Неправильный попаданец. Книга 2
– Твоя сила противоестественна! – приготовился к бою Громель, но мои спутники не шелохнулись.
– Ты не первый, кто мне это говорит. И? Сразу резать?
– Ты выдрал души у моих людей! – начал брызгать слюной воин.
– Это же камни силы! – поднял я бровь, что далось мне с большим трудом.
– Ты что, не учился в академии? Ну, в своём мире! – сбавил слегка обороты Громель.
– Какой, на хрен, академии? Больной, что ли? Мы помогли вам! Убили пастуха, перебили треть вражеской армии. Я хотел помочь вашей планете, а ты присылаешь мне вот это! Ты вообще нормальный?!
– Вы должны покинуть наш мир! Так сказал наш правитель.
– Ты ему домой звонил? Или это его секретарша тебе сказала? – Что вообще происходит?
– По экстренной связи связался. Ситуация внештатная, – каким-то суконным языком проговорил Громель.
– А то, что я с ним хочу встретиться и рассказать, как спасти вас, убогих, ты не доложил?
– Не положено! – максимально сухо сообщил воин.
Из положения лёжа крайне сложно было изучать окружение, но хомяк нормально общался с Петей, а Петя с недавних пор перестал на меня дуться. Так что я знал: Добромир уже начал терять человеческие черты; Клим и Андрей поудобнее перехватили оружие; а за спиной у нашей красавицы на кончиках пальцев уже плясали молнии.
– А знаете?! – понизил я градус накала до ноля. – Вы правы! Что-то мы загостились у вас тут! Давайте так, – я вкинул в своё тело две капельки силы, чтобы встать, – вы нас сейчас покормите и отведёте к разлому.
– Вы просто уйдёте? – Похоже, глава гарнизона потерял связь с реальностью.
– Раз вы так вежливо просите, почему бы и да? – улыбнулся я максимально доброй улыбкой. – Просто кушать хочется очень.
– А как же это? – Он указал на гору тел.
– У нас нет претензий, – показал я жестом для всех, чтобы успокоились. – А у вас?
– Никаких, – выпал окончательно в осадок Громель.
– Тогда в том же месте, где и вчера кушали? – Я дождался кивка и продолжил: – Скажем, через час. Устроит?
– Вполне!
– Тогда не смею вас задерживать более. Вы свободны! – слегка официально закончил я, но максимально мягко. – Ой, чуть не забыл, – окликнул я Громеля у дверей. – У вас сладкое есть?
– Сладкое? – переспросил он, всё ещё пребывая в какой-то прострации.
– Ну да! Пироженки, печеньки, может, тортик?
– Тортик?! Определённо… тортик… – Шестерёнки в голове Громеля поворачивались со скрипом.
Он ещё пару секунд постоял, пытаясь осмыслить происходящее, как заведённый повторяя: «Тортик», – и скрылся за дверью.
– Знаешь, Толя, – начала с претензией Света, стоило главе крепости скрыться за дверью, – когда твою девушку собираются отыметь, её спасает другой парень, а ты отпускаешь зачинщика – это не способствует возбуждению и сексуальному влечению.
– Всё сказала? – уставился я на неё, как на безвкусный предмет интерьера.
– Эм, да! – с вызовом подпёрла она руками грудь.
– Тогда замолчи! – с лёгкой брезгливостью обронил я. – Для остальных: чуть отдыхаем, минут тридцать я ещё не боец, и идём кушать. Думаю, там многое может проясниться.
– Думаешь, глава гарнизона?.. – прищурился Добромир.
– Возможно-возможно. Тут так сразу и не скажешь. Но ложью пахнет так, что прям аж воняет.
Света покраснела от гнева, потом побелела, фыркнула, поджала губки и демонстративно отвернулась от меня. Обиделась. Но мне было категорически пофиг. После первого секса пытаться мной манипулировать? Настолько отчаянно, сколь тупо. При этом таким не объяснишь, что это вердикт. Оно – именно «ОНО» – покивает, сделает глазки, как у Бэмби или кота из «Шрека». А через час опять начнёт манипулировать тобой. Просто такая порода. Сучья порода.
Светка дулась, а остальные занимались кто чем: кто-то точил меч, кто-то осматривал и ощупывал своё тело на предмет новых синяков и ссадин. Я просто лежал и ждал, когда закончится чёртов откат.
На удивление, облегчение пришло гораздо раньше, чем должно было. По ощущениям прошло не более пятнадцати минут вместо положенного часа – или хотя бы сорока минут. А тут раз – и всё. Подозрительно как-то.
Мы пришли, видимо, слишком рано. На столе было пусто, за столом – тоже. Так что от нечего делать в ожидании мы рассматривали детали помещения, в котором особо нечего было рассматривать. От этой цыганщины у меня в глазах рябило. Я подошёл к окну – кстати, единственному в этой комнате.
Мы находились всего в паре метров над землёй, но вид был неплохой. Было видно часть двора и главные ворота, которые уже успели вернуть на место. Тела – точнее, горки пепла – вынесли, и мало что напоминало о вчерашнем сражении. Разве что были заметны сколы на стенах, которые оставили после себя циклопы.
Хотелось плакать: глава гарнизона сказал, что камней силы в них нет. А значит, тот, кто творит этих монстров, забирает их себе. А может, Громель прав и некромант эту силу пускает на их создание? В любом случае очень хочется найти живого циклопа, завалить его и сожрать его камешек.
«Боюсь, Толик, мы можем этого не пережить. Чёрный камень ведь хомяк до сих пор не разрешает поглощать!»
«Приятно слышать вас в твёрдом здравии и бодром тоне. Как там „Мстители“»?
Петя явно стушевался.
«Нормально. О-о-очень интересный фильм».
«Я и не сомневался…»
Двери открылись: в них один воин вкатил тележку, заставленную подносами, а следом шёл сам глава гарнизона. Мы расселись за столом. Света демонстративно села между Климом и Колей. Я лишь усмехнулся и сел напротив главы.
Все приступили к трапезе. Особенно рад был хомяк: целых два тортика для него одного. Как в него только лезет? Ели все, кроме двоих: я и глава не притронулись ни к чему.
– Вы не голодны? – нарушил я чавканье своих друзей.
– Успел позавтракать, – кивнул он. – Вы слишком долго спали.
Клим и Андрей тут же перестали жевать. Вообще непонятно, на фига ест Андрей? Лягушки и поднятые волки не питаются – им это не надо. А он жрёт постоянно с нами. Только продукты переводит. И в туалет ни разу не ходил. Куда всё девается?
– Вчера тоже не ели! Успели до сражения перекусить?
Вот теперь жевать перестали все. Кроме хомяка.
– Еда не отравлена, – ухмыльнулся Громель.
– А я и не сомневаюсь, – отзеркалил я ухмылку. – Столовая маловата для такого гарнизона. Сколько тут бойцов? Тысяч десять? Тут едва ли сотня поместится.
– Бойцы едят в своих комнатах! – слегка напрягся Громель.
– В донжоне почти никогда никого нет.
Хомяк доел первый торт и смачно отрыгнул. Я сделал вид, что не знаком с ним.
– У вашего животного отвратительные манеры! – сделал мне замечание глава, но, не дождавшись реакции, продолжил: – Что вы хотите этим сказать?
– Вам не нужна еда, но она у вас есть! Вам, судя по всему, не нужен сон! А главная проблема – камни силы!
– Камни души! – чуть громче, чем стоило, сказал Громель.
– О них я и говорю. Их цвет! Я видел множество людей из различных миров, и у всех одна картина: серые камни, бусины, жемчужины души. Назови как хочешь. А у вас… – Я вывалил в тарелку синие бусины: они постукивали и катились по тарелке.
– Р-р-р-р, – чуть слышно зарычал Громель, напрягшись всем телом и сжав край столешницы так, что та хрустнула.
– Вы не люди! Кто вы? Почему вас уничтожает нежить?
– Уходите! – громогласно выкрикнул старый воин, резко ударив кулаками по столу и поднявшись на ноги. Его взгляд буквально пылал яростью – казалось, он готов был испепелить меня на месте. Однако по какой-то пока неясной мне причине он сдерживал свой гнев. – Завтрак окончен! Немедленно покиньте помещение, пока я не изменил своё решение!
– Сомневаюсь, что мы сможем выйти из донжона, не говоря уже про гарнизон. – Добромир, почуяв недоброе, начал свою трансформацию прямо сидя за столом.
– Если я тебе расскажу, обратного пути уже не будет! – с твёрдой уверенностью проговорил Громель.
Я усмехнулся.
– Его и раньше не было! Говори! Мы слушаем.
– Мы – атланты!
– Пипеп… – Последний кусочек тортика выпал из дрожащих лап хомяка на стол…
Глава 4
Ещё немного – и я свихнусь от этого изобилия рас, богов, демиургов и миров. Как было дома хорошо: электричество, газ, телефон, водопровод – все блага цивилизации в общем. А здесь – войны богов, сходняки вселенных, нежить, атланты, птички, квакеры… Да чтоб им всем пусто было! Достали!
А ещё не забываем про голос в голове и материальную шизу в лице хомяка! Короче… что я выяснил…
После эпического сражения демиургов и прочих редисок в мир людей вернулся израненный бог. Хотя вселенная капитально пострадала, богу удалось подключить планету к потоку магии. Как итог – планета нормально функционировала и функционирует по сей день. Но вскоре стали появляться разломы, и оттуда пёрлись армии нежити.
Шли они как раз из той вселенной, где была эпичная бойня богов. Разломов были тысячи, и шли они не из одного места – этакая DDoS-атака. Возможно, планета с нежитью всего одна, а их главный переправляет свои армии на другие планеты и миры. В общем, раненый бог пытался найти источник этой пакости, но так и не смог его обнаружить.
Тем временем армия людей таяла на глазах. К тому же война была в целом бессмысленной: нежить шла бесконечными потоками, и сколько бы их ни убивали, потери были и среди людей. Каждый погибший человек усиливал вражескую армию.
Умирающий бог пошёл на отчаянный шаг в попытке сохранить свою планету. Он предложил людям пройти эдакий апгрейд – получить божественное благословение. Но, как водится, что-то пошло не так.
Бог, по-видимому, заразился от своего демиурга паранойей и не просто дал благословение своей пастве – он изменил её суть и структуру. Это уже не были люди в привычном понимании. Умирая, он нарёк их атлантами.
Основные особенности: нет потребности в еде, воде, сне; повышенная сила, ловкость и выносливость; повышенный болевой порог. И тут я осознал причину, по которой небольшая группа, казалось бы, рядовых бойцов сумела застать нас врасплох и при этом сохранить часть своих сил. Да, не все пережили эту встречу, но это уже неважно. И самое главное, что они получили: их тела невозможно было поднять в виде зомби. Они и их потомки стали невосприимчивы к некромантии.
Бог сказал, что теперь у всех будет защищённая душа, и скончался. Как водится, на самом интересном месте. Причём длительность жизни у атлантов не повысилась. И где тут правда, а где… уже не разберёшь.
К тому же они чувствуют некротическую силу и на генетическом уровне отторгают её. Поэтому я им капитально не понравился. Чего нельзя сказать о моих слугах: в них атланты не чувствовали противной им энергетики.
– Ну что я могу сказать? – прервал я затянувшееся молчание. – Я всё понял. В целом ничего не меняется. Надо перетереть со старшим.
– Вы не поняли! Или я не совсем правильно рассказал, – тяжело вздохнул Громель. – Всё, что вы узнали… закрытая информация.
– Ага! Первое правило атлантского клуба – никто не должен знать об атлантском клубе. Понял, – максимально серьёзно кивнул я. – Будем называть вас людьми, чтобы никто не догадался. – Я подмигнул старому воину.
– Вам придётся стать атлантами или умереть! – твёрдо произнёс он.
– Ду-у-умаю, – затянул я, – это плохая мысль. Так-то я известный кишкоблуд: пельмешки, картошечка жареная, помидорки солёные… Ой, аж слюнка потекла – давно такого не было.
– Вы не поняли! У вас нет другого выбора! Твоя сила! Если бог примет её, то и мы примем и тогда сможем…
– Какой бог? – прервал я нелогическую цепочку нового друга. – Ты же сам сказал, он того… отъехал!
– Пи-пи-по! По-по…
– Отвали, Пушистик, не до тебя сейчас! Какое превращение в атлантов? У меня есть план спасения вашей расы, получается…
– Ты либо погибнешь в стенах этого гарнизона, либо попробуешь пройти обряд! – был непреклонен Громель.
– Пи-пи…
– Я сказал, заткнись, мохнатка говорящая! – Повернулся к главе: – Послушай, уважаемый, мои мотивы сложно объяснить, но мне очень надо вас спасти. Как бы это…
– Толя! – это уже Света меня перебила.
– С тобой я вообще не собираюсь разговаривать! Твои манипуляции сейчас вообще не в кассу.
– Послушай, Громель, – вернулся я к главе гарнизона, – ваш мир на грани. Мы, похоже, чуть прервали поставки из других миров, поэтому давление на вас ослабло. Я подозреваю, что, если бы тот пастух пришёл с армией, гарнизон бы стёрли с лица вашей планеты. Я ещё плохо разбира…
«Толик, мля!» – заматерился Петя в моей голове.
Мои глаза расширились, но я продолжил:
– Разбираюсь плохо, но ваш мир плотно связан с миром лягухов…
– Пи-и-и-и-и-и-и-и-и-и! – истошно завизжал хомяк, вцепился в мою морду и развернул в сторону окна.
Только теперь я заметил, что все смотрят в окно, а Громель вообще не обращает на меня внимания. Его сковал ужас. Я взглянул на своих спутников: ужаса на их лицах не было, а вот любопытства – в полный рост.
Во дворе суетились воины, занимая позиции на стенах. Что происходило за стеной, видно не было. А вот в небе творилось что-то необычайное. Это были не тучи! Само небо чернело, и в этой черноте плыли зеленоватые перистые облака. Периодически били молнии – такие же зелёно-гнилостные. Причём они били не в землю, а расходились по чёрному небу, освещая землю.
Внутри меня что-то заклокотало. Оно жаждало, трепетало и в то же время боялось и дрожало. Странное чувство.
Я встряхнул головой и взглянул на Андрея. Тот перевёл взгляд на меня.
– Плохая и опасная сила идёт сюда. За гранью не любят эту силу, точнее, не любят тех, кто пользуется ею не по назначению! – опять начал поучать меня старый воин.
– Эта сила с тобой и другими слугами ничего не сделает? – решил уточнить я.
– Смотря кто там! И смотря чего добивается он! В мирах, полных магии, практически нет ничего невозможного! Есть лишь…
– Я тебя понял! – перебил я ненужную в данный момент лекцию. – Громель, чё не так? Ты как будто призрака увидел. Что такое?
– Пипеп! Пипеп! – Хомяк схватился за сердце и упал на спину.
Тут же появился маленький гроб, возле него стояли веночки и свечи в подсвечниках. Хомяк в гробу едва дёрнулся, позеленел и сел. Его морда искривилась, потекли слюни, а кожа начала пузыриться. Он ужасающе зарычал и начал дёргать зелёными лапками.
– Ага! – кивнул я. – Понял, не дурак, дурак бы не понял. Мертвецы идут! Что не так-то?
– Они открыли новый фронт! Ха-ха-ха! – засмеялся как безумец глава гарнизона. – Планета обречена. Ты не помог, безумный «воскрешатель»! – последнее слово он выплюнул с показным отвращением. – Ты всё ускорил! Это захват! Эту лавину не остановить!
– Это мы ещё посмотрим! Сейчас, Фёдор Иванович, только поближе подойду!
«Толик!!! Не заводи баркас – взорвёшься!» – нервно хихикал Петруша.
Я решил не отвечать ему. Какие-то все нервные и напряжённые в последнее время вокруг меня. Вон хомяк шутки шутит – значит, всё нормально будет. Хомяк… Он фигни не посоветует. Хотя кого я обманываю – он только фигню мне и советует постоянно. Один лес сгоревший чего только стоит!
Я вышел во двор, и по ушам ударила какофония звуков. Все кричали, ругались и шумели. Звучали приказы, разговоры солдат, лязг доспехов и мечей. Беготня и суета. Всё это дополняли порывистый ветер и раскаты грома, которые раздавались с завидной частотой.
Стараясь не обращать внимания на всё это, я продирался к лестнице, ведущей на стену. Потребовалось несколько минут, чтобы забраться наверх. Говорят: «Увидеть Париж и умереть»? Хрен вы угадали! «Увидеть армию нежити и умереть» – так правильнее будет звучать.
Хомяк появился рядом со мной на стене. Он стоял на зубце бойницы, в руках у него была подзорная труба, на голове – шляпа с перьями, а на поясе – шпага. Д’Артаньян чёртов.
Полюбоваться тут было действительно на что. Вдалеке виднелся разлом неимоверных размеров: метров пятьдесят? Сто? Двести? Хрен его знает. Но просто колоссальных размеров. Судя по отблескам, рядом с ним были ещё десятки разломов помельче, но это уже было и не столь важно.
Войска ещё не было видно в полной мере. Лишь десятки циклопов и гигантов высились колоссами на фоне тёмной копошащейся массы. Если первые были привычны, то вторые оказались обычными рыцарями в доспехах и с мечами – просто десятиметровые. Подумаешь! А когда я заметил несколько бодро шагающих дохлых тираннозавров, смотреть на это всё сразу расхотелось.
Какие силы и мощности нужны, чтобы остановить такое? Они катком пройдут по гарнизону, не оставив от него камня на камне.
Рядом со мной уже стояли все мои спутники и глава гарнизона. Свету немного трусило, и она прижалась к моему плечу. Очередная манипуляция. Вот же тварь – в такой момент, и манипуляция! Интересно, женщины о чём-нибудь думают? В такой момент пудрить мозги…
– Громель, – решив не обращать внимания на Свету, обратился я к главе гарнизона, – вы что-то говорили об экстренной связи?
– Я врал! – покачал он обречённо головой. – Просто хотел вас выпроводить побыстрее, чтобы не было беды. Не успел. – Он кивком указал на армию.
– Они пришли бы и так. Не сегодня, так завтра или через месяц, – отмахнулся я от претензий. – Портал! Ты говорил, есть портальные площадки! Связь с миром! Со столицей!
– А толку? Камней силы в гарнизоне не хватит даже на активацию! – кричал на меня Громель, словно и в этом, по его мнению, был виноват я.
– Я не прошу её активировать! Нам подмога нужна! Сюда надо перебросить армию! Это возможно? Как это сделать?
– Нужен посыльный в столицу – сделать доклад. И если там решат, что это правильно, сюда могут отправить подкрепление, – неуверенно отрапортовал Громель.
– Показывай, что и где! – отдал я приказ и поспешил к лестнице. Громель, бряцая доспехами, топал следом. – Полечу, всё объясню и вернусь с подмогой.
– Тебя убьют в портальной комнате столицы и даже слушать не станут. Слишком странная у тебя аура. Я полечу, раз уж так. – Мы уже спустились со стены и двигались к донжону.
– И что ты им расскажешь? – не унимался я. – Опять начнёшь нудить, расскажешь про меня и так далее? Тут нужны решительные меры. К тому же у меня и так был разговорчик к вашему старшему. Кто он, кстати?
– Атлант, – пожал плечами Громель. – Кто же ещё?
– Вот об этом я и говорю, – едва улыбнулся я. – Царь, король, президент, владыка, монарх?
– Великий вождь! – как на параде гаркнул Громель, гордо выпятив вперёд грудь, закованную в броню.
– А имя у твоего «великого вождя» есть?
– Зулу, – прошептал мне на ухо Громель. – Он не любит, когда к нему обращаются по имени.
К этому времени мы подошли к небольшой деревянной двери. Знаете, у бабушки в деревне такая белая двустворчатая, у которой снизу и сверху шпингалеты, которые даже в детстве казались намертво приделанными к самой двери десятками слоёв краски. Вот именно такая дверь была передо мной. Только вот шпингалеты работали.
Громель отщёлкнул их и толкнул дверь вовнутрь. В помещении сразу же загорелись свечи на стенах. Само помещение было пустым и завешанным паутиной. Судя по всему, сюда не заходили десятилетиями. Громель хлопнул в ладоши – и всю паутину сдуло к дальней стене.
Мы зашли внутрь. По центру – огромная круглая плита. Ну как огромная: метра четыре в диаметре и полметра толщиной. Она была чуть вогнутой и ребристой. У правой стены стоял постамент. В его центре находилась наклонная полочка – жёлоб. Он заканчивался довольно крупным отверстием в этом постаменте. Судя по всему, сюда и надо загружать камни силы. Любопытная система. И главное – во многих мирах об этих камнях даже не знают, а тут целая система на них устроена.
Я, недолго думая, отправил туда один голубой шарик. Бусинка покатилась по жёлобу и скрылась в недрах постамента. Плита слегка завибрировала, из её центра заструился лёгкий мягкий свет. Паутина и пыль в помещении исчезли, а факелы на стенах засветились ярче.
На самом постаменте, чуть выше отверстия «монетоприёмника», появилась шкала – без цифровых обозначений, просто шкала. Она была заполнена примерно на четверть, а может, на пятую часть – так сразу и не скажешь. Я хмыкнул и начал кидать туда один шарик за другим.
Глава гарнизона квадратными глазами наблюдал, как в постаменте исчезают несметные богатства – ну, по его меркам. Знал бы он, сколько я их сожрал, – наверное, сердце остановилось бы.
Когда шкала заполнилась до конца, рядом появились ещё шкалы, и каждая была подписана. Язык мне незнакомый.
– Чё это? – ткнул я пальцем в новые шкалы.
– Не знаю! Портальной аркой не пользовались долгие годы. Мне неведомы эти значения – я не портальщик.
– Фак! Написано тут что? – указал я на надписи.
– Это старый язык. Я его плохо знаю, – замялся Громель. – Сейчас попробую прочитать… Та-а-ак. Вот это первое – что-то типа «дворец». Вроде это слово значит «кремль», старое слово, это как…
– Знаю я, что такое кремль. Только он может быть не один.
– Остальное – названия регионов. Старых и новых.
– Так, а выбрать-то как? – Я, как дурачок, взял и ткнул пальцем в первую шкалу.
На «дисплее» пошли изменения: остальные шкалы исчезли, а та, в которую я ткнул, увеличилась и стала рядом с заполненной. Ага, ясно-понятно. Теперь оплатите сам переход. Мило.
– Андрей! – Я повернулся к своему первому слуге, передавая почти все имеющиеся камни силы. – Если мы не успеем, валите отсюда! И живите как хотите! Понял?
– Да, хозяин! Я найду вас! – Он поклонился.
– Дурья твоя башка, – покачал я головой и принялся закидывать камни в прожорливый автомат.
– А меня не возьмёшь с собой? – кокетничала Света, когда шкала почти заполнилась.
А я всё ждал, когда же она не выдержит. Даже ставки сделал: сдержится – дам второй шанс. Э-э-эх… Жаль…
– Боюсь, могу не сдержаться, рыба моя, – безэмоционально закинул я последний шарик.
На панели появилась надпись и две «кнопки». Так полагаю, «да» и «нет». Но вот какая из них какая?
– В смысле? Ты о чём? – Боги, как же это бесит! Тут нужно сосредоточиться, а она мозги мне любит.
– Захочет великий вождь тебя, да не туда, куда мать-природа завещала, а я ему башку снесу, – пожал я плечами и со злостью ткнул в одну из кнопок. Мир мигнул, а я продолжил: – И получится, что вся дипломатия уйдёт в жопу…
Договаривал я фразу уже в совершенно другом помещении и при других действующих лицах. Хотя как раз люди бездействовали, что не могло не радовать. Тут стояли маги, на руках у которых светились различные стихии, арбалетчики и обычные воины с оружием наготове.
От такого внимания у меня заурчало в пузике. Я скривился: думал, что все эти Петрушины проблемы в прошлом. Но нет – от наследства так просто не избавишься.
– Атланты! Мы земляне, и мы пришли с миром! – продекламировал я и поднял правую руку, приветственно помахав ею.
– Пик-пук! – тихонько пискнул хомяк и начал биться головой о пол.
– Ты что сделал? Я же говорил, так… – начал шептать мне на ухо Громель и тут же сменил собеседника: – Мы из первого гарнизона города Коринфия. У нас прорыв колоссов. Открыт величайший портал. Мертвецы открывают новый фронт. Через час гарнизон будет стёрт с лица земли, а ещё через полдня – весь регион. Нам нужна помощь!
– Что это за существо рядом с тобой? От него идёт извращённая некротическая энергия! – заговорил маг, совершенно не обратив внимания на информацию о прорыве.
– Он пришёл к нам на помощь! Убил пастуха, и у него есть пла…
– Судя по его силе, он мог тебя обмануть и пришёл шпионить. Как вы смогли активировать портальный диск?
– Это… – замялся мой проводник, а я понял, что пахнет всё ну очень плохо. Прям запах какашек явно чувствуется в воздухе.
– Уважаемый! Вы тут старший? – обратился я к говорливому магу. – Мне бы с Зулу переговорить с глазу на глаз.
– Что ты сказал, животное?! – процедил сквозь зубы маг.
– Брат мой однояйцевый – Зулу – где? – включил я быка. Если сейчас не продавить напором и бредом – хана попугайчикам будет.
– Какой брат? Ты о чём? – запаниковал маг.
– Имя твоё, должность! Кто такой? – продолжил я нажимать. – Когда брат узнает, как ты тут со мной и с моим лучшим другом Громелем обращался, – карачун тебе настанет. Андерстенд?
– Я ничего не понимаю. Откуда, куда? Как? – Маг колебался, он чувствовал подвох.
– Если бы все знали, то ничего бы не вышло. Меня ещё в детстве отправили в другой мир. Там я получил силу, близкую к некромантии, и следил за нашим врагом, – сочинял я ахинею на ходу. – Я узнал множество тайн, но был обнаружен. Мне пришлось бежать домой! – Не помню, кто сказал фразу: «Чем чудовищнее ложь, тем проще в неё поверить». – Но они выследили меня. Открыли великий разлом в Коринфии, и если мой брат не узнает детали… Клянусь своей душой, твоя смерть будет самой мучительной за последнюю тысячу лет.
Я замолчал. В зале была полнейшая тишина. По-моему, даже воздух замер. Петя в моей голове сжался в комочек и с ужасом в сознании смотрел через мои глаза. Маг пребывал в полном шоке. Я говорил очень быстро, говорил ахинею, но логичную ахинею. Говорил много и использовал общеизвестные факты.