– В таком случае тебе нужно чудо. – Серьезным тоном заключил Бало-боло. – Просто так тебе уйти не дадут, это может бросить тень на уважаемое семейство. Вождь уже в курсе твоей проблемы?
– Да, вполне. Ну, кроме того, что все вышло случайно. – Невесело усмехнулся Стив.
– Вот ведь досадное недоразумение! Когда бой?
– Понятия не имею.
– Что ж, буду сегодня просить Оуни о твоей защите, кто знает, вдруг услышат?
– Спасибо,.. за участие. – Безнадежно вздохнул Стив и поднял уже порядком обсохшего Бало-боло. – Надо возвращаться. Жара уже спадает. Скоро тут будет много народа. Не хочу людей смущать.
Он отнес половину человека на прежнее место и попрощался.
– Кто знает, увидимся ли еще? – Проговорил Стив еле слышно.
– Конечно, увидимся! – Ободряюще хохотнул Бало-боло, – Такой бой бывает раз в сто лет, а то и реже. Белый великан, против сына вождя! Я точно приду посмотреть, даже если мне придется самому ползти до арены.
– Да уж, хлеба и зрелищ… – безнадежно махнул рукой Стив и двинулся прочь.
Он еще некоторое время бесцельно послонялся по селению, не встретил никого из прежних знакомых, потому что люди явно избегали встречи с ним. Да и чем они могли ему помочь? Положение было совершенно безнадежным. От постоянных размышлений и переживаний разыгрался голод. Он подумал, что в хижине, наверное, осталось еще немного еды, но встречаться опять с дочерью вождя не хотелось. В конце концов, голод взял свое, и Стив зашагал к своему временному пристанищу.
Он тихо подошел с тыла и прислушался. Снаружи доносились шорохи двух охранников, внутри было совершенно тихо. Может быть у нее есть еще другие дела, и можно будет без нее хотя бы перекусить?
Стив как тень шагнул ко входу. Ближайший охранник в ужасе отпрянул и чуть не ввалился вовнутрь хижины. Оба охранника были не на шутку испуганны его появлением. Поначалу Стив решил, что их так впечатлило его тихое перемещение, но через секунду уже засомневался в этом. Этот животный ужас в глазах, так несвойственен аборигенам амазонии, проживающим в опаснейшем регионе нашей планеты, мог иметь только одно объяснение – суеверный страх, мистический ужас, благоговение, религиозный трепет. Стив на мгновение задержался снаружи, чтобы рассмотреть это явление получше, и весело усмехнулся, глядя, как охранники словно прижаты его взглядом к стене жилища.
Внутри было прохладно и сумрачно. Послеобеденное солнце уже скрылось за высокими кронами деревьев, обеспечив в помещениях особый загадочный полумрак.
Стив немного задержался у входа, чтобы глаза привыкли к слабому освещению, убедился, что в хижине кроме него никого, и облегченно опустился в гнездо. Рядом с собой тут же обнаружил плетеное блюдо с остывшей едой. Жаренное мясо с овощами значительно улучшили его настроение. Надо признаться, что дочь вождя оказалась прекрасной кухаркой, если бы ни ее неприятная миссия, он возможно с охотой поговорил бы с ней.
Больше гулять по селению желания у него не было. Он прилег на импровизированное ложе и стал ждать свою юную тюремщицу. Много передумал он о своей жизни, пока сумрак не сменился темнотой. Но она все не приходила. И наконец, он незаметно для себя задремал.
Толи день выдался напряженным, толи физически он еще не восстановился, но только спал он в эту ночь как убитый. Когда же природа окрасилась утренней суетой, он открыл глаза, осмотрелся. В помещении он оказался совсем один. Странно.
Холодные остатки вчерашнего ужина в беспорядке валялись рядом с ложем. Это показалось Стиву неудобным, и он принялся лихорадочно собирать объедки. За этим занятием и застала его дочь вождя. Она несла с собой небольшой поднос с едой, и тот оказался в хижине раньше девушки. Стив неловким движением едва не выбил его из ее рук. В последний момент он успел поддержать пошатнувшиеся было фрукты, дочь вождя и Стив оказались совсем рядом, и создалась неловкая ситуация.
– Извини, – смущенно буркнул он по-немойски.
Она в ответ только отступила на шаг и почтительно потупилась в землю. И прежде чем Стив успел спросить у нее, что происходит, поставила поднос ему под ноги и юркнула наружу.
– Что за чудеса? – Ворчал Стив, поднимая поднос и присаживаясь, чтобы позавтракать.
Определенно, что-то изменилось. Но что могло так повлиять на девушку? И почему она так и не появилась, чтобы исполнить свой долг перед семьей. Скорее всего, повлиял вчерашний разговор с вождем. Надо чаще говорить правду, наверное, это было бы неплохое правило. Любопытно, что еще могло измениться. Может быть, и поединок отменят?
Не успел Стив как следует подкрепиться, как к нему в хижину ввалился Антеомалумбо.
Он вошел без оружия, по традиции оставил его снаружи, как входит гость в чужой дом. Он встал по стойке смирно и уставился немигающим взглядом в дальний конец помещения. Естественно, что там никого не было. Стив в это время жевал почти у него под ногами. Сын вождя как будто и не замечал его присутствия. Ясно было, он не заговорит, пока Стив не встанет напротив него. Стив охотно пригласил бы его присоединиться к трапезе, но не стоило даже предлагать. Он деланно тяжело вздохнул, неспешно отставил в сторону поднос, поднялся и встал почти вплотную к Антеомалумбо. Ему хотелось посмотреть, что будет делать сын вождя, если так бесцеремонно нарушить его личное пространство.
Антеомалумбо даже глазом не моргнул.
– Наша встреча назначена на сегодня, когда будет яркое солнце, я буду ждать тебя на публичном месте. – Глядя прямо в левое плечо Стива отчеканил он.
Затем непрошенный гость ловко юркнул в проход, не поворачиваясь к Стиву спиной.
Стив устало опустился на подстилку и потянулся за подносом. Но аппетита уже не было. Не то чтобы он сильно боялся этой схватки, совсем нет. Антеомалумбо был на голову ниже него и килограмм на двадцать легче. Кроме того за плечами Стива были месяцы тренировок и годы службы. Он не сомневался, что не станет легкой добычей, и дешево не отдаст свою жизнь. Но настроение напрочь пропало. Ведь то, что он был на враждебной территории, среди людей которых, как оказалось, он совершенно не знает. И на что он мог рассчитывать в данных условиях. Раньше гладиаторам дарили жизнь в случае победы, но рассчитывать на подобное отношение в джунглях, от полудиких племен, он понимал, что не приходится.
Стив прилег и попытался успокоиться. Ему надо было подумать о чем-то приятном, и он вспомнил Оуни. Замечательная семья, уникальное гостеприимство. Он вдруг понял, что для него жизни до Оуни, как будто не существовало. Все о чем он мог думать, не углублялось в памяти дальше его пробуждения после смерти. Нет, он, конечно, помнил многое из прежней жизни, но та жизнь его уже не интересовала, и он не вернулся бы к ней теперь, какие бы блага она не сулила. Он вспоминал приятные моменты, но неизменно его размышления возвращались к девушке невинно страдающей где-то далеко. Мрачные мысли сменяли одна другую, и смертная тоска сдавила его грудь. Надо было подышать, а лучше заняться чем-нибудь, чтобы отвлечься. Он решительно вышел наружу.
Охранники исчезли. Это показалось Стиву довольно странным. Он огляделся. Несмотря на то, что утро было раннее, и солнце еще не показалось из-за деревьев, в селении наблюдалось значительное оживление. Люди постоянно сновали туда и сюда, причем в основном это были женщины и, притом почти все они что-то носили в руках, толи хозяйскую утварь, толи колья, толи части кровель. Охрана по периметру тоже пропала. Стив попытался найти вооруженных мужчин, которых всегда можно было заметить в селении, но не увидел ни одного. Это было не просто странно…. Это было пугающе. Тревожное предчувствие застучало в сердце глухими ударами… бух-бух-бух…. Адреналин ударил в голову, заколол в кончиках пальцев.
Никто не обращал на него внимания, но он еще не знал, что будет делать. Дело было даже не в том, что у него не было плана. Все было намного хуже. Он был не уверен хочет ли он бежать, воспользовавшись случаем, или останется здесь, так как тут назревает что-то неладное, и его помощь может оказаться кстати. Подобных приступов альтруизма он раньше за собой не замечал, поэтому эти новые ощущения пугали его и одновременно заводили.
Он безотчетно двинулся туда, куда стекался народ, и скоро оказался перед огромной баррикадой, которая перегораживала центральную улицу, отделяя ее от главной площади. Обыкновенно эта площадь была самым людным местом, где проходили массовые мероприятия, а в другое время тут был обменный пункт, вроде сельского базара. Народ копошившийся на баррикаде сплошь состоял из женщин. Несколько подростков с импровизированным оружием перепугано озирались по сторонам.
Когда Стив подошел поближе, заметил за баррикадой на площади большую группу людей, в основном старики и дети. Они сгрудились в кучу – снаружи старики и несколько женщин с кольями и палками, а внутри немощные и дети.
Стива все еще не замечали, люди продолжали сносить к баррикаде различные предметы, и его присутствие их явно не волновало. Он не без труда вскарабкался на самый верх, чтобы осмотреться и понять, что происходит.
– Стив! Это же Стив!!! – донеслось до него с площади.
Голос принадлежал Бало-боло. Стив бросил бесплодные попытки и спустился, чтобы поговорить.
Разглядеть Бало-боло среди волнующейся толпы оказалось совсем не просто.
– Ты где, там, Бало-боло?
– Я здесь.. – донеслось откуда-то изнутри.
– Что происходит, ты можешь мне сказать?
– Это все серые дьяволы! Они идут!
Люди от этих слов больше заволновались.
– Что еще за дьяволы?
Но ответа он не расслышал, потому что с противоположной стороны улицы, из леса раздались человеческие крики, вопли, тут же они смешались с собачьим визгом, рыком и лаем. Взрослые на площади тут же затихли, а дети заплакали. Как завороженный Стив всматривался туда, откуда доносились эти ужасные звуки, и вдруг, там впереди, что-то замелькало среди деревьев, сначала изредка, а потом все чаще. И вот в селение из леса выскочило первое животное. Это был серый шакал. Небольшая собачка, брюхо словно к спине приросло, шерсть на спине дыбом, хвост ободран, отвратительное, но не страшное создание.
– Для дьявола он как-то мелковат. – Попытался пошутить Стив, но его шутка потонула в общей атмосфере ужаса. – Да, что с вами?! – Удивился Стив, подобрал с земли кол поувесистей и стал взбираться на баррикаду, с намерением прогнать животное обратно в лес.
Но не успел Стив выбраться на верх конструкции, как к первому шакалу присоединился второй, затем третий… Несколько опешивших животных сгрудились в начале села, оказавшись в незнакомой обстановке между хижинами. Псы скалились и кидались друг на друга выказывая сильное возбуждение и раздражение. Они замешкались всего лишь на мгновение, пока из леса в село не хлынула серая волна, которая захлестнула их и увлекла за собой. Стив холодея наблюдал, как тысячи собак двигаются по центральной улице прямо на него с невероятной скоростью и ужасающими звуками.
Он выпрямился во весь рост и покрепче сжал в руке оружие. Несколько секунд серая река преодолевала расстояние между ними. Баррикада оказала очень незначительное влияние на скорость передвижения животных. С необычайной легкостью они взмыли наверх прямо под ноги Стиву. Человек энергично махнул дубиной и три первых собаки с визгом полетели в сторону. Взмах и еще, и еще…. Кто-то вцепился Стиву в лодыжку. Он не глядя пнул шерстяной клубок, и тот полетел размахивая лапами на крышу ближайшей хижины. В пылу безумного возбуждений Стив размахивал колом, отчаянно стараясь не пропустить через баррикаду ни одной собаки. Но конечно же это было невозможно. Некоторые собаки прорывались, но он не замечал этого. Не слышал он и криков позади себя. То женщины отбивались от проскользнувших псов.
Встретив жесткое сопротивление на центральной улице, шакалы замедлили свой бег, некоторые стали отступать и проходить через село по соседним улицам. Вскоре уже большая часть животных двинулась обходным путем, слишком пугающим противником оказался человек на горе.
За несколько минут вокруг Стива образовались целые кучи мертвых и покалеченных собак. На некоторых из них он стоял своими голыми ногами и давил тех, кто в предсмертной агонии грыз ему пятки. Весь человек с головы до ног оказался покрыт кровью, шерстью и кусками мозговых тканей. На расщепленный кол намотались кишки, но он не замечал этого, а продолжал защищать баррикаду от оставшихся особо злобных тварей.
Но вот поток шакалов из леса прекратился, еще пара минут и последний пес с визгом слетел с горы из-под дубины Стива. Человек опустил оружие и замер, тяжело дыша. Грохот битвы стих, оставив после себя стоны собак и плачь людей. Стив оглянулся. На площади круг людей распался, некоторые уже разбредались по своим домам. Несколько неподвижных тел лежало на земле, дети плакали над ними. Окровавленного старика уводили под руки с площади. Стив хотел слезть и попытаться оказать пострадавшим помощь, но баррикада была слишком высока, голова у него закружилась, и он покатился вниз, его привалило какими-то вещами, и последнее, что он увидел были несколько человек спешивших к нему, а затем наступил мрак.