Месть - 2

Вера Константиновна почувствовала, как холодная волна тревоги окатывает её с головы до ног.

В игровой комнате, среди ярких пластиковых шаров и разноцветных матов, где только что беззаботно смеялся маленький Антоша, а она улыбалась ему и дышала легко и свободно, воздух внезапно стал вязким, словно патока. Вера Константиновна медленно перевела взгляд с раскрасневшегося личика внука на вытянувшееся лицо Александра Шалевича. Они оба, одетые с той безупречной элегантностью, которая всегда отличала их семью, смотрели на неё с вежливым, но настойчивым любопытством. Их дочь Ксюша, красивая девчушка с тонкими чертами лица, держала Антона за руку.

– Саша, – сама не подозревая об этом, Вероника пришла на выручку Вере. – Но ведь Антон – Ковальский, а не Заречный. Я знаю всех одноклассников Ксюши…

– Ну вот всё и разрешилось, – Вера Константиновна с трудом выдавила из себя улыбку, которая больше походила на гримасу.

Её пальцы, крепко сжимавшие сумочку, слегка побелели. Александр Викторович Шалевич был отцом Яна, друга её покойного сына, и их семьи когда-то тесно общались, поэтому она знала этот взгляд Александра – цепкий, аналитический взгляд человека, привыкшего складывать факты в стройную картину. После гибели Артёма Вера Константиновна разорвала почти все связи, чтобы не бередить лишний раз память о той трагедии, но прошлое, как оказалось, имело обыкновение возвращаться.

– Рада вас видеть, Александр Викторович, – произнесла она, стараясь, чтобы голос звучал ровно и буднично. – Как поживаете? Как дела у Яна?

– Спасибо, всё в порядке, – мягко ответил на её любезность Шалевич. – И всё же, Вера Константиновна, я удивлён. Почему-то Ян не говорил мне, что после Артёма остался сын. А кто мать мальчика?

Вероника Шалевич деликатно улыбнулась и коснулась локтя мужа, но тот лишь чуть дёрнул плечом, не отводя взгляда от Веры Константиновны. Вопрос повис в воздухе, тяжёлый и неуместный. Вера Константиновна ощутила, как внутри поднимается паника. Она не могла и не хотела рассказывать правду. Тем более здесь и сейчас. История Антона была слишком болезненной, слишком запутанной и слишком опасной, чтобы выносить её на суд посторонних.

– О, это долгая история, мальчик-сирота. Не будем об этом, – быстро проговорила она, переведя взгляд на Ксюшу и намеренно меняя тему. – Какая же ты стала красавица, Ксения! Просто чудо. Вылитая мама. У вас прекрасная дочь, Вероника Альбертовна. Александр Викторович, примите мои поздравления.

Ксюша зарделась от похвалы, а Вероника вежливо улыбнулась ей уголками губ. Однако Александр не собирался отступать так легко. Он открыл рот, чтобы задать ещё один вопрос, но Вера Константиновна уже положила руки на плечи внука.

– Простите, но нам пора. Дела, знаете ли, не ждут. Антоша, попрощайся с Ксюшей и её родителями.