ВАЛЬС

Я сглотнула подступивший к горлу ком, судорожно сжимая в руках пустой стакан.

— Джей... всё это слишком быстро, — прошептала я, не поднимая головы. — Я не знаю, что говорить. Моя жизнь сейчас похожа на руины, и я просто... боюсь.

Он мягко улыбнулся — без тени обиды или разочарования — и слегка сжал мое плечо.

— Тебе и не нужно ничего говорить прямо сейчас. Просто знай, что я рядом. Всегда. А теперь идём спать, трусишка. Гроза уже уходит.

Когда мы поднялись обратно на второй этаж, у дверей наших комнат мы снова остановились. Мы посмотрели друг на друга в последний раз за эту ночь.

— Иди спать, Крис. Гроза закончилась, — тихо улыбнулся Джейкоб.— Спокойной ночи, Джей. Спасибо тебе за этот день.

Я зашла в свою комнату первая, тихо прикрыв дверь. Через секунду я услышала, как закрылась дверь его спальни. Подняв одеяло, я легла в кровать и мгновенно уснула, укутанная запахом его футболки и абсолютным чувством безопасности.

***

Пятничное утро встретило меня ярким, умытым солнцем, которое пробивалось сквозь шелковые занавески гостевой спальни. В Нью-Йорке по пятницам занятия в академии начинались в девять утра, а не в восемь, что давало законную возможность поспать подольше.

Я потянулась, чувствуя себя невероятно выспавшейся и полной сил. Быстро переодевшись в свои вчерашние джинсы и свитер, я вышла в коридор. В нос тут же ударил умопомрачительный, сладкий аромат свежей выпечки, ванили и кленового сиропа.

Спустившись на кухню, я замерла на пороге. Вся семья Блейков была в сборе. Элеонора в изящном домашнем халате ловко переворачивала на сковороде золотистые, пышные панкейки. Майкл сидел за столом с чашкой эспрессо и читал утренние новости на планшете, а Джейкоб расставлял тарелки.

— А вот и наша соня! — с лучезарной улыбкой воскликнула Элеонора. — Доброе утро, милая! Садись скорее за стол, пока всё горячее.

— Доброе утро, — улыбнулась я в ответ, чувствуя, как внутри разливается тепло.

— Рано ты проснулась, — заметил Джейкоб, окинув меня мягким взглядом. — Я специально просил маму не шуметь, думал, ты проспишь подольше после ночной грозы.

— На удивление, я просто отлично выспалась, — призналась я, усаживаясь на предложенный стул.

Семейный завтрак прошел шумно и уютно. Мы дружно уплетали панкейки, поливая их сиропом. Майкл и Элеонора делились планами на день — они собирались пройтись по магазинам на Пятой авеню, а вечером навестить старых друзей.

— Мы побудем в городе еще пару дней, так что обязательно увидимся, — пообещала Элеонора, нежно сжимая мою руку на прощание.

После завтрака Джейкоб отвез меня домой. Мне нужно было переодеться к занятиям. Поскольку пятница в нашей академии была днем свободной формы и внеурочных занятий по интересам, я решила не надевать строгую юбку. Я выбрала мягкие вельветовые брюки шоколадного оттенка и тонкий кашемировый джемпер. Забрав папку с эскизами, я вернулась в машину.

По дороге Джейкоб рассказал, что сегодня у него тяжелая тренировка по академической гребле — он был капитаном университетской сборной, и они готовились к осенней регате. Меня же ждали долгие часы в художественной мастерской.

Прощаясь у ворот академии, Джей коротко сжал мою ладонь:— Заберу тебя сразу после тренировки. Удачи в мастерской.

Но удача явно решила обойти меня стороной. Весь день в ателье превратился в настоящее испытание. Понимая, что эксклюзивную «Небулу» мне не достать, я пыталась переделать эскиз платья под другую, более доступную ткань. Но ничего не получалось. На разработку первого варианта у меня ушел почти месяц бессонных ночей, кропотливой работы с лекалами и подбора текстур. А теперь приходилось начинать всё с нуля.

Я сидела за огромным раскройным столом, окруженная рулонами скучного сатина, жесткой парчи и дешевого шифона. Под пальцами шуршала калька, портновский мел крошился в руках, а нитки постоянно путались в челноке швейной машинки. Я в сотый раз перерисовывала линию лифа, стирала её до дыр в бумаге и едва сдерживала слезы бессилия. Все другие ткани казались мертвыми и плоскими. Без «Небулы» платье теряло свою душу.

Стейси я не видела целый день — у неё были свои занятия. И лишь под конец учебного дня, когда я уставшая шла по коридору к выходу, я заметила её. Она выходила из кабинета мистера Харриса, нашего директора.

— Стейси! — окликнула я подругу. — Ты где пропадала? И что ты делала у директора?

Стейси выглядела бледной и какой-то непривычно притихшей. Она тяжело вздохнула и поправила ремень сумки на плече.

— Крис... Я ходила подписывать документы о временном переводе. Через два дня я улетаю. Нужно было лично уведомить директора, чтобы не возникло никаких проблем с академической разницей, когда я вернусь.

Сердце тоскливо сжалось. Сначала Тайлер, теперь Стейси... Мой мир рушился на глазах, делясь на «до» и «после».

— Пойдем, мне нужно забрать вещи из спортивного блока, — тихо сказала Стейси, увлекая меня за собой по длинному переходу к атлетическому центру.

Мы вошли на балкон, возвышающийся над тренировочным залом. Внизу, на гребных тренажерах-эргометрах, тренировалась команда. Мой взгляд мгновенно выхватил Джейкоба. На нём были лишь короткие спортивные шорты. Его широкая, мускулистая спина была покрыта каплями пота, лопатки ритмично сходились и расходились при каждом мощном гребке. Он работал на пределе возможностей, полностью сосредоточенный на процессе. Его движения были сильными, дикими и одновременно пугающе красивыми.

Я не могла отвести глаз.

— Крис, — тихо позвала Стейси, проследив за моим взглядом. Она мягко улыбнулась. — Просто открой уже глаза. Перестань бегать от очевидного.

— О чём ты? — смутилась я, пытаясь отвернуться.

— О Джейкобе. Он же буквально дышит тобой. Посмотри, как он изменился за последнее время. Он идеальный, Крис. Красивый, надежный, преданный как скала. Дай ему шанс. Попробуй хотя бы начать доверять ему. Не упускай такого парня из-за своих страхов.

Я промолчала, но слова подруги глубоко запали мне в душу. В этот момент у Стейси зазвонил телефон. Она бросила быстрый взгляд на экран, нахмурилась и виновато посмотрела на меня:

— Крис, это мама, мне нужно срочно бежать домой — помогать со сборами. Мы увидимся завтра?

— Конечно. Беги, — улыбнулась я.

Стейси быстро обняла меня и убежала, а я решила подождать Джейкоба в коридоре у выхода из раздевалок.

Я вышла в тихий, залитый мягким светом коридор и сделала всего несколько шагов, как вдруг из-за поворота на бешеной скорости вылетел кто-то высокий. Сильный удар сбил меня с ног. Я вскрикнула, отлетая на холодный пол, а папка с моими новыми, пусть и неудачными, эскизами разлетелась в разные стороны.

— Черт! Черт, прости меня, я полный идиот! — раздался панический, дрожащий голос.

Это был Рид. Он выглядел ужасно: растрепанные волосы, безумный взгляд, бледное лицо и тяжело вздымающаяся грудь. Он тут же бросился на колени передо мной, пытаясь помочь мне подняться и лихорадочно собирая листы бумаги.

— Рид! Ты с ума сошел? — зло крикнула я, потирая ушибленный локоть. — Куда ты так несешься? Ты мог меня покалечить!

— Крис... прости. Мне правда жаль, — Рид поднял на меня глаза, и я осеклась. В его взгляде стояли самые настоящие слезы, а руки крупно дрожали. — Холли... Мою лошадь. Её усыпляют. Из-за неизлечимой травмы сустава. Ветеринары приедут через полчаса. У меня есть всего тридцать минут, чтобы приехать в конюшню и попрощаться с ней.

Вся моя злость мгновенно испарилась, сменившись леденящим чувством вины и жалости. Я знала, как сильно Рид любил свою кобылу Холли. Она была для него всем.

— О боже... Рид, прости меня, — я коснулась его дрожащего плеча. — Мне так жаль. Я... я бы поехала с тобой, чтобы поддержать, но там ведь Вильям. Я не могу с ним встречаться после всего...

— Вильяма нет в городе, Крис! — перебил меня Рид, и в его голосе послышалось отчаяние. — Он уехал больше двух недель назад. Никому ничего не сказал, просто собрал вещи и исчез. Дома пусто. Пожалуйста, поехали со мной. Мне очень нужно, чтобы кто-то был рядом. Но надо спешить, времени почти не осталось.

Внутри меня завязался тугой узел из сомнений. Поехать с Ридом — означало поддержать друга в самый страшный момент. К тому же, Вильяма там не было. Но что скажет Джейкоб? Если он узнает, что я уехала с Ридом на их семейную конюшню... Он будет в ярости. Его опека порой граничила с одержимостью.

«А если он не узнает? — пронеслась в голове предательская мысль. — Мы обернемся быстро. Он всё равно еще на тренировке».

— Хорошо, Рид. Я еду с тобой. Поторопимся, — решительно сказала я.

Пока Рид бежал к своей машине, я дрожащими пальцами быстро набрала сообщение Джейкобу:

«Джей, я ужасно устала сегодня в мастерской. Голова раскалывается. Я вызвала такси и поехала домой, хочу просто проспать весь оставшийся день. Пожалуйста, не заезжай за мной, встретимся завтра».

Отправив сообщение, я заблокировала телефон и побежала вслед за Ридом, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле от смеси адреналина, страха и сосущей под ложечкой вины.