– Он может появиться и исчезнуть, когда пожелает, ему прислуживают демоны! И теперь эту дрянь он запустит в моего мальчика! – Жюзьен зарыдала, он прижал её к своей груди, не находя слов утешения.
Сердце бешено колотилось в груди. «Если то, что он испытывает, – наваждение, то что тогда настоящая любовь?» – думал епископ, незаметно прикасаясь губами к огненным волосам и вдыхая их неповторимый запах. Ради неё он был готов сейчас на всё, лишь бы помочь, лишь бы утешить…
– Нужно вызвать жандармов, а потом мы поедем его искать и обязательно найдём, я обещаю!
Жюзьен всхлипнула и по-детски отёрла слезу об его дорогую сутану. Когда-то в детстве точно так же её утешал отец Эдуард, и этих минут ей не забыть никогда.
Горничная принесла воды, её саму колотило от ужаса и страха, впервые она видела такую внезапную смерть у вполне крепкого и ещё нестарого человека, к тому же, камердинер ей нравился, и сейчас она никак не могла поверить, что его больше нет.
– Побудьте здесь с моей гостьей.
Бернард вышел, чтобы позвонить, Жюзьен даже не знала, что такое телефонная связь. Она подумала, что он поедет в участок.
– Перестаньте дрожать, как осиновый лист! У меня слепой ребёнок пропал, и то я держу себя в руках! Пейте эту воду сами! И оставьте меня в покое!
– Но монсеньор приказал…
– Уходите! – Жюзьен чувствовала как закипает, в таком состоянии она уже никого не слышала, в ней клокотала бездонная злость и единственное, чего ей хотелось сейчас – это убить проклятого старикашку, но для начала его нужно найти!.. Одежду ещё не вернули, и ей придётся уходить в этом платье, от которого у деревенских крышу сорвёт, плевать, главное, найти Дариена, главное успеть!
Она выбежала с котомкой и угодила прямо в объятия Бернарда, которого не предполагала застать.
– Убегаешь?! Я же сказал, поедем вместе, или ты думаешь, что пешком быстрее?
– Я не могу ждать! – Жюзьен, как проснувшийся вулкан, с трудом сдерживала свою лаву.
– Мы сейчас всё расскажем жандармам, сядем в машину и поедем, и скоро ты будешь там, где захочешь, – он сильнее прижал её к себе, не зная, чего желает больше: помочь найти мальчика или просто быть с нею рядом, ещё хотя бы немного. – Потерпи, девочка, скоро всё образуется. Мы обследуем каждый уголок этого города…
– Бесполезно, он уже далеко.
– Где же?
– Нужно найти логово ведьмака. Я предполагаю, где оно может быть…
– Ты считаешь, что мальчик каким-то чудом перенёсся в пространстве за сотню миль?
– Вы не знаете о его способностях!
– Я, действительно, ничего не знаю.
– Приехали! – доложила горничная, вытирая опухшие от слёз глаза.
– Будь здесь, не убегай, ради Бога! Я всё для тебя сделаю! – Бернард встряхнул ушедшую в свои мысли Жюзьен. Она кивнула в ответ.
Когда тело забрали, зафиксировав возможной причиной смерти камердинера сердечный приступ, Бернард сделал заявление о пропаже ребёнка.
– Возможно, это похищение, прошу Вас поднять на ноги этот город и найти мальчика! – В руки старшего жандарма легла крупная купюра.
– Сделаем всё, что в наших силах, монсеньор! – офицер отдал честь и удалился.
«Теперь, Жюзьен… Всё, чего пожелает, если захочет искать сына на Луне, последую за ней и туда, лишь бы не потерять её», – горячая волна пробежала по телу от одной только мысли, что она будет рядом. Бернард и не осознавал, какую страсть запустил в своё сердце.
Впервые сев в автомобиль, Жюзьен от страха зажмурилась, ей казалось, что они передвигаются с очень большой скоростью, епископ, одетый в светский дорожный костюм, кожаную куртку, шляпу и перчатки, время от времени брал её за руку и успокаивал, как мог.
– Я привыкну, не останавливайтесь, нам нужно как можно скорее попасть домой! – Жюзьен точно не знала, где живёт колдун, но были деревенские, кто к нему уже обращался, и она готова была вытряхнуть из них душу, лишь бы скорее найти своего сына.
Укрыв её тёплым плащом с меховым подбоем, Бернард всё равно волновался, чтобы его драгоценность не продуло. Добирались до деревни всю ночь, и он не сомкнул глаз, хотя искушение было. Жюзьен моментами проваливалась в густую тёмную дрёму, но потом вздрагивала на какой-то кочке и вновь пробуждалась. Ехать ночью по тёмным просёлочным дорогам было и опасно, и тяжело, но Бернард держал своё слово.
В деревню въехали утром, что произвело на местное население настоящий фурор. Никто не знал, что спутник Жюзьен – епископ, но с первого взгляда было понятно, что не простой смертный.
– Совсем ведьма совесть потеряла, – затрясла головой проводившая взглядом машину старуха, – бедный Реми! Одно от неё горе… Явилась, не запылилась, с непокрытой головой, распутница, да ещё и любовника с собой богатого притащила! Горе-то горе, парень только отца с братом похоронил. Проклятая, совсем его добьёт!.. – перекрестилась и дальше пошла, глотая пыль, поднятую автомобилем.
Подъехав к дому, Жюзьен сразу поняла, что многое изменилось. Всё выглядело каким-то неухоженным и заброшенным, трава не кошена, во дворе разбросаны дрова. Зашла в дом и остолбенела. Затхлый запах табака и перегара ударил в нос. За грязным столом с горой немытой посуды, над которой кружились мухи, вдрызг пьяный, спал Реми. На кровати храпела какая-то баба. Открыв настежь окна, Жюзьен начала будить мужа.
У двери стоял Бернард и с ужасом смотрел на убогую деревенскую лачугу, на пьяного обросшего немытого мужика, не представляя, как эта удивительная, потрясающая женщина могла здесь жить…
Жюзьен полила на Реми водой из ведра, он, мыча от недовольства, пытался понять, кто пред ним и что нужно от него. Но, приглядевшись, всё же узнал жену и сразу протрезвел.
– Очнись же ты! Что здесь происходит?!
– Вернулась, жёнушка, не прошло и полгода!.. – пробормотал он и опешил, увидев богато одетого пожилого мужчину, стоящего за её спиной. Его взгляд выражал то презрение, которого Реми, безусловно, заслуживал в данной обстановке.
– Кто эта женщина? Где Ронан?! – безуспешно пыталась добиться от мужа ответов Жюзьен.
– Ронан уже неделю как на кладбище… – Реми мутило, голова раскалывалась, сердце болело в груди. Он смотрел на Жюзьен и не мог её узнать, она выглядела, как светская дама. На ногах кожаные туфли, длинное зелёное платье, сверху тёплый плащ и укладка на неприкрытых волосах. Словно видение из другого мира, подстать этому зажиточному красавцу с седыми волосами.
– Так вот они какие, твои «святые места!» Люди мне говорили, но я не верил, – кровь ударила в виски и лютая ревность потекла по жилам.
– Как это случилось? – Жюзьен была в шоке, столько всего навалилось на неё одновременно.
– Его сердце не выдержало смерти Адриана. Брата убили в Марокко, – он полез в карман своей куртки и достал из него медаль. – Вот всё, что от него осталось… А теперь ты ответь, где пропадала? И где наш сын? – он попытался встать, но не смог и снова опустился на лавку.
– Дариен пропал, как я не пыталась его спасти, он исчез.
– От кого спасти? Зачем?
– Я не говорила тебе, не хотела зря расстраивать и волновать, колдун, что был здесь при родах, решил отнять Дариена и сделать своим преемником…
– Это уж слишком, даже для тебя, Жюзьен! Лучше скажи правду, что избавилась от слепого сына, чтобы вместе с этим… – он метнул взгляд в сторону Бернарда и получил от жены звонкую пощёчину. – Меня предупреждали, кто ты, но я не верил! – он схватился за голову. – Зачем ты вернулась? Позлорадствовать надо мной?!
– Я найду сына и вернусь, вот тогда мы и поговорим! Сейчас с тобой разговаривать бесполезно! Позаботься, чтобы к моему возвращению – этой здесь не было!
Женщина, лежащая на её кровати, видимо, уже не спала, потому что храп прекратился, лежала тихо, прикрыв лицо ладонью, ведьмы боялись все, слава о ней давно звучала по округе.
Жюзьен хотелось выволочь распутницу за волосы и посмотреть в глаза, но она не стала этого делать. Силы сейчас нужны для главной битвы, а это всё подождёт. К тому же, ей было безумно стыдно перед епископом за столь неприглядную сцену. Они вышли из дома, сели в автомобиль, Бернард завёл мотор, разогнав деревенских детишек, словно стаю любопытных обезьян. Жюзьен видела, как Реми подошёл к открытому окну, его бледное лицо с провалившимися скулами и безумный взгляд.
Уже ничего не будет как прежде…
ЧАСТЬ 2. ГЛАВА 12