Долго думала я над Аленкиными словами. Меня больше заинтересовало её отношение к Федьке, чем проклятие кузнеца. Как она быстро поменялась к нему. То мужик как мужик, а тут красавчик, богатый, тебя золотом серебром осыплет. Тут что-то не то! Такое ощущение, что он подкупил её своими пятаками. С тех пор каждый день про него болтала. Зато проказница забыла, да всё про проклятие твердила.
Через недельку я поднялась и собралась на рыбалку. Покопавшись у Александра, нашла удочку. И не только! На гвоздике в углу висел отменный лук. Захотелось пострелять, только стрел нигде не было. Ближе к обеду накапала червей, проверила снастье и пошла на речку.
Здесь никого не было. Покидала вдоль бережка удочку и поймала двух небольших чебаков. Была довольна! Ближе к закату потянулись рыбаки.
– Не там красавица ловишь! Пошли с нами, – и добродушные люди – рыбаки показали и рассказали, где, какую рыбку надо ловить и на что.
Домой возвращалась в хорошем настроении и с новой едой. Неподалеку от своей калитки встретила Фёдора, который, судя по всему, меня подстерегал.
– Здравствуй Наталья.
– Приветик Фёдор.
– Смотрю, удачная рыбалка была.
– Да, – весело показала свой улов. – Сегодня у меня пир.
– Меня позовёшь?
– Нет. Александр будет ругаться, что мужика в дом привела.
– А как же кузнец? – Недовольно смотрел Федька.
– Когда один мужик – это ещё нормально, а когда двое – это уже табун. – Посмеивались я. – Ладно, побегу, а то ещё чистить надо.
– Раз к тебе нельзя может ко мне пойдём? – Сказал серьёзно жених.
– Спокойной ночи, – сказала я и забежала быстро в дом.
В начале моего бытия здесь я бродила по улице, общаясь с людьми. Ко мне подходили женихи, которые были посмелей, рассказывали про себя, про деревню, забавные случаи. Чаще всех тогда попадался Фёдор. Высокий, худощавый, чернявый, коротко стриженный. Его нагловато карие глаза бегали из стороны в сторону. Всё предлагал вечерние прогулки. Потом узнала, что это сын бабы Маши, которая меня всегда привечала да сватала своего хорошего сына.
Поначалу Федька вел себя относительно прилично. Притрагивался ко мне как бы случайно, то отвести в сторонку, то сопроводить куда-нибудь, то пылинку сдует. Но со временем становился напористей и наглее, на что я его динамила уже в более грубой форме.
Кузнец ко мне больше не приходил, (Потом только прознала, что Алёнка что-то наговорила ему про меня. У нее была другая задача – Федьку сватать), а я как-то на другую окраину не доходила, и желания идти к нему не было. Да и увлечена была рыбалкой да стрельбой из лука. Купила у одного мужика стрелы. Этот лук оказался для подростков. Как раз для моей силушки. Сначала тренировалась дома и у меня очень даже хорошо получалось. Потом пошла на речку, охотится. Спустя две недели подстрелила свою первую дичь. Была безумно счастлива, и рада, что зимой смогу себя прокормить.
Только через три недели после приезда пошла к кузнецу и то из-за необходимости. Узнала, что мои стрелы не очень хороши, но если сменить наконечники, то стрела будет летать дальше и точнее.
Подходя к его дому, поняла, что я по нему соскучилась. Моё сердце забилось сильнее, и по телу побежала дрожь.
В кузнице никого не было кроме него. Алексей работал на наковальне. Я облокотилась, как всегда, на косяк и наблюдала за его музыкой. Она сейчас была какая-то тяжёлая, тоскливая. В очередной раз, опуская в воду металл, заметил меня и также серьезно продолжил работу.
– Привет Алексей. – Он молчал. – Тебе ещё долго?
– Долго. – Грубо сказал и стал сильнее стучать молотком.
Я не уходила, так же мило стояла улыбаясь. Через пять минут кузнец с злостью бросил заготовку, видно испортив окончательно. Он повернулся и недоброжелательно спросил.
– Что хотела?
– Может, чай попьём?
– Некогда! – кузнец поднял брошенную заготовку и положил в печь.
– Что случилось?
– Ничего!
– Тогда почему ты так со мной разговариваешь?
– Как заслуживаешь!
– Да? – Удивилась я, перестав улыбаться. – Подскажи-ка мне, пожалуйста, что я такого тебе сделала, что заслужила такое отношение, презрение?
– Да ничего, – кузнец шевелил угли заготовкой глядя на огонь. – Зря поверил, что ты не такая как все. – Алексей тихо с грустью продолжил, – Прости. Это твоё право. Ты должна жить.
– Вот сейчас я совсем ничего не понимаю, – я подошла к Лёше, и тронула его за плечо. Он обернулся.
– Я проклят судьбой, – грустно смотрел на меня кузнец. – Прости за мой гнев.
Я засмеялась.
– Ты про своё проклятие? Про невесту? Извините, я в него не верю. Вернее, там другой смысл. Лёша, ты решил, что я к тебе не приходила только из-за этого? Вот дурачок! У меня просто дела были, вернее мне надо было успокоиться и переосмыслить слова бабки.
– Ты кольцо не взяла.
– И что? Додумался же когда подарить! Может я желала, чтобы ты подарил мне его в более романтической обстановке.
– А как же Федька?
– Причём тут он?
– Ты же согласилась на его предложение.
– Какое? – удивилась я.
– Ты приняла его ухаживания.
– Что-то я такого не припомню, – усмехнулась я.
– Наталья, но зачем весь этот балаган? Сознайся, я же видел! – Алексей снова уставился в огонь.
– Что видел? – До сих пор не въезжала в тему. Лёха молчал. – Что? – повторила я вопрос.
– Как вы целовались на площади. Народ потом загудел про вас. – Алексей тяжело вздохнул. – Как ты у него ночуешь, да ухаживаниям его жалуешь.
– Очень жалко, что ты весь концерт тогда до конца не досмотрел! Женишок до сих пор ходить не раскоряку, так как яйца у него распухли от моего удара. – Кузнец посмотрел на меня с небольшой надеждой. – После этого он стал распускать про меня разные слухи. Жалко, что ты во всё это поверил. За такого лицемерного нахала никогда не выйду! Я думала, ты знаешь меня лучше, и не поверишь, что пойду за его серебряники.
– Славно рассказываешь. Вот только Алёнка сказала, что всё уже решено.