Эхо забытых мелодий

Капитан махнул рукой.

— Идите. Но не давите на него. Парень на грани.

Артём вышел из кабинета. Он понимал, что значит «на грани». Он сам был на грани. Когда-то. Давно. После смерти жены. Он стоял на краю, смотрел вниз и думал: шагнуть или нет. Он не шагнул. Но некоторых это не спасает.

Максима он нашёл в классе для занятий. Юноша сидел за роялем, но не играл. Просто смотрел на клавиши. Пальцы лежали на них, но не двигались. Артём вошёл и закрыл дверь.

— Максим, — сказал он тихо. — Можно с тобой поговорить?

Юноша не обернулся.

— Вы новый преподаватель. Истории музыки. Я вас видел.

— Да. Меня зовут Артём.

— Я знаю, как вас зовут. — Максим наконец повернулся. Лицо бледное, глаза красные. Он не спал. — Вы были следователем. Все об этом говорят.

— Был. Теперь преподаю.

— Зачем пришли?

— Хочу понять, что произошло с Громовым.

Максим усмехнулся. Горько.

— Он умер. Вот что произошло. И никто не плачет.

— Ты не плачешь?

— Я? — Максим сжал кулаки. — Я хотел его убить. Каждый день. Каждую минуту. Он уничтожил меня.

— Расскажи.

Максим помолчал. Потом заговорил. Голос дрожал.

— Я приехал сюда два года назад. Из Новосибирска. Меня заметили на конкурсе. Сказали, что я гений. Что мне нужно учиться у лучших. Что Громов возьмёт меня. Что я стану звездой.

— И что случилось?

— Громов взял меня. Первый год всё было хорошо. Он хвалил. Говорил, что у меня талант. Что я могу стать великим. А потом… — Максим замолчал.

— Потом?

— Потом он изменился. Стал придираться. Критиковать. Говорить, что я не гений. Что я просто мальчик с амбициями. Что я никогда не стану никем.

— Почему он так делал?

— Потому что я отказался играть его музыку. Он хотел, чтобы я стал его рупором. Играл только то, что он пишет. Я отказался. Я хотел играть своё.

— И он лишил тебя стипендии?

— Да. Сказал, что я не оправдал ожиданий. Что я неудачник. Меня выгоняют. Через месяц я должен уехать домой. К родителям. Которые продали квартиру, чтобы оплатить моё обучение.

Артём смотрел на Максима. Юноша был на грани. Не убийства. Самоубийства.

— Максим, где ты был в ночь убийства?

— В классе. Занимался.

— Кто-нибудь может подтвердить?

— Нет. Я был один.

— Ты выходил из класса?

— Нет.

— Ты слышал что-нибудь? Видел кого-нибудь?

Максим помолчал.

— Я слышал шаги. Около полуночи. Кто-то шёл по коридору. В сторону органного зала.

Артём напрягся.

— Ты видел, кто это был?

— Нет. Дверь была закрыта. Но шаги… лёгкие. Как у женщины. Или у человека, который старается не шуметь.

— Ты сказал об этом полиции?

— Нет. Меня не спрашивали.

Артём кивнул. Он получил важную информацию. Лёгкие шаги. Женщина. Или тот, кто хотел, чтобы его приняли за женщину.

— Спасибо, Максим, — сказал он. — Это очень важно.

Он вышел из класса. В коридоре было тихо. Артём задумался. Лёгкие шаги. Полночь. Органный зал. Кто-то шёл туда. Кто-то, кто знал, что Громов там.

Он вернулся в свою комнату и записал: «Максим слышал шаги. Лёгкие. Полночь. Женщина?»

Теперь у него было три версии. Лена — мотив, возможность. Вера — мотив, возможность. Мария — мотив, возможность. Но кто из них? Или кто-то другой?

Артём посмотрел на часы. Полдень. Пора было поговорить с Дмитрием. Настройщик органа. Странный человек. Тихий. Опасный.

Он спустился в подвал, где находилась мастерская Дмитрия. Маленькая комната, забитая инструментами, трубками, деревянными заготовками. Дмитрий сидел на табурете и что-то строгал. Увидев Артёма, отложил работу.

— Доктор Ковалёв? — спросил он. — Что вам нужно?

— Поговорить. О Громове.

Дмитрий помрачнел.

— Я уже говорил с полицией.

— Я знаю. Но я хочу понять. Вы работали с ним?

— Пять лет. Я настраивал его орган. Каждую неделю. Иногда чаще.

— И как он к вам относился?

Дмитрий усмехнулся. Горько.

— Как к прислуге. Как к инструменту. Он говорил, что я ничего не понимаю в музыке. Что я просто ремесленник. Что я не достоин даже настраивать его орган.

— И вы злились?

— Злился. Но не убивал.

— Где вы были ночью?

— В мастерской. Работал до двух часов.

— Кто-нибудь видел?

— Нет. Я был один.

Артём смотрел на Дмитрия. Тот был спокоен. Слишком спокоен. Но что-то в нём было. Что-то, что он скрывал.

— Вы знали о симфонии Лены?

Дмитрий вздрогнул.

— О чём?

— О симфонии. Которую Громов собирался издать под своим именем.

— Нет. Не знал.

— Вы уверены?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.