– Обалдеть! – хохочет парень с микрофоном. – А что бы ты пожелал Майклу в день его рождения, если бы тот был жив?
Надеюсь, мое имя не будут склонять на разные лады после моей смерти…
– Я бы пожелал ему здоровья! – отвечает Иван. – А себе бы я пожелал стать таким же популярным артистом, как Майкл Джексон.
Скромность явно не входит в число Ивановых добродетелей…
– Кстати, как там твой диск? – переходит наш интервьюер на более интимный тон. – Ты же, кажется, еще весной хотел выпускать пластинку?
– Э… как ты понимаешь, планы меняются, – осторожно отвечает Иван. – А творческие планы – вещь тонкая… Пластинка будет, но релиз ее переносится. Точную дату я сообщу совсем скоро. Кстати, у меня для почтенной публики будет сюрприз – вместе с дебютным диском я выпущу свою книгу.
Да что же ему так не терпится всем сообщить про книгу!
– Книгу? – удивляется парень в бейсболке.
– Книгу! – вторит ему Иван.
– И о чем же будет книга? – не сдается парень.
– Обо всем! О жизни! Возможно, о любви. К музыке, разумеется, – уточняет Иван.
– Типа бестселлер!
– Типа того. Выпустим два варианта – подарочный, в твердом переплете, и бюджетный, на мягкой бумаге. Рулоном… А, если серьезно, надеюсь, получится вещь! Кстати, вот мой пресс-атташе, Елизавета. Она помогает мне работать над текстом.
Как мне хочется отвесить Ивану хорошего пинка! Вместо этого я продолжаю улыбаться в объектив, как идиотка.
– Ого-го, какая новость! – орет парень. – Иван Серебров спит со своим пресс-атташе!
Глаза мои лезут на лоб.
– Без комментариев, без комментариев! – веселится Иван. – Не будем раскрывать всех секретов!
Парни хохочут.
– С вами был я, Никитос, это «Геометрия точка ру», и мы движемся дальше, навстречу приключениям! – заявляет парень с микрофоном. Оператор выключает накамерный свет, и парочка интернет-телевизионщиков ныряет в толпу.
– Ну чего ты напряглась? – спрашивает Иван как ни в чем не бывало. – Ну пошутили, похохмили, даже Катька не обиделась. Да, Катюша?
Катюша улыбается, как кошка.
– Слушай, я все понимаю, но зачем ты рассказываешь про книгу? Мы еще ни строки не написали, а создается ощущение, что рукопись уже готова.
– Ну и отлично! Пусть создается! Кто у нас пиарщик – ты или я?
– Кажется, не так давно ты от меня открестился.
– Так было нужно… для интервью.
– Все равно, я тебе не пиарщик!
– Ну, пресс-атташе. Одна хрень. За что-то я ведь тебе плачу деньги!
– Могу их тебе вернуть!
– Только попробуй!
Мы так громко орем друг на друга, что вокруг уже начала собираться толпа любопытствующих. Слава богу, появляется какой-то долговязый тип с бейджем.
– Иван, здорово! Тебя уже все ждут! И Анька тоже!
Ах, Анька! Анна Стрелецкая, вот кто сегодня виновница торжества. Ведущая развлекательного телеканала. Еще одна бывшая – то ли певица, то ли актриса…
– Да, я иду, где наша Анютка? – раскрывает радушно объятия Иван, двигаясь за типом с бейджем в толпу. Я отстаю на пару шагов – программу Ивана на ближайший час я уже знаю наизусть.
Объятия с хозяйкой вечера и великосветская болтовня о курсе доллара и отдыхе в Ницце – десять минут. Интервью изданию для подростков – семь минут. Позирование для светской хроники – пять минут. Легкий флирт с пролетающей мимо чемпионкой по легкой атлетике – тридцать секунд. И все время улыбки, шутки, похлопывания по плечам, возгласы «Как дела, брат?», контроль за осанкой и мимикой – потому что снимают, контроль за эмоциями и словами – потому что обсуждают. Откройте любой роман о светской жизни (вне зависимости от века написания), Иван – живая иллюстрация к каждой странице любого текста о прожигателях жизни, бездельниках и понтовщиках. Разумеется, Серебров сегодня еще что-нибудь исполнит, но это будет лишь пикантной приправой к главному блюду вечера – бесконечному позерству.
За последние две недели я успела побывать с Иваном на двух корпоративах, съемках одной телевизионной передачи в Останкино, на трех презентациях (не помню чего) в клубах и на нескольких днях рождений. Череда вечеринок слилась в одну пеструю полосу развлечений, пронесшихся перед моими глазами. Пару месяцев такой жизни – и неподготовленный организм падает, подкошенный алкоголем и утомленный светскими экзерсисами.
У меня очень плотный график – работа-клуб-работа. Я не высыпаюсь. У меня круги под глазами и проблемы на работе – я дважды проваливалась в сон во время общего собрания. У меня мозоли от новых туфель и стойкое ощущение легкого помешательства. Паланик был прав – если долго не спать, реальность становится похожа на копию, снятую с копии, сделанной с еще одной копии. Я не знаю, как здоровья Ивана хватает на бесконечные тусовки, лично я скоро выброшу белый фраг. Мне ужасно хочется послать всю эту шикарную жизнь к чертовой бабушке.
Наверное, я чокнутая.
Есть лишь один человек, который получает истинное удовольствие от происходящего. Машка! В последнее время она здорово экономит на желтой прессе. Теперь мы говорим исключительно о светских раутах, закрытых концертах и презентациях товаров класса люкс. О морщинах певицы Ж., о наряде актрисы А., и о парике продюсера Ф. Об устрицах в ресторане «Beach-Club» и о карпаччо из утки в «Kalina Bar».
Если вы найдете меня в ванной, удавившейся шнурком от тампакса, не удивляйтесь.
Спасает меня лишь одно – то, что на всех вечеринках подают отличное красное сухое. И пока Иван, убежденный трезвенник, порхает, как бабочка, зарабатывая очки в бесконечной игре в популярность, я помогаю очередному заведению поскорее расстаться со своими винными запасами.
Привет, дорогая печень. Как ты там? Все в порядке? Я тебя очень люблю, если что…
Родилась ли у меня первая строка будущей книги? Черта с два! Прогресс прошедших двух недель состоит в том единственно, что я уже научилась отличать одних светских персонажей от других, и выучила имена самых заядлых тусовщиков.
Почти закончилось лето. Иван сменил одну девушку на другую. Меня взяли в штат в родных «Слухах.ру». В моем новом блокноте, купленном специально для заметок для книги, девяносто девственно чистых листов.
Смайл!
Кажется, я потерялась. Стоя в разношерстной толпе, я оглядываюсь вокруг, пытаясь понять, куда делись Иван и Катя. За мной неожиданно возвращается тип с бейджем.
– Лиза? – спрашивает он, сгибаясь почти вдвое, чтобы дотянуться до моего уха. – Пойдемте, там столик для вас, в VIP-ложе.
Столик в ложе. Недурно. А там есть диван, на котором уставшие посетители могут прикорнуть, незаметно от остальных? И подушка? И беруши? А может, VIP-клиентам выдают VIP-раскладушки?
Протискиваюсь к столику и усаживаюсь на диван. На часах – почти час, самое время начать шоу в честь виновницы торжества. На тарелках развалился заросший дорогущей плесенью сыр. Виноград по величине напоминает сливы из супермаркета рядом с моим домом. Черная икра глазеет на меня из крошечных канапе. Бутылка виски на столе равна по стоимости зарплате неизвестного учителя из Тамбова или Твери…. За соседним столиком жадно уплетают закуски пара знакомых фотографов из глянца. Слава богу, что есть презентации – многие люди могут хотя бы поесть по-человечески…
Я хочу закрыть глаза и уснуть. Я так не высыпалась со времен сдачи диплома.
У столика появляется официант. Я киваю на бутылку красного вина, оно тут же появляется в моем бокале. Я делаю глоток – и следующий час в одиночестве, сняв туфли и устроившись полулежа на диване, наблюдаю артистов всех мастей, знакомых и не очень, что-то поющих или танцующих в честь дорогой именинницы. В ложе я одна, и если абстрагироваться от остального пространства клуба, можно вообразить, что вся развлекательная программа устроена исключительно для меня. Впрочем, лично я предпочла бы в одиночестве выслушать сольный концерт «Aerosmith», а после выпить с Тайлером на брудершафт!