– А если я подумаю, что ты рассказал мне не все, знаешь, с кем тебе предстоит встретиться?
– Да, господин Преемник, – прошептал в ужасе патрульный.
Бакар встал из-за стола и принялся ходить по кабинету за спиной сотника. Нидар сжался, ожидая удара, но не решался обернуться.
– Нидар, я мог бы дать тебе еще один шанс. Но где гарантия, что ты опять не подведешь?
Нидар обернулся. В его глазах промелькнула тень надежды.
– Я… – начал он, приподнимаясь.
– Я не говорил встать.
Нидар послушно замер.
– Я клялся в верности дому Митверхала, я не нарушал клятвы, господин…
– Нидар, Нидар, опять говоришь не по существу. Непросто будет из такого чурбана вытесать что-то стоящее. Но начнем с того, что ты принесешь клятву мне лично.
Патрульный провел рукой по волосам, судорожно вздохнул и, всхлипнув, кивнул.
– Клянусь жить и умереть ради Бакара, Преемника Митверхала Ар-Рааров Пихомора. Клянусь хранить ему верность до последнего вздоха и никогда не называть другого своим господином, – нетвердым голосом проговорил он.
Бакар встал перед ним и протянул руку. Мгновение поколебавшись, Нидар взял ее двумя руками и приложил ко лбу.
– Моя жизнь принадлежит тебе, – произнес он, закрыв глаза, – мой господин.
Бакар освободил руку из ледяных влажных пальцев патрульного и положил ему на голову.
– Я, Бакар, Преемник Ар-Рааров, принимаю твою клятву, Нидар. Обещаю судить справедливо. За преданность – награду и покровительство, мучительную смерть за предательство. Встань!
Юноша поднялся с колен и встал, слегка пошатываясь. Бакар снисходительно посмотрел на его бледное лицо и взъерошенные мокрые волосы, взял за плечо, подвел к креслу и усадил, надавив так, что Нидар почти упал.
– Не хватало еще, чтоб ты здесь грохнулся в обморок. Воды дать?
Нидар действительно был на грани обморока после нескольких часов, проведенных в седле и приема, оказанного Бакаром. Он сконфуженно кивнул.
– Благодарю, мой господин.
Преемник налил воды, вручил стакан патрульному и уселся на свое место за столом.
– Знаешь, Нидар, мне очень нужны преданные люди, поэтому я решил, что живым ты принесешь больше пользы, чем если тебя растопчет пырларл. Всегда терпеть не мог это зрелище, а ты?
– Я… не видел этого, мой господин, – патрульный поежился.
– Тебе повезло, Нидар, на самом деле повезло. Хряпс, пырларл моего отца, очень хорошо обучен. Он сначала дробит руки и ноги, нарочно медленно, потом смотрит на отца, тот щелкает пальцами, его любимчик встает на дыбы и обрушивается на несчастного всей тушей, а после пляшет на трупе, пока не размажет по площадке. Отец воспитывал в нас мужественность, когда с двенадцати лет заставлял смотреть на каждую казнь.
Нидар не сводил с него полных ужаса глаз. Будь у Бакара желание, он бы запросто мог организовать для него такое прощание с жизнью, и патрульный уже представил хруст собственных костей.
– Ладно, что-то я заболтался, – махнул рукой Преемник, – так вот, как я уже сказал, мне нужны преданные люди, но не нужны кристально честные недоумки. Честность, Нидар, это похвально, но на ней далеко не уедешь. То, что ты первым заметил место, откуда пришли найрары, говорит, что ты не совсем безнадежен. Надеюсь, теперь ты будешь лучше работать головой. Понимаешь меня?
– Да, мой господин, – с готовностью ответил патрульный.
Бакар удовлетворенно кивнул.
– Так ты говоришь, следы были похожи на следы Ар-Рааров?
– Да, господин. Но, может быть, это было сделано специально?
– Я смотрю, уже начинаешь думать. Молодец. Ты вернешься на заставу, скажешь Ватару, что меня устроил твой доклад и будешь сообщать мне обо всех подозрительных вещах, если таковые будут. Спрашивай, подслушивай, высматривай, в общем, делай, что хочешь, но, если на заставе есть предатели, ты должен их найти. Справишься – получишь повышение, нет – отправишься в экспедицию.
– Я больше не подведу вас, мой господин, клянусь жизнью и честью, – заверил его патрульный, встав с кресла и приложив руку к груди.
–Вот теперь это звучит, как клятва настоящего Ар-Раара.
***
Почему Бикир так спокойно говорит о Подземном? Ги-Мла без содрогания не могла о нем даже подумать. Она росла в бесконечной любви и поклонении Великому Скайларлу, всем сердцем верила в его справедливость и не представляла, как можно думать по-другому. Сын Митверхала явно заблуждался. Ги-Мла твердо вознамерилась переубедить его, а пока решила сходить в Храм, как и обещала, и помолиться Великому о снисходительности к мужчине, который был ей далеко не безразличен.
Когда она спросила позволения у дяди, Ки-Киял ответил, что в Храм она может ходить хоть каждый день, в этом он дает ей полную свободу. Ки-Клат заявил, что не горит желанием ползать на коленях, и Ги-Мла отправилась в сопровождении Ки-Вана, сына управляющего, который был просто счастлив побыть с ней вдвоем, пусть и среди толпы.
Возле храма всегда было многолюдно. Кто с проблемами, кто с благодарностью, кто за советом жреца, а кто полистать книги в библиотеке – люди толкались тут с утра до вечера. Торговцы зазывали к лоткам и предлагали статуэтки, храмовые подношения, украшения, всевозможные закуски, завернутые, чтобы есть прямо на ходу. Ги-Мла никогда не могла спокойно пройти мимо лотков с безделушками и сейчас остановилась, решая, что купить на обратном пути. Вдруг кто-то хлопнул ее по плечу, но она никого не увидела и, лишь обернувшись в другую сторону, оказалась лицом к лицу с радостно улыбающимся Шэдом, Преемником клана Шикиэртов. Ги-Млу, Ки-Клата и Шэда с детства связывали приятельские отношения, которыми они были обязаны дружбе своих матерей.
– Шэд! – радостно воскликнула она, обнимая молодого человека, – ты откуда здесь?
– Иду в Храм, – ответил юноша, – можем пойти вдвоем.
– Потом проводишь меня домой, иначе не получится.
– Естественно, провожу. Разве я глупец, упускать случай поболтать с красавицей?
Ги-Мла повернулась к своему сопровождающему.
– Ки-Ван, можешь возвращаться, меня проводит господин Шэдэшен, – девушка взяла Шэда под руку, – рассказывай, какие новости, как Шунске?
– Мелкий совсем пришел в себя, опять принялся везде совать нос. А мы все ищем какую-нибудь зацепку. Откровенно говоря, я из-за этого и пришел, ведь часть бумаг матери хранилась здесь, в каком-то секретном отделе. Хочу найти его.
Ги-Мла изумленно посмотрела в его ореховые глаза.
– Шэд, ты с ума сошел? Во-первых, тебя туда не пустят. Во-вторых, тебе жизни не хватит, чтобы все изучить.
Юноша задумчиво пригладил свои каштановые волосы.
– Сестренка, все остальное мы уже перепробовали, вдруг повезет. Слушай, Ги-Мла, а почему бы тебе не пойти со мной? Вдвоем сподручнее искать.
Правильная Ги-Мла боялась сделать недозволенное, но название «секретный отдел» так и манило. Она колебалась.
– Но нас ведь не пустят.