Ги-Мле сделалось спокойно, душевная боль постепенно ушла. Рядом с Бикиром все встало на свои места, мир стал таким, каким должен быть. О, как хотелось поцеловать его, но для девушки первой поцеловать мужчину было верхом неприличия, пришлось довольствоваться объятиями. Именно в этот момент Ги-Мла поняла, что влюбилась. Пусть пока и совершенно беспомощный, Бикир одним своим присутствием отдалил проблемы и вернул в жизнь радость.
Чувства Бикира не были такими гибкими, и то, что с ним происходило, он списал на сочувствие к девушке, желание утешить и очарование красотой. Ее близость доставляла огромное удовольствие, он с наслаждением вдыхал аромат духов, смешанный с восхитительным запахом юности и свежести, и прижимал ее к себе, ощущая сквозь одежду теплоту и мягкость.
Они лежали, наслаждаясь и не испытывая неловкости от молчания. Ги-Мла закрыла глаза, прислушиваясь к биению его сердца. Она не хотела пропускать ни одной драгоценной секунды рядом с ним, но бессонная ночь и переживания сделали свое дело. Ги-Мла не заметила, как задремала. Сын Митверхала лежал неподвижно, чтобы не разбудить ее, и старался дышать неглубоко, боясь закашляться. Ему впервые было по-настоящему хорошо после стольких мучительных дней. Он чувствовал, что все-таки сумел помочь девушке. Наверняка она не сказала ничего из опасений за его здоровье. Или этот идиот Бакар запретил ей. Бикира злило, что все обращаются с ним, как с ребенком, даже прислуга. Дай им волю, они бы ему еще и колыбельные пели.
Бикир слегка приподнял руку Ги-Млы, рассматривая красивые тонкие пальчики, и настроение снова улучшилось. Он улыбнулся от мысли, что, несмотря на его состояние, с ним спит девушка, представил, как будит ее поцелуем, обнимает, развязывает шнуровку на блузке. Фантазии настолько увлекли его, что он не заметил, как в комнату вошел Бакар и неподвижно стоит, разглядывает их и улыбается во весь рот. Бикир показал ему кулак и указал пальцем на дверь. Бакар прикрыл глаза рукой, ухмыльнулся еще шире и удалился, делая руками непристойные жесты. Забывшись, Бикир вдохнул слишком глубоко и закашлялся, разбудив Ги-Млу, которая непонимающе уставилась на него.
– Тебе лучше, Ги-Мла? – спросил Бикир.
– Да… – рассеянно ответила девушка, потом оценила, как все это выглядит, и поспешила сесть, – мне, наверное, пора…
– Жаль, – с грустью произнес Бикир, – но не буду тебя задерживать, иначе в следующий раз дядя тебя не отпустит. Ты ведь придешь еще? Я был бы рад.
Он взял ее за руку. Ги-Мла кивнула, чувствуя, как кровь приливает к щекам. А когда сын Митверхала, не сводя с нее глаз, поцеловал запястье, сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Больше всего она опасалась, что ладонь вспотеет, поэтому поспешно отняла ее, смущенно улыбнулась и направилась к выходу. Проводив девушку взглядом, сын Митверхала улыбнулся и цокнул языком.
– Молодец, Бикир, – похвалил он сам себя, и гордо провел рукой по волосам.
Спустя несколько минут в спальню вошел Бакар, пританцовывая и напевая что-то. Увидев его, Бикир придал себе самый сердитый вид. Не обращая на это внимания, Бакар сел на кровать, лукаво улыбнулся и прищурил один глаз.
– Ну ты даешь, брат! Видишь девчонку четвертый раз, а уже уложил в кровать. Я даже с будущей женой себе такого не позволяю!
– Прямо образец добродетели! Так и скажи, завидно! – Бикир злобно оскалился, – идиот!
Преемник удивленно поднял брови:
– Это еще почему?
Бикир вздохнул. Если он не идиот, почему сам не догадался?
– Скажи-ка, Бакар, моя кровь отличается от твоей?
– Нет, – Преемник явно не понимал, в чем дело.
– А лицо, руки, ноги?
– Нет.
– А то, что в штанах?
– Ну, нет… Бикир, к чему ты клонишь?
– А почему ты решил, что мозги отличаются?
Бакар недоуменно пожал плечами.
– Я так никогда не думал, с чего ты это взял?
– Зачем ты запретил Ги-Мле рассказывать, что случилось?
– Ах, вон ты о чем. Вообще-то я не запрещал, просто попросил. А она все-таки рассказала?
– Нет. Я не стал настаивать, – недовольно ответил Бикир, – а тебе?
Преемник посмотрел в глаза брата и увидел то, чего не видел ни разу в жизни – ревность.
– Рассказывай, – сказал Бикир тоном, не терпящим возражений, – я нервничаю, а это мне вредно.
– Ладно, – Бакар понял, что все равно никуда не денется, – слушай…
Выслушав брата, Бикир задумчиво спросил:
– И почему нельзя было мне про это рассказать?
– Прости, наверное, у меня крыша поехала после того, как я чуть не потерял тебя.
– Да знаю, ты слабак, – снисходительно произнес Бикир, – слушай, Бакар, если все это правда, то у нас для Ксайлана теперь тоже есть стрела Трэйши.
– Точно, она пробьет его насквозь, – подхватил Бакар, – если удастся все это доказать…
– Мы – да не докажем! Берегись, Ксай! – злорадно воскликнул Бикир и добавил, – эх, с каким бы удовольствием я заставил его пережить все, что пережил сам… О Подземный, когда я уже встану с этой проклятой кровати?
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: