Пурпурный рассвет. Конфликт
Руслан Темир
Пережив крах "Рассвета" герои столкнулись с выбором – принять предложение от незнакомца, оказавшего немалую помощь, или пытаться выжить самим. Тяжелый путь научил каждого из команды с опаской относится к людям, но согласившись, есть шанс быстрее получить ответ на вопрос происхождения смертоносного вируса.
Руслан Темир
Пурпурный рассвет. Конфликт
Пролог
«Восьмое июля две тысячи двадцатого года. Община «Рассвет» уничтожена в буквальном смысле этого слова. Стерта с лица земли. Здания, площади, заборы превратились в груды обломков, похоронив под собой сотню ни в чем не повинных людей. Мы чудом успели избежать гибели, только кто это «чудо», пока не знаем. Не представляю, какими знаниями и навыками должен обладать человек, чтобы иметь возможность спокойно подключаться к сети «Рассвета», полноправно хозяйничать и оставаться незамеченным. Если мои догадки про отключенную радиосвязь у безопасников верны, то его возможности выходят далеко за рамки компьютерных сетей. Наши рации он тоже запеленговал и смог подключиться к радиообмену. Жутко. Ощущение сравнимо с чувством, когда встреваешь в драку с человеком, намного большим по размеру, чем ты. За всю жизнь и работу в IT не встречал людей настолько сведущих. И вот мы направляемся в убежище, которое он нам предоставил.
Небо все такое же – пурпурно-фиолетовое. Хоть тучи немного сгущают цвет, но мне все равно кажется, что насыщенность постепенно спадает. Видели животных. На дороге чуть не сбили горную козу, в поселках много кошек и собак. Скорее всего, вирус действует только на человека, и это странно.
В данный момент остановились в поселке Пшада. Дети голодные, впрочем, как и все остальные. Нервы успокоить всем тоже не помешает. Адреналин отпустил, накрывает волна осознания. Тимур замкнулся – впервые убил человека. Говорили, что он чуть не изрешетил уезжающий из-под ракетного обстрела «Тигр». На борту находились Пимон, Ефрем, Дмитрий, бывшая пассия Юлаева – Лера, и дети, сколько точно не знаю. Хорошо, что он этого не сделал. В пылу сражения не всегда понимаешь, что происходит. Я только сейчас начинаю осознавать, что тоже отнял жизнь, но это был бой, если не убьешь, то убьют тебя. А если бы Тимур не сдержался, то погибли бы все находящиеся в броневике. И не известно, что стало бы с ним сейчас.
Князев держится, удивляя меня с каждой минутой все больше и больше. Интересно наблюдать, как этот циничный и язвительный тип меняется в присутствии девочки. Просто два разных человека. Перелом у него серьезный, жгут сняли, кровотечение остановилось, но нужна медицинская помощь, иначе велик риск лишиться руки.
Джавид не изменяет себе, как обычно, хохмит и сыпет цитатами при каждом удобном случае. Хотя произошедшее все же наложило на него свой отпечаток. Он стал боязливее, что ли. Постоянно осматривается по сторонам, в глазах появилась тревога. Не выпускает из рук автомат.
Поражает Сахаров. Интересно, что вообще способно пробить его броню невозмутимости? Уснул на заднем сидении, как ни в чем не бывало. Иногда даже завидую его невозмутимости. Посчитал – Сахаров записал на свой счет восемь смертей. Восемь! И еще не известно сколько погибло под минометным огнем. А он спит как младенец. Еще в Аксае удивился его способности воспринимать все происходящее сумасшествие как данность. Восхищаюсь им и побаиваюсь. И который раз благодарю всех богов, что он на нашей стороне.
Находясь на руинах «Рассвета» пытались вызвать Воеводова, но безрезультатно. Тяжелое чувство, словно вышли в далекий и опасный поход с проводником, и он нас бросил. Я понимаю, что он потерял Юлю, нам всем горестно, но пойти на тотальное уничтожение общины – перебор. Чем он теперь лучше тех же «рассветовцев»? Насилием ничего не решить. Смертей, и так, слишком много, каждый человек сейчас на вес золота. Если верить статистике, собранной в первые дни эпидемии, то иммунитетом обладает один из десяти тысяч. Значит выжило чуть меньше одного миллиона. Учитывая, что они распределены по всей планете, шансы восстановить популяцию очень малы. А с таким стремлением людей к уничтожению особей своего вида – вообще катятся к нулю.
Что-то я вообще перешел на печальную тему. Стараюсь отвлечься, успокоить нервы. До убежища, координаты которого нам предоставил тайный спаситель, осталось всего несколько километров. Ребята не хотят бросать броневик. Попросили меня найти модуль навигации и отключить. Стандартная тема – если ты компьютерщик, значит, можешь починить телевизор, стиральную машину и запустить ракету на орбиту. Но выбора нет, надо сделать. Самому не охота выбираться из безопасной утробы, броня и пушка на крыше внушают уверенность и чувство защищенности. Ладно, не буду лить воду. Все-таки это дневник выжившего, а не художественная литература. Надеюсь, что незнакомец не окажется очередным Тафаром или Пимоном, и мы сможем хоть немного передохнуть. Впереди слишком много дел, а я смертельно устал за последние дни.
Стив Прайс»
Часть 1. Пролог
2 сентября
Г. Геленджик
Гора Плоская, вершина Маркотхского хребта
Окинул взглядом расстелившуюся внизу бухту и панораму города. Вдохнул полной грудью. Наверху воздух холоднее, пьянящий и свежий. Тучи низко, потянись и рукой достанешь. Серые, с еле видимым фиолетовым оттенком, который теперь видно только в непогоду. Море почти черное – оправдывает свое название. Роман пошерудил рукой в выгоревшей траве, поднял желтый стебель и закинул в рот, прикусив край зубами.
Пол дня прошло, а до сих пор руки трясутся. Перед глазами, как белое пятно от солнца – родительская спальня, и две высохшие мумии на почерневших простынях. Готовился, знал же, что не выжили, но все равно, словно веслом по голове дали. Сознание, как утопающий, цепляется за последнюю надежду, даже несмотря на факты. Где-то в глубине души, все же думал, что выжили. Иммунитет не мог взяться из ниоткуда, если он им обладал, значит и родители, или, хотя бы, один из них. Но реальность оказалась верна себе.
Последовал примеру Тимура – вырыл две ямы на заднем дворе, угрохав на это пол дня. Завернул останки в постельное белье, вспоминая, как мама любила эти простыни с белыми лотосами. Слез не было, лишь пожирающее чувство пустоты в солнечном сплетении. Долго в доме оставаться не стал, собрал некоторые вещи, взял пару фотографий на память, и уехал. Не придумал ничего лучше, чем подняться на хребет. Очень любил верхушку горы Плоской. Почти голая, покрытая лишь жухлой травой, да куцым кустарником. Круги фундаментов от старой метеорологической станции тонули в растительности, как скелеты древних животных.
Вот и доехал? Что дальше? Поднял рацию, посмотрел на совсем новый пластиковый корпус. Повернул голову на право. За небольшой горой – район города Голубая бухта. Горстка частных домов и излюбленный пляж геленджичан. Где-то там обосновался Михаил со своими женщинами. Соскучился по людскому обществу, хотелось просто поболтать, обсудить апокалипсис. Такое не каждый день переживаешь, а когда банально не с кем поделиться эмоциями, будто и не было ничего вовсе.
Заурчало в животе. Не ел уже сутки точно, а там и накормят, и напоят. Надо ехать.
Еще раз осмотрел город.
«Тимур, где же ты сейчас? Что заставило тебя покинуть вполне пригодный для жизни дом? Пожалуйста, только выживи.»
Разбомблённая община. Лишь бы одним из погребенных тел, не оказался Юлаев младший. За пол дня идея найти его превратилась в навязчивую идею. Хоть какая-то нить, связывающая с прошлым.
Часть 1. Глава 1
8 июля.
Поселок Пшада.
9.45 по московскому времени
Ничего не сохранилось, консервы и те все вынесли. Тимур пнул ногой пустую картонную коробку и пожалел о том, что вчера отказался от ужина. Сейчас убил бы за кружку горячего кофе с сэндвичем. Вернулся к броневику, припаркованному на небольшой асфальтированной площади, в самом центре поселка, на ходу бросив взгляд на небо.
«Интересно, дождь еще будет? Лишь бы пошел. Таскаться в разгрузке с полной амуницией по жаре – не лучшее занятие.»
Почти дойдя до «Тигра» вспомнил, что не курил уже вечность. Свернул к небольшому магазинчику. Роллеты подняты, но стеклянная дверь закрыта. Подергал за ручку в тупой надежде, что на один из рывков она откроется. Пришлось идти к машине Прайса за монтировкой.
Стив сидел в джипе, открыв дверь и попивая из бутылки.
– Теплая кола – отвратительна. Ты чего один бродишь? – Спросил американец.
– У тебя монтировка есть?
– Вроде должна быть, надо посмотреть. Тебе зачем?
– Надо.
Прайс пожал плечами и направился к багажнику. Тимур подошел к боку джипа, ожидая пока Стив отроет из недр нужный инструмент и оперся на крыло. Заметив пробитую осколком дыру, зияющую в боку внедорожника, засунул в неё палец и пошевелил. Здоровая, сантиметра три – четыре. Человека убило бы сразу, а машине – ничего, ездит, хотя удивительно, что никаких важных механизмов не задело. Интересно, что чувствует человек, когда в него попадает пуля? Что чувствовал тот мужик, бегущий к вышке. Одно движение пальца, несколько выстрелов и жизнь оборвалась. Как это происходит? Засыпаешь или ощущаешь, как из тела выходить душа, если она вообще есть. И что там, за гранью? Есть ли это ослепляющий свет, или просто небытие?
– Такая пойдет? – вырвал из раздумий Стив, протягивая шестигранную монтировку.
– Ага. – Тимур забрал из рук товарища инструмент и молча зашагал в сторону магазина. Прайс лишь пожал плечами и вернулся на водительское сидение допивать “отвратительную” колу.
Вернувшись к запертой двери, Юлаев воткнул заостренный конец фомки между полотном и косяком, надавив на него всем телом. Открыть не получилось, только пластик покорёжил. Попробовал еще раз, и еще – безрезультатно. Внутри закипел гнев, тупой, затмевающий разум. Злился на дверь, хотя понимал, что она просто выполняет свою работу.
– Твою мать. – Выругался, когда, в очередной раз, монтировка выскочила из образовавшейся щели.
Отошел на два шага, и швырнул инструмент в стекло витрины. Звон разнесся по всей площади, эхом отразившись от пустых зданий и переполошив друзей. Стая голубей, купающихся в луже, встрепенулась и взлетела на провода. Оббив остатки стекла торчащие по краям, Тимур пригнулся и пролез в образовавшийся проход. Воздух затхлый, спертый, пахнет сгнившим и пылью. Прямо за кассой – закрытый ларь с табаком. Хорошо, что не на замке. Скинул с плеч рюкзак и нагреб почти под завязку блестящими пачками с жуткими картинками заболеваний. Одну открыл и закурил прямо в магазине.
– Мародерим? – Раздался сзади голос Князева.
– Немного. Ты куришь?
– Неа. – Саша посмотрел на сигареты и скривился. – Больше не шуми так, чуть детей и Марка не разбудил.
– Все равно уже пора вставать, засиделись мы здесь. Вдруг кто нагрянет?
– Минут десять еще можно постоять. Сейчас посмотрю, что тут интересного есть, потом обсудим планы и поедем.
– Рука не помешает?