– Ладно, оставьте пока свои слова себе, – решила она. – Вырастите для меня лучше, живее. Вы умеете, я знаю. И не надо мне теперь вашей речи. Я с ума схожу по вашему молчанию…
И они молчали – все трое. А солнце уже скрылось. На фоне потемневшего занавеса неба ярко обозначилась главная героиня – луна, хозяйка этого молчаливого спектакля.
Приближались важные для поселка дни. Сначала приходила звенящая и шумная, хохочущая на все лады ярмарка. А за ней маячил Главный Праздник – день основания поселка.
К этим дням женщины подходили очень ответственно. Они шили новые платья, украшали дома и участки, готовили лучшие кушанья. В этот раз готовили еще и диверсию для Люсиль. Фантазии не хватало. Тем более, грешницу ничего не брало. «Больно жизнерадостная сучка», – грустно констатировала Росита.
Люсиль к праздникам относилась с радостью, но без волнения. Она единственная из всех женщин поселка не суетилась, не бегала из угла в угол в поисках тесьмы или яблок особенного цвета, ее не лихорадило при мысли о ярмарке. Она была – как всегда – спокойна и прекрасна.
В день ярмарки она, в отличие от остальных, встала поздно – в десять. Открыла глаза, прислушалась. За окном оживленно гудела улица. Люсиль улыбнулась и пошла варить кофе.
К одиннадцати, после ленивого принятия душа и завтрака, она вышла из дома и отправилась на площадь. Площадь хохотала и торговалась. Женщины так увлеклись действом, что забыли о своей войне. Поэтому появление сияющей Люсиль в коротком голубом платье и с венком в волосах привело их в ступор.
Люсиль сделала шаг – и ей показалось, что вся площадь притихла. Несколько секунд женщины созерцали молча. Потом Росита опомнилась и с чувством плюнула на землю, презрительно вымолвив «Проститутка!». Это стало сигналом. Женщины загалдели. Каждая подходила к Люсиль и старалась обозвать ее поинтереснее.
«Дьявольская подстилка!»
«Дрянь, жрущая сердца!»
«Грязный колодец!»
«Собачья сука!»
(Ну, а что? У каждого своя фантазия).
Женщины обсыпали Люсиль оскорблениями, забыв уже о ярмарке. Может быть, дошло бы и до драки, но вдруг раздался спокойный властный голос:
– Поглумились? И хватит! Расходитесь!
Голос принадлежал ни кому иному, как Загадочному Аурелиано.
Его слова обладали поистине магической силой – и из-за того, что он был уважаемым человеком, и из-за того, что мало говорил. Вот и в этот раз женщины помимо своего желания разошлись и отстали от Люсиль.
Со стороны могло показаться, что чудак Молина наблюдал за всем, а когда ему надоело, остановил спектакль. На самом же деле, он появился только что. По своему обыкновению он всю ночь не спал, уснул уже после рассвета, так что день для него только начинался. Причем, не с самого удачного эпизода.
Он посмотрел на женщин, возвращающихся к разноцветным палаткам. Потом – на Люсиль. Она лишь чуть печально улыбалась.
– Не обращай на них внимания, – смущенно пробормотал Аурелиано. – Они кретины… кретинки… В общем, ну их к черту мохнозадому. Пойдем, я тебе кое-что покажу.
Аурелиано сам не верил в то, что говорит. Он вообще слабо верил в сам факт того,что разговаривает с Люсиль, а уж что он такое собрался ей показывать…
– Покажи, – многозначительно вымолвила Люсиль, касаясь его пальцев.
Аурелиано вздрогнул. Он осторожно взял Люсиль за руку – она не сопротивлялась. Они покинули площадь. Даже те женщины, которые этого не видели, почувствовали это своими проницательными пятыми точками.
Надо заметить, что на том празднике жизни не было еще кое-кого. Злобный Хорхе еще накануне уехал в соседний город работать,чтобы купить подарок своей смерти и потенциальной любви.
Он уже давно придумал, что подарит. В одном магазинчике увидел – и понял, что это оно. Сияющая чайка с драгоценным камнем на тонкой цепочке. Так сказать, от нашего моря – вашему. Хорхе явно представлял себе, как застегнет цепочку на нежной белой шее Люсиль, как она улыбнется, глядя ему в глаза, как позовет в свой дом… Ради этого стоило поработать чуть больше.
Теперь он уже мчался на площадь, но когда он прибежал, оказалось, что Люсиль ушла куда-то с Аурелиано. Три миллиарда демонов-идиотов, неужели она выберет его?!
Хорхе как-то упустил тот факт, что Люсиль каждый вечер выбирала кого-то нового, он почему-то считал своим соперником Аурелиано.
А Аурелиано в этот момент, смущаясь и давясь словами, пытался беседовать с Люсиль за чашкой кофе. Она удивленно разглядывала полки, заставленные его поделками.
– И ты столько всего умеешь делать… – тихо восхитилась она.
– Просто иногда выбрасываю хлам из головы, – отмахнулся он, – и он оказывается на этих полках.
– Хлам, – усмехнулась Люсиль. – В таком случае, твоей свалке цены нет…
Аурелиано посмотрел на Люсиль – и вдруг все смущение пропало. Он радостно улыбнулся.
– Пойдем,– сказал он.
Люсиль послушно пошла за ним. На низком столике стояло что-то, накрытое тканью. Аурелиано снял ткань, и девушка увидела миниатюрный замок, искусно выложенный – камушек к камушку. Она с восторгом разглядывала башенки, окна с малюсенькими коваными решеточками, долго изучала затейливый центральный витраж, водила пальчиком по блестящим черепичным крышам…
– Вот это да…-смогла она произнести через несколько секунд. – Это…
– Тебе, -кивнул Аурелиано. – Твоя крепость. Чтобы не докучали… всякие там.
Он нажал какую-то кнопку сбоку, и на маленькой лужайке, примыкающей к замку, заработал фонтан. Потом покрутил какой-то рычажок. Люсиль сообразила,что часы на главной башенке – не просто украшение, а к ним и впрямь приспособлен часовой механизм. Часы заработали, и из маленькой дверки выскочила – нет, не кукушка, а… чайка.
Люсиль удивленно рассмеялась.
–Так я могу его забрать?
– Я хочу его еще доделать, – неожиданно для самого себя ответил Аурелиано. – Я отдам его тебе – чуть позже. Если ты меня не разочаруешь.
И откуда только брались эти слова?
– Я буду стараться, – очень серьезно проговорила Люсиль. – Ладно, нам, наверное, стоит вернуться на площадь. А то тебя заподозрят в том же, в чем и меня. Ты же не хочешь быть собачьим кобелем?
Они захохотали.
Через несколько минут Аурелиано и Люсиль вернулись на ярмарку. Все заметили их появление, но сделали вид, что не заметили.
Злобный Хорхе шагнул им навстречу, холодно поздоровался. Они ответили почти хором. У Хорхе не было желания показывать свой подарок Аурелиано, поэтому он поглубже спрятал чайку в карман.
Они втроем устроились на плетеных стульях импровизированного летнего кафе. Вокруг кто-то шумел и толкался, но Люсиль, Аурелиано и Хорхе было не до этого. Они созерцали свое внутреннее море.
Море мерно шумело. Волны накатывали одна за другой, почти касаясь их ног. Чайки кружили над ним, купаясь в лучах солнца. И среди этих чаек выделялись две. Одна – нежно-белая, механическая. Вторая – из сияющего металла с драгоценным камнем.
Люсиль встала, вдохнула свежий морской ветер, потянулась. И – вошла в воду. Сначала по колено, потом – по пояс, по грудь… Вода уже дошла ей до подбородка, а она все продолжала идти, пока не скрылась в волнах. Аурелиано и Хорхе переглянулись и пошли следом за ней.
Море оказалось теплым и прозрачным. Под водой было удивительно легко дышать, будто у них выросли жабры. Люсиль кружилась и резвилась в воде, беззвучно хохоча. Хорхе хотел нырнуть поглубже, чтобы найти для нее жемчужину, но вода расслабленно и мягко выталкивала его вверх. Аурелиано плыл на спине, положив руки под голову и беспечно улыбаясь.
Вдруг через толщу воды до Люсиль донесся искаженный, смутно знакомый голос: