«Медленно движемся по Центральной улице. Пробка! Объект наблюдается – в ста метрах впереди».
«Четырнадцатый. Усильте внимание. Объект движется в вашу сторону».
«Вас понял, ноль шестой. Усилить внимание».
Анисин закончил разговор по телефону и наклонился к Тарасову.
– Ну что там, Палыч?
– «Каблук» впереди нас. Вижу «двадцатку», а он метрах в ста дальше. До «четырнадцатого» пешком можно дойти за десять минут… Ну вот, наконец-то сдвинулись с места!
«Двадцатый – четырнадцатому. Объект прижимается вправо. Возможно, будет парковаться. Ищет свободное место».
– Петр Иванович, – сказал Анисин, – давай ближе к тротуару. Замедли ход. Место для десантирования подыщем.
«Объект припарковался у дома 27. Ориентиры: „Оптовый магазин обуви“. Напротив Кривого переулка».
«Ноль шестой – двадцатому. Дистанция пятьдесят метров. Приготовится к действию».
«Двадцатый понял. Приготовится».
– Пётр Иванович, притормози-ка. Мы с Виктором Павловичем пешочком пройдёмся. Кривой переулок вот он, через улицу. Сразу за стройкой. Там и «Хачик» на прицеле у «Каблука»! А «Каблук» пока с нашей стороны. Ну что, Палыч, тряхнём стариной? Не забыл, как мы молодые и красивые асфальт топтали?
– Ноги, Владимир Иванович, иногда об этом напоминают. Ноют при сырой погоде.
– Вот-вот, Палыч! А у меня радикулит на дождик и на снегопад реагирует. Теперь нам есть, чем на пенсии заниматься: микстуру пить, да таблетками похмеляться…
Каблуков нервничал. Его руки мелко дрожали. Махотин это заметил и ткнул напарнику локтем в бок.
– Не психуй, тихо посиди, покури. Нас никто не подгоняет.
– Боря, ты же знаешь, мне легче рыло свернуть какому-нибудь жлобу, чем вот так, по-шпионски…
– Ничего. Приедешь домой, тяпнешь граммов двести абсента, свиной кровушкой запьешь, и станет тебе комфортно, как в раю.
– Спать неделю не буду.
– Что, уже «мальчики кровавые» мерещатся? Лучше заведи тачку и включи правый поворот.
Каблуков посмотрел на Махотина.
– Борода у тебя страшная! Как у Хемингуэя.
– Ну не отклеивать же её прямо сейчас. Дома отмоюсь. Приеду, предков напугаю. Тоже – кайф!.. Ладно, смотри на переулок. С телефоном не балуй. Не нажми кнопку раньше времени.
Каблуков попробовал сосредоточить внимание на Кривом переулке. По тротуару по-прежнему шли люди. Их стало меньше. Начался рабочий день, и спокойно идущие горожане уже не представляли однородную суетящуюся массу. Столица постепенно успокаивалась, превращалась в деловой, монотонно гудящий мегаполис.
Каблуков повернул ключ зажигания.
Мотор у «девятки» работал ровно, без посторонних шумов.
Стрелка мягко щёлкала на приборном щитке, призывая водителя к движению направо.
Мобильник в левой руке Каблукова светился синими каплями кнопок и напоминал голубое небо, заглянувшее в тюремную камеру через зарешеченное окошко.
– Давай! – ухнул басовитый голос Махотина. – Жми!
На экране мобильника произошло изменение, вспыхнула рамка, появилась надпись, которую Махотин не прочитал.
– Блин! Откуда этот выродок появился?! – зашипел Махотин. Сейчас ему достанется на орехи!
Каблуков бросил взгляд на пустой переулок. По нему в сторону двора с «Мерседесом» шёл молодой пижон…
Рамка мобильника помаргивала с каждой набранной цифрой номера абонента.
Каблуков бросил трубку в ящик для аудиокассет между сидениями, резко выжал сцепление, включил первую скорость и плавно отпустил педаль…
Впереди замелькали проезжающие машины. Можно было без опасения вклиниваться в поредевший поток. Опытный Каблуков проделывал такой манёвр неоднократно. Ему помогала наглость и каждый раз удачно. Его пропускали едущие сзади вежливые водители, и он плавно вписывался в правый ряд, что бы потом, набрав скорость, перестроиться в поток со скоростным движением…
Незвучный хлопок воспринялся как обычный выхлоп из глушителя…
Но вначале взошло второе солнце…
Каблуков отвлёкся от намеченного манёвра и не успел занять образовавшуюся нишу в потоке машин. Всего лишь секунду потерял он, созерцая огненный шар…
Небольшой серый джип выплыл из общего потока и тихо затормозил перед «девяткой», закрыв картину происходящего на Кривом переулке.
– Ну, ты чего!? – воскликнул Махотин. – Нужно уходить!.. Только спокойно, – сменив фальцет на ровный баритон, продолжил он, – Иномарку не помни…
Анисин и Тарасов приближались к парковке «Жигулей» Каблукова. Оба выглядели спокойными и вели неторопливый разговор о предстоящих отпусках и о времяпрепровождении в ближайшие выходные. Однако опытные чекисты понимали, что второстепенные беседы лишь ширма. А гвоздь программы находится впереди, метрах в пятидесяти от них.
Анисин извлёк и кармана пиджака рацию, похожую на мобильный телефон, немного отстал от Тарасова и запросил абонента:
«Одиннадцатый – двадцатому. Доложите об объекте».
«Одиннадцатый. Объект находится возле машины. Беседует с неизвестным».
«Махотин?»
«Не похоже… Неряшливо одетый старик. Мы его берём под наблюдение. Проверим… Садятся в машину. Каблуков помогает старику… Скорее всего, клиент для частного извозчика».
«Ноль шестой – двадцатому. Приготовьтесь к полному контакту с объектом и пассажиром. „Облезлый“ на зоне играл в самодеятельном театре. Можно ожидать сюрприз».
«Ноль шестой – двадцатый понял. Приготовится к контакту».
– Палыч, шире шаг. – Анисин подошёл к Тарасову. – У «Каблука» появился пассажир. Возможно «Облезлый».
– В курсе, Владимир Иванович… А вот и синяя «девятка». Стёкла не тонированные, обзор хороший. Беседуют… Пассажир – седой волосатый дед. Неужели Махотин играет с нами… Завели машину, включили сигнал поворота. Сейчас уедут… Уже поехали…