Когда всё это кончится???

Роза Фридриховна открыла рот.

— Окна всегда закрыты ,— зашептала Саша, — свет вообще не включается, а раз я в глазок видела, как мужчина с рюкзаком разговаривал с кем то в квартире через закрытую дверь.

—Это он по телефону разговаривал! Просто спиной к твоему дверному глазку стоял и ты телефон не увидела..

— Да, конечно!— Саша даже подпрыгнула. — Он почти в замочную скважину говорил, да я сама видела! Может, в эту квартиру заселили прокаженного? На нашей площадке как то раз пахло хлоркой.

— Не может быть.

— И там не просто прокаженный, а прокаженный монстр! Он ведь живет там уже неделями, не включая свет, не открывая окон, не издавая звуков.

— Так там нет никого.

— Да, конечно!!! Я видела чайник на кухне, через окно на лестнице! Не бывает чайников в пустых, освобожденных квартирах! Не оставляют! Заселили заразного монстра , мы тут точно все вымрем, а наши пенсионерки говорят, что в квартиру заселили студентов! Нормально,да!?

— Да, странные студенты, — согласилась Роза Фридриховна. — Может, и к лучшему, если почти все вымрут?

— Ты с ума сошла!!!

— А что? ..Парковка освободится, лифт освободится, да много чего освободится. Дома там, квартиры..

Саша уставилась на Розу Фридриховну.

— Зачем тебе парковка, если бензина не будет, людей не будет, машин не будет? Ты куда ездить собралась на своем «бегемотике»??? И лифт, если ты там застрянешь и не выйдешь???

— Да так,— пожала плечами Роза Фридриховна, — просто новогоднее желание вслух.

— Роза, у тебя больные мечты!

А двадцать четвертого декабря, приехав к родственникам на сочельник, Роза Фридриховна не обнаружила там обещанной запеченной утки.

— Не могут уже птицу безорген( besorgen — достать). — Сказала им всем на кухне Роза Фридриховна.

— Пельмени, — пытались оправдаться родственники.

—Это не оправдание. Пельмени— это не Festessen ( праздничная еда).

— Но есть еще Рудольф,— возражали родственники. — Мы приготовили Рудольфа.

— Кто такой Рудольф?— Напряглась Роза Фридриховна.

— Рудольф— это олений гуляш.

— Вообще то сегодня до двенадцати ночи еще пост идет,— сказала одна из родственниц, — за стол только в двенадцать садятся , а перед этим сидят в церкви.

— Ой, какие все тут набожные ,— бросила через плечо Роза Фридриховна, выходя из кухни. — Всю свою сознательную жизнь в советской школе библиотекарем проработали, а тут мы молиться начали. Хотя всю жизнь атеистами были.

— Я всю жизнь в душе верила!— Неслось вслед Розе Фридриховне из кухни

.Пахло едой, лаяли собаки, бегающие по пятам за Самой Активной Родственницей, той самой, что готовила праздник и распределяла места и подарки. Она быстро двигалась вдоль накрытого стола,все проверяла и поправляла. К собакам она обращалась: «Мальчики, за мной! Мальчики, на кухню!». Гости разговаривали все разом и громко, а дети перекрикивали музыку, телевизор и дядю Брянского.

— Девочки, кто что будет пить? Посадите детей уже.

— У нас Дженни танцует в балете. В «Щелкунчике».

— Крысиного короля?

— Нет, снежинку.

— Я в этот Вайнахтен так размахнулась! — Выступала Самая Активная Родственница в центре зала, под гигантской сияющей елкой. — Плевать на карантины! У нас в том году нормального феста не было, зато в этом я и елку самую большую выбрала, и салфетки, и накидки на стулья с новогодними мотивами, и конкурсы, и никто не получит подарка без танца или стишка! Кстати, опустите роляды , а то у нас народу как на свадьбе!

Бабушки и тетушки уже заняли места за столом, они оглядели декор и еловые веточки около тарелочек и сказали Самой Активной Родственнице:

— Вот из за таких как вы, молодых и легкомысленных, умирают потом такие как мы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.