не найду, а вот воды принести вполне смогу. К тому же таким образом мне предоставится прекрасная возможность улучить несколько минут на обдумывание положения. Оставив клиентку в зале, я прошла на кухню, взяла стакан и открыла кран.

Почему-то Датская мне импонировала. Может быть, ее волнение за сына так тронуло меня, я же тоже женщина. И мне захотелось взяться за это дело. Но если Датская ошибается и ее сын на самом деле убийца? Матери всегда смотрят на своих детей сквозь розовые очки и думают, что только другие, чужие дети способны на преступления, хулиганство и бог знает еще что, но только не их любимое чадо. Нужно будет спросить, не употреблял ли ее сынок наркотики.

Я вернулась в зал со стаканом в руке. Датская все так же сидела на краешке стула, рассматривая цветок на своем платке и тихонько всхлипывая. Я ей подала воды.

– Спасибо. – Датская взяла стакан в руки. Они у нее чуть заметно подрагивали. Женщина сделала пару глотков и поставила стакан на журнальный столик.

– Вы знаете фамилию и адрес друга, у которого был день рождения? – спросила я, когда Алла Леонидовна немного успокоилась.

Датская знала и продиктовала мне то и другое без запинки, на память.

– Что случилось после того, как ваш сын не ночевал дома?

– Я же сказала, сегодня днем мне сообщили, что Аркадий уже в милиции. Его нашли на месте преступления. В доме у какой-то женщины. Убитой. Шадрухина ее фамилия. А в руке у него был нож, которым и было совершено убийство.

– Вы ее знали?

– Нет.

– Может быть, ваш сын был с нею знаком?

– Я не слышала, чтобы он называл при мне эту фамилию. Но Аркадий у меня мальчик скрытный, о своих делах не очень-то рассказывал. Может быть, он и знал ее.

– А что он делал в доме у этой женщины, когда его нашли? – спросила я и заметила, как Датская еще интенсивнее принялась терзать свой платок. – Согласитесь, очень необычная ситуация получается: ваш сын в незнакомом доме, где к тому же находится труп…

Нервные руки потянулись за стаканом, и Датская залпом выпила оставшуюся воду, делая большие глотки. Глаза ее избегали моего довольно-таки пристального взгляда. Мне это не понравилось.

– Я ждала этого вопроса. И боялась его, – начала Алла Леонидовна, вновь подняв на меня глаза. От волнения она забыла поставить стакан на стол и теперь держала его обеими руками. – В милиции мне сказали, что его нашли спящим на полу. Рядом с трупом. Говорят, он был мертвецки пьян.

– А что, он у вас увлекается этим? – спросила я, вспомнив свои подозрения насчет наркотиков. Материнские переживания Датской были вполне понятны, но вот сын у нее, по всей видимости, не столь хорош, как ей кажется.

– Нет, что вы. Аркадий может, конечно, выпить в компании своих друзей, но не часто и в приемлемых дозах. И я совершенно сама не могу понять, как он мог оказаться в подобном состоянии. В милиции сказали, что его еле удалось поднять. Такого никогда не случалось.

– А наркотики? – задала я следующий интересующий меня вопрос.

– Что вы! Нет! – оживившись, возразила женщина. – Я работаю в школе, директором. По работе мне, естественно, приходится общаться с детьми и подростками. С разными подростками. Понимаете? – Датская впервые за весь наш разговор открыто и без боязни подняла на меня глаза. – Я обязательно заметила бы. Правда, последние несколько дней Аркадий был чем – то расстроен, сам не свой ходил, но на действие наркотиков это не было похоже. Скорее я бы сказала, что у него случилось что-то.

– И вы не знаете что?

– Я же говорила, Аркадий скрытный человек. Он живет в своем, особенном мире. Часто бывает задумчив, сочиняет песни. Да, вот, чуть не забыла, – спохватившись, сказала Алла Леонидовна и, покопавшись в сумочке, выудила из нее фотографию. – Это он на школьном вечере. Его попросили спеть что-нибудь из своего. Многим понравилось.

1 2 3 4 5 ... 9 >>