Чудовище в сердце
– На сегодня, Мираль, мне твоя помощь больше не нужна, спасибо, можешь идти помогать Кире, – Матис схватил лямку своей сумки на плече девушки в попытке забрать её.
Мираль тоже схватилась за лямку и потянула сумку к себе.
– Постой, но мы же только начали обходить улицы города. Кира позвала Лили, она меня потом отчитает, что зря попросила её о помощи, раз я сейчас вернусь на работу.
Матис вздохнул и сказал:
– Мне всё равно, какие у вас там будут разборки между собой. У меня срочное дело в госпитале, – мужчина немного замялся, но всё же тихо добавил. – Это касается тела недавно найденной жертвы, кажется, что-то обнаружили на этот раз.
Мираль стало интересно, ей показалось, что эти знания могут помочь ей не нарваться на убийцу.
– Матис, позволь пойти с тобой. Я не хочу опять всё последняя узнать, со мной такое часто происходит. Даже в Ильбуре ни слова об убийствах в столице не услышала. Я буду вести себя тихо, возьми меня с собой, пожалуйста.
Матис нахмурил свои густые седые брови. Его взгляд был устрашающим.
– Хорошо, девчонка, раз тебе так хочется пойти со мной, то идём. Однако внутрь тебя никто не пустит просто так, ты не больная и не работаешь там, подождёшь на улице, расскажу тебе потом всё, что узнаю.
Девушка кивнула головой.
Когда они дошли до госпиталя, то не стали подходить к главному входу, а обошли здание. С левой стороны была ещё одна дверь, у которой стояла телега, похожая на ту, на которой на днях увозили тело жертвы.
– Стой здесь, никуда не ходи, ни с кем не разговаривай, если сами первыми не заговорят с тобой. Поняла? – Матис грозно посмотрел девушке в глаза.
– Да. – уверенно ответила Мираль.
Когда мужчина вошёл в госпиталь, ей оставалось просто стоять рядом со входом. Становилось всё скучнее, но Мираль не решалась отходить слишком далеко от двери – вот-вот оттуда должен выйти Матис. Она начала осматривать всё вокруг: деревья рядом, фонтан через дорогу, празднующих людей.
Мираль почувствовала, что остриё кинжала воткнулось в её левый бок. Она попыталась сказать что-нибудь, но поняла, что, открывая рот, не произносит ни слова. Тогда девушка услышала женский голос прямо у своего уха:
– Даже не думай сбежать. Мы видели тебя рядом с тем стариком, это был волшебник. Мы всего лишь вежливо попросим его провести нас внутрь, если хочет, чтобы тебе не вспороли живот.
С правой стороны она услышала второй женский голос, уже более знакомый, чем первый:
– Всё-таки лучше мне придумывать планы, твои всегда такие непродуманные.
– С ней ничего не случится, если не будет брыкаться, – сказала первая незнакомка.
– Да я не о ней беспокоюсь, а о нас, – ответила вторая.
В этот момент дверь открылась, и из неё вышел Матис. Мужчина замер на месте, как только увидел перед собой следующую картину: Мираль между двух незнакомок, одна из них, кажется, оси́йка, держит кинжал у её бока, в этот момент Мираль, как рыба открывает рот, но не произносит ни звука. Ему всё было ясно – эти девушки волшебницы, или ещё хуже, сёстры ордена святой Октавии. Он знал, что лучше всего выслушать их, так как за одно мгновение они могли причинить вред Мираль.
– Если ты спокойно проведёшь нас внутрь к телу нашей сестры, то никто не пострадает, – сказала девушка с кинжалом в руке.
– Нам всего лишь нужно увидеть её, мы не желаем зла ни вам, ни этой девушке. Мы только осмотрим тело и уйдём, прошу, сделайте, как говорит сестра, – попросила вторая сестра ордена.
Для Матиса окончательно стало ясно, что перед ним сёстры ордена. Он понял, что лучше делать так, как они велят. Он только хотел сказать, что проведёт их внутрь, как слева он услышал мужской крик.
– А ну стоять, ведьмы! – рявкнул городской стражник.
Матис, затаив дыхание, насчитал шесть городских стражников и столько же – в тяжелых доспехах с королевской символикой.
“Королевская гвардия здесь? – у лекаря в голове мелькнула тревожная мысль. – Дело серьезное.”
Но девушки не замерли. Одна из них, с длинными русыми волосам, резко скрестила ладони перед собой. Из них вспыхнул ослепительный шар света! Стражники зажмурились, стали закрывать лица руками и немного попятились – всего на миг, но этого было достаточно.
Незнакомки рванули сквозь оцепеневший строй. Двор больницы был ловушкой: высокие здания слева и справа наглухо запирали его, оставляя лишь один выход – на оживленную дорогу.
Стражники опомнились быстро. Мечи свистнули, нацелившись в спины беглянок. И тут произошло невообразимое: темноволосая девушка тоже применила магию, но из её ладоней вышли снопы живого огня! Вспышки пламени были не огромными, но всё же опасными – они обдавали жаром стальные набедренники городских стражников. Металл мгновенно накалялся докрасна, грозя страшными ожогами. Королевские стражи в своих массивных доспехах ловко уворачивались, но страх уже поселился в их глазах.
Осийка, пригнувшись в молниеносном приседе, остриём кинжала прочертила по незащищенному подколенному сухожилию ближайшего стражника. Тот с воем рухнул на серую брусчатку. Не вставая, она точным ударом повторила манёвр на втором стражнике. Её движения были выверены, как у хищницы. Тем временем королевские гвардейцы окружили её подругу. Осийка, все ещё сидя на корточках, направила свободную руку в их сторону, и из её ладони ударила струя магического пламени в ближайшего городского стражника. Его доспех вспыхнул факелом!
Началась паника. Два королевских стража повалили горящего на землю, третий сорвал плащ с ближайшего городского стражника и набросил его на пылающую спину. Остальные городские стражники в ужасе попятились – гореть заживо не хотелось никому.
Используя замешательство, сёстры ордена вырвались на дорогу. За ними устремились двое городских и четверо королевских стражников. Но тут справа, словно судьбой посланная девушкам, встала на дыбы испуганная лошадь! Резкое лошадиной ржание, мелькание копыт в воздухе – преследователи отпрыгнули, спасаясь от удара. А когда пыль осела, беглянки словно растворились в городской праздничной суматохе.
Всё это время Матис закрывал собою Мираль от битвы, развернувшейся перед ними, а она с круглыми от страха глазами выглядывала из-под его плеча. Когда стражники и стражи пришли в себя, они подошли к ним. Один из королевских стражей произнёс:
– Вы оба пойдёте с нами в замок. Вы обвиняетесь в оказании помощи врагам короны.
– Что за чушь. Мы здесь пострадавшие, а не преступники, – возразил Матис.
– В этом разбираться не нам. Вы предстанете перед королём Дамианом.
Мираль, казалось, раскрыла глаза ещё шире. Она схватила пожилого мужчину за правый рукав его платья, и они вдвоём направилась в сопровождении королевских стражей в замок.
Глава 5
В истории Вилассена известна одна волшебница по имени Ильзе́, которая вознамерилась заполучить силу из озера, что находится в пещере Мадирака. Это озеро дарует людям исцеление и магию, но эта магия не терпит злых умыслов. Сёстры ордена святой Октавии посвятили себя молитвам и смирению, чтобы не быть наказанными магией из этого волшебного озера.
Ильзе́ хотела стать великой волшебницей и вершить судьбы. Она вошла в озеро пещеры Мадирака, но кара настигла её сразу же, как только она вышла из него. Из воды она вышла поседевшей и покрывшейся красными волдырями. По словам наблюдавших за её ужасным преображением, Ильзе стала чувствовать будто сгорает заживо, и ничто не помогло унять её боль. Она так рьяно желала стать великой волшебницей, но стала известна как проклятая ведьма.
Волшебник Пьер Дюкло́, 801 год от начала эпохи Руа.
***
Алисия шла позади Мэй, читая хроники минувших лет, составленные различными выдающимися волшебниками прошлого. Она время от времени посматривала на свою сестру по ордену, желая сказать ей что-то, но не решалась.
– Ты так и будешь прожигать мне спину своим взглядом? – спросила Мэй, не останавливаясь и не поворачиваясь к Алисии.
– Я читаю, – отрезала старшая сестра.
Они шли по лесу. Почки на деревьях только начинали набухать, но всё вокруг уже начинало оживать после долгой зимы. Предстоящая ночь обещает быть тяжелой: после того, как они вырвались из боя со своими неприятелями, они пробежали два квартала, пока окончательно от них не оторвались. Сёстры ордена понимали, что в городе оставаться опасно, люди королевы-матери знали, что они пришли сюда за телом их сестры. Увидев стражу у госпиталя, Алисия в тот же момент поняла, что это была ловушка. Она винила себя за то, что не догадалась до этого раньше, посчитав госпиталь не таким важным для короны местом. Сделав магический проход в стене одного из домов, сёстры прошли через него и попали к устью реки Мёз, которая протекала через весь Сент-Адриен.
Этой ночью они будут молиться святой Октавии, чтобы она простила их за плохой поступок, который они совершили сегодня. Использовать магию против людей считалось злым деянием. Алисия удивилась, как Мэй вообще решилась подпалить того стража. Применение света, как сделала Алисия, было не таким ужасным проступком, но она уже была готова к наказанию. Обычное оружие было другим делом, его они могли применять против людей, но в канонах их ордена любая агрессия против людей считалась неприемлемым, однако магия никак их не наказывала за использование оружия против людей.
Изначально их ордену нужна была магия для защиты от чудовищ. Однако чудовищ со временем осталось совсем немного, а те, что остались, боялись показываться на свет. Люди поняли, что сёстры ордена могут представлять не меньшую опасность, с тех пор орден святой Октавии перестал быть полноценной частью этого королевства.
На следующее утро они снова должны будут подойти к Сент-Адриену, чтобы забрать свои вещи, которые они оставили неподалёку. Алисия настояла на том, чтобы они не возвращались в аббатство, пока они не разберутся с убийствами их сестёр – что значило снова вернуться в столицу, но действовать иначе.
Уже наступил вечер, и им предстояло обдумать их дальнейшие действия прежде, чем они приступят к молитвам. Они расположились на стволе свалившегося на землю дерева.
– Алисия, хватит читать книжки почти столетней давности, давай решать, что нам делать дальше, – произнесла Мэй.
Алисия с громким звуком закрыла книгу.
– Ах вот как, теперь ты готова следовать плану? Что-то ты раньше так не сделала, – раздражённо ответила её сестра по ордену.
– Я действовала, исходя из ситуации. Волшебник не собирался атаковать, если бы не стража, он провел бы нас в госпиталь, – возразила Мэй.
Алисия призадумалась, времени на споры у них не было, поэтому она предложила:
– Если запутать королевских ищеек при помощи магии, а самим пойти не к госпиталю, где нас ожидают, а к тому волшебнику?
– Ты думаешь королева-мать не увидела нашу связь с тем волшебником? Ты знаешь, где он живёт? – поинтересовалась Мэй.
– Наш орден и волшебники всегда держались друг от друга подальше, чтобы ещё больше не злить королевскую семью, да и стражи наверняка видели, как ты угрожаешь волшебнику и той девке оружием, – ответила Алисия. – Что касается волшебника, то он живёт в Старом квартале, конечно. Он лекарь, раз был в госпитале. Как правило, обычные волшебники не ходят в госпиталь, чтобы лечиться, для этого у них есть свои способы. Нам нужно искать лавку лекаря, – Алисия была очень довольна своей догадкой.
– Ну, а если он не живёт в Старом квартале, как некоторые волшебники, то нам снова придётся побегать от стражи. В таком случае, королева-мать будет знать, что нам нужен этот волшебник.
– Мэй, хватит уже. Мы сделали по-твоему, поэтому нам и пришлось побегать от стражи.
– Это была ловушка. В самом госпитале нас бы и поймали, а так на улице нам удалось убежать от стражей. – Мэй начинала злиться, что было редкостью для неё, так как обычно девушка держала все свои чувства и эмоции в себе.
Алисия снова призадумалась, а затем произнесла:
– Амулет нашей сестры у нас, я его зачарую, чтобы привлечь внимание королевских ищеек. А ты, Мэй, создай иллюзию наших двойников.
***
Они стояли в тронном зале. Мираль видела королевский замок снаружи, но она и представить себе не могла, какой же он красивый и огромный внутри. Красивые разноцветные витражи огромных окон тронного зала пропускали солнечные лучи красного, зелёного, жёлтого и синего цветов. Свет отражался от белых мраморных полов, создавая впечатление, будто тронный зал светится изнутри. Королевский трон был сделан из золота и стоял на возвышении. Спинка трона была украшена замысловатыми рельефами в виде виноградных лоз и цветов, а на сиденье лежала небольшая фиолетовая подушка из очень дорогой гладкой ткани. По обе стороны от трона мерцали высокие напольные факелы, добавляя теплоты и уюта этому огромному пространству. Мираль засмотрелась на гобелены, висящие слева и справа между огромных окон, на них были изображены сцены из знаменитых сражений и великих подвигов. Светлый тронный зал казался девушке величественным, подходящим для королевской семьи, но в то же время приятным и прекрасным.
Всё это великолепие заставило девушку немного отвлечься от того стыда, который она испытала по пути до замка. Горожане, большинство из которых уже были достаточно пьяными, расступались перед конвоем стражей, сопровождающих несчастных Матиса и Мираль. Некоторые смотрели на них с интересом, другие с неприязнью, кто-то даже последовал за ними, выкрикивая неприятные слова. Однако среди праздновавших были и те, кто с непониманием смотрел на происходящее, так как Матис был известен многим жителям города как превосходный лекарь с большим сердцем.
Сознание Мираль вернулось из дурных воспоминаний в тронный зал, когда одна из белых деревянных дверей, находившаяся с правой стороны от трона, распахнулась. Сначала в зал вошли четыре королевских стража в серебряных доспехах и встали в ряд спиной к трону, затем появилась женщина средних лет, несмотря на свой возраст, очень красивая и грациозная. Высокая стройная женщина с золотистыми кудрявыми волосами, собранными в высокую причёску, она обладала такой волшебной аурой, что Мираль засмотрелась на неё, затаив дыхание. Красавица была одета в светло-коричневое платье с золотой вышивкой в виде лилий, корсет платья удачно подчеркивал её тонкую талию и пышную грудь.
Немного позади, по правую руку от женщины, шёл темноволосый мужчина с редкими седыми прядями. Его движения напомнили Мираль движения скользкой противной змеи. Высокий, очень худой и старый, мужчина выглядел нездоровым: бледный и иссохший, он больше походил на мертвеца. На нём было длинное тёмно-синее одеяние до пола, почти такое же, как у Матиса – обычно такие носили волшебники. Одеяние этого мужчины было сшито из богатой мягкой ткани с золотой вышивкой. Одеяние красиво переливалось на солнечном свете, но даже это не слишком красило образ бледной змеи. Мужчина и женщина являлись собой полными противоположностями друг друга, словно жизнь и смерть.
Матис поклонился вошедшим. Мираль последовала его примеру.
Женщина и старик встали по правую сторону от трона. Старик всё также держался немного позади женщины, словно уродливая тень красавицы.
Вслед за ними в зал вошли ещё двое: молодой мужчина и девушка, судя по платью и украшениям на ней, придворная дама. Мираль сразу узнала этого мужчину, так как видела его в свой первый день в столице. Наряд молодого мужчины, в отличие от наряда его спутницы, выглядел просто: мятая белая рубашка была расстегнута на две верхние пуговицы, чёрные кожаные брюки и чёрные кожаные сапоги идеально подчёркивали его мускулистые длинные ноги. Его карие глаза сверкали то ли от счастья, то ли от выпитого алкоголя. Он улыбался, глядя на свою даму, и время от времени проводил рукой по своей голове, запуская пальцы сквозь каштановые волосы длинною до плеч. Однако, несмотря на его красоту, высокий рост, крепкое тело и правильные черты лица, он казался совсем беспечным и глупым – так по крайней мере казалось самой Мираль, она сразу вспомнила восхищающихся молодым охотником девушек на рынке.
Эта пара встала слева от трона, Матис слегка поклонился и им, поэтому Мираль тоже пришлось повторить.
– Ваше Высочество, – молодой мужчина и придворная дама поклонились красавице с золотистыми волосами.
Очевидно, красивая женщина была никто иной как королевой-матерью, Викторией.
– Габриэль, где наш король? Насколько я знаю, вы с моим сыном отмечали его коронацию, – на лице королевы-матери не дрогнул ни одна мышца.
Из-за холода в её голосе у Мираль пошли мурашки по спине.
– Мы с Джули вышли…эээ, – брюнет явно пытался тщательно подбирать слова, возможно, спиртное затуманило его голову, или это было его естественное состояние. – По делам, затем нас позвали в тронный зал.
– Да, Ваше Высочество, всё так, уверена, король скоро придёт, – низкий неприятный голос спутницы Габриэля больше напоминал мужской.
Джули с трудом можно было назвать красавицей: её пушистые волосы мышиного цвета были распущены и беспорядочно торчали в разные стороны, длинный нос имел небольшую горбинку, а улыбалась придворная дама только своими тонкими губами – свою неискренность она пыталась скрыть, но не очень успешно.
– Густав, – громко позвала королева Виктория.
В открытой двери появился щуплый маленький слуга, издалека он был похож на юнца, но вблизи его морщины на лице стали отчётливо видны, ему было не меньше сорока лет. В руках Густав нёс большой серебряный поднос с красивыми хрустальными бокалами.
– Да, Ваше Величество я здесь, – слуга подошёл к королеве и поклонился, выдвинув поднос перед собой.
Королева взяла один из бокалов и элегантно сделала глоток.
– Прошлогодний урожай выдался на славу, я в восторге от этого прюне́, – королева сдержанно улыбнулась.
– Густав, ко мне, – слегка рыгнул во время этих слов Габриэль.
Слуга быстро подошёл к молодому мужчине.
– Ваше Высочество, – обратился к королеве старик, который вошёл вместе с ней. – Очень рад, что вам нравилось. Мы очень долго выводили сорт ягод прюн для этого напитка, эта ягода обладает рядом магических свойств. Не переживайте, у вас не будет болеть голова на следующее утро, также этот прюне избавляет от болей в животе.
– О, это нам пить! – Габриэль резко поднял бокал вверх, часть напитка вылилась на пол, небольшие капли полетели в Густава. Молодой мужчина залпом выпил прюне.
Джули захихикала.
Матису и Мираль приходилось смиренно стоять перед уважаемыми господами и смотреть в пол, чтобы никого не разозлить, как вдруг Мираль заметила, как Джули сделал подножку Густаву, когда тот начал идти в сторону выхода из тронного зала. Густав упал на пол, и содержимое остальных бокалов на его подносе вылилось на него. Кажется, Мираль была единственной в тронном зале, кто увидел поступок молодой придворной дамы.
Джули громко захохотала, Габриэль улыбнулся, только королева и старик с недоумением посмотрели на бедолагу.
– Что же ты, Густав, такой неаккуратный, в следующий раз будь осторожнее, – Габриэль похлопал слугу по спине, когда тот встал и собрал куски бокалов с пола.
– Уходи, – сухо произнесла королева. – Пол пускай помоют уже после того, как мы уйдём.
Слуга затрясся, быстро поклонился и вылетел из зала.
Вскоре в тронный зал вошёл король в сопровождении двух королевских стражей. Все присутствующие, кроме стражей и королевы-матери, поклонились ему.
Король Дамиан, судя по выражению лица, был очень недоволен, что ему пришлось ненадолго прервать празднование в честь своей коронации и явиться в тронный зал, он сел на свой трон, лениво пробежавшись чёрными глазами по Мирали и Матису.
Король был очень молод, немного старше Мираль, высокий, с широкими плечами. Золотой венец на его голове с изумительными зелёными камнями, хоть и выглядел просто, но величественно.
– Изложите суть, – король нахмурил свои густые чёрный брови.
– Ваше Высочество, – заговорила королева-мать. – Мои люди доложили мне о предполагаемых изменниках. Эти двое помогали двум ведьмам ордена пробраться в госпиталь, но наша стража их опередила. Одна из ведьм подожгла одного стража. К сожалению, ведьмы сбежали.
– Ваше Высочество, я уже не раз говорил, сколь опасны эти ведьмы. Нам надо разом выкурить всех их из аббатства, – противный старик рядом с королевой повернулся к трону. – Возможно, этот волшебник и его юная сообщница что-то знают.
Король посмотрел на Матиса уже более пристальным взглядом, казалось, Мираль его вообще не заинтересовала.
– Матис, мой отец не стал в своё время тебя наказывать как других волшебников. Скажи, мой отец допустил ошибку, поступив так? – спросил новоиспечённый король Дамиан.
Матис растерялся, Мираль не видела его таким прежде.
– Мой король, прежде прошу позволить мне поздравить вас с коронацией, – ещё раз поклонился лекарь. Он слегка толкнул Мираль, чтобы та повторила за ним. Она тоже поклонилась. Он продолжил. – Но мы с моей помощницей незнакомы с теми представительницами ордена, они застали нас у одного из входов в госпиталь и силой попытались заставить нас провести их внутрь.
Мираль заметила, что Габриэль и Джули иногда перешёптываются друг с другом, ей сразу вспомнились горожане на улице. Молодые люди были весьма увлечены друг другом, а не происходящим вокруг.
Пока Мираль рассматривала Габриэля, он тоже начал рассматривать её своими карими глазами хищника, если точнее охотника, коим он и являлся. Девушка опомнилась и быстро перевела свой взгляд с него на короля.
– Ваше величество, Матис известный льстец, ему ничего не стоит обмануть вас. Позвольте мне поговорить с ним, – противным голосом проговорил старик в тёмно-синем платье.
Король посмотрел направо и кивнул ему.
– Кто на самом деле из нас льстец нам обоим известно, Клементикус, – рявкнул Матис.
Клементикус улыбнулся и сказал:
– Ты обвиняешь меня во лжи, когда сам врёшь королю.
– Где я соврал? Я честно рассказал, как всё было, – возразил лекарь.
– Ну как же? Вы не знаете этих ведьм, это так? – змееподобный старик сделал удивлённое лицо.
– Да, всё верно, – кивнул Матис.
– А как вы тогда объясните, что эти ведьмы остановились в гостинице под названием “Четырёхлистный клевер”? Разве не ваша сообщница там работает? – Клементикус указал пальцем на Мираль. – Наши люди уже поговорили с хозяином гостиницы и его дочерью, те ничего не знают, – добавил мерзкий старик. – Но они с этого дня под нашим наблюдением, Ваше Высочество.
– Они могли остановиться в любой гостинице, так как на них была обычная одежда. Никто бы и не принял их за сестёр ордена, – слова Матиса имели смысл. – Я не сразу понял, кто они такие, когда увидел их у госпиталя.
– Случайностей не бывает в таких делах. Мы знаем, что кто-то в городе постоянно помогает этим ведьмам, но мы пока что не отловили всех изменщиков. То, что вы все связаны, нам понятно, – Клементикус улыбнулся, ещё больше смахивая на змею. – Стража! Схватить их и отвести в подземелье. Под пытками все признаются в содеянном, старые волшебники и ведьмы не исключение.
Стражники, стоящие перед Матисом и Миралью, начали уводить их из красивого тронного зала через главный проход, который был расположен напротив трона. Матис не сопротивлялся и ничего больше не говорил. Мираль мотала головой из стороны в сторону, то смотря на короля, то на Матиса. Она начала выкрикивать:
– Ваше величество, прошу вас, мы ничего не делали. Выслушайте нас!
Король лениво поднялся с трона. Все начали расходиться. Прежде, чем стража вывела их из тронного зала, Мираль успела заметить, как Габриэль вместе с Джули подошли к королю, который уже встал с трона, и на весь тронный зал раздался смех всех троих – те что-то радостно обсуждали, быстро забыв о такой мелкой неприятности как испуганная девушка и старый лекарь. Тогда дверь тронного зала закрылась, а стража быстро повела изменников в подземелье.
***
В каких только условиях не спала Мираль, но спать в темнице подземелья ей доводилось впервые. Привычный для девушки холод уже не донимал её, но затхлый запах, грязь и сырость заставили её съёжиться на сене в комочек.
– Эсшофэ́, – в темноте Мираль услышала голос Матиса, он повторил. – Эсшофэ.
– Матис, что ты делаешь?
– Пытаюсь согреть нас, но что-то блокирует мою магию, или я действительно стал настолько слаб.
Несмотря на тусклое освещение, девушка смогла всё-таки разглядеть сидящего у противоположной стены лекаря. Они находились в небольшой каменной тюремной камере, дверь которой была сделана из железных прутьев, поэтому свет от факела на стене коридора немного попадал и к ним.
– Почему ты не стал защищаться там, в тронном зале? – спросила девушка.
– Клементикус ни за что бы не дал мне высказаться, он способен переврать любое моё слово в свою пользу. Он всегда был таким, всегда мог выставить других людей в плохом свете, чтобы самому казаться лучше, – ответил Матис.