Украденное сердце

Глава третья

Грей Эштон

Я закончил просматривать новости, закрыл все голограммы и выдохнул от облегчения. Информация о том, что элерцы как-то замешены в спасении людей, нигде в Межгалактической сети не появилась.

Я потер виски, вновь сосредоточил энергию в кончиках пальцев, прогоняя вернувшуюся головную боль. Применять ментальную сторону дара, когда приходится буквально окунаться в чужие эмоции, чувства и память, с какой бы то ни было целью и изменять их, я никогда не любил и долго, почти сутки, потом мучился с последствиями. Но сегодня, когда около сотни человек видели, как я разрывал пространство, спасая со своей командой тех, кому суждено было погибнуть во время землетрясения, у меня не осталось выбора.

Раскрывать уникальные способности нашей расы к управлению энергией за пределами родной Элерии запрещено, и на то есть свои весомые причины. Мы хотим спокойно и мирно жить на своей планете, а не воевать с другими расами, которые точно пожелают отнять у нас источник энергии, расширяющий наши возможности, а нас самих разобрать на опыты. Эти намерения так легко считывались у большинства знакомых нам инопланетных рас, да и в прошлом был негативный опыт взаимодействия, когда Элерию чуть не уничтожили, поэтому принятое пять сотен лет решение о сохранении тайны не менялось.

Нет, мы, конечно, сотрудничали с несколькими расами из соседних с нашей звездных систем, заключали разного рода торговые сделки, но этим все и ограничивалось.

Отвлекая меня от мыслей о доме, раздался вызов на коммуникаторе, и я провел по чуть светящейся полоске на руке, принимая его.

– Здравствуй, Грей, – кивнул отец, усаживаясь в кресло и внимательно смотря на меня.

– Здравствуй, папа.

– Ничего не хочешь мне рассказать?

Я немного озадаченно уставился на него.

– Например, о неожиданном чудесном спасении кейрунцев во время сегодняшнего землетрясения.

Я вздохнул и вновь потер виски, уже не пытаясь скрыть свою усталость.

– Вот откуда тебе все удается так быстро узнавать? – только и поинтересовался.

– А служба безопасности мне на что? Она у меня, между прочим, лучшая из лучших, – напомнил отец, будто я этого не знал. – И они, и я умеем читать между строк.

В проницательности отца я не сомневался никогда.

– Грей, что случилось? Я тревожусь за тебя.

И что вот на это ответить?

Отец знал, что и я, и трое моих младших братьев всегда контролируем свои способности, не поддаемся эмоциям и ответственно относимся к порученным нам делам. И, если уж рискуем себя выдать, то тому есть серьезная причина.

Смотреть, как исчезает целая планета, и не иметь возможности помочь – это невыносимо тяжело, даже если имеешь специальную психологическую подготовку для подобных ситуаций. Но я держался…

И, если расскажу сейчас, что сорвался, уже возвращаясь со своей миссии, когда что-то непонятное кольнуло в сердце, заставило остановиться и… рискнуть всем, едва увидел ту испуганную, всю в ссадинах и царапинах незнакомку, оказавшуюся на моем пути, – это лишь добавит ему тревог.

Тем более, я и сам не разобрался в своем порыве. Слишком он был внезапным, слишком не свойственным мне, слишком… странным.

– Отец, я вовсе не собирался раскрывать нашу тайну. Просто так… вышло.

С объяснениями у меня сегодня не особо заладилось, но я не солгал ни словом.

– Прости, – повинился я. – Обещаю быть осторожнее.

Какое-то время отец молча смотрел на меня, и я никак не мог понять, о чем он думает.

Наверное, сейчас скажет, что я мог закрыться, придерживаться оговоренной линии поведения, тем более, что за все это время на Кейруне я практически не сталкивался с ее жителями, у меня была иная задача… И будет прав.

– Ты знаешь, Грей, вас, всех моих сыновей, наставники учили рассуждать трезво, отсекать эмоции, чтобы принимать верные и взвешенные решения. И это правильно. Но сегодня ты явно поступил иначе. Грей, и я этому рад.

Я даже растерялся от такого. Я ведь все установленные правила нарушил, ожидал из-за этого выговора и тяжелого разговора с отцом, но никак не его поддержки.

– Отец…

– Знаешь, сын, грань, за которой ты еще остаешься собой, а не просто кем-то со способностями, порой так тонка… И ты сегодня чуть ее не пересек, если бы не сделал свой выбор сердцем.

В темно-серых глазах отца мелькнули яркие искры, выдавая его эмоции. Он… гордился, что я не смог пройти мимо, когда гибли люди, поддался этому порыву, по каким бы причинам он ни возник.

– Ты знал, что однажды такое произойдет, – неожиданно понял я.

– Да. Это происходит с каждым элерцем, обладающим силой. Неизбежно.

– Почему ты не рассказывал об этом раньше, отец?

И у меня, и у моих братьев были доверительные, теплые и любящие отношения с родителями. С трудом верилось, что папа или мама не раскрыли бы нам чего-то важного, касающегося нас, если бы на то не было серьезных причин.

– Ты должен был постигнуть это сам, Грей. Прожить, прочувствовать, запомнить…

О, да! Я запомнил еще как! Столько метаний и странностей за раз…

Какое-то время мы молчали, каждый думал о своем.

– Как там мама? – спросил я, решив все же прервать неловкую тишину и все еще не зная, что пока делать с откровенностью отца.

– Ждет не дождется твоих кейрунских растений, – улыбнулся отец. – И я, между прочим, тоже рассчитываю на интересные минералы и драгоценные камни.

– Назар все собрал, – кивнул я. – Вы с мамой точно останетесь довольны.

Я не стал скрывать улыбку, так как видел огромные контейнеры с саженцами и семенами и целый отсек, забитый самыми разными валунами и ящиками с камнями. Последняя партия должна прийти еще сегодня как раз перед отлетом вместе с запасами продовольствия.

Собрать образцы и в то же время подарки для моих родителей, пока ведутся дипломатические переговоры, было прекрасной идеей, чтобы отвлечь внимание кейрунцев от моего отряда, направляющегося на поиски похищенного у нашей расы пиратами сокровища. Назар с этим прекрасно справился. Жаль только, что дипломат из него никакой, слишком уж прямолинеен, и к каким-то соглашениям элерцы с кейрунцами не пришли. Впрочем, им сейчас не до создания экономических отношений с неизвестной расой, когда с их планетой творится такое, да и у нас была совсем иная цель.

– Как там дела у братьев? – поинтересовался, так как сам дозвониться до никого из них не смог.

– Рамиль еще не вернулся из путешествия и на связь в последние пару дней не выходил.

В голосе отца прозвучало легкое беспокойство, и как он ни старался его скрыть, не вышло. Впрочем, от тех, кого мы считаем близкими, эмоций и чувств мы обычно не скрывали.

– Фейн пока летит на Шандиру, решать кое-какие наши дела.

Какие именно, отец рассказывать не стал, значит, какая-то моя помощь Фейну не требуется.

– Рид разрабатывает новую систему тренировок.

– Ну, теперь понятно, почему он не отвечает, – хмыкнул я.

Если самый младший из моих братьев увлекался, то уходил в это дело с головой.

– Я рад, что у них все в порядке.

– У тебя следующая остановка Торн? – неожиданно поинтересовался отец.

– Да. Не волнуйся, отец, я справлюсь, – решительно заявил я.

В конце концов, я знал, на что шел, понимал всю непредсказуемость и опасность затеи, когда отправился в погоню за похитившими нашу реликвию пиратами.

Правда, не ожидал, что они пойдут на такую хитрость, как встретятся в космосе с еще двумя другими кораблями. Из-за этого предположить, на каком из них теперь находится наше сокровище, стало нереальным, придется проверять их все. И что еще больше усложнило мою задачу, но вовсе не сделало ее нерешаемой, так это то, что все три пиратских корабля направились на разные планеты.

Если бы не энергетический ускоритель, совершенно секретная разработка клана Эштонов, позволяющая в десять раз сократить расстояние, перехватить все три корабля было бы невозможно, а так… у меня на это есть неплохой шанс.

Пока я нашел только первый пиратский звездолет, тот, что отправился на Кейруну. Этот корабль потерпел серьезную аварию, оказался выброшен в пустыне, и ни выживших, ни того, что я искал, на нем не оказалось.

Но сдаваться я не намерен! Слишком многое, можно сказать, благополучие нашей расы, зависит теперь от меня. Я из Эштонов, и мы всегда идем до конца.

– Я в тебе и не сомневаюсь, Грей, но как отец не могу не переживать, – вздохнул он.

Мы еще некоторое время пообщались, а после распрощались, и я набрал через коммуникатор своего помощника.

– Да, капитан, – тут же предсказуемо отозвался Назар Суар.

За его спиной было видно, как бортовые механики, забыв обо всем на свете, проверяют двигатели и вносят в коммуникатор показатели, готовя корабль «Летящий к звездам» к взлету.

– Через сколько закончите проверку?

Оставаться на Кейруне и дальше было опасно. Конечно, корабль окружали мои энергетические потоки, защищающие его от любой катастрофы, но задерживаться здесь все равно не стоило.

– Через час, капитан. И последняя доставка запасов и контейнеров с растениями к этому времени тоже будет.

– Хорошо, – кивнул я и отключился, не прощаясь.

Несколько секунд я сидел в тишине в рубке корабля, бездумно смотря на темный, практически лишенный огней, город, раскинувшийся за иллюминаторами. А после, используя энергию, мягко направляя ее потоки к глазам и меняя частоту восприятия, перестроил зрение.

Все живое на таком уровне светилось золотым, а корабль – ровным голубоватым светом. Если случались трещины в корпусе или неполадки, то они виднелись черными разрывами на фоне общего сияния.

Я глубоко вдохнул, на мгновение чувствуя себя не просто капитаном, а частью этого корабля, и принялся особым способом изучать его на предмет неисправностей. Это было неизменной частью моей работы. Команда проверяет «Летящий к звездам» приборами, я – своим даром, глядя на потоки.

Через полчаса я убедился, что все хорошо, моего вмешательства не требуется, корабль в порядке. Снова вернул привычное зрение и запустил пульт, чтобы скорректировать курс до Торна.

Глава четвертая

Я сидела в кафе, одном из тех немногих, что уцелело в городе и не закрылось. Оно было почти пустым. Лишь за дальним столиком расположилась женщина с ребенком, девочкой лет пяти, которая увлеченно рисовала на салфетке. Я поймала себя на мысли, что завидую ее спокойствию. Она еще не понимала, что мир рушится. Женщина явно кого-то ждала, то и дело нервно поглядывая на дверь.

Я тихонько вздохнула. Мне смотреть наружу, где вдали мерцали спасательные огни, не хотелось, но взгляд то и дело возвращался туда. Как же все изменилось! Темное небо, в котором едва-едва виден мерцающий защитный купол, создающий на планете нужную атмосферу, совсем пустое. Ни одного флаера в воздухе, ни одного экспресса в прозрачных туннелях. На поверхности освещение осталось лишь местами, и без привычных светящихся рекламных щитов и подсветок зданий, казалось, что небоскребы нависают над тобой, словно жуткие замершие истуканы, а живой и шумный город теперь словно вымер.

Отчасти это так и есть. Уже через час после того как случилось землетрясение, я знала, что оно было не единственным. Еще в трех районах Рейтауна произошла та же катастрофа. В одном из них находился дом с просторной квартирой, что досталась мне от родителей. Но теперь его нет и жить мне негде. Я старалась не думать об этом, но давалось это нелегко.

Можно, конечно, обратиться в центры помощи пострадавшим, пусть они все и переполнены, или на худой конец попытаться найти уцелевшую гостиницу, которая не закрылась в этом хаосе точно так же, как и это круглосуточное кафе. Но это все лишь временное решение проблемы. И я это понимала.

Я сделала глоток почти остывшего чая, ненадолго прикрыла глаза, чувствуя, как горечь смешалась с усталостью. Я не плакала, нет, слезы закончились еще три часа назад. Просто сидела и отрешенно смотрела в одну точку, не зная, что мне теперь делать.

Теперь, когда не осталось никого из близких, любимой работы, дома, а город, в котором я жила с детства, местами напоминает руины. И никто не дает ни малейшего шанса, что в любой момент не случится еще какой-то катастрофы, спровоцированной изменениями климата после метеоритного дождя.

Что еще хуже, сегодня днем, когда сильный стресс спровоцировал у меня сразу несколько вспышек моего дара, я увидела обреченность в глазах спасателей. Они уже знали, что Кейруна обречена, но продолжали мужественно делать свою работу.

Я бросила взгляд на тихо вещавший визор, где сообщалось, что все межпланетные эвакуационные рейсы из-за очередного сильнейшего сбоя нашей техники отменены на неизвестный срок. Инопланетных же кораблей с их иными технологиями, теми, которые могли выдержать последствия после падения метеоритов, на планете давно не осталось. Растаяла моя последняя надежда покинуть Кейруну.

А мне так хочется жить! Мне так сильно хочется жить! Вопреки всему!

Я изо всех сил цеплялась за это желание, не была готова сдаваться. Должен быть какой-то выход! Должен!

Я перевела взгляд на панорамное окно, за которым виднелся непривычно пустой мост без наземного транспорта. На той стороне, за рекой, все еще возвышалась неприступная черная громадина корабля элерцев. И в сердце что-то внезапно екнуло, а следом пришла шальная и дерзкая мысль: «А что, если…», которую закончить стало страшно.

Они могут стирать память. Не знаю, как. Способности это или технологии неизвестной расы. Абсолютно неизвестной. И, полагаю, очень опасной, раз скрывают свою внешность и тела под костюмами и шлемами.

А еще они спасли непостижимым способом сегодня людей. Один из них спас меня. И залечил все мои, даже самые крошечные ранки.

И мое подозрение, что они еще и землетрясение каким-то образом остановили, за это время, судя по многочисленным слухам о том, как странно завершилась природная катастрофа, только усилилось.

Страшно. Как же страшно рискнуть настолько, чтобы проникнуть к неизвестной расе на корабль и попытаться так спастись. Но еще страшнее остаться на гибнущей планете.

Я покрутила в руках пустой стаканчик из-под чая, прикидывая, как можно провернуть подобное. Мелькнула мысль, что, может, лучше пойти к ним и просто попроситься улететь на их корабле, чтобы оставили меня на ближайшей населенной развитой планете или колонии, но я тут же ее откинула. Что, если откажут? Как мне тогда быть? Это ведь мой, действительно, последний шанс. Даже если эта затея отдает чистым безумием.

Я глубоко вдохнула, вновь посмотрела на корабль, и в очередной раз сработал мой дар. Я буквально увидела, как за стенами корабля перемещаются тени, явно те самые элерцы, и активно, судя по их действиям (они передвигались быстро и слаженно, проверяли системы и перемещали грузы), готовят корабль к отлету. Значит, у них точно нет никакого сбоя техники. И это… точно мой шанс. Единственный!

Осознав это, я подскочила и решительно направилась к выходу. Добраться до корабля, каким-то образом проникнуть внутрь и как можно дольше остаться незамеченной – вот и весь мой план на ближайшее время.

Неожиданно он меня взбодрил, и, сосредоточенная только на своей цели, я даже не обратила внимания ни на начавшийся дождик, ни на полупустые и полутемные улицы.

За полчаса, огибая завалы и брошенные автомобили и флаеры, я добралась до моста. Вдохнула глубоко, поправляя капюшон непромокаемой легкой куртки, и, не оглядываясь, шагнула на него.

Еще полчаса – и я на месте, у ворот космопорта, которые из-за сбоя кейрунской техники, на мою удачу, оказались открыты. Прошмыгнула внутрь, прижимаясь к стене и радуясь, что усиливающийся дождь скрывает мои шаги, огляделась, прикидывая варианты, что делать дальше.

Но в следующее мгновение каким-то непостижимым образом при отсутствии электричества заработали грузовые платформы, на которых расположились большие контейнеры. В таких обычно на корабли грузили багаж и все самое необходимое для путешествия.

Не думая ни секунды, не мешкая, я запрыгнула на одну из них, где контейнеры были в половину меня ростом, а загораживали их более высокие, судя по этикеткам, с какими-то земными растениями и саженцами. Есть шанс, что за ними меня не заметят.

Я снова применила свой дар, от чего в этот раз закружилась голова, и пришлось вцепиться в ручку ближайшего контейнера и сделать несколько глубоких вдохов. Все-таки в таком количестве, как сегодня, я силу никогда не применяла. Но сейчас мне необходимо было понять, куда лучше забраться, а мой дар позволял видеть сквозь стены. Я пользовалась этой особенностью крайне редко, по пальцам можно было сосчитать, и никогда не думала, что она мне так пригодится.

Выбрав контейнер, где лежали мешки с крупами, я, Астра Фрост, эксперт по древним артефактам, только что вскрыла один из них с продуктами и прокралась в него, как бездомный котенок. Дожили. Бабушка, будь она жива, точно бы впечатлилась моей находчивостью.

Тихо вздохнув, я тотчас захлопнула за собой крышку.

Темнота накрыла меня, как и чувство страха. Если кто-то сейчас станет проверять груз, вскрывая его, то сразу меня найдет, лежу-то я на самом верху. И я сжала пальцы и прикусила губу, стараясь даже дышать на всякий случай потише.

Забралась я весьма вовремя. Платформа, по ощущениям, медленно воспарила над землей, следом послышалось шипение, означавшее, что сейчас я в дезинфекционном блоке. Через несколько секунд антисептик проник внутрь контейнера, где я находилась, и я зажала нос, чтобы случайно не чихнуть, а после тихонько вытащила заранее приготовленные фильтры воздуха, не желая задохнуться. Эх, надо было их раньше надеть, подстраховаться, но что уж теперь об этом жалеть.

Еще через несколько минут тишины контейнер снова поднялся и медленно куда-то двинулся.

Как странно-то… Я никаких роботов, которые их поднимали, не чувствовала. И, несмотря на ситуацию, гадала, как такое возможно, что же это вновь за неизвестные технологии. Использовать бы дар, посмотреть бы… но тогда из-за сильного перерасхода сил велик шанс, что я потеряю сознание, а этого допустить в подобной ситуации нельзя. Да и любопытничать сейчас тоже не стоит.

Прошло еще минут десять, не больше, когда контейнер куда-то поставили, а рядом, судя по звукам, пристраивали и другие.

Ох, вот об этом я совсем не подумала! Как буду выбираться, если что-то поставят сверху-то? На мгновение меня накрыла паника, а после я вспомнила, что в моем рюкзаке припрятан уникальный нож. Он был сделан из алмазного сплава, лезвие никогда не затупится, а на рукояти еще и имелась ручная гравировка с пожеланием от дяди на мое совершеннолетие: «Всегда держи нос по ветру, Астра!». Помнится, когда он вручал мне его, и родные, и я смеялись, что нож вряд ли мне пригодится. В командировках обычно используется усовершенствованное новейшее оборудование, а в обычной жизни… вот как его использовать? Как же мы все тогда ошибались! Именно эта вещь меня спасет и спокойно разрежет материал контейнера, если потребуется.

А выберусь я, если что, сбоку. Вплотную контейнеры никогда не ставили, чтобы проще было взять из них необходимое, а удерживали их на месте специально созданные щиты.

В этот момент заработали двигатели корабля, и я шумно выдохнула, радуясь, что моя затея удалась, и я смогу покинуть планету. А уж когда меня найдут… Надеюсь, не выкинут же в открытый космос, да? Кем бы ни были эти инопланетяне, они вовсе не бессердечные, раз спасли тогда людей. И, возможно, я смогу с ними договориться.

Я даже улыбнулась этой мысли. Сейчас, вымотанная событиями последних суток, когда тело ломило от усталости, а веки слипались, я даже не могла бояться по-настоящему. Страх наверняка придет позже, когда я открою глаза и осознаю, что натворила.

Глава пятая

Астра Фрост

В своем убежище, по ощущениям, я пробыла часов десять, не больше. Как раз успела выспаться и размышляла, что неплохо бы выбраться, размять затекшее тело и разыскать санузел, как надо мной послышался шум. Я так и замерла от неожиданности.

В следующее мгновение крышку моего контейнера буквально сорвало порывом ветра, хотя вот откуда он на корабле взялся-то, и я зажмурилась от ярко вспыхнувшего света.

Попалась! От этого осознания сердце заколотилось пойманной птицей, а тело бросило сначала в жар, отчего я взмокла, а после – в холод.

Наконец, набравшись смелости, я открыла глаза и так и замерла, словно меня обухом по голове ударили. То, что надо мной навис именно мужчина без каких-то внешних инопланетных особенностей, как стоило ожидать, стало ясно сразу же. Впрочем, может быть, у него какая-то чешуя на груди имеется, кто знает.

Поразило-то меня вовсе не это. Мужчина в темно-лазурном космокомбинезоне был возмутительно красив. Черные короткие волосы убийственно сочетались с серо-голубыми глазами и едва тронутой загаром кожей. Черты лица – строгие и мужественные, хоть скульптуру какого-нибудь древнего бога с него лепи.

Мне даже захотелось зажмуриться и ущипнуть себя, чтобы убедиться, что этот мужчина не плод моего воображения. Разве бывают такие красивые? Оказывается, бывают.

– А говорили у вас когти, клыки и, может быть, даже хвост, – ошарашенно выпалила я и тут же прикусила губу.

Глупо. Безумно глупо. Из всего, что можно было сказать этому инопланетянину, который только что обнаружил меня в контейнере с мешками крупы, и от которого теперь зависит моя жизнь, я выбрала именно это.

Не иначе от шока такое выдала. И даже надеяться, что у этого нереального красавчика нет встроенного в коммуникатор лингва-переводчика, нельзя. Еще как есть, судя по выражению его глаз, которые сейчас буквально метали молнии.

– Простите, – пролепетала я.

– Выбирайся, – резко приказал он.

Злится. Однозначно. А что бы я чувствовала на его месте, обнаружив на корабле «зайца»? Да еще и услышав о себе такую нелестную характеристику?

Я тихонько вздохнула и аккуратно села, настороженно покосилась вниз, перевела взгляд на элерца, но тот не сдвинулся с места и лишь по-прежнему, будто я нечто опасное и непредсказуемое, не спускал с меня глаз.

Не надеясь на чужую помощь, я кое-как выбралась из контейнера, радуясь, что до пола было недалеко. Сделала пару шагов в сторону и… затекшее тело дало о себе знать. Ноги подкосились, я начала падать и не нашла ничего лучше, чем вцепиться в хмурого неподвижно замершего мужчину.

Уткнувшись носом в его мощное, явно накаченное плечо, ойкнула от такой близости. И уже собралась отстраниться и снова извиняться, как рядом раздался мужской голос:

– Капитан, вам помощь требуется?

Так он еще и капитан! Вот я влипла! Если бы меня нашел кто-то из команды, было бы проще. Пришла бы в себя, пока доставляли к своему руководству, мыслила бы разумно.

Элерец попытался убрать мои руки со своего тела, но, видимо, у меня сработал инстинкт самосохранения, и я зачем-то вцепилась в него еще сильнее.

– Ой, – выдохнул все тот же незнакомец, которого я не видела, но который, похоже, появился уже рядом с нами. – Я, если что, неподалеку, капитан, зовите, если… ну… потребуется.

Судя по звуку раздающихся шагов, после этих слов мужчина ретировался. А я почувствовала, как к щекам приливает жар. Все-таки поза, в которой нас случайно застукал кто-то из подчиненных капитана, у нас была не оставляющая простора воображению.

– Очень надеюсь, у вас в команде нет сплетников, капитан, – пробормотала я, опуская руки и делая несколько шагов назад.

Очень хотелось оглянуться, чтобы знать, куда, если что, бежать и где прятаться от его гнева.

Мужчина вновь скрестил руки на груди, уставился на меня, и меня пробрало жаркой дрожью от этой его спокойной, ледяной уверенности и, похоже, непробиваемости. Я совсем не знала, чего ждать от этого мужчины, и внутри все теперь еще и сжималось от страха.

– Ну, и зачем вы тайком пробрались на мой корабль? – холодно поинтересовался он.

– Жить очень хочется, – честно призналась я.

Других пояснений не требовалось. Он был на Кейруне, видел все своими глазами.