Апокалипсис Алисы
- Ди сама готовит! – похвастался за девушку Мир, - с одной стороны, я не против, чтобы они ругались чаще.
И получил от Дианы легкий подзатыльник.
- Барсик еще не ужинал, - объяснила Ди, - и я подумала, что возможно здесь еще кому-нибудь захочется согреться домашней едой.
- Я даже не обедала, - вдохнув лапшичный запах, сообщила Алиса, берясь за ложку.
Позаботившись о друзьях, Диана бережно взяла супницу с ложкой и отправилась к мужу. Села возле него на кровать и подвинула ногой ближайший ящик. Потом принялась дуть на суп. Барс даже не шелохнулся.
Но, через пару минут ее терракотовый воин молча отобрал у нее суп, забрал ложку, и пошел к столу. Диана лукаво улыбнулась и последовала за ним.
В гараже завязался тихий, тягучий разговор. Диана и Мир расспрашивали Алису о Земле Полночи, жадно ловя детали неизвестного мира. Андрей и Барс нейтрально спорили обсуждая Мультивселенные и кротовые норы.
Вскоре, по гаражу распространился запах горячего жасминового чая.
Разговор как-то незаметно интегрировал всех присутствующих в общий вектор, и пошел о Земле Полдня. Все старались рассказать Алисе о забавных и интересных случаях из их жизни. Алиса делала фотографии. И смеялась. Ей было хорошо и спокойно.
— Нам пора домой, котик, — наконец тихо сказала Диана, мягко увлекая Арсена за рукав. Тот не стал сопротивляться. Каменная броня Барса на глазах дала трещину перед упрямым присутствием маленькой жены. Суровость с его лица смыло окончательно, оставив лишь мягкую мужскую нежность. Подхватив пакеты с грязной посудой, он побрел за Ди на выход из гаража. Мастер-класс по размягчению скал был завершен.
В гараже остался ночевать только Мир.
— К себе не пойду, — вздохнул рыжий, устраиваясь на второй лежанке, и прижимая к себе термосы, чтобы Диана их не забрала, — Варька дома устроит мне допрос с пристрастием. Она буквально силой пытается вытрясти из меня всё про Алису.
Вернувшись в дом, Алиса и Андрей расстались в гостиной, где горел приглушенный ночной свет. В комнату «молодоженов» девушка не пошла, чтобы не мешать Андрею заснуть. Сейчас она чувствовала себя умиротворенно, ее внутренний ресурс был полон до краев. И она решилась, наконец, прочитать сообщения «с той стороны».
— Хорошего отдыха, целомудренный воин, — нежно улыбнулась парню Алиса.
Он поцеловал ее в висок:
— Тебе тоже нужно прилечь, Аленькая, не задерживайся. Завтра у тебя трудный день.
- Ерунда, - отмахнулась Алиса, - у вас в группах максимум дюжина детей. В два с половиной раза меньше, чем у нас.
Ее мысли крутились осенним листопадным вихрем вокруг Коли и его замирающего сердца. Вытащив из кармана смартфон, с намертво прилипшим к нему блоком бактериальной зарядки, Алиса села за стол. Сети по-прежнему не было.
Столько сообщений… сначала испуганные, потом расстроенные и даже злые. И в конце смирившиеся, любящие, желающие ей добра. Написал и Олег. Всего два слова «Будь счастлива». Ему она ответила первому, потому что этот ответ был самым коротким. Она извинилась, пожелала ему счастья и поблагодарила за то, что он бы в ее жизни.
Близ больше не ругался на Лидера, но Алиса решила набрать текст сама. Встроенный текстовый редактор работал и отдельно от ИИ.
«Если мы — живая антенна, и мост открывается изнутри, значит, когда-нибудь, когда Лидер снова ударит в Центральную Площадь, Близ отправит эти письма на ту сторону», — подумала она. Пальцы взлетели над виртуальной клавиатурой. Ей отчаянно, до дрожи, нужно было выговориться тем, кто остался на Земли Полночи. Сказать им, как сильно она их любит. Хотя сейчас и появилась надежда, но девушка не знала, захочет ли Лидер вернуть ее домой.
Глава 14
Она написала друзьям. И братьям. И отцу. Самым трудным и самым длинным было письмо маме. Алиса подробно писала о новых друзьях и светлом и солнечном городе. О детях, которые дарят ей цветы, и потрясающем велодроме. О сырниках с принтами, и о том, что находится под крылом замечательного парня с серебряными глазами. За которого собирается замуж. О том, что у нее есть работа. Она просила у мамы прощения и благодарила за все те невероятные усилия, которые сделали ее счастливой. Она никому не обещала, что вернется.
Затем открыла новый чат.
«Кольчик, я знаю, почему тебе больно, когда ты идешь мне звонить. Это все из-за меня, прости. Из-за квантовой запутанности близнецов. Когда я сильно скучаю по тебе, то причиняю тебе боль. Пожалуйста, береги себя. Это очень важно для меня. И всегда будет важно. Даже, если бы я была на другом конце Вселенной. Или вообще в другой. Не держись за меня, родной. Мы уже выросли. Ты больше не моя половинка. Я почти замужем. Не ищи меня больше на площади, просто живи. Живи долго и счастливо. Я люблю тебя. Твоя взрослая сестра.»
Она сохранила черновик и долго смотрела на мигающий курсор. Внутри её памяти, темной занозой сидело прошлое. Алиса сделала глубокий вдох диафрагмой, сложила губы бантиком и медленно выдохнула. На её губах появилась грустная улыбка. Земля Полдня, с её беспощадной честностью и масштабом, научила её главному — не оставлять за собой хаос. Нажав кнопку «сохранить», Алиса почувствовала, как из груди ушел огромный, тяжелый камень. Ей стало так легко. Алиса заблокировала экран смартфона и убрала его в карман. И пошла спать.
Утро началось с тишины. Алиса проснулась с непривычно легким сердцем, Впервые с той Катастрофы, что расколола жизнь надвое, ее не душила подступающая к горлу тоска. Вместо неё внутри копошилось упрямое, почти забытое чувство волнующего предвкушения. Сегодня был первый день её работы с группой «Альфа». Первый день, когда она вообще выйдет на официальную работу по специальности. Было странное, неловкое чувство, радоваться, когда всё вокруг чужое. Диплом дошкольного педагога Земли Полночи открыл ей путь к финансовой независимости не в Российской, а в Континентальной Федерации. Ее не готовили к тому, что предстояло сделать. Что она может дать этим детям? Чему сможет их научить?
Андрея не было. Она сделала небольшую зарядку и села на краю кровати, рассеянно перебирая пальцами тонкую цепочку на шее. Желтая ромашка, запечатанная Андреем в прозрачный дизайнерский полимер, приятно холодила кожу. Этот прохладный кусочек чужого солнца, частичка сочувствия незнакомого малыша грустной тете, стал ее новым Зеркальным Щитом. Ее личным тотемом, который она поклялась себе не снимать ни при каких обстоятельствах. И она чувствовала в себе тягу вернуть бескорыстный долг. Отдать хоть немного тепла и света тем, кто протянул ей руку, когда она слепо барахталась в холодной пустоте.
— Доброе утро, Алиса, — привычно мягко прозвучал голос Лидера из браслета. — Фиксирую нулевой баланс твоего счёта. Для соблюдения норм внешнего вида активируй транзитную субсидию на приобретение одежды. Гражданин Андрей Снегирев предоставил безусловное обеспечение твоего IDпрофиля. Рекомендую принятие покрытия расходов. Также доступен базовый комплект наставника.
Алиса коротко усмехнулась. Ну уж нет, прости, Андрей. Я не инвалид какой-нибудь и мне нужна собственная подушка безопасности.
— Отклонить обеспечение Снегирева, — четко произнесла она в пустоту комнаты, чувствуя, как внутри что-то ухнуло вниз. Хотя, она не сомневалась, что Андрей ее поймет. Ей претило сочувствие. Возвращение к роли беспомощной «девочки-тени» было выше ее сил.
— Выдай мне стандартный базовый комплект. Тот, который положен при нулевом балансе.
- Пройди в санитарную комнату, - не стал настаивать император человечества.
Стена тихо щелкнула. Из белого люка на столик выпал пакет. Внутри никакого шелка, никакого песочного или пастельного трикотажа, которые так любили Татьяна и Варвара. Только стандартный рабочий комбинезон из вторичного матового биопластика. Ослепительно, лилейно-белый. Абсолютно чистый холст, пахнущий хлопком и озоном. И белые удобные ботинки, даже удобней ее кроссовок. После необходимых утренних процедур, Алиса скользнула в комбинезон, застегивая плотную полимерную молнию до самого горла. И выворачивая широкий воротник-капюшон наружу. Ткань оказалась на удивление податливой и комфортной, в размере Лидер не ошибся ни на миллиметр. Но в зеркале она выглядела как безликая шахматная фигурка.
В гостиной Андрей уже заканчивал возиться с завтраком, приготовленным магботом. Увидев её в глухом белом облачении, он на секунду замер. В его серебряных глазах мелькнула тень разочарования. Но почти мгновенно он загнал мимолётные эмоции под привычное ироничное спокойствие. — Выглядишь… профессионально, Аленькая, — мягко произнёс он, ставя перед ней тарелку с парящей творожной запеканкой, похожей на баскский чизкейк. Запах ванили и карамели запечённой корочки на секунду вернул её в Крепость родного дома, туда, где мама пекла почти такую же по выходным. — Но почему белый? Тебе же не нравится белый цвет. — Не то чтобы не нравится, — Алиса подняла на него виноватые глаза и невинно ими захлопала, отправляя в рот первый маленький кусочек. — Очень вкусно. Спасибо! Это он на Земле Полдня мне не нравится. А вообще, моё любимое время года — зима. Она белая. Сегодня я решила быть зимой. Весёлой такой зимой, новогодней. Но, мне нужна помощь, техническая.
Андрей приподнял бровь, усаживаясь за стол напротив.
— Где мне взять три пачки маркеров? — Алиса выразительно постучала пальцами по белому плечу своего комбинезона.
Андрей внимательно всмотрелся в её лицо и затем просто улыбнулся — открыто и надёжно.
— Будут тебе маркеры. Перманентные, с жидкими биочернилами. А теперь ешь. Магплан до Сектора Образования уже в пути.
Андрей сделал заказ Лидеру. Затем они доели завтрак, и Андрей ушёл одеваться. Девушка помыла руки на кухне и пошла к настенному люку в прихожей. Ниша у входа бесшумно раскрылась и выдала небольшой пакет. Алиса осторожно достала увесистую прямоугольную коробку из глянцевого пластикартона. С умильной рожицей и пересекающимися радугами под бирюзовым и фиолетовым дождём, в свете янтарных лучей солнца. И два плотных белых бруска, завёрнутых в прозрачную плёнку.
— Рекомендую, — прокомментировал подошедший Андрей. — Полный профессиональный комплект «Аквамарин». Здесь двенадцать цветов. Семь базовых спектральных, глухой чёрный, чистый белый для коррекции контуров и три особых биолюминесцентных. Янтарный, бирюзовый и фиолетовый. Их штаммы реагируют на биоэлектрику браслетов.
Алиса удивлённо разглядывала гладкие корпуса маркеров с прозрачными индикаторами, внутри которых едва заметно колыхался живой, насыщенный гель.
— А это? — она легонько поскребла подушечкой пальца белые бруски.
— Биоластики, — Андрей нежно коснулся её пальцев и лукаво усмехнулся. — Я ведь психиатр и не раз сталкивался с замученными наставниками. В песочнице нестабильный детский хаос всегда может выйти изпод контроля, эти ходячие маленькие антарктиды всегда имеют право передумать. Надо быть готовой ко всему. Плотный гидрогель с ферментамиингибиторами. Проведёшь по ткани — и живой пигмент распадётся на воду, а ластик впитает её обратно. Бонусом они пахнут дикой мятой. Местный Сектор Образования считает, что этот запах успокаивает малышей.
Алиса вдохнула запах дикой мяты и медленно выдохнула.
— Предусмотрительный ты человек, Снегирь. Прирожденный спасатель. Ну всё, я поехала учить твою протокольную систему.
Андрей бережно упаковал коробки с биомаркерами и мятными ластиками в белый пакет и вручил ей. Пакет мягко шуршал при каждом движении, напоминая о том, что сегодня она — безликий винтик в педагогической теплице Лидера. По крайней мере, так это выглядело со стороны.
— Я могу проводить тебя, — Андрей мягко перехватил её запястье, там, где теперь красовался новенький, выданный Лидером белый айдибраслет.
— Не нужно, Снегирь, — Алиса аккуратно, но упрямо высвободила руку, послав ему короткую, уверенную улыбку. — Твоя мама и так считает меня хищной авантюристкой, которая сидит у тебя на шее. Если император выдал мне пул и решил, что ваш IQ нуждается в опылении моим EQ, значит, до песочницы я доберусь сама. Включаю режим автономии.
Андрей понимающе кивнул, хотя в глубине его глаз гнездилась тревога, неохотно уступая место доверию. Чтобы окончательно прогнать ее, Алиса чмокнула его в шершавую щеку.
Он обнял ее рукой за талию и притянул к себе.
- Если Коля позвонит…
Она положила руку ему на грудь, мягко отстраняясь и отрицательно мотая головой.
- Брось, сам же знаешь, что сегодня не позвонит, - скептически улыбнулась девушка, - Лидеру еще нужно собрать энергию. Да и у меня сегодня нет времени на Землю Полночи.
И он ее отпустил.
На выходе из дома Алиса глубоко вдохнула утренний воздух Мезополиса С-15. Утро пахло кристальной чистотой и тонким ароматом цветущей глицинии из сада Татьяны. Никакого запаха бензина, никакого остывающего за ночь асфальта, которые на Земле Полночи въелись в саму плоть ее родного города. Здесь всё было пастельным, выверенным и парящим. Но, сегодня ее эта игрушечность не раздражала. Потому что сегодня она гармонировала с песочницей.
Едва она сделала последний шаг по белому песку к транспортному полотну, браслет тихо завибрировал. Излучатель направил ультразвуковой сигнал прямо в правое внутреннее ухо, заставив ее вздрогнуть от неожиданности. И в голове раздался знакомый, прекрасно модулированный противный голос Лидера:
— Алиса, маршрут до Сектора Образования сформирован. Пожалуйста, займи место в салоне.
Стоявший у обочины магплан приветливо открыл пассажирскую дверь.
Когда она покинула транспорт, Лидер взял на себя функцию навигатора и командовал:
- Следуй по вектору пешеходной галереи. Сверни направо через тридцать метров к секции питания номер четыре. Указатели над головой. Дальше иди до конца галереи и направо. Там располагается аудитория группы «Альфа».
— Поняла тебя, — прошептала Алиса.
Без тяжелого руля «Уголька» в руках она чувствовала себя нелепо и обнаженно. Но цветочный кулон на шее, спрятанный под воротом комбинезона, работал как надежный ментальный якорь. Она машинально вытащила его наружу.
Пешеходная галерея встретила ее потоком людей. Алиса инстинктивно сжалась, ожидая привычной земной толкотни спешащих на работу людей, угрюмых невыспавшихся взглядов.
Но Земля Полдня функционировала по своим протоколам.
Встречные граждане в разноцветной одежде пастельных оттенков и строгих спецгалстуках экстренных служб четырех цветов, двигались плавно. Не мешая друг другу. Завидев Алису в ее безупречно белом рабочем облачении, они уступали дорогу и обмениваясь с ней приветливыми улыбками. Как будто она не безликий наставник, а как минимум публичное лицо. Это была сытая бесконфликтная вежливость идеального «социального рая». Но для Алисы, в этих улыбках крылся пугающий дефицит. Она не видела в них настоящих человеческих эмоций и не верила им. Ей казалось, что она видит насквозь их желание заработать побольше долей за психогигиену и этичность. Это была вежливость хорошо отлаженных интерфейсов. Которых Лидер избавил от боли и страха, но взамен лишил той глубины, что пахнет настоящими неидеальными слезами. Тем не менее, она вежливо улыбалась в ответ. Ведь и ей нужны были доли.
Лидер-навигатор доставил ее к огромному, залитому светом атриуму из молочно-белого полимера. Надпись на биоцифровом табло, пульсирующая мягким бирюзовым цветом, гласила: «Умная группа АЛЬФА».
Алиса расправила пакет с маркерами, шагнула через раздвижные двери и оказалась внутри. Песочница встретила ее неровным гулом детских голосов. Группа «Альфа» состояла из десяти детей, шести мальчиков и четырех девочек. В возрасте около пяти лет. Пространство было разделено по системе Человека Играющего. Справа располагалось Ателье с разнородными материалами. Слева — Лаборатория, где двое малышей заворожено наблюдали за фрактальными колебаниями магнитной жидкости в прозрачной сфере. За окнами виднелся просторный красивый дворик со спортивной площадкой.
В самом центре Ателье, забравшись с ногами на белую скамейку… стоял ее недавний поклонник — ангелочек Лютик, похожий на золотого барашка. Он был полностью поглощен хвастовством перед тремя девочками. Размахивая в воздухе какой-то деталью сложного геометрического конструктора.
— ... и тогда Лидер выдал мне две доли! — гордо декламировал малыш, округлив глаза. — Потому что мой Вектор Воли вчера поднялся!
Он даже не повернул головы в сторону двери.
Так, дышим глубже, - успокоила она подпрыгнувшее сердце, - забудь про знакомства. И про свой красный диплом, здесь он не котируется, - съязвил внутренний голос, подозрительно похожий на голос Колючего. Алиса мысленно поставила себе жирную галочку: никаких «избранных». Лидер и так завалил ее на группе «Океан» за то, что она попыталась выдать мини-версии Андрея статус Хранителя Берега. Никаких костылей и любимчиков. Все равны перед лицом эволюции.
Она плавно опустилась на корточки у центрального радиуса песочницы, где трое малышей строили из разноцветных полимерных блоков сложную многоуровневую конструкцию, подозрительно напоминающую орбитальную ректенну контура Геи. И положила перед собой пакет.
— Привет, инженеры, — Алиса наклонила голову, поймав взгляд мальчика с мягкими азиатскими чертами лица.
Дети оторвались от блоков. Контур Образования нивелировал в них страх перед авторитетом взрослых, поэтому смотрели они прямо, с тем убойным когнитивным любопытством, от которого Алисе захотелось одновременно улыбнуться и спрятаться.
— Я Алиса Полунина, — представилась она. — Ваш новый наставник-исследователь на сегодня. Будем знакомиться?
— Я Кендзи Сато, — серьезно кивнул мальчик с блоками, аккуратно укладывая деталь. — Тихоокеанская Федерация. Но папа работает здесь. Мне 6 лет. Я буду инженером ректенн.
— А я Амина Мансур, — звонко отозвалась синеглазая темнокожая девочка, бросив Лютика с его деталью и подбежав ближе. Ее кудряшки забавно пружинили. — Из Экваториальной Федерации. Мы с мамой и братиком Амиром прилетели, когда мне было три. Мне 6, а Амиру 5. Амир, иди сюда!
Спокойный мальчик, с бездонными темными глазами, рассудительного вида, молча подошел к сестре.
- Привет, Алиса.
— Лиам Коннор, Континентальная Федерация, 6 лет, — буркнул веснушчатый рыжий крепыш, сидевший чуть поодаль у биоэкрана.
К ним начали подтягиваться остальные. Шустрый эмоциональный Матео Сильва, 5 лет и сдержанный Лукас Вебер, 6 лет, оба из Тихоокеанской. Бойкая Инга Бауэр, 5 лет, тоненькая Хлоя Дюпон, 5 лет и молчаливая Мэй Лин, 6 лет, все из Континетальной. И, наконец, брошенный всеми Лютик, который соизволил заметить новое лицо. Он подошел, критически оглядел Алису с ног до головы и засунул руки в карманы голубых шорт.
— Ты новая тетя-наставник? — Лютик прищурился, и в его небесно-голубых глазах не было ни грамма узнавания. Недавняя площадь Первого Контакта для него уже стала далеким прошлым. — Твой комбинезон очень белый. Лидер говорит, что полностью белый цвет означает либо спецобъект, либо нулевой баланс. У тебя совсем нет долей, Алиса?
Дети притихли. В мире, где каждая копейка была привязана к киловатт-часу контура Геи, «ноль долей» звучал для малолетних Играющих Человеков как экзотический системный баг.
Алиса сдержала смешок, чувствуя, как внутри просыпается азарт. В детинцах Земли Полночи за такое могли высмеять, но здесь... здесь это был Вызов.
— Долей у меня действительно круглый ноль, Лютик, — Алиса печально улыбнулась, - раньше я не считала психогигиену чем-то серьезным и была невежливой. Так и обеднела.
- Ярослав Назаров, 5 лет, Континентальная Федерация, я буду врачом! - моментально выпалил Лютик.
Алиса тепло и задорно улыбнулась всей группе.
- Теперь, когда этический протокол соблюден, приступим к настоящему знакомству. Хоть Лидер и считает, что мои методы устарели, но именно поэтому я принесла вам холст, чтобы разрешить мой с ним спор…
Она заговорщицки прищурилась и медленно, эффектно зашуршала пакетом у своих ног. Краем глаза замечая, как двадцать пар детских глаз (считая оптические сенсоры Лидера в стенах) сфокусировались на ее руках.
Она вытянула из пакета маркеры и ластики.
— Итак, — Алиса сдвинула крышку, открывая палитру. — Здесь двенадцать цветов. Семь из них — это ваша привычная радуга, дальше черный и белый. Но вот эти три...
Она кончиками пальцев коснулась трех маркеров, которые лежали в отдельном пазу. Внутри их прозрачных корпусов едва заметно мерцал насыщенный гель. Янтарный, бирюзовый и розовато-лиловый фиолетовый.
— Люминосы! — Лиам подался вперед, забыв про свой биоэкран. В его веснушчатом лице сейчас было гораздо больше от обычного земного пацана, чем от будущего Человека Адаптивного.
— Да, но все не так просто, — Алиса хитро прищурилась, ловя тот самый момент групповой синергии, — Если вы будете рисовать и думать о чем-то по-настоящему важном, цвет станет глубже. А если совершите ошибку — не волнуйтесь. У меня есть мятные штуки. Полное обнуление хаоса.
Амина осторожно взяла в руки бирюзовый маркер.
— Вызов такой, — Алиса надела на голову капюшон, села по-турецки и раскинула руки в стороны, демонстрируя свой ослепительно белый комбинезон. — Этот комбез слишком правильный. Ему критически не хватает нелинейности. Создайте на верхней половине живой дизайн, но так, чтобы рисунки вплетали линии друг друга. Кендзи продолжает линию Амины, Матео подхватывает контур Лиама. И так далее. Также, дизайн должен гармонировать с нижней, белой частью. Погнали? Или, это слишком сложно?
Песочница взорвалась движением. Контур Образования учил этих детей работать в командах по принципу комплементарности, но Алиса впервые дала им в качестве холста... живого взрослого.
Первой решилась Амина. Она провела бирюзовую черту по белому рукаву Алисы. Бактерии мгновенно вступили в контакт с воздухом, фиксируясь на вторичном биопластике ткани, и линия мягко, неоново заструилась вверх к плечу. Кендзи тут же перехватил движение желтым спектральным маркером, выводя из бирюзовой ветви сложную геометрическую фрактальную сетку.
Алиса сидела неподвижно, чувствуя легкие, щекотные прикосновения пластиковых наконечников к своему телу. Лютик, пытаясь казаться самым независимым, долго крутил в руках янтарный маркер. Наконец, он подошел со спины и аккуратно, едва дыша, вывел на ее лопатке упрямый, рваный контур.
Ее браслет на запястье выдал короткую вибрацию. Лидер фиксировал аномальный всплеск детской биохимии, но система молчала, признавая решение «конструктивным».
Когда они прервались на обед и вторгшиеся магботы увели детей в столовую, Алиса посмотрела в зеркальную стену Ателье и тихо ахнула.
Ее комбинезон перестал быть безликой формой нулевого баланса. Он превратился в шедевр коллективной синергии. По рукавам и груди струились бирюзовые и фиолетовые реки, переплетенные со строгой радужной графикой Кендзи и Лиама, а на спине упрямым, жарким огнем горел янтарный контур Лютика. Увлеченные дети также зацепили и внешнюю сторону обеих штанин, выйдя за рамки Вызова. Тем не менее, дизайн все равно был безупречным. А Лидер молчал.
Обеденный цикл завершился, и боты вернули детей. Алиса обедала прямо в группе. Магботы убрали ее лотки, оставив на столах лишь стаканы с витаминизированной водой для малышей.
— Протокол тишины, — мягко произнесла Алиса, гася основной свет.
Десять маленьких тел устроились на упругих кроватках-матах, развернутых дронами Лидера. Это была не капитуляция перед режимом, а осознанный переход. Дети создают сложные социальные связи через совместный труд. Тихий час нужен мозгу, чтобы перевести этот хаотичный социальный опыт в долгосрочную память.
Биолюминесцентные линии на комбинезоне Алисы стали единственным источником освещения, пульсируя в такт замедляющемуся дыханию детей. Никто не протестовал. Справа тихо посапывала Хлоя, обняв мягкого симуленка, развивающего электронного зайца. Слева Мэй Лин уже видела первые штрихи своего нового дизайна. Она потрясающе чувствует композицию и цвет.
Браслет на запястье Алисы издал короткий одобрительный писк.
- Анализ группы. Снижение частоты сердечных сокращений на 40%. Синхронизация ритмов — 85%. Коэффициент психогигиены повышен до пограничного уровня, – тихо сообщил ей в голову Лидер.
Она перевела взгляд на Лютика. Мальчик лежал на спине, закинув руки за голову, и смотрел в потолок, где медленно меняли форму полимерные облака. Его глаза были широко открыты.
— Почему не спишь, Ярослав? – шепотом спросила Алиса, - Твой ритм выбивается из хора.
— Я считаю, — серьезным шепотом ответил он. — Амина дала мне две доли за то, что я принес ей воду, хотя сломала мой маркер. А Лиам дал всего одну, потому что я наступил ему на ногу. Но Амир вообще ничего не дал, просто улыбнулся. Как думаешь, сколько стоит улыбка?