Нейро-Снайпер: Точка Невозврата
Каждый сантиметр траектории этого выстрела был выверен с точностью до планковской длины. Это была не грубая сила титана — это была высшая, надмирная баллистика. Идеальная геометрия истребления.
И в этот момент обрушения вселенной Марк почувствовал странный, ледяной покой.
Его винтовка была пуста. Магазин с сингулярными капсулами ушел в аварийную перезарядку, которая требовала сорока пяти секунд — вечности в условиях гиперзвукового боя. Платформа под его магнитными захватами раскалывалась, распадаясь на блоки наноуглеродного бетона размером с жилой дом. Гравитация планеты тянула его в километровую пропасть, навстречу горящим руинам нижнего города, а сверху, проламывая остатки атмосферы, накатывал второй вал детонации.
[СТРУКТУРНЫЙ КОЛЛАПС ОПОРЫ: 99.8%.]
[ВЫ НАХОДИТЕСЬ В СВОБОДНОМ ПАДЕНИИ.]
[ВХОДНОЙ УРОН ОТ ПЛАЗМЕННОГО КОНУСА: 4 500 000 ед. чистого термического / 12 000 000 ед. кинетического.]
[ТЕКУЩИЙ ЗАПАС СИЛОВОГО ЩИТА: 0 / 850 000 (ВЫЖЖЕН).]
[Шанс выживания при сохранении текущих параметров движения: 0.000014%.]
Обычный снайпер закрыл бы глаза. Легендарный стрелок попытался бы активировать аварийный телепорт или пространственный сдвиг — и сгорел бы, потому что само пространство вокруг башни было перекручено и завязано в узлы гравитационным возмущением.
Марк сделал другое.
Он отключил болевые блокаторы правого полушария.
Тотчас волна чудовищного жара обожгла нервные окончания, оставшиеся в его живой плоти. Металл экзоскелета плавился, спекаясь с искусственными мышцами бедер и плеч. Температура воздуха вокруг него превысила три тысячи градусов. Но вместе с болью пришла абсолютная сенсорная четкость.
Он увидел траекторию.
Не ту, которую рассчитывал его тактический визор, рисуя зеленые и красные пунктирные линии на сетчатке. Марк увидел истинную траекторию — золотисто-кровавую нить, пронизывающую прошлое, настоящее и будущее. Он увидел след, оставленный выстрелом Азраила: микроскопические червоточины в эфире, каналы ионизации, гравитационные тени каждого атома, отброшенного в сторону божественной плазмой.
Баллистика больше не была наукой о движении твердых тел в среде. Она стала языком, на котором боги выносили приговоры, а Марк… Марк всегда был тем, кто подавал апелляции свинцом и антиматерией.
В глубине интерфейса, там, где тускло мерцало древо его скрытых способностей девяносто восьмого тома, вспыхнула новая, ослепляющая руна.
[ВНИМАНИЕ!]
[Зафиксирован предел ментальной перегрузки: 480% от номинала.]
[Условие выполнено: Выдержать прямой анализ кинетического удара сущности божественного ранга в фазе сверхзвукового восприятия.]
[Условие выполнено: Расшифровать геометрию выстрела, совершенного со скоростью свыше 50 Махов через три слоя пространственного искажения.]
[Условие выполнено: Сохранить вектор воли перед лицом абсолютной аннигиляции.]
Тонкий хрустальный звон разорвал рев плазменной бури прямо внутри его черепной коробки.
[Скрытый классовый потенциал раскрыт.]
[Ваш класс «Нейро-Снайпер Конца Эпохи» эволюционирует.]
[ПРОБУЖДЕНИЕ КЛАССОВОГО ПЕРКА: «АБСОЛЮТНЫЙ РАСЧЕТ ТРАЕКТОРИЙ» (ТИР: МИФИЧЕСКИЙ / ПЕРСОНАЛЬНЫЙ).]
Текст системного окна не просто появился перед глазами — он выжегся в сознании с тяжестью гранитной плиты, сопровождаемый пульсацией первородного золота и черной пустоты:
╔══════════════════════════════════════════════════════════════════╗
[АБСОЛЮТНЫЙ РАСЧЕТ ТРАЕКТОРИЙ] (Уровень 1 — Пробужденный)
Тип: Пассивно-активный классовый концепт.
Описание:
Для вас больше не существует понятий «ветер», «гравитация»,
«дистанция» и «случайность». Каждая траектория во Вселенной — от
падения фотона до орбитального бомбардировочного вектора — является
незамкнутым уравнением, решение которого принадлежит вам.
Эффекты:
1. «Чтение Причины» (Пассивный): Вы мгновенно деконструируете
любой снаряд, луч или энергетическую атаку противника, летящую
со скоростью до субсветовой (0.99с). Вы видите начальную точку,
массу, скрытые модификаторы и точку истинного попадания за
несколько шагов до их реализации.
2. «Геометрия Возмездия» (Активный): Позволяет использовать
вторичные векторы среды (обломки, фронты ударных волн, магнитные
поля плазмы) для изменения собственного вектора движения и
мгновенного наведения орудия без потери инерции.
3. «Слом Каузальности» (Предельный): Любой ваш выстрел,
рассчитанный с вероятностью попадания выше 0.0001%, обретает
статус «Неизбежного События». Если траектория перекрыта
препятствием, снаряд изменит метрику пространства для
достижения расчетной цели.
Цена активации: 15% запаса нейронной стабильности в секунду.
Ограничение: При перегрузке процессора — выжигание биологических
тканей мозга.
╚══════════════════════════════════════════════════════════════════╝
Мир вокруг Марка замер окончательно.
Время не просто замедлилось — оно рассыпалось на дискретные квантовые кадры. Падающие многотонные монолиты перекрытий башни зависли в воздухе. Языки плазмы температурой в пятнадцать тысяч градусов превратились в застывшие лепестки полупрозрачного хрусталя. Огненные искры повисли неподвижными рубиновыми бусинами.
Шпиль «Олимпа» рушился, но теперь Марк не видел в этом хаоса.
Перед его взором раскрылась грандиозная трехмерная сетка. Миллиарды векторов вспыхнули зеленым, лазурным и багровым светом.
Каждый обломок нес на себе числовое значение: масса, ускорение, угол падения, плотность материала. Воздух вокруг был расчерчен изолиниями давлений и температурными градиентами.
Но самое главное — Марк видел след Азраила.
В небесах, за плотной завесой ионизированного смога и горящей стратосферы, осталась дыра. Туннель диаметром в полкилометра, пробитый выстрелом «Копья Немезиды». Внутри этого туннеля давление равнялось нулю. Там царил абсолютный вакуум, окаймленный вихрями высокотемпературной плазмы, закрученной магнитным полем Земли.
Это была не просто рана на теле атмосферы.
Это был идеальный баллистический канал.
«Он открыл мне дорогу обратно», — осознал Марк.
Шестикрылый аватар на геостационарной орбите, вероятно, полагал, что его залп решил исход дуэли. Для существа божественного ранга смертный, оказавшийся в эпицентре кинетического удара мощностью в десятки мегатонн эквивалента, переставал существовать как фактор угрозы. Боги мыслят масштабами абсолютных величин. Если зона поражения превышает радиус жизни цели — цель мертва.
Но боги не знали баллистики отчаяния.
Под подошвами магнитных ботинок Марка плита перекрытия с хрустом лопнула. Он падал спиной вниз, лицом к горящему зениту, с высоты девятисот метров над уровнем улиц Нео-Шанхая.
Его скорость свободного падения непрерывно росла: девяносто метров в секунду, сто двадцать, сто шестьдесят. Ветер, раскаленный докрасна, срывал с его плеч остатки термоизоляционного плаща.
Марк активировал «Геометрию Возмездия».
Нейросеть отозвалась пронзительным воем, температура в затылочном радиаторе подскочила до критических ста восьмидесяти градусов Цельсия. Охлаждающая жидкость вскипела, выбрасывая из клапанов на лопатках тонкие струйки перегретого пара.
Вектор один: падающая в трех метрах от него стальная балка перекрытия весом в четырнадцать тонн. Скорость падения идентична его собственной, но угол наклона составляет ровно 23.4 градуса относительно горизонта.
Вектор два: восходящий термический поток от взорвавшегося на восьмидесятом этаже хранилища жидкого дейтерия. Фронт давления — сорок атмосфер.
Вектор три: кинетическое отражение от винтовки «Судия Сингулярности».
Марк вытянул левую руку, выбросив из запястного модуля мономолекулярный гарпун из графенового волокна. Трос щелкнул, вонзаясь в тело падающей балки. Снайпер не стал подтягиваться — он лишь на мгновение заблокировал катушку, перераспределяя импульс.
Чудовищный рывок едва не оторвал ему кибернетическое плечо, титановые связки взвыли от предельного напряжения, но тело Марка изменило траекторию. Вместо беспорядочного кувыркания в бездну он описал пологую дугу, врезался подошвами в скользящую плоскость гигантского стального монолита и на десятую долю секунды зафиксировал магнитные захваты.
Он снова стоял.
Пусть на обломке, несущемся к земле со скоростью локомотива, среди ада из огня, пепла и падающих небоскребов — но его позиция обрела устойчивость.
Марк вскинул «Судию Сингулярности».
Тяжелый приклад из прессованного карбида вольфрама уперся в плечевой сервопривод. Оружие весило почти сорок килограммов, но в состоянии падения вес не имел значения — имела значение только масса и отдача.
[СИСТЕМА ПЕРЕЗАРЯДКИ: АВАРИЙНЫЙ РЕЖИМ.]
[Сингулярные капсулы недоступны: Время охлаждения накопителя — 31 секунда.]
[Доступный боезапас:]
[Калибр 14.5-мм «Божественный Палач» (С сердечником из обедненного антивещества) — 1 шт.]
[Энергетический баланс винтовки: 4% (КРИТИЧЕСКИЙ УРОВЕНЬ).]
— Хватит одного, — прошептал Марк пересохшими, запекшимися губами.
Он загнал патрон в патронник вручную. Металлический лязг затвора прозвучал отчетливо и сухо, словно щелчок взводимого курка судьбы посреди вселенского пожара.
Патрон «Божественный Палач» был артефактом девяносто пятого тома. Пуля, созданная специально для пробития силовых полей серафимов, стоила как половина промышленного района Нео-Шанхая. Но у нее был фатальный недостаток: ее баллистический коэффициент в плотной атмосфере был чудовищно нестабилен из-за микроскопической капсулы антиматерии в наконечнике. На дистанции свыше десяти километров пулю должно было сдуть ветром или детонировать от трения о воздух.
До орбитальной платформы Азраила было тридцать пять тысяч километров.
Это было невозможно. Любой суперкомпьютер класса «Дельта» выдал бы нулевую вероятность попадания. Даже квантовые вычислители божественных армий сочли бы такую попытку безумием умирающего червя.
Но Марк активировал «Абсолютный Расчет Траекторий» на полную мощность.
Его зрение пробило горящие облака. Он видел туннель вакуума, оставленный выстрелом Азраила. Этот туннель еще не успел схлопнуться — чудовищный градиент температур удерживал холодный воздух атмосферы на внешних границах, создавая идеальную, чистую от сопротивления трубу, уходящую прямо в черное небо, к звездам.
Туннель жил. Он колебался, извивался, словно гигантская призрачная змея, схлопываясь со скоростью звука от краев к центру. Через 1.8 секунды атмосфера заполнит его, породив термобарический шквал невиданной мощи.
У Марка было меньше двух секунд, чтобы послать пулю сквозь игольное ушко вселенной.
Сетка прицела «Судии» наложилась на пульсирующую точку в зените.
Там, на геостационаре, шестикрылый титан Азраил уже опускал свое орудие, готовясь зафиксировать факт ликвидации цели. В глазах божества Марк был пылью, сдутой с лица земли.
Марк учел всё.
Скорость падения собственного обломка: 182 метра в секунду под углом 78 градусов.
Вибрация сервоприводов левой ноги: микросмещение на 0.004 миллиметра каждые три миллисекунды.
Кориолисова сила Земли, искривляющая основание вакуумного туннеля.
Гравитационная линза, оставшаяся после первого столкновения на высоте 42 километров.
И, наконец, собственное сердцебиение.
Один удар.
В паузе между систолой и диастолой, когда искусственное сердце замерло, Марк внес финальную поправку. Он не целился в корпус платформы. Он целился в точку, где Азраил окажется через четыре целых шесть десятых секунды — в сустав его правого верхнего крыла, держащего стабилизирующий контур «Копья Немезиды».
[ВЕРОЯТНОСТЬ ПОПАДАНИЯ ПО СТАНДАРТНОЙ МЕТРИКЕ: 0.00000001%.]
[АКТИВАЦИЯ ПЕРКА: «СЛОМ КАУЗАЛЬНОСТИ».]
[Фиксация вектора как «НЕИЗБЕЖНОГО СОБЫТИЯ».]
[Нейронная стабильность: ПАДЕНИЕ ДО 22%. КРИТИЧЕСКИЙ ПЕРЕГРЕВ СИНАПСОВ.]
Кровь хлынула из ноздрей Марка, заливая подбородок и испаряясь на раскаленном воротнике брони. В правом глазу лопнули последние живые сосуды, мир окрасился в монохромный багровый спектр.
Его палец плавно выбрал свободный ход спускового крючка.
В этот момент башня «Олимп» окончательно перестала существовать. Нижние этажи не выдержали колоссального веса оседающих конструкций, и гигантский шпиль с оглушительным, утробным стоном раскалывающейся планеты начал заваливаться набок, вздымая к небесам волну обломков высотой в полмили.
Среди этого вселенского краха Марк шепнул единственное слово, обращенное к небу:
— Ответь.
Выстрел сорвался со среза ствола.
На этот раз не было безмолвия сингулярности. Винтовка рявкнула сухим, хлестким громом, выплеснув четырнадцатимиллиметровый кусок погибели в самое сердце открытого вакуумного коридора.
Пуля вошла в туннель за микросекунду до того, как его нижняя граница захлопнулась яростным атмосферным ударом.
Окутанная тончайшей пленкой стабилизирующего поля, не встречая сопротивления воздуха, она устремилась вверх — сквозь горящую плазму, сквозь стратосферный пепел, сквозь геометрию божественного гнева. Она летела по траектории, которую не мог предсказать ни один ангельский радар, потому что эта траектория была нарисована не законами природы, а волей человека, отказавшегося умирать по расписанию небес.
Марк сорвался со стальной балки и полетел вниз, в клубящуюся тьму горящего Нео-Шанхая, не глядя вслед своему выстрелу.
Снайпер никогда не смотрит на пулю, если расчет был абсолютным.
Он знал: через четыре секунды небо на орбите закровоточит золотом.
Глава 3. Поиск субсветового ускорителя
Вязкий, раскаленный свист рассекаемого воздуха закладывал уши. Гравитация жадно тянула Марка вниз, навстречу разверзшейся пасти рушащегося мегаполиса. Обломки башни «Олимп» — многотонные блоки композитобетона, искореженные шпунтовые сваи и оплавленные сегменты панорамных террас — падали вместе с ним, образуя ревущую лавину из стали и пыли.
Но Марк не смотрел вниз.
Его залитый кровью правый глаз фиксировал лишь пляшущую сетку прицельного интерфейса, проецируемую поврежденным зрительным имплантом прямо на отслоившуюся сетчатку. А левый, еще живой глаз сквозь разбитый визор тактического шлема неотрывно вглядывался в багровеющее небо.
Раз. Два. Три. Четыре.
Четыре целых и шесть десятых секунды.
На высоте восьмидесяти километров над планетой, прямо на границе ионосферы, бесшумно расцвел ослепительный, невыносимый для человеческого глаза золотой бутон.
[ВНИМАНИЕ: ЗАРЕГИСТРИРОВАН СВЕРХВЫСОКИЙ КИНЕТИЧЕСКИЙ ИМПАКТ.]
[Цель: Азраил, Серафим Первого Круга, Командующий Западным Флотом Судилища.]
[Точка попадания: правое плечевое сочленение / стабилизатор гравитационного тора «Копья Немезиды».]
[РЕЗУЛЬТАТ: КРИТИЧЕСКИЙ СВЕРХПРОБИВАЮЩИЙ УРОН. ПОЛНАЯ ДЕСТАБИЛИЗАЦИЯ МАНА-КОНТУРА.]
[Получено 48 500 000 ед. опыта (штраф за межранговый разрыв: 0%).]
[Статус цели: ПАДЕНИЕ С ОРБИТЫ. КОНТРОЛЬ СТРАТОСФЕРНОГО ОРУДИЯ ПОТЕРЯН.]
Небесный свод содрогнулся. Золотая кровь полубога брызнула по мезосфере радиальными полосами, превращая вечерние сумерки в сюрреалистический закат из жидкого солнечного огня. Гигантский луч «Копья Немезиды», уже готовый стереть континент в радиоактивное стекло, дернулся, закрутился винтом и, потеряв фокусировку, рассеялся в космическом вакууме безвредным северным сиянием.
Снайпер попал.
Марк скривил окровавленные губы в сухой, беззвучной усмешке. Вкус меди и паленой синтетики осел на языке.
— Получил, пернатый ублюдок…
[ТРЕВОГА: ВЫСОТА 400 МЕТРОВ. СКОРОСТЬ ПАДЕНИЯ: 182 М/С.]
[ВРЕМЯ ДО СТОЛКНОВЕНИЯ: 2.1 СЕК.]
[НЕЙРОННАЯ СТАБИЛЬНОСТЬ: 18%. АКТИВИРОВАН РЕЖИМ СИНАПТИЧЕСКОГО КОМАТОЗНОГО БЛОКА.]
[ВНИМАНИЕ: КИНЕТИЧЕСКИЙ ЩИТ РАЗРЯЖЕН В НОЛЬ.]
Земля неслась навстречу черной бездной. Остов рухнувшей башни пробил насквозь многослойные ярусы Верхнего Города, проваливаясь в вечную тьму старых трущоб, а под ними — в бездонные провалы Древнего Сектора. Марк падал прямо в этот разлом. У него не осталось маны даже на элементарный рывок, кости ныли от запредельной отдачи крупнокалиберной винтовки, а нейросеть «Спектр-9» истошно выла об отказе моторных функций левой руки.
Вдруг из клубящегося облака цементного дыма и сажи вылетела ослепительно-синяя дуга.
Титановый гарпун с магнитным захватом врезался точно в центральный бронедиск на груди Марка. Металл заскрежетал, амортизаторы костюма взвыли, гася инерцию, а затем высокопрочный мономолекулярный трос натянулся, выгибая тело снайпера в воздухе.
— Держись, самоубийца! — раздался в коммуникаторе хриплый, перегруженный помехами девичий голос.
Вектор падения резко изменился. Марка мотнуло маятником, протащило сквозь разбитый скелет рекламного голографического щита и швырнуло на наклонную платформу грузового гравитационного лифта, застрявшего в вентиляционной шахте три века назад.
Он ударился плечом, кубарем прокатился по ребристым техническим плитам, выбивая снопы искр композитными накладками наколенников, и замер, уперевшись стволом дымящейся винтовки в край стальной балки.
Над ним, тяжело дыша, стояла Кира.
Ее экзоскелет «Валькирия-4» искрил на правом шарнире, тактический визор был наполовину срезан плазменным ожогом, обнажая бледное, перемазанное технической смазкой и копотью лицо с яростно горящими зелеными глазами. В руках она сжимала тяжелый штурмовой карабин с раскаленным докрасна глушителем.
— Ты безумец, Марк, — прохрипела она, опускаясь на одно колено и вонзая в шейный порт снайпера толстую иглу нейростимулятора. — Ты абсолютно, клинически невменяем. Стрелять по Серафиму из нестабилизированного оружия с плеча… на сорок миль вверх… сквозь закрывающийся вакуумный карман!
Ледяная волна нейролептика и синтетических катехоламинов хлынула в перегретые мозговые центры Марка. Боль на мгновение стала абсолютной, белой, выжигающей зрение, а затем отступила, оставив после себя тупое, механическое спокойствие.
[ВВЕДЕН ПРЕПАРАТ: «НЕЙРО-ФЕНИКС М-3».]
[Нейронная стабильность повышена: 18% -> 34%.]
[Откат перегрузки: 41 минута. Восстановление когнитивного анализа: ЧАСТИЧНОЕ.]
[Временный штраф к восприятию: -25%.]
Марк с трудом сел, опираясь на холодный металл платформы. Сплюнул темный сгусток свернувшейся крови прямо между пластин настила. Где-то внизу, на глубине сотен метров, гудела и стонала потревоженная масса железобетона.
— Он уронил копье, — тихо, но отчетливо произнес Марк. Голос звучал чужим, сдавленным мембраной поврежденного респиратора. — Нео-Шанхай простоит еще сутки. Орбитальная группировка ангелов обезглавлена.
— Ценой твоего мозга! — огрызнулась Кира, но в ее голосе сквозила неподдельная дрожь. Она запрокинула голову, глядя сквозь расширяющуюся брешь в шахте на золотые сполохи в стратосфере. — Сканеры сходят с ума. Весь Первый Легион Судилища сейчас перестраивается в карательный клин. Они поняли, откуда был сделан выстрел. У нас нет суток, Марк. У нас нет даже сорока минут. Как только их корветы пересчитают баллистику, они начнут ковровое плазменное выжигание этого квадранта. Сверху донизу. До базальтовой мантии.
— Значит, мы спускаемся глубже, — Марк проверил защелку магазина своей винтовки. Пусто. Ствол из высокотемпературного вольфрамового сплава повело на две десятых микрона — чудо, что его не разорвало при активации «Слома каузальности». Для повторного выстрела такого уровня оружие было мертво. Ему требовался инструмент совершенно иного порядка. — Туда, куда их орбитальные лучи не достанут. В подбрюшье Старого Мира.
Кира активировала голографический планшет на левом запястье. Мерцающий зеленый чертеж развернулся в воздухе, дрожа от подземных толчков.
— Бункер «Арес-9», — указала она пальцем на пульсирующую алую точку на глубине почти трех километров под уровнем моря. — Секретный арсенал Объединенного Генерального Штаба Земли времен Первого Прорыва Системы. Если верить зашифрованным архивам, которые я вытащила из взломанного ядра корпорации «Синтек», именно там перед самой капитуляцией человечества законсервировали проект «Цербер».
— Прототип субсветового импульсного рельсотрона, — закончил за нее Марк. Его механический глаз с жужжанием сфокусировался на проекции. — «Цербер-100». Единственное баллистическое орудие в истории планеты, способное разгонять снаряд из обогащенного квази-вещества до семи процентов скорости света без применения маны. Чистая ньютоновская физика и предвестниковые гравитационные ловушки.
— Ангельские фазовые щиты настроены на поглощение и рассеивание магических спектров, эфира и термоядерной энергии, — быстро заговорила Кира, подхватывая снайпера под локоть и помогая ему подняться. — Но они не способны остановить кинетическую болванку массой в сто килограммов, летящую на субсвете. Против такой скорости у них просто не сработает причинно-следственный каскад защиты. Материя разорвет пространство раньше, чем их сигилы успеют среагировать.
— Если этот комплекс вообще уцелел за триста лет, — глухо бросил Марк, закидывая бесполезную винтовку за спину. — И если нас не сожрут системы безопасности Старой Земли.
— О, поверь, — невесело усмехнулась девушка, перезаряжая карабин с тяжелым лязгом затвора. — Автономные охранные протоколы Пентагона и Военно-Космических Сил Земли плевать хотели на то, что мы люди. Для древнего искусственного интеллекта любой, у кого в теле есть нейрочип Системы — зараженный био-объект, подлежащий аннигиляции. А у тебя, милый, системных меток больше, чем блох на мутанте из нижних секторов.
— Тем интереснее, — Марк шагнул к краю платформы, где зиял темный провал грузовой аварийной шахты, уходящей вертикально вниз. — Спускаемся.
***
Путь в недра Старой Земли напоминал погружение в чистилище забытой цивилизации.
Первые восемьсот метров они преодолели на скоростных магнитных кошках, скользя вдоль массивных направляющих кабелей, покрытых вековым слоем кристаллизовавшейся грязи и маслянистой копоти. Город сверху умирал: глухие раскаты взрывов сотрясали толщу бетона каждые несколько минут — остатки орбитального флота ангелов методично засыпали руины Нео-Шанхая тактическими кинетическими стержнями, выискивая дерзкого стрелка.
Однако чем глубже они опускались, тем тише становился апокалипсис наверху.
На отметке в полтора километра кончился пластик и углепластик неоновой эпохи. Здесь начинался монолитный титано-бетон предвоенных времен. Стены тоннелей стали толще, перекрытия — массивнее. Воздух здесь был сухим, неподвижным и ледяным, пахнущим озоном, оружейным консервантом и мертвым кремнием.
[ВЫ ПОКИНУЛИ ЗОНУ ПОКРЫТИЯ СИСТЕМНОГО РЕТРАНСЛЯТОРА «НЕО-ШАНХАЙ».]
[Связь с Общим Чат-Каналом потеряна.]
[Режим локальной телеметрии: АКТИВЕН.]
[Окружающая среда: ВОЕННЫЙ ОБЪЕКТ КЛАССА «ОМЕГА».]
[ВНИМАНИЕ: ОБНАРУЖЕНЫ ПОЛЯ ПОДАВЛЕНИЯ СИСТЕМНЫХ НАВЫКОВ (ТЕХНОЛОГИЯ «НУЛЬ-ЭФИР»).]
[Эффективность магических способностей снижена на 95%.]
[Эффективность физических и кинетических перков: БЕЗ ИЗМЕНЕНИЙ.]
— Чувствуешь? — шепнула Кира, спрыгивая на рифленую бронеплиту перед гигантскими гермоворотами с полустертой эмблемой трехголового пса и надписью на латинице: *PROJECT CERBERUS — RESTRICTED ACCESS*.
— Поле нуль-эфира, — кивнул Марк, опускаясь рядом. Его дыхание вырывалось белыми клубами пара в холодном свете подствольного фонаря. В висках пропало постоянное системное жужжание, давящее на нервы каждому ранкеру. Здесь, в царстве первобытной физики, Марк снова чувствовал себя просто человеком — хрупким сгустком мяса, костей и воли, вооруженным смертоносным куском железа. — Мана заблокирована.
— Идеально для нас. Если за нами увяжутся архангельские ищейки или их механизированные дроны-серафимы, здесь их божественные щиты просто схлопнутся, — Кира подошла к панели управления шлюзом, покрытой толстым слоем защитной смазки. Она смахнула грязь тактической перчаткой, обнажив оптический сканер и разъем устаревшего военного интерфейса стандарта MIL-STD-883. — Так… подключение прямого шунта. Марк, прикрой меня. Если сторожевой контур жив, он не обрадуется несанкционированному взлому.