Шэд оглядел себя и Ги-Млу. Их одежда и волосы были полны сухой травы. Глупо было надеяться, что Матерь народов поверит. Он лихорадочно подбирал ответ, и не мог ничего придумать.
– Вы ведь были внизу, так? – тем же мягким голосом спросила Пайя, – Судя по состоянию девушки, я догадываюсь, что вы там видели.
Шэд кивнул, а Ги-Мла села на пол, закрыла лицо руками и громко всхлипнула. Пайя сочувственно посмотрела на нее, потом дрогнувшим голосом произнесла:
– Я всю жизнь пытаюсь убедить супруга отказаться от этого. Бесполезно, – она задумалась, – мне неизвестны причины, по которым вы решились проникнуть в запретную часть Храма, но скажите, стоят ли они того, чтобы расстаться с жизнью? Если вас поймают здесь, вы не проживете и часа.
Шэд опешил и недоверчиво посмотрел на нее.
– На каком основании, Светлейшая? Я – Преемник клана Шикиэртов, а она…
Матерь народов прервала его:
– Сынок, да хоть Митверхал, если узнают, где ты был и что видел, тебя ждет немедленная смерть.
У молодого Шикиэрта холодок пробежал по спине. Он и не представлял, какой опасности подвергает себя и Ги-Млу. Шэд вполне мог за себя постоять, один-два жреца не были бы проблемой, но с большим количеством он бы ни за что не справился. О жрецах говорили, что они искусные бойцы и не уступают Ар-Раарам.
– Светлейшая, есть ли у нас надежда остаться в живых?
– Попадись вы жрецам, нет. Но, что касается меня, с некоторых пор я одобряю не все, что делает мой муж. Я выведу вас.
У юноши будто гора с плеч свалилась. Видимо, какая-то неведомая сила направила их сюда.
– О Светлейшая, мы будем так благодарны!
– Оставьте благодарность себе, мне она уже ни к чему. Но сначала нужно успокоить девочку и привести вас в порядок.
Она подошла к столику, на котором стоял поднос с графином и стаканами, и несколько маленьких флакончиков. Пайя накапала в стакан несколько капель из одного, потом из другого пузырька, налила доверху воды и поднесла девушке, которая все так же сидела на полу, не в силах встать.
– Вот, выпей, дитя мое, эти капли прекрасно успокаивают.
Когда молодые люди были готовы, Пайя открыла платяной шкаф. Выбрав пару длинных плащей, она велела им поплотнее завернуться в них и надеть капюшоны.
– Теперь вы сойдете за моих сопровождающих. Будем надеяться, Ксай не вспомнит обо мне.
Пайя умолкла, явно что-то обдумывая, а потом спросила:
– Скажите, знаком ли кто-то из вас лично с близнецами-Ар-Раарами?
Шэд почесал макушку и покачал головой. В потухших глазах Ги-Млы появился интерес.
– Недавно один из близнецов, Бикир, спас нам с братом жизнь.
Пайя поманила ее в сторону и прошептала на ухо:
– Жизнь близнецов в опасности. И, возможно, с тем, что ты теперь знаешь, сможешь им помочь.
Глаза девушки округлились.
– Это связано с покушением на господина Бикира?
– Не исключено. Если у меня будет, что сообщить, я найду тебя, скажи свое имя.
– Ги-Мла, племянница Митверхала Кигилов, Ки-Кияла.
–Ги-Мла, племянница Ки-Кияла, обещай молчать об этом разговоре. Скажешь только близнецам.
– Обещаю, Светлейшая.
Ги-Мла не помнила, как оказалась дома, не помнила, как уснула. Капли Пайи действительно успокаивали отлично. Но когда она проснулась ночью в своей постели, их действие закончилось, и весь вчерашний ужас вновь обрушился на нее. Жизнь изменилась безвозвратно и навсегда. Стоит ли жить теперь, когда она увидела того, кого любила всей душой, кому поклонялась и доверяла печали и радости, подвешенным на крюках, словно туша в лавке мясника, истекающим кровью, умирающим. В душе будто пробили дыру, которая теперь заполнялась самой черной тоской и одиночеством.
Девушка нащупала пушистый бок, обняла Мурца и снова расплакалась. Умный синакотик весь остаток ночи мурлыкал и терся об нее головой. Проплакав до утра, Ги-Мла чувствовала себя измученной и разбитой. Она осталась в комнате, сославшись на недомогание. Мысли бесконечно вертелись вокруг вчерашнего. Снова и снова видела она наполненные страданием глаза божества. Вряд ли кто-то способен поверить. Даже Ки-Клат может посмеяться и сказать, что ей показалось. Ох, ей же надо во дворец Ар-Рааров! Сил совершенно не было, но слова Пайи стучали в голове. Она попыталась успокоиться, подумать о другом, но из другого могла думать только о Бикире. Как он? Лучше ли ему? А вдруг его жизнь и во дворце под угрозой? Эти мысли заставили встать. Посмотрев в зеркало, она ужаснулась опухшему лицу и синим кругам под глазами, умылась ледяной водой и попыталась запудрить и закрасить эту неприглядную картину. Отражение перестало пугать, и она решилась выйти. Ки-Киял с супругой уехали по делам, взяв с собой Ки-Клата. Ги-Мла обрадовалась, что не нужно ничего объяснять, и велела оседлать лошадь, якобы для прогулки.
– Господин Бакар, вас хочет видеть госпожа Ги-Мла.
– Ты, приятель, наверное, ошибся, – Бакар повертел в пальцах перо флюмайса, – ты хотел сказать, она хочет видеть господина Бикира?
– Нет, господин, она точно назвала господина Бакара, – уверенно сказал Ки-Сиел.
– М-да? Тогда пригласи, – пожал плечами Преемник.
Войдя в кабинет, Ги-Мла неуверенно остановилась у порога. Бакар нахмурился. Ги-Мла выглядела так, словно только что похоронила всю семью.
– Ги-Мла, что с тобой? Что-то случилось? – обеспокоенно спросил он и встал из-за стола.
Девушка хотела что-то сказать, но силы покинули ее. Пол под ногами пошатнулся, она упала бы, если бы Бакар не перемахнул одним прыжком через стол, не подхватил ее и не усадил в кресло.
– Ги-Мла, детка, да что с тобой? – он взял ее за руку, проверяя пульс, – ты сама на себя не похожа.
Девушка пыталась держаться, но едва взглянула в лицо Преемника, слезы потекли сами собой. Она бы в жизни не поверила, сказал бы кто раньше, что живой человек может столько плакать. Бакар понял, произошло что-то страшное, и терялся в догадках, ожидая, когда она заговорит. Он некоторое время стоял рядом с креслом на одном колене, держа ее руку в своей, потом встал и плеснул в стакан немного вина.
– Вот, выпей, это помогает.
– Я никогда не пила вина, – Ги-Мла всхлипнула, отстраняя стакан рукой.
Бакар вздохнул и долил в стакан доверху воды.
– Держи, теперь это обычный компотик.
Дрожащей рукой Ги-Мла взяла стакан и сделала несколько глотков. Преемник уселся на ковер, скрестив ноги. Постепенно к Ги-Мле вернулась способность говорить, и она, запинаясь и громко хлюпая носом, но все-таки довольно связно рассказала о вчерашних событиях. Выслушав Ги-Млу, Преемник некоторое время задумчиво молчал.
– То, что я сейчас услышал, Ги-Мла, слишком невероятно, – сказал он наконец так, будто разговаривал сам с собой.
– Я сразу подумала, что никто не поверит, – огорчилась девушка.
– Я не сказал, что не верю тебе, только то, что это невероятно. Не могу понять, зачем Пахтыхтамайям уничтожать свой же тотем? Тем более, скайларлов уже сотни лет никто не видел. Подумай, может это все-таки была серая лошадь? Или, что конечно хуже, пырларл?
– Господин Бакар, какого цвета кровь у пырларлов?