Ворон и ключ

И вдруг… Хлюп!

Совсем рядом.

Она резко обернулась, всматриваясь в белесую мглу, но ничего не смогла рассмотреть. По черной воде медленно расходились круги. По позвоночнику пополз неприятный холодок. Рэйвен поднялась на ноги. Колени у нее дрожали.

В памяти вспыхнуло последнее воспоминание: она в темноте барака, чья-то ладонь, зажавшая рот. А затем — мешок на голове и… пустота.

Рэйвен машинально коснулась шеи, на которой больше не было шнурка с жетоном. Значит, все это ей не приснилось. Они в самом деле забрали ее. Эта мысль еще даже не успела оформиться до конца, когда впереди, за завесой тумана, вспыхнул мягкий голубоватый огонек. Затем второй, третий. Один за другим они вспыхивали, словно кто-то развешивал в белой мгле крошечные звезды. Медленно плыли над водой, лениво покачиваясь на невидимых волнах. Красиво, почти завораживающе.

Воцарившаяся вокруг тишина заставляла короткие волоски на затылке шевелиться. Болото простиралось вокруг, насколько хватало глаз. Бескрайнее, затопленное, укрытое таким густым туманом, что уже в нескольких шагах очертания мира растворялись без следа. Из черной воды торчали голые стволы деревьев, обломки массивных каменных стен и накренившиеся гранитные столбы, уходящие вершинами в молочную мглу.

Между ними тянулись остатки широкого канала — давно разрушенного, поглощенного трясиной и мхом. Где-то недалеко тихо застонал человек. Рэйвен вздрогнула всем телом и обернулась.

На небольшом островке вязкой земли лежали другие люди. Кто-то уже пришел в себя, как она, и сидел, бессмысленно уставившись перед собой. Кто-то кашлял, прижимая ладонь ко рту. Молодая женщина в разорванной холщовой рубахе судорожно терла плечи, пытаясь согреться. Чуть дальше мужчина с перевязанной головой стоял на коленях, и его мучительно рвало в темную воду.

Рэйвен узнала его.

Именно он бросил жетон в сундук на глазах у всего технического сектора.

Значит, все они были добровольцами.

Девушка торопливо пересчитала лежащие среди грязи тела. Семнадцать. Вместе с ней — восемнадцать. Надо же, все-таки набралось почти два десятка! Вопреки всему тому, что говорили остальные рабы в ее секторе.

Ни стражников, ни повозок, ни ворот поблизости не было. Только болото, руины и туман, пожиравший все вокруг.

— Где мы? — сипло спросил кто-то.

Ответа не последовало. Мужчина с перевязанной головой наконец поднялся, вытирая рот рукавом. Он выглядел старше, чем казался издалека: лицо изрезали глубокие морщины, а из-под грязного бинта по виску стекала тонкая струйка крови.

— Нас принесли сюда ночью, — тихо выдавил он. — Всех.

— Это и без тебя понятно! — истерически выкрикнула молодая женщина. — Что это за место? Где стража? И где королева?

Ее голос разлетелся над водой и тут же исчез в тумане, будто болото поглощало каждый звук.

Рэйвен машинально коснулась правого уха, будто это могло хоть как-то унять тихий свист в слуховом аппарате. Звук был таким мерзким, что хотелось стянуть его и швырнуть куда подальше.

Неподалеку заплакал совсем молодой парень. Он сидел в грязи, обхватив себя руками, и повторял одно и то же:

— Я передумал… Я не хочу. Я больше не хочу.

— Поздно ты очнулся, — бросил кто-то.

— Они должны объяснить правила, — пробормотал мужчина с перевязанной головой, внимательно всматриваясь в туман. — Должны сказать, что от нас требуется.

Рэйвен никак не отреагировала на его слова. Ей не нравилась тишина.

Болото не было безмолвным. Где-то журчала вода, трещали ветви, издали доносился протяжный крик ночной птицы. Но за всеми этими звуками скрывалось что-то еще. Мерное хлюпанье. Будто кто-то медленно обходил островок по кругу, оставаясь за плотной стеной тумана.

Она повернула голову вправо. С этой стороны звук, усиленный слуховым аппаратом, был особенно громким и отчетливым. А потом вдруг резко исчез.

В то же мгновение над водой вспыхнул бледный голубоватый огонек.

Он возник в нескольких локтях над землей — круглый, размером с человеческую голову, окруженный тонкими серебристыми нитями света. Огонек покачнулся, словно живой… будто отреагировал на них. Следом за ним вновь зажегся и второй, а затем третий. Еще несколько светящихся сфер проступили сквозь туман, окружая добровольцев неровным кольцом.

Молодой парень перестал плакать и завороженно поднял голову.

— Что это?..

Сферы замерли.

Рэйвен почувствовала, как по спине пробежал холодок. Они не просто парили над болотом. Кажется, они реагировали на… них.

Одна из них скользнула ближе к женщине, которая только недавно кричала. Голубой свет дрогнул, постепенно становясь ярче. Женщина попятилась. Чем сильнее и чаще она дышала, тем ярче разгоралось сияние над ее головой.

— Не двигайся, — тихо произнесла Рэйвен.

Женщина перевела на нее широко распахнутые глаза.

— Что?

— Стой спокойно.

— Почему?

Рэйвен и сама не знала. Она лишь ощущала, что эти огни реагировали на них. На голоса? На дыхание? На биение сердца? Она не знала, но внутреннее чутье казалось сильным.

Из глубины тумана донесся короткий металлический щелчок. Слуховой аппарат мгновенно усилил его до болезненной ясности. Рэйвен застыла.

Звук показался ей знакомым. Точно такой же издавал самодельный арбалет, который был у лучшего друга Файлана, промышлявшего охотой.

— Ложись! — закричала она.

Свист рассекаемого воздуха прозвучал почти одновременно с ее голосом.

Мужчина с перевязанной головой резко дернулся. Арбалетный болт вошел ему в шею сбоку, пробив ее насквозь. Несколько мгновений он еще стоял, широко распахнув глаза и прижав ладонь к древку.

А затем рухнул лицом в грязь.

Никто не успел даже закричать. Из тумана донесся веселый мужской смех. А следом — еще один щелчок заряжаемого арбалета. Новый болт вылетел из тумана прежде, чем все остальные успели осознать произошедшее или хотя бы опомниться от шока. Он со свистом пронесся над головами добровольцев и вонзился в ствол мертвого дерева. Древко задрожало, рассекая белесую мглу.

Тишина вокруг взорвалась.

Молодой парень, еще мгновение назад сидевший в грязи, вскочил с диким воплем и бросился прочь. Мерцающий огонек над его головой вспыхнул ослепительно-голубым пламенем, мгновенно окрасив туман вокруг него.

— Стой! — крикнула Рэйвен, но он даже не обернулся.

Спрыгнул в воду и побежал, высоко вскидывая ноги и проваливаясь сапогами в болотную жижу. Огонек неотступно плыл следом, удерживаясь прямо над его головой. Рэйвен нахмурилась, лихорадочно соображая. Чем отчаяннее он метался, тем ярче разгорался свет. Но разве такое возможно?

В тумане вновь рассмеялись. На этот раз голосов было несколько.

Послышался плеск воды, приглушенный топот и тяжелое дыхание животных. Собаки? Рэйвен наклонилась к самой земле, пытаясь рассмотреть мелькающие внизу лапы, но ничего не увидела. Из белесой пелены на мгновение выступил огромный темный силуэт всадника. Рэйвен успела увидеть лишь вытянутую лошадиную морду, длинные рога на шлеме охотника и поднятый арбалет.

И снова прозвучал щелчок!

Бегущий парень дернулся всем телом. Болт вошел ему между лопаток и вышел из груди окровавленным острием. Он сделал еще два медленных, неуклюжих шага, а затем, пошатнувшись, рухнул в черную воду. Светильник над ним погас. Кто-то снова отчаянно закричал у нее за спиной.

Люди рванулись в разные стороны, сталкиваясь, падая и цепляясь друг за друга. Голубые сферы вспыхивали одна за другой, превращая туманное болото в изломанное, призрачное созвездие.

Рэйвен застыла на месте, не в силах пошевелиться. Страх сковал все тело, ноги не слушались, но мысли в голове метались, словно пойманные в силки птицы. Она должна думать! Не поддаваться панике.

За стеной тумана приближался тяжелый плеск. Медленный, неторопливый. Охотники, очевидно, никуда не торопились. Им некуда было спешить: добыча сама разлеталась по болоту, подсвечивая себя паникой.

Свет… Рэйвен убеждалась в этом с каждой секундой все сильнее.

Они не видели людей. Они видели свет!

Она зажала рот ладонью, заставляя себя дышать медленнее. Огонек над ней дрогнул. Сияние слегка померкло. Рэйвен подняла глаза.

Так и есть. Светильники питались страхом. Или, по крайней мере, сильными эмоциями.

Из тумана снова донесся веселый голос:

— Бегите же, смертные! До рассвета ворота останутся открыты. Посмотрим, кому из вас повезет до них добраться.

Следом раздался новый щелчок.

На этот раз Рэйвен бросилась на землю за мгновение до того, как болт рассек воздух над ее головой. Она упала, больно ударившись локтями и коленями, и стиснула зубы, чтобы не издать ни звука. Где-то чуть поодаль снова раздались голоса, а за ними крики. Она повернула голову, всматриваясь в белую мглу: кто-то из добровольцев бросился бежать. Рэйвен увидела лишь смазанную фигуру, мелькнувшую в тумане, и голубое свечение, мгновенно возникшее в том же направлении. Сфера вспыхнула так ярко, что вокруг бегущего человека на несколько мгновений проступили черные очертания деревьев.

Щелчок. И свист.

Человек вскрикнул, оступился, но продолжил бежать. Еще один светильник загорелся над женщиной, которая несколько минут назад кричала на остальных. Та заметила его и завизжала еще громче. Сферы рядом с ее головой тут же полыхнули, будто зажженные голубым пламенем.

Смех доносился из тумана то тут, то там.

Паника разнеслась по островкам быстрее огня по сухой траве. Светильники один за другим вспыхивали над головами бегущих людей, превращая каждого в идеальную мишень. Рэйвен судорожно втянула носом воздух и тут же заставила себя выдохнуть. Затем медленно подползла к самому краю островка, и осторожно соскользнула вниз, прямо в мутную воду.

И едва не вскрикнула. Вода оказалась ледяной и гораздо глубже, чем она ожидала. Болотная жижа мгновенно пропитала одежду, вязкий ил неприятно потянул ноги вниз. Вода доходила ей почти до пояса, и Рэйвен старалась не думать о том, что могло таить в себе илистое дно.

Девушка осторожно наклонилась ниже, позволяя туману и торчащим из воды обломкам скрыть ее почти целиком. Холод обжигал не хуже огня. Уже через несколько минут тело начало мелко дрожать, а зубы сами собой норовили застучать, так что Рэйвен стиснула челюсти с такой силой, что заболели виски.

«Думай. Думай!»

Она не рассчитывала, что сможет драться с теми, кто скрывался в тумане. Не говоря уже о том, что они, в отличие от нее, были вооружены. Она не была быстрой или сильной. Поэтому единственное, на что оставалось полагаться, чтобы выжить, был ум. Ум, уже не раз спасавший ей жизнь. Следовало рассчитывать на него и сейчас.

Впереди снова мелькнуло голубое сияние. Рэйвен застыла. Судя по звукам, кто-то побежал. И почти сразу после этого раздался щелчок, за которым последовал отчаянный крик. Еще один светильник вспыхнул где-то левее, затем еще один. Голубые огни хаотично мерцали среди тумана, словно кто-то разбрасывал по болоту пригоршни холодных звезд.

Теперь Рэйвен не сомневалась — все эти сферы, парящие над болотом, были нацелены именно на них. Но как они чувствовали страх? И почему начинали светиться именно тогда, когда человек терял над собой контроль?

Рэйвен осторожно подняла голову, уставившись на молочно-белый шар, который парил недалеко от нее. Тот продолжал лениво покачиваться, окруженный тонкими серебристыми нитями. От него практически не исходил свет, поэтому он не выдавал местоположение Рэйвен в тумане. Девушка медленно выдохнула.

Затем заставила себя сосредоточиться и сосчитать до десяти. Медленно, почти задерживая дыхание.

Раз. Два. Три.

Выдох…

Где-то вдалеке раздался плеск воды, и она вздрогнула. Светильник будто повторил ее движение, что-то внутри него слабо полыхнуло и тут же погасло, когда Рэйвен застыла и стиснула челюсти. Или ей просто показалось?

Она начала считать снова, но на этот раз сознательно позволила сдерживаемой дрожи прокатиться по телу. Сердце заколотилось под самым горлом, а ладони мгновенно вспотели. Голубое сияние вновь стало чуть ярче, совсем немного, но достаточно, чтобы она увидела с того места, где стояла. Нет, это не была игра ее воображения. Они в самом деле реагировали на сильные эмоции. Они реагировали на страх!

Нахмурившись, Рэйвен снова сделала глубокий вдох и постаралась дышать ровнее. Страх никуда не исчез, она по-прежнему была до смерти напугана происходящим… Но держала эмоции под контролем. И, судя по тому, как сфера вновь потеряла к ней всякий интерес, это работало.

Из глубины тумана снова донеслись голоса, и девушка инстинктивно пригнулась. На этот раз ветер донес до нее более отчетливые разговоры.

— …этот сам виноват.

— Да не с кем тут говорить. Все равно каждый раз одно и то же.

Кто-то негромко рассмеялся.

— Думаешь, хоть половина выберется?

— Судя по тому, что подстрелили уже четверых, сильно сомневаюсь, что их будет много, — фыркнул мужчина и добавил: — До рассвета еще далеко.

Рэйвен медленно прикрыла глаза, стараясь даже не дышать. Значит, до рассвета оставалось еще несколько часов. Несколько часов, в течение которых охотники будут прочесывать болото, выслеживая перепуганных людей. Их не собирались убивать всех сразу. Напротив, фейри явно получали удовольствие от самой погони.

От этой мысли ее всю передернуло. Вот, значит, о чем говорила Марта, когда предостерегала ее от участия. Похоже, она недооценила то, какими жестокими могут быть развлечения у изящных и божественно прекрасных фейри. Что ж, обратной дороги у нее все равно уже не было.

Совсем рядом истерично закричала женщина:

— Помогите! Пожалуйста, помогите!

Раздался тяжелый всплеск, затем еще один — будто человек, потеряв равновесие, несколько раз ударил руками по воде. Рэйвен невольно повернула голову на звук и увидела в тумане вспыхнувшее голубое сияние. Оно металось между деревьями, быстро приближаясь к ней.

Чужая фигура вынырнула из белесой мглы неожиданно близко. Женщина бежала прямо на Рэйвен, проваливаясь в воду почти по самые бедра. Ее лицо искажала гримаса животного ужаса, волосы прилипли ко рту и щекам. Над головой один за другим вспыхивали сферы.

— Нет! — Рэйвен резко вскинула руку. — Не сюда!

Женщина не слышала ее. Загнанная паникой, она неслась, не разбирая дороги.

— Помоги мне! — захлебнулась она. — Помоги мне, молю!

За ее спиной из тумана донесся веселый окрик:

— Левее пошла! — донеслось из тумана, а следом раздался уже привычный металлический щелчок.

Рэйвен рухнула в воду раньше, чем успела что-нибудь подумать. Задержав дыхание, она на секунду с головой погрузилась в мутную болотную жижу. Над поверхностью раздался приглушенный свист, за которым последовал резкий вскрик. Когда Рэйвен вынырнула, женщина стояла всего в нескольких шагах от неё, а из-под ключицы торчал арбалетный болт.

В правом ухе что-то пронзительно взвизгнуло. Рэйвен дернулась от неожиданности, но тут же забыла об этом.

На лице раненой женщины появилось странное, почти детское недоумение. Она медленно опустила взгляд на торчащее из груди древко.

— Я…

Второй болт пробил ее бок, и женщина рухнула вперед.

Рэйвен едва успела отшатнуться, когда тело тяжело упало в воду прямо рядом с ней, окатив лицо холодными брызгами. Голубая сфера над мертвой женщиной несколько раз судорожно мигнула и погасла. Рэйвен застыла.

И только теперь заметила тихое потрескивание в правом ухе. Сердце мгновенно ухнуло куда-то вниз.

Аппарат.

Она машинально схватилась за него мокрыми пальцами. Изнутри доносилось мерзкое шипение, временами прерываемое короткими щелчками, а окружающие звуки то становились неестественно громкими, то проваливались в глухоту.

Проклятье. Она намочила его!

Несколько недель Рэйвен берегла механизм от каждой лишней капли, а теперь собственными руками окунула в болотную жижу. Впрочем, выбор был невелик: испорченный слуховой аппарат все-таки казался предпочтительнее арбалетного болта в голове.

Труп медленно качнулся в воде. Совсем близко — настолько, что ее пальцы почти касались мокрой ткани чужой рубахи. Из тумана вновь послышался смех.

— Две подряд!

— А ты говорил, эта ночь будет скучной! Надо найти вторую, пока далеко не убежала.

Рэйвен мгновенно убрала руку от уха. Они знали, что она где-то здесь! Сердце колотилось так отчаянно, что она почти ждала, когда проклятая сфера над ней вспыхнет, выдав ее с головой.

«Нет. Нет, нет, нет…»

Она заставила себя вдохнуть через нос. Затем медленно выдохнула. И еще раз, и еще, и еще. Сделала осторожный, бесшумный шаг вперед, держа руки над водой. Плевать на лежащую рядом мертвую женщину. Плевать на кровь, которая тонкой алой лентой растекалась по воде. Плевать на то, что всего в нескольких десятках локтей кто-то спокойно перезарядил арбалет, чтобы убить ее.

Думай. Эти проклятые сферы должны от чего-то питаться, они не могут просто висеть здесь без всякой подзарядки!

Рэйвен осторожно пошла дальше, стараясь не взбаламутить воду. Стоять на месте было нельзя. Убитая женщина привела охотников слишком близко, и даже если голубая сфера не выдаст ее, они могли наткнуться на нее в тумане случайно.

Справа из тумана донеслось тихое фырканье животного, и Рэйвен снова застыла. Эти звуки не были похожи на лошадиное ржание. Слишком низкие, почти у самой воды. Затем она услышала тяжелое, влажное дыхание.

Плюх. Плюх, плюх, плюх.

Что-то быстро двигалось сквозь заросли камышей. Девушка огляделась по сторонам, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь сквозь белую пелену, но тщетно. Только темные стволы деревьев и искривленные тени руин. Но благодаря слуховому аппарату она отчетливо различала царапанье когтей по камню и тяжелое дыхание. И еще хрипловатый звук, похожий одновременно на рычание и кашель. По ее коже побежали мурашки.

Опомнившись, девушка снова задержала дыхание, но было уже слишком поздно. Одна из сфер дрогнула и медленно вспыхнула. Свет внутри с каждой секундой становился все ярче.

— А вот и она, — донесся из тумана довольный голос. — Прячется, умница.

Не колеблясь больше ни секунды, Рэйвен рванула в сторону.

Вода вокруг взорвалась брызгами. Она бежала, высоко поднимая колени, цепляясь за корни и обломки. Сзади раздался щелчок арбалета, а затем болт просвистел у самого ее уха. Испуганный вскрик едва не вырвался у нее из горла.

Низкое, горловое рычание теперь раздавалось все ближе. Рэйвен резко обернулась.

Из белой мглы выскользнули сразу трое. Они двигались низко, перескакивая с одного корня на другой, избегая воды, чтобы передвигаться быстрее. На собак эти создания походили лишь отдаленно. Длинные, худые, с непропорционально мощной грудью. Вместо нормальных лап — перепончатые когти. Шерсть была темной и редкой, сквозь нее просвечивала сероватая кожа. Вытянутые морды, полные острых зубов, немного напоминали гончих. А глаза…

Рэйвен споткнулась, едва не упав. У этих созданий не было глаз! Лишь пустые белесые глазницы, затянутые мутной пленкой. Они явно реагировали на запахи и звуки.

Одна из тварей подняла голову и издала короткий вибрирующий звук — будто кто-то провел острым ногтем по стеклу. Две другие тут же развернулись точно в ее сторону. Рэйвен ускорилась.

Вода мешала. Она спотыкалась, падала и снова подскакивала на ноги. Каждый новый рывок по илистому дну отнимал у нее непомерно много сил. За спиной уже слышался плеск воды. Твари не лаяли, они лишь жадно вдыхали воздух, стараясь не сбиться со следа.

Рэйвен резко свернула туда, где туман казался более плотным и густым. Дно резко ушло вниз, и вода теперь доходила ей почти до плеч. Девушка замедлилась, барахтаясь, а сзади уже было слышно, как ее нагоняют слепые твари. Сердце колотилось так, что сферы над ней то и дело вспыхивали слабыми голубыми огоньками.

Одна из гончих вдруг прыгнула.

Рэйвен успела увидеть лишь темную массу, несущуюся на нее из тумана. Удар выбил из нее весь воздух. Тварь врезалась в нее грудью, и они вдвоем рухнули в воду. Ледяная вода мгновенно сомкнулась над головой, отрезая все звуки. Рэйвен с ужасом успела подумать, что теперь ее слуховому аппарату точно конец. Но перед глазами тут же взметнулась густая муть, поднятая со дна, и на несколько бесконечно долгих секунд мир исчез, превратившись в холодную, вязкую темноту.

В правом ухе что-то оглушительно треснуло. Слуховой аппарат взвыл высоким металлическим писком, от которого боль прострелила висок, а затем звук резко оборвался.

Рэйвен не успела даже осознать произошедшее. Она тяжело ударилась спиной о дно, и прежде чем успела хоть что-то сделать, сверху навалилось длинное жилистое тело. Острые перепончатые лапы беспорядочно скребли по плечам и груди, стараясь удержать добычу на месте, а вытянутая морда уже тянулась к ее лицу. Инстинктивно вскинув руки, Рэйвен успела упереться ладонями в шею твари.

Пасть захлопнулась в каком-то жалком дюйме от ее лица. Острые зубы сомкнулись, мазнув по щеке, и тварь тут же снова рванулась вперед, извиваясь всем телом. Она была сильнее, гораздо, гораздо сильнее.

Рэйвен отчаянно пыталась удержать эту жуткую морду на расстоянии вытянутых рук, чувствуя, как мышцы начинают предательски дрожать от напряжения. Легкие уже горели. Воздух, который она успела вдохнуть перед падением, стремительно заканчивался, а вместе с ним уходили и силы.

Хуже всего было то, что она почти ничего не слышала! Под водой и прежде все звуки превращались в глухой, далекий гул, но теперь правая сторона мира исчезла окончательно. Ни треска прибора, ни искаженного дыхания, ни привычного фонового шороха. Только приглушенные удары собственного сердца, доносившиеся будто из глубины черепа.

Перед глазами у нее вспыхнуло воспоминание. Темный коллектор, заполненный черной водой. Мертвецы, медленно поднимающиеся со дна.

Нет. Нет, только не снова!

Тварь резко мотнула головой, и ее зубы наконец сомкнулись на рукаве. Ткань с неприятным треском начала расползаться, а вслед за ней Рэйвен ощутила жгучую боль — один из клыков все-таки полоснул ее по предплечью.

Она судорожно дернулась, пытаясь вырваться, но лишь глубже увязла в иле. Свободная рука отчаянно заскользила по дну, перебирая склизкие камни, корни, обломки кирпича и густую болотную жижу. Пальцы уже начинали неметь от холода, когда вдруг наткнулись на что-то твердое.

Металл.

Рэйвен замерла лишь на долю секунды.

Ладонь скользнула дальше, ощупывая находку. Из древней каменной кладки почти горизонтально торчал толстый железный штырь — ржавый, обломанный, с острым, как наконечник копья, краем. Когда-то он, должно быть, удерживал одну из частей старого шлюзового механизма, но теперь лишь бесполезно выступал из разрушенной стены, скрытой под водой и слоем ила.

И тогда она поняла, что нужно делать.

Она перестала сопротивляться. Наоборот, ослабила руки ровно настолько, чтобы тварь решила, будто добыча окончательно выбилась из сил.

Гончая мгновенно воспользовалась этим. Ее длинная шея вытянулась вперед, пасть распахнулась еще шире, а тело всем своим весом навалилось на Рэйвен, стараясь добраться до горла. Но именно этого она и ждала.

Собрав остатки сил, девушка обеими руками резко развернула голову твари в сторону торчащего штыря и, упершись ногами в дно, всем телом подалась следом. Гончая рванулась вперед, пытаясь вывернуться из ее хватки. Раздался глухой удар, за которым последовал влажный хруст. Железный штырь с отвратительной легкостью вошел твари в висок.

Тело твари забилось так яростно, что Рэйвен едва не потеряла сознание. Перепончатые лапы беспорядочно били по воде, длинный хвост молотил по дну, а пасть продолжала судорожно открываться и закрываться, будто она все еще пыталась дотянуться до ее лица. Черная кровь медленно растворялась в воде, расплываясь густым темным узором.

Рэйвен не отпускала. Она обеими руками вдавливала голову гончей все глубже, чувствуя, как сопротивление постепенно слабеет. Сначала движения стали беспорядочными, потом редкими, а спустя еще несколько мучительно долгих мгновений длинное тело наконец обмякло.

Только тогда она поняла, что сама больше не может терпеть. Легкие разрывались изнутри.

Бросив мертвую тварь, Рэйвен отчаянно оттолкнулась от дна и рванула к поверхности, уже не думая ни об охотниках, ни о сферах, ни о том, что может выдать себя в следующую секунду. Сейчас существовало лишь одно-единственное дыхание — успеть вдохнуть прежде, чем темнота вновь сомкнется над ней.