<< 1 ... 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 17 >>

Шепот Темного Прошлого
Оксана Петровна Панкеева

– Тогда я у Жака спрошу.

– Попробуй, – усмехнулся король и снова заворочался, на этот раз в поисках спичек. – Интересно, что он тебе скажет.

– А в чем подвох? Вы что, взяли с него слово молчать?

– Да с чего бы я стал требовать с него слово, тем более его слову грош цена. Он сам побоится сказать тебе лишнего.

– Как некстати, – не удержался от сарказма Кантор. – Только он перестал меня бояться, и надо же было показаться ему в таком неприглядном виде… Да ладно, чего я голову ломаю, ведь есть еще принц Элмар, честная и открытая душа, малыш Мафей, который не умеет врать, и несравненная Азиль, которой никакими силами невозможно заткнуть рот…

– Вредный ты, Кантор, – заметил король, раскуривая трубку.

– Угу, – согласился тот. – Как это сказал дон Аквилио?.. Наглый, скандальный, неуживчивый и язва первостатейная. Хотелось бы видеть, как вытянутся у всех рожи, когда они узнают, что рано меня похоронили…

– Почему ты вдруг решил, что твои товарищи так тебя ненавидят? – удивился король. – Напротив, они всеми силами старались тебя спасти и очень горевали, когда им это не удалось. Как раз вчера Орландо красочно описывал твои похороны и…

– Этот лопух все-таки попался? Я же его предупреждал, чтобы нашел другое место для свиданий! Нет, он так и лазил по дворцу!..

– Почему попался? Он сам ко мне пришел. Так вот, на твоих похоронах слез было пролито достаточное количество.

– И все это количество пролил лично он, – снова съехидничал Кантор. – Я знаю, наш ненаглядный предводитель это любит.

– Какой ты все-таки зловредный… Он там даже не присутствовал, рассказывал со слов очевидцев. И, судя по его рассказу, твоим товарищам было очень горько с тобой расставаться. Тот же дон Аквилио, о котором ты упомянул, мгновенно забыл о твоей наглости и скандальности и публично раскаивался в том, что отпустил тебя на верную смерть. Твой приятель-вор рыдал как девчонка, а некий господин по имени Торо произнес выдающуюся надгробную речь, способную вышибить слезу даже из такого матерого воина, как граф Гаэтано… Кантор, тебе плохо? Ты прямо посерел весь… Это из-за дыма или я что-то особенное сказал?

– Да, представьте себе, я ни с того ни с сего перестал переносить запах дыма и заодно меня все эти сопли до глубины души тронули! – ядовито отозвался Кантор, пытаясь как-то собрать в кучу разрозненные мысли. Как такое может быть? Выходит, Амарго действительно был у него в спальне? Он ведь рассказывал о похоронах и говорил в точности то же самое, не могло же это быть совпадением? Или могло? Или это был кто-то другой, кто виделся ему как Амарго? А может, никто и не рассказывал, а это у него способности к ясновидению прорезались?

– Тебе неприятно слушать о собственных похоронах? – продолжал между тем король. – Странно, насколько я тебя знаю, это должно было тебя позабавить. Совсем ты расклеился, как я вижу. Что ж, давай о чем-нибудь другом…

– Лучше расскажите, что с вами такого случилось, что Ольге нельзя вас обнимать? – поспешил перейти на другую тему Кантор. – Неужели королева ревнует?

– Ты как скажешь! – засмеялся король. – Кира, конечно, действительно несколько ревнива и очень агрессивно настроена против Камиллы, но ревновать к Ольге – это уже слишком. Просто я вчера обгорел на солнце, и у меня до сих пор болит спина.

– А где это вы так? И куда вы вообще пропали, что Элмар исполняет ваши обязанности?

– Я уехал отдохнуть на Эгинское побережье. И там имел неосторожность позагорать со всеми последствиями. Ты бы видел, какой вчера был переполох… Разве Жак вам не рассказывал?

– Может, и рассказывал, но я спал и ничего не слышал. Как же это вы так лохонулись? Не знали, что ли?

– Вот это самое спросил у меня мэтр Истран, – засмеялся король. – Только в более светских выражениях. Ну не подумал я об этом. Как-то в голову не пришло. Зато теперь я на собственном опыте убедился, что мне можно загорать разве что на севере Лондры.

– Зимой и желательно ночью, – посоветовал Кантор.

– Ты действительно язва, – весело отметил король. – Но все же приятно видеть, что ты не утратил чувства юмора… Кстати, наконец-то я понял, кого мне все время напоминал этот дракон. Тебя. Те же ворчливые интонации, и даже морда чем-то на твою похожа.

– Какой дракон?

– Тот самый, который будет у нас жить. Ты и об этом не слышал? Нет, ну ты совсем отстал от жизни, так нельзя. Надо Ольге сделать замечание по этому поводу. Если она тебе ничего не рассказывает о том, что происходит вокруг, о чем вы тогда с ней беседуете все время? О музыке? Или о том, как замечательно вы будете проводить время, когда ты поправишься?

– Она мне рассказывает детские сказки.

– Почему детские?

– Ей кажется, что мне это нравится.

– А тебе не нравится?

– Как сказать… Все время одно и то же надоедает. Но, в общем, не страшно. А из-за чего Элмар вчера так страшно ругался?

– Да как обычно, подписал документ, не читая, а это оказалась смета расходов на празднование дня летнего солнцестояния. Разумеется, мои ненаглядные придворные, зная о некомпетентности Элмара в подобных вопросах, решили устроить себе праздник на всю катушку. И в карман что-то положить, а как же без этого. Ладно, я ему объясню, где присмотреть и где проверить, чтобы ничего не украли, а в остальном… не урезать же теперь смету, раз подписана, пусть будет праздник. Пусть подданные повеселятся, а то скоро роптать начнут, что у нас жить скучно. Хотя некоторых народных способов веселиться я напрочь не понимаю.

– Это напиться и бить друг другу морды? – улыбнулся Кантор, представив себе, как интеллектуальный господин вроде короля пытается понять такой способ веселиться.

– Это тоже, в особенности вторую часть. Но в данный момент речь шла о моих придворных, и я имел в виду всего лишь танцы и турниры, ох как они меня раздражают… А вот и несравненная Азиль почтила нас своим присутствием! Здравствуй, милая. Ты сегодня дома?

Нимфа, которая, по обыкновению, возникла в дверях бесшумно как тень, одарила обоих волшебной улыбкой и опустилась рядом на ковер, изящно поджав босые ножки.

– В последнее время я никуда не хожу, потому что Элмар каждый день возвращается расстроенный и я ему нужна здесь. Как вы себя чувствуете?

– Отлично, – в один голос заявили оба пострадавших и одновременно рассмеялись.

– Диего, – продолжала Азиль, – а Плакса к нам еще зайдет или вы с Элмаром напугали его так, что теперь он будет обходить наш дом десятой дорогой?

– Кто такой Плакса? – насторожился король.

– Это мой приятель из отдела пропаганды, который так любезно помогал мне с телепортацией, – пояснил Кантор, надеясь, что король поймет, о ком идет речь, а Азиль, напротив, не поймет ничего лишнего. – Не беспокойся, Азиль, обязательно зайдет. Он подождет, пока я немного поправлюсь и перестану на людей кидаться, а потом придет. А где Ольга?

– Вышла в сад с эльфом пообщаться, – беззаботно сообщила нимфа, словно общение с эльфами было обычным пунктом Ольгиного распорядка дня.

– Зачем?

– Как зачем, чтобы уговорить его слезть с забора и не мелькать! А то сейчас Элмар придет, увидит и еще сильнее расстроится.

– И что, эльф поддается на подобные уговоры? – заинтересовался король.

– Как тебе сказать… В субботу Ольга просидела с ним на заборе часа три, выслушивая его жалобы и утешая его по мере возможности. Потом он все-таки ушел – то ли уговоры подействовали, то ли утешился немного, то ли просто спать захотел. А вчера опять явился, и Ольга с ним опять о чем-то беседовала, когда Диего ушел спать. Смотрю, он и сегодня исправно сидит на заборе. Может, теперь он специально приходит с Ольгой пообщаться?

– И как у Ольги сил хватает выслушивать его извращенские бредни, да еще и утешать? – проворчал Кантор. – Я бы не выдержал.

– Не думаю, что для нее это так трудно, – усмехнулся его величество. – Как мне кажется, Ольга сочувствует влюбленному эльфу совершенно искренне, поскольку не находит ничего особенно страшного в любви одного мужчины к другому. В их мире с этим как-то проще.

– Как в Галланте? – засмеялась Азиль. Кантор мрачно выругался и от дальнейших комментариев воздержался.

– Уж не ревнуешь ли ты? – поддел его король. – Не боишься ли, что эльф отобьет у тебя девушку? А то девушки – они такие, им эльфы нравятся…

– Да ну, фигню какую несете, – огрызнулся Кантор, поскольку с непутевого прадедушки вполне и такое могло статься. – Все равно ничего серьезного там не будет, в крайнем случае переспят разок, да и то я сомневаюсь, что Ольга ему настолько понравится, эльфы жутко переборчивые. Одно непонятно: о чем там можно было три часа трепаться?

– Не знаю, не знаю… – внезапно задумался король, – о чем они там треплются с Ольгой… а вот о чем я бы с ним мог потрепаться… Интереснейшая идея, господа. Я вас покину минут на двадцать; если придут Элмар и Кира, садитесь ужинать без меня. Я присоединюсь к вам позже.

– Ты замерзла, – заботливо заметил Хоулиан, изящным движением сбрасывая куртку. – Вот, надень.

<< 1 ... 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 17 >>