<< 1 2 3 4 5 6 7 ... 10 >>

Не шутите с боссом!
Матильда Старр

– И… знаете, Вероника, вы совсем не похожи на человека, который вот так, на пустом месте, будет фабриковать улики против своего начальника.

– Я не фабриковала, – хотела сказать я, но из моментально пересохшего с перепугу горла вырвался какой-то мышиный писк. Терроризм, фабрикование улик… Гадский Тетеркин! Понесло его чай пить не вовремя. Не мог прямо на рабочем месте аккумуляторной жидкости хлебнуть! Я прокашлялась и уже членораздельно повторила: – Я не фабриковала. Я разыгрывала. Это вроде как шутка.

– Шутка? – переспросил босс, и я увидела, что его спокойствие куда-то исчезло, а вместо него в глубоких, как омуты, синих глазах появляется вчерашнее выражение, предвещающее бурю и ненастье. А также гибель пары-тройки городов и одного очень глупого секретаря.

– Ну, традиция же, – осторожно сказала я, решив напомнить ему о корпоративных заморочках его же собственной фирмы.

– Традиция? – брови Вячеслава Павловича полезли на лоб, отчего вид у их хозяина стал непривычно озадаченным.

– Ну как же! – я с подозрением покосилась на босса. Он что, в отместку тоже решил надо мной подшутить? – Всем новичкам нужно вас разыгрывать, а иначе вы решите, что они не креативны. И вообще…

– Ах, эта традиция! – вдруг вспомнил Вячеслав Павлович. – Ну, конечно, как я мог о ней забыть. Это просто у нас давно не было новичков. Вот и запамятовал. Хорошая традиция, прекрасная!

Что-то в его тоне подсказывало мне, что на самом деле он так не считает.

– Замечательно, что у нас в коллективе такая отличная преемственность поколений. Вот скажите, кто вам напомнил про эту… традицию? Кто, так сказать, ввел в курс дела?

– Ребята… журналисты… Андрей, кажется. Ну, такой, темненький, с бородой. И Витя. Тоже темненький, но без бороды, зато в очках. Ну, круглых таких. Как у Гарри Поттера.

– Гарри Поттера… – пробормотал Вячеслав Павлович и с чувством пожал мои ладошки, которые я сложила на столе как примерная ученица. – Спасибо вам, Вероника! Вы пейте кофе, пейте. Пока не остыл. Не бойтесь, он не отравлен.

После такого заявления я решила, что к кофе точно не прикоснусь.

Босс подошел к телефону, набрал номер и, не здороваясь, спросил:

– Там Терентьев и Сургучев на месте? Отлично! Пусть зайдут ко мне. Я этим чудесным креативным ребятам премию выпишу.

И тут до меня дошло. Не будет никакой премии! Нет никакой традиции! Терентьев и Сургучев просто разыграли меня! А я… А я только что наябедничала на них руководству. Хорошее начало на новом месте. Отличная попытка узнать всю кухню изнутри, влиться в дружный коллектив и когда-нибудь, может быть, самой стать одной из них. Да уж… Теперь-то журналистская братия с радостью раскроет мне свои объятия, можно не сомневаться.

– Вы их накажете? – расстроенно спросила я.

– Что вы! Разве я могу? Наоборот, для таких креативных и чтущих традиции ребят у меня найдется масса достойных заданий… – синие глаза недобро блеснули.

Ясно. Накажет.

– А что делать мне? – окончательно растерялась я.

– Работать, Вероника, работать, – ответил босс.

– И вы папе не расскажете? – вырвалось то, о чем я на самом деле думала все это время.

Вячеслав Павлович внимательно посмотрел на меня и усмехнулся:

– Вообще-то я принимаю на работу совершеннолетних людей и не имею привычки жаловаться на них родителям.

Гора с плеч. Все остальное я уж как-нибудь переживу. Да и будет ли это «остальное»? Кажется, босс разобрался в ситуации и понял, что я тоже в некотором роде жертва. Я уже собиралась с легкой душой развернуться и отправиться за свой стол, когда он меня остановил.

– Это как ваш руководитель. Но лично мне вы за вчерашнее остались должны.

– Что должна? – прошептала я, удивляясь тому, каким тонким и тихим стал мой голос.

– Пока еще не решил, – ответил он, – но придумаю.

И это «придумаю» мне совершенно не понравилось. Я вышла из его кабинета на подкашивающихся ногах и рухнула в кресло.

Но мне тут же пришлось собраться и придать лицу деловое секретарское выражение. На пороге появились те самые ребята, что довели до меня важную информацию о местных традициях. Вид у Терентьева и Сургучева (уж не знаю, кто из них кто) был бледный и встревоженный, как у двух нашкодивших котов при виде хозяйской тапки. Четыре глаза вопросительно уставились на меня, и я быстро отвела взгляд.

4

В кабинете начальника какое-то время стояла подозрительная тишина. Я успела нервно изгрызть колпачок ручки, когда дверь, наконец, распахнулась, и в приемную вывалилась мрачная парочка. Выписанная премия явно пришлась им не по вкусу.

Терентьев и Сургучев молча просочились в коридор, одарив меня двумя синхронными кислыми взглядами, будто я была во всем виновата. Хотя с их точки зрения, наверное, так все и выглядело. Видимо, эти ребята были не слишком высокого мнения о моей креативности и ожидали, что я ограничусь какой-нибудь ерундой вроде солёного пирожного или мела на стуле. Но я превзошла все, что только можно превзойти.

Ну и ладно, впредь будут осторожнее и с новичками, и «традициями». Куда больше меня сейчас волновало другое.

Многозначительно сказанное: «Но лично мне вы должны» – могло включать в себя что угодно, и масштабы этого «чего угодно» я сейчас пыталась прикинуть.

Что он от меня потребует? Чересчур богатое воображение тут же нарисовало картинку, от которой стало жарко. Я покраснела и воровато покосилась по сторонам, словно мои мысли мог кто-то подслушать. Щеки пылали так, будто у меня поднялась температура. Вот придет же эдакая чушь в голову, а? Ну не может же он, в самом деле, предложить мне что-нибудь… хм… подобное. В конце концов, они давным-давно знакомы с отцом, и сюда меня устроили по папиной просьбе. А потому последнее, чего мне можно ожидать, так это того, о чем я только что подумала.

Да и потом, даже если не брать в расчет старые связи… Босс хоть и приятель моих родителей, и меня знает с тех пор, как я была еще школьницей с тонкими косичками, все-таки довольно молод – вряд ли ему больше тридцати. И, пожалуй, даже красив. Если, конечно, кому-то нравятся самоуверенные типы с квадратными волевыми подбородками, римскими носами и голосами, от которых мурашки. Мне вот не нравятся ни капли, уже давно. Но это к делу не относится.

К тому же мой босс еще и владелец медиа-концерна. Да к такому поклонницы сами выстраиваются в очередь!

И если вдруг сейчас в этой самой очереди как раз образовалось вакантное место, то вряд ли лучшая кандидатура – дочь знакомых.

Окончательно забраковав неприличный вариант, я вздохнула. Настроение почему-то немного испортилось. Неверное, потому, что я понятия не имела, что еще такого босс может придумать. Сверхурочные? Слишком сложные задания? Ну, к этому я была готова и до розыгрыша.

Полдня, периодически отрываясь от очередного документа, я крутила ситуацию и так, и этак. Даже ставила себя на место Вячеслава Павловича и, призывая на помощь всю свою мощную креативность, пыталась сообразить: что бы я, как босс, сделала с одной проштрафившейся секретаршей. Но увы… Моя креативность, столь феерично подставившая меня вчера, сегодня молчала в тряпочку.

Я так и сидела погруженная в раздумья, когда босс появился на пороге.

– Вероника, сбегайте-ка в ближайшую забегаловку и организуйте что-нибудь к чаю.

– Что именно? – поинтересовалась я и взяла в руки блокнот, чтобы записывать. Отныне я – самый ответственный секретарь в мире!

– Что-нибудь, я же сказал. Просто чтобы подчеркнуть, что мы рады дорогим гостям.

Вопрос, который я хотела задать, так и застыл у меня на губах. Но Вячеслав Павлович, словно прочитав мои мысли, усмехнулся:

– Да-да, те самые вчерашние инвесторы, на глазах у которых меня повязали. Попытка номер два.

Уже через секунду меня не было в приемной. А минут через десять я влетела обратно, бережно неся перед собою пакет с трофеями – свежайшими пирожными и хрустящим печеньем. Но подготовить чаепитие века я не успела. Едва начала раскладывать сладости по тарелкам, как на пороге нарисовался молодой человек совершенно непредставительного вида: свитер, джинсы, рюкзак, слегка растрепанные волосы до плеч и нахальный цепкий взгляд сквозь прищур. Уж точно не инвестор…

– Тук-тук! – белозубо улыбнулся он и постучал костяшками согнутых пальцев по косяку.

Не знаю, что ему нужно, но он не вовремя. Я повернулась и даже открыла рот, чтобы предложить незваному гостю зайти попозже, но вовремя прикусила язык. И свитер, и джинсы, и рюкзак по отдельности были явно дороже, чем весь мой гардероб вместе взятый. А «небрежная лохматость» выглядела как дело рук очень толкового стилиста. Нет. Все-таки инвестор.

В этот момент дверь кабинета босса распахнулась, в проеме появился Вячеслав Павлович собственной персоной, и они с молодым человеком уставились друг на друга.

<< 1 2 3 4 5 6 7 ... 10 >>