Разрыв

- Так и есть барин, отказались, - понурив голову ответил денщик, - говорят, что за британцев заплатят сполна, а наши им не нужны. Утром готовы будут за британцев сорок тысяч золотом дать.

- Что совсем что ли не нужны русские офицеры своим командирам, - не поверил я, - даже по червонцу за голову на готовы взять? Неужто даже торговаться тебе со мной не предложили, чтоб я цену за выкуп скинул?

- Нет, барин, не было ничего такого.

- Слышали? – громким голосом обратился я к пленным офицерам, которые стояли поблизости и заинтересованно тянули головы в нашу сторону не желая пропустить ни единого слова. – Не нужны вы своим командирам, им есть интерес только до британцев. Ну раз так, то и думать тут нечего, - развел я руками, - окропим землю кровушкой офицерской.

Пленные «романовцы» враз побледнели, зашумели, пришли в движение. Им тут же шарахнули под ноги залпы свинца, отгоняя обратно в строй, кого-то зацепили пулей или картечью – раздался крик боли, ватажники, охранявшие пленников с ними не сюсюкались и на малейшее неверное движение открывали стрельбу.

Лопата и часть бойцов его отряда услышав мои слова как-то уж слишком довольно и кровожадно оскалились, будто бы расстрел пленных романовцев был для них милее хлеба в голодный год. В пику «студентам» мне даже перехотелось расстреливать пленных офицеров и унтеров. В голове начал созревать хитрый план на утро, в котором надо было сложить в одной уравнение: мертвых британцев, выкуп за них в сорок тысяч, две дюжины пленников и подозрительный отряд «студентов» под командованием Лопаты.

- Барин, а наш уговор в силе? – обратился ко мне Прохор, прервав мои размышления. – Я встану на замену своего господина к расстрельной стенке?

- Неужто не передумал?

- Нет барин, не передумал, - твердо произнес Прохор.

- А вот я, знаешь ли, передумал, - ухмыльнулся я и привстав со своего места обратился к пленным. – Граждане офицеры, если вы поклянетесь, что не станете воевать против жителей Тобольска, то я вам дам еще один шанс выжить. Выберете промеж собой кто из вас будет главным, есть у меня к нему разговор. У вас полчаса на выборы.

Офицеры вновь зашумели, задвигались, промеж них началось бурное обсуждение моих слов, ватажники, охранявшие их внимательно следили за пленниками, не сводя с них стволов винтовок.

Я приказал Саврасу собрать ватажников ближнего круга, а сам направился к «серебристому призраку», где в ящике лежал мой планшет с картами и схемами города. В голове вырисовывался план будущей операции, если все пройдет как надо, то можно будет разом убить нескольких зайцев.

Ко мне было сунулся Лопата вместе с тремя своими подчиненными, но я от него отмахнулся, мол некогда сейчас, потерпи чутка, потом поговорим. Командир «студентов» буквально кипел от злости, морда его раскраснелась, глаза налились кровью, того и гляди сейчас взорвётся как перегретый паровой котел. Ну еще бы, если он так жаждал поглядеть на расстрел офицеров, то не мудрено что после моих слов, о возможной отмене расстрела его так начало корежить от злости и ненависти ко мне.

Моя охрана не дала прорваться ко мне Степану с его людьми и тот, проворчав что-то гневное в мой адрес, ушел прочь, но, судя по всему, скоро Лопата вернётся, да не один, а со всем своим отрядом. Не удивлюсь если он захочет проявить самоуправство и самолично расстрелять пленных офицеров. Но пока мне не до него.

Полчаса я внимательно разглядывал карту города, сверяя её со своими знаниями об этом районе Тобольска. Застройка тут плотная, сразу за косогором начинается низина, которая густо застроенная домами, когда-то тут была деревня, но Тобольск разросся и на месте бывших огородов появились новые строение. Соваться в атаку на этот муравейник из домов, сараев, заборов и прочих построек – чистой воды сумасшествие.

В голове вырисовался пока корявый и сырой план, но думаю сейчас мы его обсудим на совете то глядишь чего путного из него и выйдет.

Бес, Кот, Дрон, Тихон, Саврас, Паша, Аслан и седовласый черкес собрались вокруг «призрака» через сорок минут. Прибежал и Лопата, да не один, за его спиной маячили две дюжины студентов, еще не меньше десятка с винтовками наперевес замерли возле охраны пленников.

- Пепел давай отойдем, поговорить надо! – отозвал меня в сторонку Лопата, настороженно глядя в сторону моих сподвижников, у которых при приближении «студентов» как по мановению волшебной палочки появилось оружие в руках: револьверы и пистолеты, а Бес, не мудрствуя лукаво вытащил из подсумка тяжелую оборонительную гранату.

- Тут говори, у меня от побратимов секретов нет, - отмахнулся я от такого предложения, - хоть я и так знаю, что ты мне сказать хочешь. Недоволен тем что я не спешу расстреливать пленных офицеров, верно?

- Да, верно! Пойми они нам враги, даже если они тебе поклянутся всеми святыми и здоровьем собственных детей и матерей, что не будут против нас воевать, то им плевать на эти клятвы, потому что мы для них нелюди. Врага надо быть до смерти! Иначе он тебя же потом в первую очередь и убьет! Ну как ты этого не понимаешь?!

- Почему не понимаю, - ухмыльнулся я, - прекрасно понимаю. Сам же, наверное, видел пока сюда со своими людьми шел сколько мы вражеских солдат и командиров на столбах вздернули. Уж кого-кого, а ватажников в милосердии никто упрекнуть не может.

- Батька дело говорит, - поддакнул Бес, - на промысле в Мертвом городе врага мало убить, еще его труп надо хорошенько расчленить, чтобы он ближайшей ночью не пришел с тобой поквитаться, так что для нас повесить мертвеца на дерево или столб – это не забава, а норма выживания.

- Понимаю, - с деловым видом кивнул Лопата, - сам такой. Ну тогда тем более, в чем смысл твоей затеи Пепел? Зачем тебе оставлять офицеров живыми?

О, как?! Сам такой, говоришь. Интересно откуда же ты взялся пан Лопата, раз у тебя особенности промысла в Мертвом городе не вызывают удивления. И ведь ты не из ватажников и промысловиков – это сразу видно, но с особенностями промысла ты знаком. Странно… Хотя если сложить в общее уравнение вот это твоё – «товарищ», то вполне возможно, что ты и твои «студенты» из…

- Пепел нам надо давить врага, - настаивал на своём Лопата, - твои люди хорошо начали, нельзя отдавать инициативу «романовцам», надо их давить, идти вперед, вытеснять из Тобольска. Упустим инициативу, потеряем время, дадим им опомниться, подтянуть резервы, и они нас опрокинут, - жарко втолковывал мне Степан, активно жестикулируя, будто бы на митинге перед рабочими находился – тоже знаете ли мазок на холст к портрету командира «студентов» Степана Лопаты.

- Что повоевать не терпеться? – раздраженно хмыкнул я. – Мои люди третьи стуки на ногах без продыху, им в атаку лезть сейчас не резон.

- Ничего потерпят, - отмахнулся Степан, - время такое, что сейчас час равен суткам, а за день можно сделать столько, что потом неделю отдыхать будете. Нельзя сейчас медлить, нельзя!

- Поведешь своих людей в атаку в первых рядах? – прямо спросил я.

- Поведу! – твердо ответил Лопата. – Есть план?

- Конечно, - хмыкнул я, - есть кое-какие задумки. Британцев мы порубили еще вчера во время боя, но об это никто не знает. Мы их трупы посадим в телегу, спина к спине, замотаем головы в мешки и со стороны они будут выглядеть как живые пленники, есть у нас для этого нужный опыт. Погоним пленных и телегу с британцами для обмена, но не просто так, а чтобы с той стороны собралось как можно больше командиров и солдат, думаю все выставить так, чтобы выглядело как митинг. Ну, вроде как наши пленные хотят убедить своих товарищей на той стороне, чтобы за них заплатили выкуп или вообще повернули взад и ушли прочь из города, - договорив, я надолго приложился к фляге с водой, горло сильно сушило.

- Так себе план, - скривился Лопата, - словами «белоповязочников» не убедить, хрена лысого они повернут назад.

- А я и не рассчитывал, что пленные офицеры смогут убедить своих сослуживцев бросить оружие и уйти из города, - зловеще улыбнулся я.

- А на что тогда расчет? В чем смысл твоей затеи? – спросил Лопата и все кто был рядом вопросительно уставились на меня в ожидании ответа.

- В двух-трех пудах взрывчатки, что будет в телеге под мертвыми британцами, - заговорщицки произнес я, - как только возле пленных и телеги с англичанами соберётся достаточно вражин, то шарахнет взрывчатка, а мы рванем на прорыв, чтобы стремительным броском заскочить на позиции врага, повторим сегодняшнюю утреннюю атаку. Те две пушки, что укатили в тыл разместим вот здесь, - я ткнул пальцем в точку на карте, - отсюда они смогут своим огнем не только внести сумятицу, но и подавить пулеметы противника. Влетим в самый стан врага как утром на бричках и автомобилях. Романовцы засели в постройках, а там сплошь деревянные срубы, который плотненько стоят друг к дружке, хорошенько подожжем с одного краю – полыхнет всё разом. Выкурим их прочь на пулеметы второй группы, которую разместим вот тут, - я вновь ткнул в карту. - Как вам такой план?

Со всех сторон тут же раздался одобрительный гул и довольные возгласы. Лопата расцвел как цветок могильника по весне, но только не тот, который мелкий беленький цветок, а тот, что растёт в Мертвом городе – здоровенная кровавая ромашка, которая вырастает в тех местах, где в прошлом сезоне много народу в земле свой последний приют нашли.

- Ну вот так бы и сразу, - довольный и счастливый заявил Лопата, хлопнув меня по плечу, - а то я было уже засомневался тот ли это Пепел, про которого легенды ходят промеж ватажников. Отличный план! Есть, правда пару тонких мест, но мы их сейчас разберем.

Больше двух часов работали над картой. Лопата как я и предполагал оказался хорошо подготовленным воякой. Никакой он не студент, а если, где и учился то только в военном училище или академии, ну или где там готовят кадровых офицеров. Те трое, что были со Степаном, оказались с ним одного поля ягода и совместно они быстро разобрали мой план по косточкам, а потом вновь его собрали, но теперь это уже была хорошо проработанная военная операция, где четко фиксировалось все по времени и за каждым этапом закреплялся определённый человек. Скажу честно, я бы так не смог, элементарно не хватило бы знаний и навыка, у меня всё выглядело бы не так основательно и дотошно, а тут прям всё четко и по полочкам.

Спустя два часа обсуждений Лопата убежал к своим людям для подготовки своих подчиненных, я тоже отправил пару ватажников исполнять приказы, но Тихона, Беса и Пашу оставил при себе.

- Ну, кто первым догадается какой момент я намеренно забыл обсудить при Лопате? – обратился я к ближнему кругу своих соратников.

Бес и Паша недоуменно уставились на меня, а вот Тихон, который знал меня лучше других тут же выдал:

- Сорок тысяч золотом – выкуп за британцев!

- Молодец, - похвалил я старшего Мексуди, - вот поэтому ты моя правая рука. Со мной будут Кот, Аслан и Саврас, как бы там не повернулось, но первый взрыв прогремит только после того, как мы определим, где находится выкуп за британцев, - произнес я, а потом заговорил тихим шепотом, - самое главное, если все пойдет не по плану, то тут же откатываемся назад к усадьбе Волка. Быстро и четко. Поняли? Никакого геройства и азарта.

- Поняли! – кивнули Паша, Бес и Тихон.

- Паша на тебе очень важная задача, не подведи, - ткнул я пальцем в грудь молодого черкеса, - к утру я должен достоверно знать чьих Степан Лопата будет. От этого зависит очень многое.

- Понял, не подведу, - серьёзно нахмурив брови кивнул черкес.

- Тихон и Бес разделите всех наших людей п