– Это Вы меня вдохновляете, Офелия! – кокетливо произнес Ростик и предложил ей по чашке кофе, на что та согласно кивнула.
Пока он готовил напиток, Офелия молчала.
Аромат горячего кофе бодрил. Ростик взял чашки и пошел к рабочему столу.
– Офелия, что произошло? – с волнением вымолвил Ростислав, когда увидел ее, поникшую, стыдливо смахивающую слезы то с одной, то с другой щеки.
– Нам надо поговорить, – только и сказала она.
Как пугают эти слова, когда их произносит девушка, которая не безразлична.
– Я слушаю, – с тревогой проговорил Ростислав, поставил кофе на стол и присел в кресло.
Офелия подняла заплаканные глаза. Перед Ростиком предстала совершено другая девушка – беспомощная и беззащитная, как пугливый котенок.
– Ну что ты молчишь? – спросил он и убрал с ее лица локон.
– Ростислав Олегович, – Офелия преданно посмотрела в глаза научному руководителю, – я влюбляюсь в вас… каждую секунду.
Ростислав растерялся.
– Не нужно ничего говорить, – продолжила Офелия, опустила красивую головку и вытерла слезу. – Если честно, не знаю, как поступить. Что теперь делать с этой любовью? – Она грустно улыбнулась, немного помолчала, вздохнула и прибавила: – Мне тяжело это говорить, но будет лучше, если мы перестанем видеться, Ростислав Олегович. Я попрошу Семена Николаевича найти мне другого научного руководителя…
Ростислав немного отстранился от Офелии, отпил кофе из чашки – он понял, что оказался в ловушке. Он не готов и не хочет отпускать ее. Ужас отразился в глазах Ростика – если ничего не предпринять, Офелия уйдет, эта милая, умненькая, интересная, живая, веселая девушка, которая вдохнула в него совершенно другую жизнь. Нет, он не желает этого.
– Офелия, – обратился он, немного помолчав, – признаюсь, я влюбился в вас не меньше. И дорожу нашим знакомством, нашими отношениями. Я не хочу вас терять ни как аспирантку, ни как друга, ни как… – Ростик запнулся, немного помолчал: – Нам надо что-нибудь придумать…
– Что? – с усмешкой спросила Офелия. – Что придумать?
Ростик молчал, испуганно глядя на Офелию.
– Я уверен, есть выход, – сказал он, чуть погодя.
Слезы покатились по щекам Офелии. Ростик прижал ее к себе.
– Не плачь, я что-нибудь придумаю. Обещаю, – сказал он и погладил девушку по голове.
– Поцелуйте меня, Ростислав Олегович! – прошептала Офелия, подняв голову. – Поцелуйте меня, прошу!
Ростик оказался во власти страсти. Как он ее поцеловал, как закрыл дверь кафедры на ключ, как выключил свет, он не помнил. Все происходило, как в тумане и в одно мгновение. Казалось, уже никто и ничто не сможет его остановить. Но он будто очнулся, когда Офелия, стоя на коленях перед ним, расстегнула ремень и ширинку на брюках.
– Это безумие! – вырвалось у Ростика. Он взял Офелию за плечи, поднял с колен и прижал к себе. – Мы делаем неправильно. Так нельзя. Ты же должна это понимать…
Но Офелия не слышала, что говорил Ростик. Она целовала его в шею, шептала на ухо что-то несвязное, страстно дышала, стонала и шептала:
– Я хочу вас, Ростислав Олегович… Хочу… здесь… сейчас…
Чувственное тело Офелии охватила мелкая дрожь. Осознав, что Ростислав сопротивляется ее ласкам, она открыла глаза:
– Что случилось? – прошептала Офелия.
Но Ростик уже окончательно взял себя в руки. Он крепко обнял Офелию, а она зарыдала ему в плечо.
– Хорошая моя, успокойся! Прошу, – шептал Ростик на ухо девушке.
– За что вы так? За что? – шептала она.
Ростик молчал в ответ. Он сам готов был крикнуть кому-нибудь, за что и с ней, и с ним так. За что?
Целых полчаса они просидели в тишине, обняв друг друга. Каждый думал о своем, но скорее – об одном и том же.
– Мне надо домой, – Офелия отстранилась от Ростислава, поправила кофточку.
– Да, пожалуй, так будет лучше.
Офелия усмехнулась.
– Лучше? Вы и вправду думаете, что так будет лучше?
– Да. Нам надо понять, что произошло.
– Мне не нужно ничего понимать, – с укором произнесла Офелия и за секунду переменилась в лице.
Она встала, наспех собрала бумаги, черновики и положила в папку.
– Только не делай глупостей, – Ростик взял Офелию за руку.
– Не трогайте меня, – одернулась она и с ухмылкой прибавила: – Я никогда не делаю глупостей. Запомните это, Ростислав Олегович.
Ростислав скрестил руки, взволнованный переменой в Офелии.
– Вы сделали свой выбор, теперь выбор за мной, – отрывисто проговорила Офелия и перед тем, как хлопнуть дверью, прибавила: – Вы об этом пожалеете!
16
Ростик опустился в кресло заведующего, обхватил голову руками.
– Нет, – прошептал он, – я все сделал правильно. Я не мог… не мог иначе.
Ростик встал, походил по кафедре взад-вперед. Он не сомневался, что верно поступил с Офелией, но чувство негодования и растерянности не давало покоя.
– Почему она сказала, что я пожалею? – озадачился Ростик. – Что она имела в виду?
Ростик взял в руки смартфон, набрал телефон Офелии. Она не ответила.
– А если она расскажет Семену Николаевичу? – спросил вслух Ростик, немного погодя.
В таком случае, ему придется объясняться с профессором. Но как? Говорить правду или солгать? Нет, лгать ни к чему. Семен Николаевич должен узнать, что произошло на самом деле. А что будет потом? Поймет ли профессор?