Оценить:
 Рейтинг: 0

Предатели. Цикл рассказов

Год написания книги
2022
1 2 3 4 5 ... 13 >>
На страницу:
1 из 13
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
Предатели. Цикл рассказов
Оля Маркович

Цикл «Предатели» состоит из четырех издаваемых ранее и одного нового рассказов:«Полтора дня» – мистический и авантюрный мир первых свиданий. Желание искренней близости и попытка от нее убежать.«В ящике» – атмосферная история о сепарации, вере и «нормальности». Мать прячет дочь-инвалида оберегая ее от злых людей.«Собака» – о взрослении и договоре с собой: «Что такое хорошо и что такое плохо?»«Метода» – рассказ о наставнике, истинном призвании и выборе.«Откуп» – Детектив без детектива. Притча о неочевидной природе наказания. Книга содержит нецензурную брань.

Предатели

Цикл рассказов

Оля Маркович

Иллюстратор Оля Маркович

© Оля Маркович, 2022

© Оля Маркович, иллюстрации, 2022

ISBN 978-5-0056-2156-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Полтора дня

Глава 1. Утро. Скрэмбл

– Ты всегда казался мне хлюпиком, – она смотрела на него, едва проснувшегося, прикрыв рот простыней, так что торчали одни глаза с хорошенько размазанной тушью.

На полу лежали скинутые небрежно вещи. Двое малознакомых людей делили постель и утро, обнажающее недостатки. Вечер матирует несовершенства. День скрывает детали за беготней. В ночи, как известно, кошки серы. А утро… Утро похлеще, чем в операционной, препарирует. И речь не только о внешнем. Обнимает партнер спросонья или сбегает по делам, улыбается или прячет глаза – вот оно, истинное и самое верное время, обнажающее недостатки. Недостаток любви, тепла, вовлеченности. Недостаток близости.

– Чего спряталась? – спросил он и добавил, обдумав услышанное: – Почему хлюпиком?

– Хлюпиком, и все. Я же говорю: каза-а-ался, – она растянула «а», продолжая речь из укрытия, ткань вокруг рта намокла и прилипла к лицу.

– Не дури, вылезай оттуда! – он рванул простыню.

Она расхохоталась, дернула в ответ. Выиграв сражение за кусок материи, вскочила, обернулась на манер гречанки и прокричала:

– Чур я первая в душ!

Сделав неуклюжий реверанс, топоча, как хороший тяжеловес, она скрылась из виду.

С ней никто не соревновался. Стасов хорошо себя чувствовал в кровати, раскинувшись звездой. «Ох уж эти корпораты, никогда не знаешь, с кем проснешься», – подумал он и улыбнулся, припомнив, как все начиналось. Помнил он не так чтобы очень хорошо.

Стасю для себя он не рассматривал. Не потому, что с ней было что-то не так. Бывают женщины, с которыми сложно. Может, даже не сложно. Он не мог подобрать слово. Такие, от которых не знаешь, чего ожидать. Или начнут преследовать, или ни во что не будут ставить. Словом, такие, что не попадают под сформировавшуюся за жизнь классификацию. На флирт такие реагируют странно, с лицом, будто льешь им на голову кофе из автомата, при этом сами выдают неоднозначное поведение. То поправят тебе воротничок у рубашки, то возьмутся смотреть издали, прямо долго-долго, как бы и на тебя, и сквозь. А присядешь к такой на край стола, улыбнешься, поигрывая папкой с бумагами, а она опять с тем же видом уставится, будто ей на голову что-то льешь. Потому держался он от Стаси подальше. Было в офисе, помимо нее, много кого интересного. А вчера она заявилась на праздник с таким недвусмысленно глубоким декольте, что само по себе работает, как липкая лента для ловли мух, а в изрядном подпитии и подавно. В ее овальном вырезе «побывал» весь отдел, только ленивый не кинул туда взгляд. Потому пробуждение Стасова у Стаси в кровати казалось теперь вполне оправданным и, можно даже сказать, предопределенным.

Он бегло оглядел комнату. Ничего особенного. Горшок с цветком на полу. Голые стены. Светлый дубовый пол и стул с вещами вместо шкафа.

Гость спустил с кровати ноги, потянулся и широко зевнул. За пределами спальни что-то происходило, до него доносились странные гортанные звуки. Подхватив пальцами ног трусы с пола и подкинув вверх, он поймал их одной левой. Посмотрел, где у кельвинов зад, где перед, быстро надел и вышел в коридор.

Звуки доносились из душа – очень скверное пение. По пути на кухню Стасов наткнулся босой ногой на мелкую, неприятно воспринимаемую телом деталь, нагнулся, покрутил в руке – лего. В просторной столовой по-свойски открыл холодильник, оценив безысходность положения. Есть хотелось зверски. Пение закончилось, дверь в ванную распахнулась, и вместе с паром ему явилась новая близкая знакомая из отдела по связям с общественностью.

– Ты что это, душ в кипятке принимала? – спросил он, глядя на нее, совершенно красную.

– А я всегда так, – она улыбнулась. – Будешь завтракать?

– Да я бы с радостью, но у тебя ничего нет. – Стасов резко открыл и закрыл дверь холодильника, демонстрируя его бесполезность.

– Как это нет, все у меня есть. – Хозяйка дома отодвинула гостя от дверцы и стала доставать свертки и баночки, приговаривая: – Это называется «ничего нет», тоже мне фифа, у меня всего полно!

Стасов присел на небольшой диванчик, поигрывая маленькой деталью, что попалась под ноги. Хозяйка, фырча, одномоментно вытворяла на сковороде и разделочной доске кулинарные кульбиты.

– У тебя сын?

Она оглянулась через плечо, отрицательно мотая головой, но, заметив детальку в руках гостя, кивнула:

– Да, – и вновь отвернулась к плите.

Стасов понял, что она не хочет об этом говорить, но его это не останавливало, возможно, потому он менеджер с приставкой «топ», а не что-то там.

– Сколько ему? – спросил он, зная что люди чаще отвечают на прямые вопросы, даже если того не хотят.

– Шесть, – ответила она не оборачиваясь. – Ты любишь глазунью или желток перемешать? – Стася меняла тему, что еще больше подталкивало Стасова дожимать.

– Скрэмбл хочу. Где он сейчас?

Нож раздраженно плясал в ее руках, шинкуя зелень.

– Кто?

Вот упертая. Ее напряженная в возмущение спина вызывала у Стасова непроизвольную, чуть садистскую улыбку:

– Ну не скрэмбл же! Сын.

Девушка громко выдохнула, развернулась к устроившему допрос.

– Слушай, все же хорошо было, не надо изображать участие. Это никому не нужно! Есть наш офис, корпорат, лихая ночь, все круто. – Она размахивала тесаком на эмоциях, кажется, не понимая, как умилительно смотрится. – Может, я сама бы рассказала потом, не сейчас. Мне вот это вот все не нужно! – Последнюю фразу она дополнила повышенным тоном и артикуляцией.

– Вот это вот что? – Стасов испытал неимоверное удовольствие, выводя ее на эмоции. Обыкновенно происходящее вокруг касалось Стасю наполовину или того меньше.

– Еще раз! Моя жизнь, сын, тетушки и дядюшки, хомячки, что померли у меня в детстве. Есть ты, я и настоящее, этого достаточно, – она повернулась к кухонной рабочей поверхности, откинула лопаткой омлет на сковороде и продолжила заниматься зеленью.

– Я люблю детей. – Стасов ожидал, что будет взрыв и набрал побольше воздуха.

Она силилась меньше минуты, снова развернулась, сыпля сварочными искрами:

– Знаешь, что я не люблю больше всего?! Не люблю, когда люди говорят о том, чего не знают. Ты любишь их как? Сделать милому карапузу козу или «у-тю-тю»? Любишь, как щенят или кроликов? Знаешь, ну вообще это странно – их не любить, так-то. Тогда ты вроде как социопат. Ну, то есть на расстоянии-то их почти все любят. Кто-то не хочет их заводить, чайлдфри к примеру, но обычно они не заявляют о своей нелюбви к детям, обычно у них есть очень глубокие причины не приводить в эту жизнь кого-то, о ком они не могут или не хотят заботиться. Кого-то, кто будет, по их теории, страдать в этом мире, перенаселение планеты и прочие отговорки.

– Эка тебя понесло!

Она обмякла. Стасов понял по ослаблению мышц, что девушка пожалела о спитче.
1 2 3 4 5 ... 13 >>
На страницу:
1 из 13

Другие электронные книги автора Оля Маркович