– Добрый вечер. Извините, что нарушаю ваш покой, но у меня есть не очень хорошие новости.
– Что такое? – дрожащим голосом пролепетала Оля. – Надеюсь, это не смертельно?
– Для вас – нет, – Жанна печально усмехнулась. – Но речь идёт именно о смерти. Амила, прости, у меня горькое для тебя известие. Только что нам стало известно о гибели твоего отца. Видимо, второй живой представитель вашей ветви оказался никому не нужен. Таким образом, девочка, ты теперь единственный ключ к сокровищам Древних Богов. И… прими мои соболезнования.
Она не стала дожидаться реакции подруг, а просто резко развернулась на каблуках и буквально выбежала прочь, оставив девушек наедине с обрушившейся на них новостью. Несколько секунд те не могли даже пошевелиться, словно парализованные этим сообщением. А потом принцесса тихо прошептала:
– Отец…
И заплакала. Именно заплакала, без истерики и причитаний. А Маша и Оля уставились на Амилу с таким видом, словно не знали, как им быть. Да, в последнее время они уже начали привыкать к такому понятию как смерть. Вокруг них погибло немало людей, и то, что ещё недавно казалось кошмаром из кино, теперь стало неотъемлемой частью жизни. Но утрата близкого человека… А ведь для принцессы это была уже вторая потеря за какие-то пару дней. Все нити, которые связывали её с Поднебесьем, оборвались. И теперь ей даже не было смысла возвращаться домой в том случае, если вдруг появится такая возможность.
– Амила, – наконец, нарушила тишину Маша. – Держись. И знай – мне очень жаль, что всё пошло не по тому сценарию.
– Но кто это сделал?! Кто?! – принцесса прекратила плакать. – Вам легко говорить. Ваши родные живы и здоровы. А я потеряла и отца, и мать. И даже мистер Чашлан мёртв. Всё то, с чем ассоциировалось у меня Поднебесье, исчезло в прошлом. Теперь я одна. В совершенно незнакомом мире. С людьми, которых я знаю считанные недели. При этом мне говорят, что я – ключ к каким-то древним сокровищам. Скажите, разве это справедливо? Почему я?
Оля вздохнула. Она не знала, как утешить принцессу, несмотря на ту душевную близость, что возникла между ними. И тем не менее всё же решила рискнуть:
– Амила, на вопрос «почему» не бывает ответа. Жизнь слишком абсурдна и не подчиняется законам логики. Ты просто оказалась в эпицентре событий. Это твоя судьба. Но ты ещё можешь стойко перенести все её удары и не позволить кому-то разрушить твою жизнь. Да, ты потеряла близких тебе людей, но это не повод, чтобы терять саму себя. Понимаешь?
Она нежно обняла подругу за плечи и прижала к себе. Маша невольно почувствовала себя лишней и тихо прошептала:
– Пожалуй, я немного прогуляюсь.
И, не дожидаясь ответа, выскользнула в коридор, где наткнулась на Жанну.
– Вы? – девушка изумлённо уставилась на женщину. – А я-то думала, вы уже ушли по делам.
– Я не могла уйти, – с трудом призналась глава «Авиды». – Это было бы слишком жестоко. Но и утешать Амилу я, увы, не готова. Потому что это бессмысленно. Кто я, чтобы приносить вам свои соболезнования?
Маша кивнула. У неё не было причин не доверять женщине. И тем не менее она всё-таки позволила себе заметить:
– Может быть, не стоило вообще открывать Амиле правду прямо сейчас?
– Ты так считаешь? – удивилась Жанна. – Мне всегда казалось, что откровение – это лучший способ расположить людей к себе. И потом, пусть лучше свыкнется с этой мыслью как можно раньше. Дальше будет ещё труднее.
Она вздохнула и посмотрела на потолок, словно не желая встречаться взглядом с Машей. А девушке и самой было боязно сталкиваться с бездонными глазами женщины. Хотя, казалось бы, между ними не оставалось тайн.
– Решила оставить их наедине? – Жанна попыталась слегка разрядить обстановку.
– Угу, – Маша тяжело вздохнула. – Несмотря на удобства, предоставленные нам на Теридане, я всё равно чувствую себя лишней. Оля и Амила за эти два дня так сильно отдалились от меня. Раньше мы были подругами, а теперь между нами словно совсем иные отношения.
– И кто виноват? – иронично усмехнулась Жанна.
– Никто. Просто мне не кажется, что я смогу прижиться на Теридане. Здесь правда здорово. Можно и учиться, и отдыхать, и развлекаться. Но, похоже, тут я обречена на одиночество. А это совсем не то, чего хотелось бы мне в моём возрасте.
– И чем я могу помочь тебе? – неожиданно спокойно спросила женщина. – Кто тебе нужен, чтобы избавиться от этого состояния? Хочешь, чтобы я нашла Диму и переправила его сюда?
Маша отрицательно покачала головой.
– Вы не понимаете. Дима теперь – это пройденный этап. Я изменила ему, наплевала на наши отношения. И к тому же испортила его жизнь. Между нами всё кончено. Я чувствую себя последней сволочью. И вместе с тем понимаю, что даже моё собственное мнение о себе на даёт мне права на прощение.
– Тогда почему ты так серьёзно относишься к этому? – удивилась Жанна. – Если ты так легко изменила своему парню, то значит между вами ничего и не было. Тогда зачем переживать из-за такой утраты?
– Но это всё равно неправильно! – не выдержала Маша. – Как вы можете так спокойно относиться к людским судьбам…
– Жизнь научила. Ты сама ещё станешь другой. Девятнадцать лет – время наивной романтики, которую до конца не могут порушить даже межмировые конфликты, – с оттенком грусти проговорила женщина. – Но ты же сама чувствуешь, что начинаешь меняться. Наверно, именно это тебя сейчас и пугает. Мир вдруг стал совершенно другим. Не таким, как прежде. А ты просто не знаешь, как в нём жить. Я права?
– Не совсем, – Маша подумала, прежде чем дать ответ. – Я знаю, как жить. Но мне не хочется такого будущего! Мои однокурсники до сих пор ничего не ведают об иных вселенных и ведут свою прежнюю студенческую жизнь. А я вынуждена прозябать на каком-то Теридане, оторванная от института и своих друзей. Бросившая своего парня и лишившаяся всякой возможности что-то поменять в жизни. Жанна, может быть, тебя и устраивает твоя роль во всём этом спектакле, но мне моя совершенно не нравится.
– Жаль, – только и смогла ответить глава «Авиды». – Значит, ты обречена на страдания. Хотя… сейчас твоё счастье именно в твоих руках. Если ты не сможешь воспринять окружающий мир таким, какой он есть, и будешь постоянно грезить о прошлом, которого никто не вернёт, у тебя не останется ни малейшего шанса на достойное будущее. Конечно, я могу отправить тебя на Землю, но учти – в таком случае больше на мою помощь можешь не рассчитывать.
Маша заколебалась, словно такое предложение могло посеять в её душе определённые сомнения, но всё-таки разум взял вверх над чувствами, и девушка тихо ответила:
– Пожалуй, я всё-таки останусь здесь. Буду учиться жить в одиночестве.
– Тебе мало тех развлечений, что предлагает Теридан? – не выдержала Жанна. – Чего ты хочешь ещё? Скажи, и я попробую исполнить твои желания.
Маша задумалась. Ситуация показалась ей забавной. Она почувствовала, что глава «Авиды» действительно исполнит любую её просьбу. Но… внезапно девушка осознала, что ей совершенно ничего не хочется. Все её материальные потребности давно были удовлетворены благодаря Амиле. Да и не было никакого счастья в этих дорогих безделушках, о которых прежде она могла только мечтать. Счастье явно состояло из иных компонентов. Тех, которые невозможно было выразить в материальном эквиваленте.
– Ничего не придумала? – удивилась женщина.
– Кажется, мне ничего не надо, – честно призналась Маша. – Получается, у меня есть всё, кроме той жизни, к которой я привыкла. Но, увы, её мне никто не вернёт.
Она немного помолчала и неожиданно для самой себя неуверенно добавила:
– Хотя… мне бы хотелось поучаствовать в ваших операциях, связанных с путешествиями между мирами. Наверняка вы не собираетесь отсиживаться на Теридане только потому, что миссия на Земле закончилась. Я ведь права?
Жанну несколько удивило услышанное. Она не ожидала, что Маша снова захочет совать голову в самое пекло. Однако, трезво оценив ситуацию, женщина всё-таки ответила:
– Хорошо. Если это так важно, в следующий раз отправишься со мной. Но предупреждаю – без фокусов. Иначе я за себя не ручаюсь. Договорились?
Маша кивнула и, не выдержав, задала ещё один вопрос по теме:
– И когда следующая экспедиция?
– Думаю, что очень скоро, – уклончиво ответила Жанна. – Я уже несколько дней разрабатываю план одной очень ответственной операции. Дело в том, что пока я возилась с Амилой, произошло ещё одно немаловажное событие.
– Какое? – Маша почувствовала, что её душа проваливается в бездну.
– Кто-то активировал систему древних храмов и добрался до ключа, который открывает ворота между мирами. И вот-вот может объединить все вселенные.
– Это опасно? – по инерции проговорила девушка, совершенно не представляя истинную значимость происходящего, но чувствуя, что дело обстоит самым серьёзным образом.
– Не знаю, насколько это опасно, – вздохнула Жанна. – Проблема в другом. Мы были уверены, что ключ заработает только в руках наследницы рода Древних Богов. То есть – у Амилы. Но нашёлся ещё один человек, который каким-то образом смог активировать систему. И это – прямое противоречие известным нам аксиомам. Первый раз в жизни я чувствую себя полной дурой…
Маша была поражена подобному откровению женщины. И вместе с тем в душе девушки внезапно забрезжила надежда. Она ухватилась за неё двумя руками и робким голосом спросила:
– Так значит, есть вероятность, что Амила вовсе не играет ту ключевую роль, которую вы приписали ей, основываясь на легендах?