Дружить в губы

— У тебя шнурок развязался.

Она глянула вниз, смешно сморщила лоб и вздохнула, покачав ножками.

— Оставлю так! Я не умею их завязывать, - она состроила уморительную гримасу, - долго пробывала, но не научилась!

Я фыркнул.

- Давай сюда свою лапу, - я протянул ладонь.

Я наклонился, взял её ногу и начал завязывать бантик. Эстель затихла, только сопела где-то над моей макушкой. Она так сосредоточенно наблюдала, что я боялся сделать лишнее движение или завязать что-то криво…

— Знаешь, Джаред, — сказала она задумчиво, — а ты, когда не вредничаешь, почти хороший.

— Это я-то вредина? — я дёрнул шнурок потуже и поднял на неё глаза. — Да ты просто ябеда!

— А вот и нет!

— А вот и да!

— Ну все! — она всплеснула руками, чуть не сбив мне голову зайцем. — Лео — это Лео! Он свой!

— Ну да, — согласился я, завязывая второй шнурок. — Он клёвый. Как Мия могла его бросить… Ты заметила, как он грустит?

Эстель сразу перестала улыбаться. Она посмотрела на затылок брата, на его широкие плечи, и её глаза стали серьёзными, почти взрослыми.

— Заметила, — шепнула она, — Но он не любит, когда его жалеют. Он любит веселиться!

— Тогда надо придумать что-то весёлое, — я затянул последний узелок и хлопнул её по коленке. — Готово!

— Спасибочки, — Эстель чмокнула меня в макушку, и я от неожиданности дёрнулся и стукнулся головой о дверцу.

— Ты чего? — засмеялась она.

— Ничего. Предупреждать надо!

— А ты не дёргайся!

Я залез обратно на сиденье, потирая ушибленное место. В груди впервые что-то перевернулось. Во мне проснулся интерес и страх, они как-то смешались, не оставляя мысли. Мне было неловко от того, что Эстель меня поцеловала. Она была мне как сестра, и я знал, что она иногда целует Лео, но со мной было как-то иначе! Покачав головой, я решил не зацикливаться и забыть о том, что сделала девчонка, хотя по ощущениям ее ласковое прикосновение до сих пор на моем затылке!

— Лео! — крикнул я, перегибаясь через сиденье. — А ты пойдёшь с нами на американские горки?

— О, нет, — Эстель схватила меня за руку, — Я боюсь горок!

— Да ладно тебе, трусишка! — я вырвал руку, но она снова вцепилась в мою ладонь, я не сильно возражал, — Там же круто!

— Я не трусишка! Я маленькая! Мне нельзя!

— Кто тебе сказал?

— Мама!

Я закатил глаза.

— Вечно у тебя отмазки…

Леон усмехнулся и включил поворотник:

— Спокойно, мелкие. Сначала поедим, а там видно будет. Эсти, если не хочешь на горки, пойдёшь со мной на колесо обозрения. Оттуда весь город видно - очень красиво!

— Правда? — Эстель аж подпрыгнула от радости, — Лео, ты самый лучший!

— Эй, а я? — ревность всполохнула во мне горячим пламенем.

— Ты просто хороший, когда шнурки завязываешь, — подколола она и показала язык.

Я улыбнулся и легонько толкнул её в плечо. Она толкнула меня в ответ, и мы начали пихаться, пока Леон не цыкнул на нас, притворно строгим голосом:

— Так, мелочь, угомонитесь!

Мы затихли, но стоило ему отвернуться, Эстель снова схватила меня за руку. На этот раз просто сжала мои пальцы в своих маленьких, чуть липких от жары ладошках и положила голову мне на плечо.

— Джаред, — зевнула она.

— М?

— Хочу, чтобы ты всегда был рядом! – оно говорила так тихо и робко. Это была настоящая редкость!

Я посмотрел на неё. Она уже почти спала, ресницы слипались, а зайца она прижимала к груди, как самое дорогое сокровище. Я улыбнулся и уткнулся носом в её макушку. В этот раз ее шелковистые волосы пахли вишневым шампунем, запах совсем другой, но при том до боли, родной!

— Я тоже, — прошептал я, чувствуя, как в груди разливается волнение.

—приехали, - мягко прозвучал голос в моих ушах, вырывая из дрема.

Мы с Эстель отпрянули друг от друга, выглядывая в окно. Девчонка тут же засуетилась. В отличие от меня, который только приходил в себя после небольшого сна. Парк встретил нас запахом сладкой ваты, попкорна и чего-то жаренного. Этот запах смешивался с выхлопными газами от аттракционов и громкой музыкой, которая лилась из всех динамиков сразу. Люди сновали туда-сюда с воздушными шарами, огромными плюшевыми медведями и разноцветными сахарными леденцами на палочках.

— Ух ты! — Эстель выпучила глаза и прижала Робби к груди так крепко, будто он мог сбежать и потеряться в этой толпе. — Джаред, смотри! Вон там! А там! И вон что!

Она дёргала меня за руку, тыкая пальцем во все стороны сразу, и я невольно засмеялся.

— Да погоди ты, — я попытался высвободить ладонь, но она вцепилась в неё мёртвой хваткой. — Я же не убегу…

— А вдруг? — Эстель подняла на меня свои голубые глаза и посмотрела с такой серьёзностью, будто я собирался сбежать в другую страну прямо сейчас. — Мама сказала, что в парке легко потеряться. Я не хочу теряться!

— С тобой не соскучишься, — фыркнул я, но руку вырывать не стал. Её маленькая ладошка, лежала в моей, и это было так привычно и естественно, как есть или спать. Леон подошёл к нам с двумя билетными лентами, которые надевались на запястье.

— Так, мелочь, давайте руки.

— Мне сначала! — Эстель протянула свободную руку, не выпуская мою. Леон ловко застегнул ей на запястье зелёную пластиковую полоску, потом взял мою руку — ту, которую не оккупировала Эсти, и проделал то же самое.

— Теперь вы официальные посетители парка аттракционов, — объявил он торжественным голосом.

— Прошу соблюдать технику безопасности: не кормить голубей, не дразнить продавцов сахарной ваты и слушаться главного взрослого, то есть меня!

— А почему ты главный взрослый? — тут же встряла Эстель.

— Потому что, - улыбнулся Леон. Такой ответ явно не удовлетворил его сестренку. Леон посмотрел на меня, я пожал плечами, и тогда Лео добавил: - я умею водить машину и могу доставить вас на самый верх колёса обозрения, без меня – не выйдет! — Леон подмигнул

— Возражения? – уточнил парень.

— Принимается, — кивнула Эстель так важно, что мы с Леоном переглянулись и рассмеялись.

— Ну что, с чего начнём? — Леон оглядел парк, прищуриваясь от яркого солнца, — Мне лично надо срочно съесть хот-дог. Кто со мной?

— Я! — заорали мы хором и потащились к ларьку.

Очередь была небольшая, но Эстель всё равно стояла вплотную ко мне, продолжая сжимать мою руку. Иногда она отвлекалась на что-то и пыталась дёрнуться в сторону, но я не отпускал. Сам не заметил, как привык чувствовать ее рядом. Мы переговаривались о новых компьютерных играх, о школе, о предстоящих каникулах и поступлении Леона в университет. Когда подошла наша очередь, Лео заказал три хот-дога, себе взял ещё и огромный стакан колы, а нам с Эстель по маленькому лимонаду.

— Твоя мама сказала, что колу нельзя, — пояснил он, заметив мой разочарованный взгляд, — У вас там организм растёт, нервная система. И вообще, я обещал родителям, что вы вернётесь живыми и здоровыми, а не гиперактивными! Ты знаешь сколько тут сахара?

Парень поднял стакан вверх, словно, он полностью состоял из сахара, и я должен был это увидеть…

— Ну Лео! — закатил я глаза.

— Лео, Лео, Лео, — передразнил он, копируя мой голос. Он звучал на пару актав выше, чем обычно, — Джаред, ты бы видел своё лицо. Прямо как у Эсти, когда ей что-то запрещают.

— У меня не такое! — возмутилась Эстель, нахмурившись. Ее светлые бровки взлетели вверх, меж них виднелась маленькая морщинка…

— Такое же, — подтвердил я и получил локтем в бок, — Ай! Она дерется!

— Сам виноват! - Леон развёл нас в стороны, как рефери на ринге. Мы смотрели друг на друга состроив серьезные гримасы.

— Так, бойцы, доедаем и двигаемся к аттракционам. На чем вы там катаетесь? – здоровяк осмотрелся вокруг, - Кто хочет на карусель с лошадками?

— Я уже взрослая для лошадок! — заявила Эстель, скрестив руки.

— Я тоже, — поддакнул я, тоже скрестив руки.

— Боже, я и забыл, что вы уже ТАКИЕ взрослые, — Леон закатил глаза. — Ладно, тогда для начала что-нибудь не очень страшное... Например, цепочки!

— А это страшно? — насторожилась Эстель, озираясь на аттракцион. Она заметно заволновалась, прикусила щеку изнутри и серьезно посмотрела на то, как механизм набирает скорость.

- Ну, там крутит и поднимает вверх. Если боишься, можем пойти на детские машинки, - Голос парня звучал задорно, он явно наслаждался происходящем, предвкушал прилив адреналина.

— Я не боюсь! — Эстель выпятила подбородок, — Просто спросила.

Я посмотрел на неё и снова поймал себя на мысли, что улыбаюсь. Она была такая забавная, когда строила из себя взрослую. Этим эта девчонка и покорила мое сердце, она никогда не сдавалась, не хныкала по пустякам, была до безумия хитрая, но невероятно справедливая и честная!

Леон привёл нас к аттракциону «Цепочки» — высокому столбу с вращающимся кругом, от которого свисали длинные цепи с креслами. Когда круг начинал крутиться, цепи поднимались и разлетались в стороны, и казалось, что ты летишь.

— Красиво, — выдохнула Эстель, задрав голову.

— Полетим? — спросил Леон.

— А можно я с тобой сяду? — Эстель посмотрела на брата снизу вверх.

— Ну уж нет, — Леон потрепал её по макушке, — Я сяду сзади, чтобы видеть, как вы с Джаредом летаете, а вы садитесь рядом.

— Рядом? — уточнил я.

— На соседние кресла, но держаться за руки можно! — Леон подмигнул, — Только не отпускайте друг друга, ладно? А то улетите в разные стороны и не встретитесь больше…

Он сказал это в шутку, но я почему-то крепче сжал ладонь Эстель. Чем дольше мы ждали, тем выше было беспокойство! Я чувствовал, как внутри идут торги, все естество оценивает нужно ли мне это или нет… И вот, когда нас уже стали пристегивать, я понял, что мне невероятно страшно. Сердце уходило в пятки, в ушах звенело, от волнения я то и дело проверял – надежно ли закреплен.

- Джа… - писклявый, тихий голос вырвал меня из лабиринтов собственного разума. Я увидел, как боится Эстель. Она чуть ли не плакала…

Нет! Нет! Нет!

Про собственный страх можно было забыть, теперь она главный объект моего внимания. Я протянул ей свою руку и робко улыбнулся:

- Я рядом!

Она обхватила мою ладонь, доверилась, и слегла улыбнулась. Мы смотрели друг на друга. Я старался передать ей уверенность в том, что все действительно будет хорошо. Так вы просидели до старта. Когда прозвучал сигнал плечи Эстель слегка напряглись, но я большим пальцем погладил ее мягкую кисть. Было так приятно знать, что она моя, что я ее защищаю, что я рядом с ней!

Когда аттракцион начал раскручиваться, сердце сначала ухнуло вниз, а потом забилось где-то в горле. Ветер бил в лицо, волосы Эстель разлетались во все стороны. Мы молчали первый круг, но когда оказались на пике, я услышал, как девочка рядом – смеется. Громко, заливисто, так, что этот смех было слышно даже сквозь музыку и крики других детей.

— Джаред! — крикнула она, поворачивая ко мне голову. — Джаред, смотри! Я лечу!

Я смотрел. Не на землю внизу, не на людей, которые казались муравьями, не на солнце, которое слепило глаза. Я смотрел на неё, и в какой-то момент мне показалось, что мы действительно летим. И что это никогда не закончится…. Меня немного мутило, и я чувствовал, что хочу поскорее отсюда уйти!

— Эсти, - сквозь ветер шептал я, прикрывая веки

- эй, что такое? Ты зеленый! Тебе нехорошо? – Эстель вдруг перестала улыбаться, рассматривая меня.

-не очень, - подтвердил я ее догадки

-Лео, - подруга закрутила головой, чтобы посмотреть на брата.

-Дружище, держись, - Леон дотянулся до меня, схватил мое кресло и придерживал меня за плечо, чтобы кресло не качало слишком сильно, - не смотри никуда, закрой глаза и ровно дыши, мы уже опускаемся.

Наконец аттракцион остановился. Когда нас отстегнули, ноги немного подкашивались, но Эстель прыгала вокруг, как мячик.

— Ещё! Давай ещё раз! Лео, можно ещё?

— Не-а, посмотри на этого бедолагу, — Леон уже тащил нас к выходу, — У нас впереди куча всего. Колесо обозрения, автодром, комната страха...

По приземлению мне стало гораздо лучше, но я на всю жизнь усвоил, что после еды не стоит выбирать аттракционы, где тебя будет переворачивать, дергать или крутить.

— Комната страха? — переспросил я с интересом, когда почувствовал, что тошнота отступила, - там не будет так мутить?

— Ага, там всякие монстры, скелеты, темнота...

— Я не пойду, — твёрдо заявила Эстель.

— Я маленькая, мне нельзя пугаться

— Только что была взрослой для лошадок, — напомнил я, забыв о «цепочках» и улыбаясь ей.

— Лошадки и монстры — это разное! — отрезала она и показала язык. Мы прокатались еще несколько часов, а после Леон купил нам мороженое — Эстель клубничное, мне шоколадное, себе фисташковое, от которого я скривился, потому что фисташки — это трава какая-то, а не мороженое.

Мы сидели на скамейке, болтали ногами и наблюдали за людьми. Эстель вымазалась в мороженом, и на носу у неё красовалось розовое пятно. Леон попытался стереть его салфеткой, но она увернулась.

— Не трогай, это моя косметика!

— Ты похожа на клоуна, — хмыкнул я.

— А ты на ворчуна, — парировала она, — весь день ходишь и ворчишь.

— Я не ворчу!

— Ворчишь, ворчишь! — она ткнула в меня ложкой, чтобы и на моем носу красовалось мороженое, — но я всё равно тебя люблю!

Я замер с ложкой у рта. Она сказала это так просто. Как про погоду. Как про то, что мороженое вкусное. Без тени смущения. Я не смог бы сказать ей такое! Возможно, когда тебе 7, все кажется проще, но я-то знаю, что «любовь» — это только для взрослых мужчин и женщин! Я посмотрел на Леона — он жевал своё фисташковое безобразие и делал вид, что ничего не слышал.

— Ладно, — буркнул я и уткнулся в мороженое, чувствуя, как щёки начинают гореть. Эстель, кажется, ничего не заметила. Она уже смотрела на фонтан в центре площади и весело напевала что-то.

— Лео, а там вода? Можно ноги помочить? – Наконец ей в голову пришла очередная идея, и вот, она уже спрыгивала со скамейки.

— Не сегодня, Эсти, — Леон доел мороженое и выкинул салфетку в урну. Его сестричка остановилась на пол пути и надула губы.

— Хотите на автодром? – Лео тут же сместил ее внимание. Эстель пожала плечами, выкинула свою мисочку в мусорку и направилась ко входу на аттракцион.

Автодром оказался гонками на маленьких машинках, которые бились друг о друга.

— Я с Джаредом! — Эстель вцепилась в меня, не дожидаясь ответа.

— Э, нет, — Леон покачал головой

— Вдвоём нельзя, только по одному со взрослым!

— Почему?! — Потому что правила.

— Глупые правила! — Эстель надулась, — Я хочу с Джаредом!

— Эсти, — Леон присел перед ней на корточки, — смотри, ты сядешь в одну машинку, Джаред в другую. И вы будете гоняться друг за другом. Это же веселее, чем просто сидеть в одной, да?

Моя грудь расширилась от гордости, что ни смотря ни на что, девочка предпочитает меня в качестве своего партнёра по аттракционам.

Эстель задумалась, посопела, но потом кивнула.

— Ладно, но я всё равно выиграю!

— Посмотрим, — я ухмыльнулся.

Мы выбрали машинки — мне досталась красная, ей с Лео голубая. Леон втиснулся, хотя его колени упирались в руль, и он выглядел нелепо.

— Лео, ты как слон в мышеловке, — засмеялся я.

— А ты следи за дорогой, Шумахер, — отозвался он и газанул так, что его машинка дёрнулась и врезалась в бортик. Эстель взвизгнула от восторга. Она перехватила у брата руль.

— Джаред! Мы не туда! – Эстель кричала мне вслед, пока я уезжал от нее в противоположную сторону, не разобравшись с управлением.

Я развернулся и поехал к ней, лавируя между другими детьми.

— Давай, давай, разворачивай!

— Я не умею!

— Руль крути! - смеялся Леон, доверяя управление сестре. Она крутила руль, машинка описывала круги, и Эстель визжала то ли от страха, то ли от восторга. Я подъехал вплотную и легонько толкнул её машинку своей.

— Держитесь за мной!- скомандовал я.

— Я держусь!

И мы поехали — я впереди, они сзади, врезаясь во все подряд, но не теряя меня из вида.

— Лео, ты как? — крикнул я на очередном круге.

— Я – лучше всех! — прокряхтел он, — Просто тут тесновато!

Эстель хохотала так, что у неё слёзы выступили. Когда автодром закончился, мы вылезли из машинок — красные, взъерошенные и счастливые до потолка и обратно!

— Я выиграла! — заявила Эстель.

— Ты водила коряво! — напомнил я.

— Зато я врезалась в бортик! — она ткнула пальцем в Леона, который потирал ушибленную коленку.

— Это была тактическая хитрость, — важно сказал Леон. Она отвлекала внимание.

- Хорошо, что у тебя нет настоящих прав! – Рассмеялся я.

Дальше были карусели с чашечками, где нас крутило так, что голова пошла кругом, и тир, где Леон выиграл для Эстель маленького плюшевого мишку, потому что она сказала, что Робби одному грустно.

Правда, мишка оказался кривым на один глаз, но Эстель прижимала его к себе так же бережно, как Робби.

— Как назовёшь? — спросил я, поспевая за ней, пока мы шли от одного к другому аттракциону.

— Косолапик, — подумав, ответила она, — Потому что у него лапа косо пришита…

- Мы с ним похожи, - добавила девочка, рассматривая игрушку.

— Чем это ты похожа на кривого медведя? – я нахмурился

— Мы оба особенные, — она горделиво задрала нос.

Леон фыркнул и потрепал её по голове:

— Особенная ты моя.

День близился к концу, закатное солнце окутало парк и в золотом свете – Эстель казалась невероятным магическим существом. Она с прямой спиной и отличной выправкой шагала по парку в своем новом костюмчике, волосы ее изрядно растрепались, и все же, каким-то чужом выглядели прекрасно. Она была красивой! И это пленило меня… Я вероятно мог вечно изучать ее забавные черты, вдыхать ее сладкие шампуни и крема, проводить с ней время, наслаждаясь тем, что она смотрит на меня глазами с искорками…

— Эсти, ты со мной или с Джаредом? — спросил Леон, когда мы подошли к кабинкам колеса обозрения. Она посмотрела на него, потом на меня. Потом снова на него.

— А можно с вами обоими?

— В кабинке только два кресла, малыш, — Леон приподнял бровь в ожидании, — Так что выбирай

Она закусила губу, и я вдруг понял, что ей правда трудно выбрать. Для неё мы оба были важны. Она знала нас с рождения, росла рядом с нами, играла, делилась секретами, переживаниями…

— Я с Джаредом, — сказала она наконец.

— А ты, Лео, поедешь за нами в следующей кабине? – уточнил я, надеясь, что здоровяк не обидится.

— Договорились, — Леон чмокнул Эстель в лоб, — Встретимся наверху: машите мне оттуда!

Мы синхронно кивнули и подошли к работнику парка. Меня померили на ростомере, и разрешили быть «сопровождающим» для Эстель. Несмотря на свой возраст, я был довольно высоким парнем, за что спасибо папе!

Мы уселись в кабинку и отправились наверх.

Эстель сразу прилипла к стеклу, разглядывая, как люди внизу становятся всё меньше и меньше.

— Смотри, Джаред! Наш дом отсюда видно?

— Не знаю, — я тоже прильнул к стеклу. — Наверное, нет, слишком далеко. А парк видно весь!

Внизу зажигались первые огни, и парк преображался, становясь ещё красивее. Колесо было детским, поэтому свой дом Эстель точно не увидела бы, но вера в это ее радовала, поэтому я не возражал. Эстель взяла меня за руку.

— Тепло, — ласково сказала она, укутывая свою ладонь моей, — Джаред, а тебе не страшно?

— Нет, — ответил я, и это была правдой. Я наслаждался видами, ее вниманием и этим моментом счастья, прокручивая в голове весь сегодняшний день.

— А тебе?

— Немножко, но с тобой не так страшно, - Она положила голову мне на плечо, и мы замолчали. Кабинка поднималась всё выше, ветер слегка раскачивал её. Мы были вдвоём в целом мире, и никуда не нужно было спешить.

— Робби нравится, — сказала она.

— А Косолапику?

- И ему! Хочу, чтобы мы всегда – всегда были вместе… - Она сделала паузу, - с тобой!

Я кивнул, хотя где-то в глубине души уже знал, что «навсегда» не сработает. Но ей не хотелось об этом говорить… Переполненный чувствами я просто старался совладать с собой. Уж не знаю, что испытывают взрослые, если я уже сейчас в свои 9 схожу с ума от спектра чувств, который ощущаю рядом с ней…

Когда мы доехали до верха, кабинка остановилась на пару минут, и перед нами открылся весь парк. Огни будок, деревья, где-то далеко река — всё это лежало внизу, как на картинке.

— Смотри, — я показал на небо, где уже зажглись первые звёзды. — Видишь?

— Вижу, — выдохнула Эстель.

— Красиво, - улыбнулся я.

В следующей кабинке, которая была чуть ниже, Леон махал нам руками и кричал что-то. Мы помахали в ответ, и Эстель засмеялась.

— Лео смешной, он думает, мы его слышим…

— Ага, — согласился я.

— Самый лучший старший брат! Он и твой тоже, — сказала Эстель так уверенно, будто это был закон, — Ты же наш Джаред!

Я посмотрел на неё. На её светлые волосы, которые развевал сквозняк от маленького окошка, на глаза, в которых отражались огни, на улыбку, от которой становилось хорошо. «Ты же наш», — эхом отозвалось в голове. И я почувствовал, что это правда. Я был их, и они были моими. Мы одна семья, и я не мог испытывать к ней иные чувства! Однако, да, Лео был для меня как брат, но она… Мы друг для друга современно другие люди!

Когда кабинка пошла вниз, мне вдруг отчаянно захотелось, чтобы это путешествие никогда не заканчивалось. Чтобы мы так и сидели, прижавшись друг к другу, и смотрели на город с высоты. Чтобы послезавтра не было школы, взрослой жизни, и чтобы папа снова не становился чужим… Но кабинка опустилась.

— Ну как там, наверху? — спросил Леон, догоняя нас.

— Красиво, — ответил я коротко.

— Волшебно, — сказала Эстель и зевнула.

Леон посмотрел на часы, потом на небо.

— Так, мелочь, думаю, нам пора потихоньку собираться. Родители, наверное, уже заждались!

— Ну Лео! — заныли мы хором.

— Ладно вам! — он подхватил Эстель на руки, потому что она действительно начала клевать носом.

— Завтра будет новый день, а сегодня мой подвиг - я вас целый день развлекал и не потерял!

— Ты лучший, — пробормотала Эстель, прижимаясь к его плечу и зажимая в кулаке обе игрушки — Робби и Косолапика.

Я кивнул Лео с благодарностью, тот улыбнулся мне в ответ. Мы пошли к выходу из парка. Вокруг горели огни, музыка сходила на ней, люди всё ещё смеялись и ели сладкую вату, но для нас день уже заканчивался. Я шёл рядом с Леоном, поглядывая на Эстель, которая почти спала у него на руках. Её голова свесилась, волосы закрыли лицо.

— Устала, — тихо сказал Леон, - Честно говоря, я тоже, но оно того стоило. Вы довольны?

— Ага, — кивнул я. — Спасибо, Лео.

— Не за что, дружище, — он улыбнулся и свободной рукой взлохматил мне волосы. — Ты держался молодцом, и Эстель молодец!

Он помедлил, и все же добавил: Она тебя очень любит, знаешь?

Я промолчал. Не потому, что не знал, что ответить. Просто слова застряли где-то в горле. Я был смущен, но при том, невероятно счастлив, что Лео тоже это видел.

Мы дошли до машины, и здоровят аккуратно уложил свою сестру на заднее сиденье. Она что-то пробормотала во сне, перевернулась и снова затихла.

Я сел рядом, и машина тронулась. За окном проплывали огни, люди, деревья — всё то, что ещё час назад казалось таким важным, а теперь было просто фоном. Эстель во сне потянулась ко мне и снова вцепилась в мою руку. Даже спящая, она искала меня. Я посмотрел на наши переплетённые пальцы. На её маленькую ладонь, на мою — чуть больше. На зайца, которых она прижимала к груди.

Я не знал, что нас ждет дальше, кроме одного: этот день я запомню навсегда. За окном проплывали огни ночного города, Эстель тихо сопела рядом, а я сидел и смотрел в темноту, пытаясь удержать в памяти каждую секунду.