– Да-да, конечно. Но все же… Я думал…
Через полгода Маша ушла в декретный отпуск. Еще через два месяца родила мальчика. Прошло еще время, и ей позвонили из отдела кадров. Попросили забрать документы, уволив ее задним числом. Проходя по коридору, она встретила Петра Васильевича, но он с ней даже не поздоровался. В его кабинете сидела молодая длинноногая секретарша с красивыми коленками. Говорят, что Петр Васильевич взялся дополнительно вести еще один курс для будущих мам…
Гепатит
В обед он почувствовал легкую боль в правом подреберье. Присел на диван в гостиной, медленно и глубоко подышал. Такое случалось с ним и раньше, но боль обычно быстро проходила, буквально за несколько минут. Но в этот раз неприятные ощущения сохранялись гораздо дольше.
Казалось, боль и не думает прекращаться. Он потихоньку поднялся, прошел на кухню, заварил травяного чая для улучшения пищеварения. Положил в кружку ложку меда. Размешал.
На кухню зашла жена, худая невысокая женщина с кудрявыми рыжеватыми волосами. В руках она держала увесистую книгу. На белой глянцевой обложке он увидел рисунок, изображающий человеческое сердце, больше похожее на вытянутый продолговатый мяч, из которого торчали разнообразные трубки. Он поморщился, тряхнул головой и спросил:
– Что это?
– Чего? – удивилась жена, уставившись на его чашку. – Чем это тут пахнет?
– Чай это, травяной! Для печени… для пищеварения то есть.
– А что у тебя с печенью? Болит, что ли?
– Да что-то ноет… – он провел ладонью по правому боку живота, там, где должна была находиться печень. – Побаливает как-то…
– Пил бы ты меньше. Не побаливала бы! – жена положила перед собой книгу, открыла на странице, заложенной открыткой.
– Так что это? Ты так и не сказала! – он попытался перевести разговор с неприятной для него темы.
– Энциклопедию медицинскую нашла в шкафу. Надо матери отвезти. А то валяется тут без дела. Пыль только собирает.
Он оживился, глотнул приторного чая, вытер вспотевший лоб.
– А что там про печень-то пишут? От чего болеть может? – он потянулся к энциклопедии, но жена отодвинула книгу.
– Сама посмотрю! Так… печень, – под ее длинными музыкальными пальцами зашуршали страницы, – ну вот! Гепатиты в основном – A, B, C, D и еще какие-то есть… Но эти четыре – основные вроде.
При слове «гепатит» он насторожился. Оно показалось ему очень неприятным, пугающим, олицетворяющим неминуемые сложности. Он подумал про наркоманов, которые часто болеют гепатитом. Еще вспомнил, что смотрел одну передачу, где рассказывали, как многие люди заразились гепатитом при переливании крови. От этих воспоминаний в подреберье вновь закололо.
– А как он передается, гепатит-то этот? – не выдержал он.
– Так… пути передачи. Тут целая глава про это… По-разному они все передаются!
– Дай посмотрю! – Он дотянулся до книги и резко придвинул ее к себе. Жена от неожиданности отпрянула в сторону.
– Не пугай так! – проговорила она, не сразу приходя в себя. – Сказал бы, я бы и так тебе ее дала.
Он жадно перелистывал страницы, пытаясь найти нужную главу. Супруга смотрела на него испуганным взглядом, не понимая, что происходит. Дойдя до нужной страницы, он остановился:
– Так… при переливании крови… так… при повторном использовании медицинских приборов… так… – он похолодел, крупные пальцы его мелко и часто забарабанили по столу. – Так… и еще отдельно выделяют… половой способ передачи, значит, – еле договорил он, словно язык его закостенел и перестал слушаться.
– Ну и что?
– А вдруг я того…
– Чего того?
– Ну, гепатитом болен?
– Да что ты! – наивно улыбнулась жена. – Ты бы желтым уже был давно. Скажешь тоже ерунду!
– А вот тут пишут, что не обязательно. Что желтеют только в период обострения. А вообще – есть этот, как его, Це, так он вообще как СПИД, а то и хуже. Ласковый убийца! Вот!
– Какой-какой?
– Ласковый! – он вновь устремил свой взор на страницы книги и стал жадно ее читать. – Вот-вот… почти не проявляет себя никак. Вот-вот!
– И что ты хочешь сказать? – теперь жена удивилась по-настоящему.
– Что хочу сказать? Пока не знаю, но вдруг я того! – Он пальцем показал себе на печень. – Ну, гепатитом этим того уже.
– Каким еще гепатитом? – жена явно начала раздражаться.
– Це! – вскрикнул муж. – Ласковым убийцей! Самым опасным!
– О боже! Ну, ты и придумаешь. Бред какой! – Она встала и, подойдя к плите, помешала кипящие в кастрюле пельмени.
– А что? Почему нет? У меня вон печень болит опять!
– Ну, сходи анализы сдай, – жена уменьшила газ. – Чтоб не думать лишнего и не накручивать себя.
– Анализы?
При слове «анализы» ему подурнело. Он вдруг представил, как получает их результаты. Как напротив графы «гепатит С» стоит слово «положительно». Как у него начинает кружиться голова и из глаз градом льются слезы. Как его, бледного и обессиленного, ведут в кабинет к доктору, а тот говорит, что люди живут и не с этим. А потом этот же доктор рассказывает про своего дальнего родственника, у которого тоже нашли гепатит С, и приговаривает:
– И что? С тех пор только здоровее стал. Не пьет и не курит вообще! И жена не нарадуется! А так ведь… спивался человек.
Потом он падает в обморок, а доктор, перетащив на кушетку его безжизненное тело, подносит к носу нашатырь. А потом…
– Да анализы сходи сдай, если сомнения мучают, – повторила жена, сливая воду из кастрюли с пельменями. – А то надумаешь всякой ерунды вечно… И меня своими страхами пугаешь!
– Анализы?
– Да, анализы!
– Надо подумать… – он закрыл медицинскую книгу и отодвинул ее в сторону. Прикрыл рукой правый бок, тяжело выдохнул. – Надо подумать… да…
Мысль о непонятно откуда взявшемся гепатите мучила его еще несколько недель. Он судорожно перебирал варианты возможного заражения. Но, кроме полового, ничего в голову не приходило. Была у него одна связь… до женитьбы. И связь эта теперь не давала ему покоя. Вернее, воспоминания о ней…
«Ну неужели Машка… – думал он. – Точно, Машка. Она же тогда не только со мной спала. А еще не пойми с кем. И с наркоманами могла ведь! А у них почти у всех гепатит этот. От иглы!»
От подобных мыслей пропадал сон, и он мучился почти до самого утра, стараясь найти объяснения всему произошедшему с ним. Затем саднило чувство вины, и он представлял, как все будет объяснять жене. А после – ее родителям: что, оказывается, испортил он жизнь не только себе, но и их дочери. Под утро он незаметно засыпал, иногда вздрагивая.