Месть - 2

Глава 1

Мстислава молча постукивала пальцами по столу, не зная, что думать. Запись разговора супругов Заречных, которую она только что прослушала, не укладывалась в голове. Два теста. Два разных результата. Но ребёнок один и тот же – Антоша. Выходило что-то немыслимое: один тест сделала Вера Константиновна, и он подтвердил родство. Ошибки быть не могло, Антон – реально маленькая копия Артёма, тест подтверждал это безо всяких исследований. Второй тест сделал Заречный, и он родство опроверг. Но этого не могло быть. Мстислава потёрла лоб ладонью и закрыла глаза. Единственное объяснение, которое приходило на ум, было чудовищным, и подтвердить её предположение могла только сама Вера Константиновна.

Мстислава занервничала. Ей срочно нужно было встретиться с ней и узнать правду, но, как назло, Заречный был дома и не собирался уходить. Мстислава прослушала ещё несколько записей, но они были короткими и ни о чём. Обычные бытовые обсуждения: что приготовить на ужин, когда приедет горничная, как дела у каких-то их друзей или знакомых. Ничего существенного и полезного. Хорошо, пусть так. Она прослушает остальные записи позже, а пока ей нужно поговорить ещё с одним человеком.

Она набрала номер Алексея Тарасова, учителя Антона. Гудки тянулись долго. Наконец на другом конце раздался мужской голос.

– Привет. Я ждал твоего звонка.

– Хорошо. Тогда, может быть, объяснишь мне, – сказала Мстислава, еле сдерживая охвативший её гнев. – На каком основании ты позволил чужим людям проводить над Антоном какие-то эксперименты? Почему не сообщил мне об этом в ту же минуту?!

– Мстислава, послушай!

– Нет, это вы послушайте меня, Алексей Константинович! – Мстислава намеренно перешла на официальный тон. – Вы знали, что я его официальный опекун. Знали, что я несу за него ответственность. Как вы могли позволить этому человеку забрать у него образцы без моего согласия?

Алексей тяжело вздохнул. В его голосе слышалась растерянность.

– Мстислава, я не мог ничего сделать. Заречный пришёл с документами. С бумагами, подписанными какими-то чиновниками. Он генерал, Мстислава. Он важный человек, а я простой учитель. Если бы я начал сопротивляться, меня бы просто уволили. Или ещё чего хуже. Ты понимаешь это или нет?

Мстислава почувствовала, как внутри неё всё закипает.

– Нет, вы не простой учитель, вы простой трус, Алексей! Это я, как раз-таки, понимаю. Я не могу понять другого: почему вы не захотели хотя бы позвонить мне, чтобы предупредить. Вы могли сделать хоть что-то, но ничего не сделали. Просто стояли и смотрели, как чужой человек уводит с собой ребёнка, которого я доверила вам.

Алексей начал оправдываться. Он говорил быстро, сбивчиво, пытаясь объяснить, что он не мог поступить иначе. Но чем больше он говорил, тем яснее Мстислава понимала, что она права: Алексей – обыкновенный трус. Когда-то он испугался свою мать и не смог защитить от её нападок доверившуюся ему девушку. Теперь боялся Заречного и проблем, которые тот мог доставить ему. Боялся потерять работу, потому что был не способен на что-то другое. И когда к нему пришёл Заречный, он не думал о Мстиславе и Антоше, он думал только о себе.

– Ты трус, Алексей, – повторила она холодно. – Обыкновенный трус и прикрываешься своими страхами, чтобы оправдать своё бездействие. Ты видел, что чужие люди втягивают беззащитного ребёнка в свои игры, и ничего не сделал. Ты не учитель и не защитник. Ты просто пустое место.

Алексей замолчал. Мстислава слышала его тяжёлое дыхание. Потом он заговорил, и в его голосе была злость.

– Ты не имеешь права так относиться ко мне. Я был готов ради тебя на всё, но ты сама отвергла меня, и поэтому я не обязан рисковать своей работой, карьерой и жизнью ради твоих проблем. Ты сама впуталась в эту историю и связалась с этими людьми. А теперь ты хочешь, чтобы я страдал из-за твоих ошибок? Я не буду.

– Я не просила тебя страдать, – ответила Мстислава, и её голос стал ледяным. – Я хотела, чтобы ты был человеком. Но, видимо, это слишком много для тебя. Можешь и дальше прятаться за своими страхами, но не смей приближаться ко мне и к Антону.

Алексей попытался что-то возразить, но Мстислава уже положила трубку. Она была зла на Алексея, но ещё больше – на себя. Она доверила Антона этому человеку, думая, что он в трудную минуту поможет ему, но Алексей не прошёл проверку, и теперь ей нужно было решить, что делать дальше.

***

Виктор Барсевский нашёл Даниила Сумахова через общих знакомых и предложил ему встретиться, для того чтобы обсудить кое-что очень важное. Тот согласился на встречу, но сделал это неохотно и предложил для этого довольно-таки дорогой ресторан в центре города.

Когда Барсевский приехал туда, Даниил уже сидел за столиком у окна. Идеальный костюм, безупречная причёска, до блеска начищенные туфли – он выглядел как человек, который привык к роскоши и не знал проблем. Виктор подошёл к нему и сел напротив, не спрашивая разрешения.

– Даниил Сумахов?

– Да. А вы, простите, кто?

– Виктор Барсевский. Я хочу поговорить с тобой о Мстиславе.

Даниил поднял бровь и отпил глоток кофе. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах мелькнула настороженность.

– О Мстиславе? Я почти не знаком с ней. Мы виделись пару раз. Не понимаю, чем я могу быть полезен.

Виктор усмехнулся и наклонился вперёд.

– Разве не она была твоей невестой, которую ты бросил прямо во время свадьбы?

Даниил поперхнулся кофе. Он поставил чашку на стол и посмотрел на Виктора с искренним изумлением.

– Ты рехнулся? Какая свадьба? Я никогда не собирался жениться на Мстиславе. Мою жену зовут Кристина.

– У тебя была другая невеста? – настойчиво повторил Виктор. – Та, которую ты бросил во время свадьбы?

– Ну, была. И что?

– Я хочу знать, как её звали и почему ты так некрасиво оставил её?

– Моей невестой была Милана Калинина. И не твоё дело, почему мы с ней расстались.

Виктор чувствовал, что Даниил что-то скрывает. Он видел это по его глазам, по его напряжённым плечам.

– Милана Калинина. Расскажи мне о ней. Кто она? Что с ней случилось?

Даниил покачал головой и откинулся на спинку стула. Его лицо стало надменным.

– Я не собираюсь объясняться с тобой. Я не знаю тебя. И не обязан рассказывать о своей личной жизни незнакомым людям.

– Тогда, может быть, ты объяснишь, почему твоё имя всплыло в истории с Мстиславой? Почему Руслан Рудько сказал, что ты был её женихом?

Даниил замер. Его лицо мгновенно изменилось. Оно стало жёстким, а в глазах вспыхнула злость.

– Руслан Рудько? – переспросил он тихо. – Это он тебе сказал?

– Да. Он сказал, что ты бросил Мстиславу прямо во время свадьбы. Что ты унизил её перед всеми и разрушил её жизнь. Где она сейчас, ты знаешь?

Даниил стиснул челюсти. Его рука, державшая чашку, задрожала. Он смотрел на Виктора, и в его взгляде была ненависть.

– Сука, – прошипел он сквозь зубы. – Этот ублюдок не может заткнуться и опять лезет туда, куда его не просят.

Виктор наклонился ещё ближе. Его голос стал тихим и опасным.

– Значит, это правда? Ты бросил её?

Даниил резко встал из-за стола. Он бросил на стол салфетку и посмотрел на Виктора сверху вниз.

– Я уже сказал тебе, что не имею никакого отношения к Мстиславе. Моей невестой была Милана, и где она сейчас, я не знаю и не собираюсь обсуждать это с тобой.

Он встал, небрежно кинул на стол деньги, развернулся и пошёл к выходу.

Глава 2

Даниил Сумахов вошёл в больничную палату, не постучавшись. Руслан лежал на койке у окна, с забинтованной головой и опухшим лицом. Он выглядел жалко, но в его глазах моментально вспыхнул злорадный огонь, который разгорелся только сильнее, когда Руслан увидел, как Даниил закрыл за собой дверь и остановился в центре палаты, скрестив руки на груди. Его лицо было холодным и надменным, губы плотно сжаты.

– Что, даже не поприветствуешь старого друга? – усмехнулся Руслан.

– Тамбовский волк тебе друг, – выдавил из себя Даниил. – Слышь, Рудько, какого чёрта ты распускаешь слухи о том, что я должен был жениться на Мстиславе Романовой?

Руслан усмехнулся и приподнялся на локте.

– А ты, значит, пришёл ко мне в больницу, чтобы устроить разборки? Ну давай, видишь, я какой! Добавляй! Ну что, ударишь меня?

– Ты дурак! – взорвался Даниил. – Вообще не дружишь с головой?

– Дань, ты либо тупой, либо слепой, – Руслан сел на кровати, опершись спиной о стену и поставив ноги на пол. – Неужели ты до сих пор не понял? Мстислава – это и есть твоя Милана. Да, она изменилась, и я сам сначала этому не поверил, но потом понял, что это одна и та же женщина. Всмотрись в неё получше, и ты сам увидишь. Она изменила внешность, вставила линзы, похудела, покрасила волосы, сменила имя, но это она. Она отомстила Артёму, свела с ума Яна и выставила наше с тобой видео с той девкой. Она идёт за нами по пятам и мстит. Вспомни, как её теперь зовут! Мстислава! Мстислава! Понимаешь? Её зовут Месть!

Даниил застыл, пытаясь сообразить, что несёт Руслан, но пазлы, кажется, действительно складывались именно так. Даниил невольно побледнел, а его руки сжались в кулаки. Он смотрел на Руслана, но видел не бывшего друга и не стены палаты, а что-то более далёкое и необъяснимое. В его глазах мелькнуло понимание. Он вспомнил глаза Мстиславы и её голос. Милана произносила слова мягко и нежно, Мстислава говорила другим голосом, более грудным и с каким-то придыханием. У неё был поставленный голос, которым она умела управлять и свести им с ума любого мужчину. Но новое воспоминание заставило его вздрогнуть: как она посмотрела на него тогда, в торговом центре. Холодно, отстранённо, с ненавистью. Он не придал этому значения тогда. Но теперь всё встало на свои места.

А ещё она втёрлась в доверие к его жене, и бестолковая Кристина, конечно же, могла выболтать ей всё, что угодно.

– Сучка, – прошипел он сквозь зубы, делая шаг к Руслану. – И ты говоришь мне об этом только сейчас?

– Что, малыш, испугался? – усмехнулся Руслан.

– Почему ты не сказал мне раньше? – спросил Даниил, наклоняясь к его лицу и чеканя каждое слово.

Руслан истерично захохотал.

– А зачем? Разве ты бы мне поверил? Разве мы поверили Яну, который первый догадался, кто она такая?! Нет, Данёк, мы вместе с тобой вписались в дерьмо и теперь нам придётся сделать всё, чтобы опередить её, – Руслан умолк, посмотрел на дверь, как будто боялся, что кто-то может подслушать их, и зашептал горячо и быстро: – Отец Артёма на нашей стороне, слышишь, Дань? Заречный – это сила. Они вместе с моей матерью решили напасть на эту Мстиславу первыми. Думаешь, почему я тут лежу? Потому что в больнице она не сможет достать меня. Где угодно может, даже дома, а тут – нет. Прикинь, как хитро? Она думает, что мы идём за ней по следу, но на самом деле мы опережаем её на два шага вперёд и просчитываем все её действия заранее. А теперь решай, на чьей ты стороне!

– Я не собираюсь убивать её, – отшатнулся от Руслана Даниил. – За что она будет мстить мне? Я перед ней ни в чём не виноват!

– Рехнулся, что ли? – воскликнул Руслан – Как это не виноват? Ты сначала проиграл её Артёму, а потом бросил прямо на свадьбе. Унизил перед всеми. И думаешь, она пришла бы к тебе с распростёртыми объятиями? Нет! Она явилась, чтобы уничтожить тебя и меня. Как уничтожила Артёма. Как уничтожает Яна. Из-за неё он попал в психушку. И если ты не будешь с нами, окажешься следующим, Даня. Ты следующий.

Даниил шагнул к койке и схватил Руслана за грудки. Его лицо было искажено яростью.

– Где я могу найти её? Говори!

Руслан перестал смеяться и посмотрел на него с презрением.

– Не волнуйся. Она придёт к тебе сама. Она всегда приходит сама. Потому что не прячется и играет с нами, как кошка с мышками. И когда ты меньше всего будешь этого ожидать, она нанесёт удар.

Даниил отпустил его и отшатнулся. Он смотрел на Руслана и чувствовал, как внутри него всё сжимается от холода. Он вышел из палаты, не сказав больше ни слова.

***

Мстислава и Антоша встретилась с Верой Константиновной в его любимой игровой комнате, и пока он заводил знакомства и играл с другими детьми, Мстислава смогла поговорить с Заречной о том, что её волновало на этот момент больше всего.

– Вера Константиновна, – начала Мстислава. – Я должна спросить вас кое о чём. Кто отец Артёма?

Вера Константиновна поджала губы и подняла на неё глаза.

– Жора, кто же ещё…

– Вера Константиновна, это неправда… Пожалуйста, я спрашиваю не из праздного любопытства. Это в самом деле важно.

На этот раз Заречная молчала долго, а потом спокойно, почти безэмоционально ответила:

– Как ты догадалась?

– Неважно, – сказала Мстислава. – Я бы не хотела рассказывать об этом. Но если я узнала, то и Георгий Валентинович сможет узнать. А это приведёт к катастрофе. Он не простит вас и уничтожит Антона. Сломает ему жизнь, за то, что он встал между вами.

Вера смотрела на неё и не перебивала. Она ждала продолжения.

– Вы должны выбрать между мужем и внуком, – сказала Мстислава. – Решить, что для вас важнее.

Вера Константиновна закрыла глаза.

– Я знала, что этот день придёт, – прошептала она наконец. – Я знала, что мне придётся выбирать. Но я не думала, что это будет так больно.

Она открыла глаза и посмотрела на Мстиславу. В её взгляде была решимость.

– Я выбираю Антона. Я выбираю внука. Я не позволю Георгию разрушить его жизнь. Я сделаю всё, чтобы защитить его. Уеду с ним за границу и останусь там навсегда.

Мстислава кивнула. Она взяла Веру за руку и сжала её.

– Вы не скажете мне, кто настоящий отец Артёма, да?

– Может быть… когда-нибудь, – покачала головой Вера. – Не сейчас.

– Впрочем, это и неважно, – согласилась Мстислава.

***

Она начала оформление загранпаспорта для Антоши на следующий же день после разговора с Верой Константиновной, поскольку знала, что времени у неё мало. Заречный мог узнать правду в любую минуту, и тогда Антон окажется в опасности. Она не могла рисковать и должна была обеспечить мальчику путь к отступлению.

Она приехала в МФЦ ранним утром, когда двери только открылись. Взяла талон, села в очереди и начала заполнять документы. Каждая буква, каждая цифра имели значение. Она указала, что является опекуном для Антона, приложила все необходимые справки, копии свидетельства о рождении, документы об опеке.

– У вас всё в порядке? – спросила девушка за стойкой, заметив её бледность.

– Да, всё хорошо, – ответила Мстислава, стараясь улыбнуться. – Просто немного волнуюсь. Это первый паспорт для моего мальчика.

Девушка кивнула и приняла документы. Мстислава выдохнула и чувствовала, как напряжение отпускает плечи. Первый шаг был сделан.

***

Через несколько дней ей позвонил Денис Касьянов. Он сообщил, что нашел медсестру, которая дежурила в тот день, когда Мстислава приходила в медпункт после изнасилования. Медсестра согласилась дать показания. Она помнила всё: девушку и Даниила, который забрал её.

– Понимаете? Это меняет дело, – сказал Денис. – У нас есть свидетель и доказательства, а значит, мы можем начинать.

Мстислава закрыла глаза и выдохнула. Она ждала этого так долго и уже давно потеряла надежду. Но теперь всё менялось.

– Спасибо, Денис. Спасибо вам.

Она положила трубку и посмотрела на Антона, который сидел за столом и рисовал. Мальчик поднял на неё глаза и улыбнулся.

– Тётя Мстиша, а мы поедем куда-нибудь?

Мстислава подошла к нему и обняла.

– Да, малыш. Мы обязательно поедем. Но сначала нам нужно закончить одно важное дело. Ты мне поможешь?

– Конечно! – воскликнул Антон и снова взялся за карандаш.

Глава 3

Инесса Сергеевна Рудько ворвалась в свой кабинет, как разъярённая фурия. Сумка полетела в кресло, зонт упал на пол, а сама она схватила телефон и начала набирать номер. Гудки тянулись долго, и каждый из них только усиливал её ярость. Наконец на другом конце раздался спокойный мужской голос:

– Инесса Сергеевна, добрый день. Рад вас слы...

– Какого чёрта вы там все делаете?! – закричала она, не давая собеседнику закончить. – Мне только что сообщили, что Барсевский на свободе! Его клуб работает! Его база снова открыта! Вы мне обещали, что он сядет! Говорили, что он больше никогда не поднимется!

В трубке повисла пауза. Потом голос заговорил снова, на этот раз с ноткой раздражения.

– Инесса Сергеевна, простите, мы сделали всё, что могли. Но у Барсевского очень хорошие адвокаты, и они разнесли наши экспертизы в пух и прах. Все предъявленные обвинения оказались настолько легковесными, что нам пришлось выдумывать претензии на ходу. Мы не можем просто так посадить человека, если у нас нет доказательств.

– Выдумывать претензии?! Нет доказательств? – Инессу просто трясло от злости. – Вы что там, совсем ополоумели? Эта зараза избила моего сына! Мой мальчик в больнице! У него черепно-мозговая травма и сломан нос! А вы мне говорите, что не можете его посадить?!

– Инесса Сергеевна, – услышала она, – причинение средней тяжести вреда здоровью влечёт за собой наказание в виде ограничения свободы до трёх лет, если потерпевший теряет работоспособность и нуждается в восстановлении в течение двадцати одного дня. Но ваш сын находится в больнице меньшее количество дней. Кроме того, Барсевский утверждает, что действовал в пределах необходимой самообороны. И у него есть свидетели. А это значит, статья меняется…

– Мне плевать на ваши статьи! – Инесса ничего не хотела слушать. – Я плачу вам деньги не за то, чтобы вы мне зачитывали законы! Я плачу вам за результат! И вы должны предоставить мне его немедленно!

– Мы сделаем всё возможное...

– Вы уже сделали всё возможное, но этого мало! Чёрт возьми, ну почему мне всё приходится делать самой? Значит так! Сегодня же пригласите ко мне репортёров и подготовьте статистику по преступлениям за последние три месяца! Я хочу, чтобы весь город узнал, что этот ублюдок Барсевский сделал с моим сыном! Я хочу, чтобы он не смог пройти по улице без того, чтобы на него не показывали пальцем!

Инесса бросила трубку, не дожидаясь ответа, и нервно размяла дрожащие пальцы. Она подошла к окну и посмотрела на город, который сама же контролировала, издавала для него законы, где она была королевой и вершила чужие судьбы. Её не раз хотели подставить, но она всегда умела удержаться на плаву. И в этот раз тоже не позволит утопить себя и испортить свою репутацию.

Через два часа в конференц-зале собрались журналисты.

Инесса Сергеевна стояла за трибуной, и зал затих. Она обвела взглядом журналистов, операторов, фотографов, физически чувствуя их интерес. Она всегда любила это ощущение власти и обожала быть в центре внимания.

Она начала свою речь с цифр и рассказала о том, сколько преступлений было совершено за последние три месяца, и добавила, что из них раскрыто чуть больше половины.

– Однако это не повод расслабляться, потому что люди не должны бояться выходить на улицу, опасаться за своих детей и их жизнь.

Она сделала паузу и посмотрела в зал. Журналисты записывали.

– Но самое страшное не это. Самое страшное то, что многие преступления остаются безнаказанными. Почему? Потому что у некоторых преступников есть деньги и связи. И адвокаты, которые готовы защищать их несмотря на то, что они совершили. Я знаю это не понаслышке. Я сама столкнулась с этим беспределом.

Она повысила голос, и в нём зазвучала боль.

– Мой сын, Руслан Игоревич Рудько, был жестоко избит человеком по имени Виктор Барсевский. Этот человек – известный в городе мотогонщик, владелец мотоклуба и тренировочной базы. Он напал на моего сына без причины, избил его до полусмерти. У Руслана черепно-мозговая травма и он до сих пор находится в больнице, не встаёт с кровати, не может ходить. Мой мальчик так страдает, и я страдаю вместе с ним.

Она вытерла слёзы, которые выступили на глаза.

– А теперь представьте себе, что этот человек до сих пор на свободе. Его клуб работает. Его база открыта. Он разгуливает по городу и чувствует себя королём. Почему? Потому что, как я уже и говорила, у него есть деньги, связи и адвокаты.

Инесса блеснула глазами:

– И всё-таки я хочу, чтобы все знали: закон один для всех. Неважно, какой у тебя статус, сколько у тебя денег и какие ты имеешь связи. Если ты совершил преступление, ты должен отвечать. Ни один человек не должен уйти от ответственности. Даже если его зовут Виктор Барсевский.

Она замолчала, и в зале раздались аплодисменты. Журналисты начали задавать вопросы, и Инесса охотно отвечала на них. Она смотрела в камеры и чувствовала себя борцом за справедливость.

***

Денис Касьянов сидел в своём офисе и смотрел трансляцию пресс-конференции на ноутбуке. Он не пропускал ни единого слова Инессы Сергеевны. Он видел, как она рисуется, как театрально закатывает глаза и жестикулирует, обвиняя Барсевского во всех смертных грехах. Он слушал, как она говорит о законе и справедливости, забывая о том, что сама много раз нарушала закон. И видел, как она лжёт, не краснея.

Денис сохранил запись и откинулся в кресле. Эта запись была золотом. Он сможет обратить её против неё самой и показать, что Инесса Рудько – не жертва, а манипулятор, а её великовозрастный сынок – не ангел и невинный мальчик, а насильник и преступник.

Он взял телефон и набрал номер Мстиславы.

– Мстислава, здравствуйте, это Денис. У меня для вас хорошие новости. Инесса Рудько только что устроила публичную истерику и обвинила Виктора Барсевского во всех грехах, даже не догадываясь, что своими словами она подписала себе приговор. Я записал её выступление, потому что собираюсь использовать его в суде.

– Когда мы сможем объявить о том, что собираем материал на Руслана?

– Пока рано об этом говорить, – ответил Денис. – Мы должны держать наши планы в тайне как можно дольше. Правда, это очень сложно, и однажды Рудько всё узнают. Тогда они активизируют все защитные механизмы, но мы должны быть к этому готовы.

***

Вера Константиновна теперь встречалась с Антошей почти каждый день, приезжая в квартиру, которую специально сняла для этого. Она никак не могла насытиться общением с внуком, читала ему книжки, играла с ним в настольные игры. Антоша уже привык к ней и называл её бабушкой. Это слово согревало сердце Веры, и она чувствовала, что наконец-то обрела смысл жизни.

Мстислава была рада, что Антон обрёл в лице Веры Константиновны семью. Она видела, как мальчик улыбается и радуется встречам с ней, но никак не могла дождаться, когда же будет готов загранпаспорт Антона – часто проверяла статус заявления, и поджимала губы, получая один и тот же ответ: «В процессе».

Мстислава понимала, что времени мало, и Заречный мог узнать правду о Вере и Антоше в любую минуту, а потому снова и снова просила Веру Константиновну не появляться в людных местах, боясь, что кто-то увидит их вместе и расскажет об этом Заречному.

– Вера Константиновна, пожалуйста, будьте осторожны, – говорила она. – Не ходите с Антошей в торговые центры, не водите его в парки, где много людей. Пока не время для этого…

Вера кивала и обещала быть осторожной, но не смогла отказать внуку, когда он попросил её сходить с ним в его любимую игровую комнату, где были батуты, лабиринты и целый бассейн с шариками.

– Бабушка-а-а… – Антон сложил ладошки и протянул их к ней. Его глаза светились от восторга.

– Ладно, один раз можно, только т-с-с, тёте Мстиславе ни слова!

Они пришли в игровую комнату в субботу утром. Антоша сразу побежал к батуту, а Вера Константиновна заказала себе чай и села за столик, с улыбкой наблюдая за внуком.

– Антоша! Привет! Ты тоже здесь! – воскликнула Ксения Шалевич, увидев своего соседа по парте. – А ты с кем пришёл?

– Ой, Ксюша! – обрадовался мальчик. – С бабушкой! А ты?

– С мамой, она вон там сидит! А ещё скоро придёт мой папа! Пойдём пока в лабиринт! Там так интересно! – Ксюша схватила его за руку и потянула за собой.

– Бабушка, смотри, куда мы! – крикнул Антоша.

Удивлённая Вероника, мать Ксении, услышала слова мальчика, повернулась и увидела Веру Константиновну. Женщины встретились взглядами и кивнули друг другу.

Вера Константиновна поднялась и направилась к лабиринту, чтобы незаметно увести Антошу, но тут же столкнулась с Александром Шалевичем, который сразу же узнал её:

– Вера Константиновна, здравствуйте! Какими судьбами?

Она ничего не успела ответить, потому что Ксюша, увидевшая отца, прибежала к нему, держа за руку Антона.

– Папа, это мой друг Антон, а это его бабушка! Правда, здорово, что мы встретились тут?

Глава 4

Александр с недоумением посмотрел на дочь, потом перевёл взгляд на Веру Константиновну: – Бабушка? Вы?! Как неожиданно! Вера Константиновна, не знал, что у вас есть внук.