Финиста. Сонная роза

– А вот и проштрафившиеся! – Губы Роу Сфинкса растянулись в снисходительной улыбке. – Не переживайте, мы не будем вас сильно мучить.

– Да кто переживает, – фыркнул Айс. – Каждый из нас любой ваш кошмар развеет…

– Каждый из вас? – подмигнул тот и искоса глянул на Фини.

Она сразу вспыхнула и уже хотела резко ответить на подначивание, но тут в комнате появилась женщина в черном брючном костюме и с черной папкой под мышкой.

– Ну что ж, раз все уже в сборе, приступим… – Она раскрыла папку и, поправив очки на носу, пролистнула какие-то бумаги. – Итак… за незаконное проникновение в личные владения господина Говарда каждый из вас испытает кошмар. Для исполнения наказания я пригласила лучших учеников Арт-Хауса. Господа кошмаристы, выберите по одному наказуемому.

Фини внутренне сжалась. Наверняка Инфанта выберет ее, и, конечно же, это будет какой-нибудь особенно гадкий сон… С другой стороны, может, получится снова сразиться с ней и как следует ее отдубасить! Фини сжала кулаки так сильно, что костяшки пальцев ощутимо хрустнули.

Но, как ни странно, Инфанта выбрала Филипа, чему тот явно не обрадовался. Власа Валенте получила в пару Роу Сфинкса и теперь мрачно взирала на него, наперед оценивая, каким кошмаром он собирается ее удивить. Фиц выбрал Айса, и, судя по тому, как они тихо переругивались, дело уже шло к драке. Арт молча указал пальцем на Кая, и тот медленно кивнул, словно ожидал, что тот его выберет. К Тихоне подошла Эли и что-то шепнула ей на ухо. К удивлению Фини, Тихоня вдруг засмеялась и кивнула. Девочки тут же исчезли.

Фини помрачнела: судя по всему, ей должна была достаться Злата Фонтеблайн. Но, к удивлению девушки, та выбрала Айрин. Девочка-марионетка отнеслась к этому спокойно или, во всяком случае, сделала вид. Через несколько секунд обе растворились в воздухе.

Кай и Арт о чем-то переговаривались. Судя по их лицам, разговор был очень напряженный. Но вот и они пропали.

– Вам придется выбираться из кошмара самостоятельно, – пробубнила женщина с папкой, хотя практически все уже покинули комнату. – Если не удастся, спасательная группа придет за вами через неделю.

Фини недовольно покачала головой: все-таки это как-то неправильно! Арт-Хаус – очень странная школа… Похоже, запугивания и кошмары действительно преобладали здесь над волшебным творчеством.

– Ну и долго я буду ждать?

Фини недоуменно обернулась: Крис Вальсо смотрел на нее с выражением крайнего недовольства. Остались только они двое – в комнате стало очень тихо.

И как она забыла об этом идиоте? Впрочем, тот стоял отдельно от всех, в тени занавески, словно происходящее вообще его не интересовало.

Крис и сейчас смотрел на Фини с выражением невообразимой скуки.

Почему-то опять вспомнилось, как он метнул в нее родовой кинжал с зеленым камнем, когда она стала Хозяйкой.

– Зачем ты меня выбрал? – глухо спросила она.

– Позволь заметить, я не выбирал, – процедил Крис. – Ты осталась последняя. – Его глаза мрачно сверкнули. – Следуй за мной.

– Куда это?

Девушка поежилась. Честно говоря, ей совсем не улыбалось идти с этим напыщенным болваном в неизвестном направлении.

Но Крис резко шагнул к ней и крепко схватил за руку.

– К нам в гости, на чаепитие, – прошипел он на одном дыхании.

Неожиданно пол ушел у Фини из-под ног и резко закружилась голова. Девушка даже подумала, что это ее реакция на слова Криса – в гости?! На чай?! Но нет, это они переместились.

К ее изумлению, они оказались в просторной гостиной, больше похожей на музей, чем на дом, – от обилия позолоты, лепнины и гобеленов на стенах рябило в глазах. Крис мгновенно отпустил ее руку и даже демонстративно вытер пальцы невесть откуда появившейся тканевой салфеткой.

Фини только фыркнула – вот же позер. Она не спеша огляделась: высокий потолок, расписанный яркими цветами и птицами; стены, украшенные картинами и зеркалами в тяжелых золоченых рамах. Повсюду горели светильники и благоухали розы в бесчисленных вазах. Над огромным камином из зеленого мрамора висело старинное оружие – массивные, острые алебарды и топоры – наверное, именно такими в старину отсекали головы направо и налево даже здесь, в Снореальности.

Фини вновь перевела взгляд на потолок, но Крис ощутимо толкнул ее в спину:

– Поторопись, нас ждут.

– Да кто ждет? – не выдержала Фини.

Но Крис вместо ответа плотно сжал губы и широким, размашистым шагом ринулся вон из комнаты, словно здесь начался пожар. Фини вяло поплелась за парнем – не хотелось подчиняться этому болвану, но приходилось следовать за ним, иначе как выбраться из кошмара… Она была уверена, что кошмар уже начался, просто сынок Уны Вальсо задумал что-то особо нехорошее, так что следовало сосредоточиться.

Крис остановился возле высоких дверей, на которых были изображены два льва, держащие в пастях по золотой розе.

Парень почему-то оглянулся на Фини, придирчиво осмотрел ее, невольно задержав взгляд на зеленых кедах. Неодобрительно качнул головой, но все же с силой толкнул массивные двери.

В этом зале было очень темно. Фини различила лишь какое-то шевеление у стен, словно там собралось множество зрителей. У нее озноб пробежал по спине – а вот и первые монстры…

Но тут вспыхнули многочисленные люстры на высоком потолке, осветив пространство вокруг. Фини едва подавила вздох ужаса: все стены облепили дримы, устроившиеся на специальных насестах, похожих на качели. Они пристально и зло смотрели на вошедших.

Впрочем, Криса дримы явно не пугали. Полностью игнорируя их недовольное шипение, он не спеша прошествовал по блестящему лакированному паркету прямо в центр, где стоял круглый стол, причудливо задрапированный синей скатертью с золотыми шнурами.

Пока Фини боязливо следовала за Крисом, над ее головой пролетели желтые свечи в хрустальных подсвечниках, белые тарелки с позолоченной каймой, тонкие бокалы на длинных ножках, золотые вилки, ножи и ложки и совершенно самостоятельно разместились на ярко-синих шелковых волнах. Последним, ровно посередине стола, грузно опустилось огромное золотое блюдо с белыми цветами и спелыми фруктами.

Внезапно во главе стола, на стуле с высокой золотой спинкой, появилась госпожа Уна Вальсо.

Крис первым подошел к матери и, прижав руку к сердцу, почтительно поклонился, словно королеве, а затем сел по правую руку от нее на такой же стул с высокой спинкой.

Фини подошла ближе и, подумав, тоже слегка поклонилась, – в конце концов, надо уважать чужие традиции.

Но Уна Вальсо никак не отреагировала на ее приветствие, словно вообще не заметила. Фини нахмурилась – увидела, как по губам Криса скользнула мимолетная усмешка.

– Как дела в Арт-Хаусе, дорогой?

– Отлично.

– Ты уже начал работать над кошмаром для Карнавала Снов?

– Да, я уже подготовил необычного монстра… – довольно кивнул Крис. – Господин Говард разрешил показать его на следующем занятии. И если все пойдет по плану, я превращу его в еще одну черную бусину на моей серьге.

– Превосходно, мой мальчик. – Уна Вальсо ласково погладила сына по плечу. – Помни, что ты должен быть лучшим на Карнавале. И у тебя должна быть самая длинная серьга.

– Да, мама.

Фини чувствовала себя неловко при этом задушевном семейном разговоре, но терпеливо ждала приглашения. В конце концов, если кошмар уже начался, то она была не прочь подождать подольше, до самого конца наказания.

Наконец Уна Вальсо заметила гостью – окинув ее застывшую фигурку быстрым взглядом, она тоже опустила глаза на зеленые кеды Фини.

«Наверняка сейчас спросит, – с ужасом подумала девушка, – где она их видела… А вдруг вспомнит, что на дне рождения Сонного Дома?»

Но Уна Вальсо задала другой вопрос:

– Как вы попали к Кайлиху, дорогая?

Фини подавила облегченный вздох:

– Напросилась.

В конце концов, это же правда.

– Вот как? – Бровь Уны Вальсо изящно изогнулась. – Сомневаюсь, что к господину Кайлиху можно просто напроситься.

Фини неопределенно пожала плечами. Она не хотела откровенничать с этой женщиной. Как минимум пришлось бы рассказать ей о Глубине.

В комнате воцарилось молчание.

Неожиданно возле стола появился еще один стул с высокой спинкой.

– Присаживайся, ученица Кайлиха, – повелительным тоном произнесла Властительница, и девушка не посмела ее ослушаться.

Фини с интересом наблюдала, как перед ней, прямо между двумя волнами синей ткани, плавно опустилась изящная белая чашка на узорном блюдце, а сбоку подлетел пузатый фарфоровый чайник – весь в крошечных розах на белом фоне. Из носика полилась тонкая струйка чая, и в воздухе поплыл чудесный аромат мяты и апельсина. Затем поднялся золотой нож. Блеснув в свете свечей широким острием, он медленно отрезал с плавно подлетевшего блюда аккуратный кусок яблочного пирога. Золотая лопатка услужливо приняла этот кусок и положила его на блюдце, стоящее перед Фини. Пока девушка пробовала чай, оказавшийся восхитительно вкусным, на ее пирог через летающее серебряное ситечко просыпался дождь из сахарной пудры.

Раздался громкий хруст – это Крис жевал какое-то печенье, всем своим видом показывая, как ему скучно и неинтересно. Мать наградила его недовольным взглядом и даже неодобрительно покачала головой. Парень выпрямил спину, напряженно сглотнул и медленно вернул недоеденное печенье на свою тарелку.

– И все-таки почему Кайлих, а не господин Говард, к примеру? – продолжила Уна Вальсо, пристально глядя на Фини. – Или… я?

– Господин Говард мне не понравился. – Голос Фини прозвучал немного резковато: она вспомнила погоню и темницу в кошмаре, устроенном для нее Властителями. Не стоило забывать, что и госпожа Вальсо была из их числа: она не присутствовала в том кошмаре, но была в курсе… Поэтому девушка добавила: – Ну а вы меня не приглашали.

– А Кайлих приглашал? – Госпожа Уна позволила себе легкую усмешку.

– Поначалу нет, – не стала кривить душой Фини. – Но мне понравилась его команда. Они же не кошмаристы… А я не люблю кошмары.

Крис издал пренебрежительный возглас.

К удивлению Фини, дримы, облепившие все стены в этом зале, вдруг пришли в движение, некоторые подлетели ближе да так и зависли в воздухе, быстро взмахивая огромными темно-синими крыльями. Все они смотрели то на девушку, то на Властительницу, словно страшно заинтересовались их разговором.

– Тебе не нравятся кошмары? – снова спросила Уна Вальсо. – Ты хотела бы создавать только… добрые сны?

Фини прищурилась: к чему клонит Властительница? Что ей вообще от нее надо?

– Я хотела бы создавать интересные сны, – осторожно произнесла она. – Которые вдохновляют.

Крис хмыкнул и даже раскрыл рот, наверное, чтобы вмешаться в разговор, но Уна Вальсо положила ему руку на плечо, и он тут же сник.

– А знаешь ли ты, что истинную силу добра познаешь, лишь встретившись с настоящим злом? – Властительница смотрела равнодушно, но все же Фини чувствовала ее интерес. – Особенно с тем, что сидит в собственной душе. Со своей темной стороной… Я вижу, что у твоего снотворения есть тень…

Фини озадаченно посмотрела на Властительницу.

– Тень? – переспросила она.

– Разве в своих снах ты не встречала нечто странное, пугающее… необъяснимое?

Фини невольно сглотнула – она вспомнила то непонятное, темное, колышущееся море на горизонте своих снов.

– Ну… возможно, – осторожно произнесла девушка. – Только это странное нечто… не причиняло мне вреда. Оно просто всегда находилось рядом.

Госпожа Вальсо слегка прищурилась, вновь скрывая заинтересованность.

– Такое бывает, когда человек падает на Глубину, – спустя некоторое время задумчиво протянула она. – Не справился с каким-то потрясением. Потерял силу… Ушел от проблемы… А еще так бывает, когда настоящая творио меняет свою собственную реальность. По разным причинам, но это всегда что-то эмоциональное, какое-то сильное потрясение.

Фини не нашлась что ответить, поэтому постаралась скрыть свое замешательство глотком чая.

Уна Вальсо не сводила с нее взгляда.

– А еще так бывает, когда кто-то специально скрыл твои воспоминания, – вдруг добавила Властительница. – Такое может сделать только твой ментор. Очень сильный ментор.

– До Кайлиха меня никто не обучал, – произнесла Фини, невольно краснея. – Разве что немного… – Она вспомнила не только Нинель Федоровну, но и странный голос, рассказывающий ей об ароматах.

– Возможно, ты хотела бы мне что-то рассказать? – снова спросила Уна Вальсо. Взгляд ее красивых задумчивых глаз вновь вперился в Фини. – Что-то важное… Подумай хорошенько, другого шанса у тебя не будет.

Фини застыла. На что это намекает Властительница? Неужели прознала, что это она вытащила Кая из Глубины? Или вообще говорит про Сонную Руку?!

Уна Вальсо по-прежнему смотрела на девушку не отрываясь, ну а Крис так вообще весь обратился в слух.

– Я смогу защитить тебя, если это будет необходимо, – вдруг сказала Властительница. – А вот Кайлих не сможет… Возможно, вскоре ему самому понадобится защита. – И она усмехнулась каким-то своим мыслям.

– А разве мне нужна защита? – Фини постаралась изобразить удивление. На самом деле она не сомневалась, что если ей и нужно будет защищаться, то в первую очередь от самой Уны Вальсо.

Властительница вдруг погасила взгляд, словно беседа ей наскучила.

– Хорошо, тогда еще один вопрос, Фини Велесон. Что понадобилось Кайлиху в лабиринте господина Говарда? Зачем вы все, его ученики, туда полезли?

Фини немного расслабилась. Похоже, Уна Вальсо просто выпытывала информацию о Кайлихе. Наверное, думала, что это ментор послал их в лабиринт господина Говарда за чем-то важным.

– Господин Кайлих тут ни при чем, – сказала она чистую правду. – Мы сами полезли… из любопытства.

Уна Вальсо вновь одарила Фини задумчивым взглядом.

– Из любопытства, – рассеянно повторила она. – В таком случае я предлагаю отменить обычное арт-хаусовское наказание.

– Но, мама! – почему-то взвыл Крис. – Так же нельзя! Она должна получить сполна за проникновение в лабиринт господина Говарда!

– Крис, дорогой, будь добр, принеси мой личный секретер с кошмарами.

Парень удалился, бурча что-то под нос, но уже через минуту вернулся и поставил перед Фини небольшой ларец – квадратный, с выпуклой крышкой, инкрустированной рубинами. Все это время девушка старательно делала вид, что пьет чай, пока не допила его весь. К ней тут же подлетел пузатый фарфоровый чайник и вновь наполнил чашку.

– Открой, дорогая, – велела Уна Вальсо.

Фини аккуратно подцепила ногтем крышечку ларца – та мгновенно откинулась назад. Внутри оказалось десятка три флаконов разной формы, и все с цветными жидкостями. На каждом имелась круглая наклейка с надписью.

– Это кошмары из моей личной коллекции, – объяснила Уна Вальсо. – Очень ценные. Но я разрешаю тебе выбрать один из них, дорогая.

Лицо Криса тут же скривилось – очевидно, он не одобрял расточительства матери.

Фини вытянула наугад несколько пузырьков – один оказался из прозрачного граненого стекла, другой – круглый, с жидкостью изумрудного цвета. В третьем плескалось что-то темно-синее. Фини перебирала пузырьки, но ни один не хотелось открыть, – все казались жутковатыми.

Уна Вальсо терпеливо ждала.

Под внимательным взглядом ее карих глаз девочка занервничала и схватила пузырек с темно-фиолетовой жидкостью. На пузырьке была наклейка с изображением восьмерки – знака бесконечности.

– Может, этот? – предположила Фини.

– Хороший выбор.

Лицо Властительницы ничего не выразило. Зато глаза Криса радостно вспыхнули, он даже ухмыльнулся.

Фини это не понравилось, – наверное, она вытащила какой-нибудь непростой сон, – но она уже не могла отступить. В конце концов, кошмар – он и есть кошмар.

– Сделай ровно три глотка, – четко произнесла Уна Вальсо. – Наказание будет считаться исполненным, когда ты найдешь выход и проснешься в своей реальности. Из моих кошмаров всегда выходят в реальность.

Фини нахмурилась. Что это значит? Неужели кошмар должен закончиться обязательным пробуждением?.. Почему-то вновь вспомнился родовой кинжал Криса – если бы он попал в нее, она проснулась бы в реальности, но уже никогда не смогла бы вернуться в Снореальность.

Фини взглянула на парня почти что с ненавистью. Но тот улыбался каким-то своим мыслям и даже не заметил этого.

Внезапно дримы взлетели со своих мест и принялись беспорядочно метаться по залу. Одна из них пролетела прямо перед Фини, и она увидела ее женское лицо совсем близко – миловидное, с большими черными глазами и пухлыми губами.

– Совсем обнаглели! А ну, кыш!!! – Крис так разозлился, что вскочил со своего места и замахал руками.

Уна Вальсо тоже встала и медленно подняла ладонь – дримы мгновенно успокоились и вновь вернулись на свои насесты.

– Крис, относись к сонным существам с чуть бо́льшим почтением, – недовольно произнесла Властительница. – Снореальность живая, у нее сложный характер, поэтому следует уважать всех ее жителей.

Пока она отчитывала сына, мимо Фини вновь пролетела дрима, быстро и бесшумно взмахнув крыльями перед самым ее лицом. Девушка невольно вскинула руки, закрываясь, как вдруг ощутила в своей ладони что-то мелкое и твердое. Она опустила взгляд и увидела три ярко-синих камешка, похожие на стеклышки.

Это что, подарок дримы?! Волнуясь, Фини незаметно спрятала стекляши в карман – после разберется, что это такое…

В следующий миг госпожа Уна Вальсо вновь обернулась к девушке.

– Ну что ж… удачи, – произнесла Властительница и строго посмотрела на Фини. – Крис проследит, чтобы все прошло правильно.

Парень опять низко поклонился, очевидно показывая, что все будет исполнено, а Уна Вальсо вдруг истаяла песочно-золотистой дымкой – снизу доверху, словно кто-то развеял рисунок. Последними исчезли ее внимательные карие глаза – их взгляд Фини ощущала на себе еще некоторое время.

Глава 6. Кошмаристы

Фини давно открутила крышечку, но все смотрела на флакон с темно-фиолетовой жидкостью и не могла отделаться от предчувствия чего-то страшного, ее сердце сжималось от тревоги. Неожиданно притихший Крис только усиливал это впечатление.

Но она глотнула зелье ровно три раза, как и велела Уна Вальсо, и даже не поморщилась, хотя на вкус оно оказалось обжигающе мятным, с легкой примесью травяной горечи.

Казалось, Фини всего лишь моргнула, как вдруг очутилась в комнате с яркими красными обоями и темной деревянной мебелью. На единственном окне колыхалась полупрозрачная штора с облезшей позолотой, за ней, отбрасывая тревожную дрожащую тень, горела тонкая и длинная кроваво-алая свеча. Неожиданно комната осветилась – это вспыхнули огни на люстре, и Фини смогла разглядеть высокий книжный шкаф, плотно забитый книгами, и портрет какого-то угрюмого старика в золотой раме, висящий над камином. Возле камина стояло плюшевое кресло с бывшей некогда изумрудной обивкой, а в нем сидела Инфанта.

На ней было все то же бордовое платье с белым воротником и детские туфельки – ни дать ни взять сиротка из приюта. Инфанта, не скрываясь, оценивающе смотрела на Фини.

А вот по бокам от ее кресла стояли Крис и – Роу Сфинкс собственной персоной.

– Давно не виделись, Велесон, – ухмыльнувшись, первым поздоровался Роу Сфинкс. – А я думал, у тебя не получится, Крис.

– Мать предложила ей в качестве наказания фамильную настойку. И она вдруг выбрала самый страшный дядин кошмар – тот самый, который свел его с ума. – Крис торжествующе усмехнулся. – Ну а дальше все просто… я прекрасно знаю, откуда начинаются все дядины кошмары – из его кабинета.

– Еще бы! Здесь довольно мрачно. – Роу Сфинкс с опаской огляделся и поежился, словно ему здесь было очень неприятно.

– Мрачновато? К счастью, не для нас. – Крис осклабился.

От его намеков у Фини мороз пробежал по спине. Но внутри она постепенно закипала. В конце концов, все эти кошмаристы ввалились в ее кошмар. Разве они не должны быть заняты с другими ребятами?

Невольно она задала этот вопрос вслух.

– Мы там, где интересно, – охотно пояснил Роу. – Спасибо Крису, это он нас позвал.

– Кстати, да, спасибо за приглашение, Крис, – медленно произнесла Инфанта, продолжая сверлить Фини взглядом. – Думаю, действительно будет занятно.

Фини заглянула в холодные, выпуклые глаза своего врага и вдруг совершенно перестала бояться. Злость пересилила страх.

– Самый страшный кошмар – твоя глупая рожа, – заявила она, отбросив всякие приличия. – И что на этот раз? Снова будешь вертеть своей палочкой или другие фокусы покажешь?

– Полегче, – процедила Инфанта. – Иначе на этот раз ты точно не выплывешь.

– Ну так в чем дело? – все больше распалялась Фини. – Чего приперлись в мой кошмар?

Роу Сфинкс неожиданно захохотал.

– Никогда бы не подумал, что ты такая наглая! – произнес он довольно дружелюбно. – Говори что хочешь, но у тебя все задатки кошмаристки. – И парень неожиданно подмигнул ей.

– Мать не дала бы свой фамильный кошмар, если бы эта чудачка была недостойна, – к изумлению Фини, поддакнул Крис. – Может, она из какой-то влиятельной семьи, а мы и не знаем? – И он кинул на Фини долгий оценивающий взгляд.

Инфанта вскочила, словно ужаленная.

– А вот это мы сейчас посмотрим! – прошипела она, теряя все свое показное равнодушие. – Уж я-то знаю, что она ничтожная, ни на что не годная творио!

Крис прищурился, пряча насмешку:

– И все же ты здесь, Инфанта.

Роу согласно усмехнулся. Похоже, это событие забавляло его больше всех.

– Ну что ж, давайте посмотрим на ее силу, – мягко произнес он и замер в таком предвкушении, словно собрался смотреть интересный фильм.

Фини молчала, не зная, как ей относиться к происходящему. Это что, всерьез? Они что, считают ее… сильной?

Но тут девушку снова охватило тревожное предчувствие. Она невольно оглянулась, ища выход.

– Вверх или вниз? – вдруг спросила ее Инфанта.

– Что?

– Тебе надо вверх или вниз?

– Я не знаю, – немного растерялась Фини.

Круглые глаза приблизились. Тонкие губы Инфанты насмешливо искривились.

– Вот именно. Ты даже этого не знаешь… И наверняка не представляешь, на каком уровне сна ты сейчас находишься.

Фини недоуменно нахмурилась.

– А все потому, что ты ПОТЕРЯЛАСЬ, – продолжила Инфанта и вдруг пропала, а вместе с ней исчезли и остальные кошмаристы.

Фини осталась одна.

Внезапно подул ветер. С оглушительным треском распахнулась оконная рама, и алая свеча упала. Огонь мгновенно лизнул край занавески, и легкая ткань вспыхнула.

Фини бросилась к окну, быстро подняла свечу – фитилек продолжал гореть, а пламя уже перекинулось с занавески на шкаф, и тот вспыхнул гигантским костром.

Снова дунул сквозняк. Фини бросилась к окну, чтобы закрыть его, но обнаружила вместо него зеркало.

Из зеркальной глубины на нее глядела очень старая женщина. Сильно сгорбленная, подавленная, безучастная ко всему и почему-то в лоскутном сарафане Фини. Даже зеленые кеды на ней были те же! Фини глянула на свои руки и застыла от ужаса – пальцы стали костлявыми, узловатыми, вены на них набухли, кожа сделалась прозрачной, морщинистой, в темных пятнах.

Откуда-то пришло осознание, что Фини находится здесь очень давно… Что она всю свою жизнь практически не покидала этот странный черный кабинет.

Медленно развернувшись, Фини наблюдала, как вокруг разгорается огонь, – стало так жарко, что она с трудом хватала ртом воздух.

Внезапно что-то громыхнуло, да так сильно, что люстра закачалась и пошел переливами жалобный хрустальный звон.

Огонь заполыхал вовсю; Фини схватилась за горло – легким перестало хватать воздуха. Она с усилием оглянулась, едкий дым застилал глаза. Но почему-то Фини хорошо видела стены, эти ярко-красные стены, – они давили на нее, на ее разум, ослабляли ее волю… И этот ужасный портрет над камином, он всегда ей не нравился… Постойте, так это же ее портрет! И Фини припомнила, что сама нарисовала себя, когда просидела здесь уже пятьдесят, а может, и шестьдесят лет… Как давно это было!

Фини горько заплакала. Она попыталась вспомнить лица своих родных, но почему-то не смогла и зарыдала еще пуще. Пришло ужасное ощущение, что она больше никогда не увидит ни тетю Лиз, ни своего несносного, но всегда веселого и неунывающего брата Влада, ни заносчивую, но все же очень милую сестру Эллу… Ни Кайлиха, ни ребят… постойте, а кто это?.. Кажется, у нее были родители, а еще тот парень из сна, вот по кому она точно скучает… А еще у нее была бабушка… Но разве у нее есть бабушка?! Мысли путались, то свиваясь в тугие и блестящие клубки, то распадаясь на тонкие, бессвязные нити; сознание туманилось, хотелось уснуть прямо здесь, на полу страшной комнаты с красными стенами…