– Не знаю. – Я задумалась.
Потом, через минуту, более-менее внятно сформулировала:
– Потому что так повелось. Сыновья отвечают за отцов, а дочери – за матерей. Сына ненавидят, если предал отец. Дочь – если мать.
– Интересная теория.
Кейман замолчал. Долгие мгновения я слушала тягучую мелодию и ждала, что он скажет что-то еще, но, похоже, сегодня опекун не был настроен отвечать на неудобные вопросы. Но и меня уже несло, зря за ужином мне налили четверть бокала вина.
– Сначала я подумала, что вы мой отец. Я всегда ждала чего-то… его появления в самый неподходящий момент.
– И что тебя заставило передумать?
– Мы не похожи. – Я пожала плечами. – У вас яркая внешность, она наверняка бы нашла отражение в ваших детях. Я совсем не похожа на маму, значит, пошла в отца.
– Логика железная. И когда эта славная мысль пришла тебе в голову?
– После испытания. Мне сказали, что я тоже темный маг, и я присмотрелась к вам повнимательнее.
– То есть то, что я предлагал тебе денег за ночь, тебя не смутило, а отсутствие одинаковых родинок – вполне. Интересного ты обо мне мнения.
А какого я должна быть о нем мнения? Может, в мире Кеймана Кроста и было принято вечно кланяться благодетелю только за одну возможность попасть в Школу темных, в моем мире юношеский максимализм накладывался на девичью гордость, и получался… бум. Взрыв гормонов, невроз и фотография Кеймана, истыканная дротиками, на стене.
– Вы придуривались. Вам хотелось меня задеть. Это предложение было провокацией.
Кейман рассмеялся так громко, что парочка рядом с нами укоризненно покосилась.
– Вот как. Провокация. Ладно, идем.
– Куда? – Я моргнула.
– Ко мне.
– Что?
– Ты слишком часто задаешь идиотские вопросы. Завтра ты превратишься в студентку, которую нельзя раскладывать после томного ужина.
Он с легкостью перехватил мою руку.
– Тихо-тихо, гордая нашлась. Не хватало мне еще публичных скандалов.
– Какой же вы… хам.
– Ух, слова-то какие. Деллин, Деллин, однажды и ты повзрослеешь настолько, что предложение пойти и заняться сексом без обязательств будет вызывать у тебя только положительные эмоции.
– Я надеюсь, меня прикончат раньше, чем я дойду до той стадии, когда положительные эмоции у меня начнете вызывать вы.
– Не научишься держать язык за зубами, – Кейман аккуратно поправил выбившуюся из моей косы прядку, – это случится раньше, чем ты думаешь. Ладно, не хочешь развлекаться, значит, я иду спать. Завтра на рассвете мы выезжаем. Только учти, Шторм, в академии комнаты руководства в закрытом крыле. У тебя последний шанс.
А вот теперь он откровенно издевался.
– Я кину в вас туфлей, – беззлобно пригрозила, чувствуя, что начинает болеть голова.
В комнату поднималась одна, в полной тишине, нарушаемой лишь слабым скрежетом лифта. Прежде чем принять ванну и отключиться, на минутку вышла на балкон, чтобы вдохнуть ночной воздух, поднять голову и посмотреть на диковинные спутники нового мира.
Крост. Таара. Акорион.
Хоть кто-нибудь из них возьмет меня под крыло?..
Глава 3
– Ты в курсе, что у тебя один глаз закрыт? – хмыкнул Кейман, едва карета тронулась с места.
Я только мрачно покосилась открытым глазом в сторону опекуна. Мне не помогли ни свежий воздух, ни расслабляющая ванна. От волнения перед отправкой в школу колотило. Почти всю ночь я валялась на постели, рассматривая покупки и укладывая их в заранее принесенный сундук. Отрубилась только под утро, а уже через два часа, без суда, следствия и завтрака, Кейман вытащил меня из постели, дал десять минут на сборы, и очнулась я уже в экипаже. Сонная и нервная.
– Почему так рано? – спросила я, отчаянно пытаясь не свернуть челюсть во время зевания.
– У меня есть работа. Иногда она требует моего присутствия. Так даже лучше, приедешь в школу до завтрака, разберешься.
– Вы сегодня удивительно заботливы.
– Миледи хочет кофейку?
– Да! – оживилась я.
– И мне заодно сделай.
Я растерянно огляделась, потом снова посмотрела на Кеймана. Тот или и впрямь был увлечен какой-то книгой, или усиленно делал вид. Можно было спросить. Получить очередную насмешку и снисходительную подсказку. Но в кои-то веки я решила проявить инициативу. Если сломаю им какой-нибудь ящик – сами виноваты, указатели надо вешать.
Под моей скамейкой обнаружился ящик с кучей графинов, бутылочек и фляжек. Эдакий мини-бар, только без этикеток и прайса на продукцию. Методом тыка я все же нашла графин с чем-то похожим на кофе и налила в две чашки, обнаруженные там же.
Еда здесь во многом напоминала нашу, с поправкой на технологии, конечно. Блинчики на завтрак, птица или рыба на обед, морепродукты (не всегда знакомые, но однозначно вкусные) на ужин, и так далее. Во Флеймгорде любили ягоды. Их здесь подавали ко всему: к завтраку, в виде варенья или в небольших пиалках, к чаю, в качестве соуса или гарнира к мясу, из ягод делали напитки и десерты. Других фруктов было меньше, и попробовать мне их не удалось. Чаи по вкусу больше походили на травяные настои, но это их совсем не портило. Кофе пах как кофе, да и на вкус мало отличался от своего земного собрата. Разве что легкий гранатовый оттенок напитка напоминал, что все же я не дома, вокруг совершенно другой мир и… мы несемся по воздуху в карете, запряженной…
– А кто нас везет?
Пришлось почти наполовину высунуться из окна, чтобы рассмотреть впечатляющего и жуткого коня, сотканного из черных глянцевых нитей. Огромные крылья ходили вверх-вниз прямо рядом с окном.
За спиной раздалась отборная ругань, и Кейман силком втащил меня за шиворот обратно в кабину.
– Жить надоело?
– Это ваши?
– Мои.
– Красивые.
– Обычные. – Он пожал плечами.