Она уселась на вершину мачты огромного корабля, и стала с любопытством наблюдать, как матросы на длинных канатах тащили из трюма большие деревянные ящики.
– Хей-я! Ахой! Давай! Налегли! Дружно все! Разом! – орали они, когда очередной ящик плавно шёл наверх.
– Я отправляюсь в Египет! – весело кричала Ласточка, никем не слышимая, ибо никому не было до неё ровным счётом никакого дела.
И только когда в небе расцвела новая Луна, Ласточка вернулась назад к Счастливому Принцу.
– Я пришла для того, чтобы просто сказать тебе «Прощай!» – крикнула она.
– Ласточка, Ласточка! Милая, маленькая Ласточка! – сказал Принц, – Не могла бы ты остаться со мной ещё на одну ночь! Умоляю тебя!
– Уже зима! – ответила Ласточка, – И скоро хладный снег закроет всё вокруг! А в Египте светит жаркое Солнце. Оно ласкает зелёные листья пальм и крокодилы залегли глубоко в тине и лениво посматривают по сторонам! Мои напарницы вьют гнёзда в Баальбекском Храме, а белые и розовые голубки смотрят на них, и воркуют друг с дружкой. Дорогой мой Принц, я должна покинуть тебя, но я никогда не забуду тебя, и следующей весной я вернусь и принесу тебе два драгоценных камня вместо тех, которыми ты поделился! Этот рубин будет краснее самых алых роз, и сапфир – лазурнее самых синих морских волн!
– Там внизу, в сквере, – сказал Счастливый Принц, – потерялась совсем маленькая девочка. Она стоит и торгует спичками, – Смотри, она только что выронила коробку спичек в канаву, и спички теперь залиты водой. О, горе! Когда её отец узнает об этом и она не принесёт в дом денег, он убьёт её! И поэтому она в отчаянье, кричит и плачет! На ней нет, ни башмаков, ни чулков, ни перчаток, и её юная головка открыта холоду и ветру. Разорви мой второй глаз, лета и дай его девчонке, отец не должен убить её!
– Я готова остаться с тобой ещё на одну долгую ночь, но не могу выклёвывать твой второй глаз! Ты ведь тогда ослепнешь навсегда!
– Ласточка, Ласточка! Милая Ласточка! Следуй воле моей!
И тогда Ласточка расклевала другой глаз Принца, слетела вниз и уронила в ручку девочки бесценный сапфир.
– Какая миленькая, чудная стекляшка! – закричала малышка, и побежала, смеясь, домой.
Тогда Ласточка снова вернулась к Принцу.
– Теперь ты слеп, и я останусь с тобой навеки!
– Нет, маленькая добрая Ласточка! – сказал бедный, несчастный Принц, – Ты ведь должна лететь в Египет! Не забывай об этом!
– Я останусь с тобой навеки! – сказала Ласточка, и уснула в ногах у Принца со счастливой улыбкой на устах.
Весь следующий день она просидела на плече у Принца, рассказывая ему о том, что она видела в дальних, заморских краях. Она рассказала ему о красных ибисах, которые стройными рядами стоят на берегах Нила, ловя золотых рыбок длинными клювами, о Сфинксе, который более стар, чем этот Мир, и потому знает всё на свете, о путешествующих купцах, которые медленно бредут на своих верблюдах, всё врем перебирая чётки, о Короле Лунных Гор, что чёрен как эбонит, и обожествляет огромный блестящий кристалл, об огромном Зелёном Змее, который живёт на пальмовом дереве и кормится с рук двенадцати жрецов медовыми плюшками, и о крошечных пигмеях, что плавают по бескрайнему озеру на лодках, сделанных из одного листа – они только и делают, что сражаются с кровожадными бабочками.
– Милая маленькая Ласточка! – сказал Принц, – Ты рассказала мне о таких удивительных чудесах, но самое удивительное в мире – это страдания простых мужчин и женщин. Нет Мистерии величественней, чем Горе! Облети весь город, маленькая Ласточка, и поведай мне обо всём, что увидишь в мире!
И тогда Ласточка облетела весь этот огромный город, и узрела, как в роскошных покоях веселятся и кутят богачи, а нищие, как гроздья засохших ягод, сидят у городских врат. Она пролетала над тёмными грязными проулками, и видела бледные личики голодающих детишек, без надежды взирающих сквозь мутные окна на чёрные, пустые улицы. Под аркой моста два маленьких мальчугана лежали, прижавшись друг к другу, пытаясь согреться.
– О, как мы голодны! – кричали они, – Как нам хочется есть!
– Здесь вам не место для лёжки! – орал на них стражник, и они побежали прямо под пронизывающий дождь.
И Ласточка вернулась обратно к Принцу, и рассказала ему обо всём, что ей пришлось увидеть в городе.
– Я весь с ног до головы покрыт золотом! – признался Принц, – Ты должна содрать его с меня всё, до последнего листочка, кусочек за кусочком, листик за листиком и раздать его моим бедняжкам, живые, они только и грезят о нём, думают, что одно золото может дать человеку невозможное счастье!
Золотой листочек за золотым листком Ласточка сдирала прекрасное сусальное золото со статуи, до тех пор, пока Счастливый Принц не стал выглядеть тускло и серо, как кусок железа. Листок за листком относила она чистое золото беднякам, и детские личики розовели и они начинали улыбаться и играть в свои весёлые уличные игры.
– Теперь у нас есть хлебушек! – кричали они радостно.
Скоро пошёл снег, и следом за снегом пожаловал и мороз. Улица сверкала, словно покрытая серебром, длинные сосульки, как хрустальные кинжалы, повисли на карнизах домов, все укутались в теплые шубы и маленькие дети в алых шапочках раскатывали по улицам на коньках.
Бедная маленькая Ласточка зябла всё сильнее и сильнее но она не собиралась покидать, Принца, так сильна была её любовь к нему. Она клевала жалкие крошки близ двери булочной, когда булочник отворачивался и пыталась согреться, хлопая ледяными крыльями.
Но в конце концов она поняла, что пришло её время умирать. У неё хватило сил только на то, чтобы в последний раз с трудом взобраться на плечо Счастливого Принца.
– Прощай же, милый Принц! – пролепетала она, – Позволь мне облобызать твою руку?
– Я так счастлив, что ты наконец улетаешь в Египет, моя маленькая Ласточка, – только и смог сказать Принц, Ты слишком долго оставалась со мной здесь. Ты можешь поцеловать меня в губы! Потому, что я люблю тебя!!
– Я улетаю не в Египет! – прошептала Ласточка, – Я лечу в Дом Смерти! Смерть – это родной брат Сна, не так ли?
И она поцеловала Счастливого Принца в губы, и тотчас упала мёртвой у его ног.
В это мгновение странный треск раздался в груди статуи, как будто что-то оборвалось и разбилось. Это раскололось оловянное сердце Принца. Вот какой жестокий мороз ударил в тот день!
Назавтра рано утром Мэр Города прогуливался в сквере вместе с Муниципальным Советником. Когда он поравнялся с колонной, он взглянул на статую.
– Боже мой! В какого жалкого оборвыша превратился наш Счастливый Принц! – воскликнул он.
– Настоящий оборванец! Вы совершенно правы! Совершенно! – закричал Муниципальный Советник, которому было не по чину спорить с Мэром.
И они приблизились к статуе, чтобы лучше рассмотреть её.
– Так-так! Рубина нет на рукояти меча, далее – у него совсем нет глаз, да и золота нет и в помине! – резюмировал Мэр, – Теперь он хуже любого попрошайки!
– Вот именно! Хуже попрошайки! Факт, он не лучше любого городского попрошайки! Факт! – как болванчик, закивал головой ушлый Государственный Советник.
– И в довершение всего у его ног валяется какая-то мерзкая, дохлая птица! – резюмировал Мэр, – Мы обязаны издать вердикт, что птицам умирать здесь отныне категорически за-пре-ще-но!
И Муниципальный Советник сделал об этом отметку в своей Записной Книжке.
Тут приковылял радостный полковник Щёголь и статую Счастливого Принца моментально свергли с пьедестала.
– Если в чём-то нет былой красоты, то эта штука уже совершенно бесполезна! – ткнул в небо пальцем Профессор Дегенеративных Псевдо-Искусств, преподававший в местном университете Подплинтусную Аквариумно-Клеточную Композицию, Курс Истории Блошиного Холокоста и Практикум Обязательной Крысиной Эрзац-Толерантности.
Статую свезли в металлолом и расплавили, после чего Мэр срочно созвал Городской Совет, чтобы решить, что делать теперь с этой уродливой грудой металла.
– Нет, нам, разумеется, необходима новая статуя! – трепетно заявил он, – И теперь пусть она изображает мою персону!
– Нет, мою! Нет, мою! – один за другим зачастили Государственные Советники. Скоро они все перессорились. Недавно мне сказали, что они до сих пор заседают в Городском Совете и грызутся между собой, как собаки.
– Какая странная штука! – нахмурился Главный Литейщик, – Одно разбитое оловянное сердце никак не желает плавиться в печи! Давайте-ка выбросим его на свалку!
И они бросили оловянное сердце в кучу грязи вместе с мёртвой Ласточкой.
– Принесите мне две самые благородные вещи, какие были в этом городе! – сказал Бог одному из своих Ангелов. И Ангел принёс Ему оловянное сердце и мёртвую птицу.
– Твой выбор верен! – сказал Бог, – Потому что в моём Райском Саду только эта мёртвая Птичка будет петь во веки вечные, и в моём Золотом Граде только Счастливый Принц будет слагать мне вечную хвалу!