– Бессмыслица какая-то, – пробормотала Чарли, обращаясь в основном к самой себе.
– Что? – Джон наклонился к ней.
Чарли не двинулась с места и повторила себе под нос:
– Бессмыслица какая-то. Зомби – это полная ерунда. Если они мертвы, центральная нервная система отключается, и они не могут ничего делать. Если есть действующая центральная нервная система, которая хоть и разложилась, но способна кое-как контролировать заторможенные движения и мысли, тогда еще ладно. Если от этого они звереют, тоже ладно. Но с какой стати они хотят жрать мозги? Это бессмысленно.
«Тот человек не смог бы передвигаться самостоятельно в таком огромном костюме. Он не сам пришел на поле, это сделал костюм. Аниматроник принес туда находившегося у него внутри человека. Он пришел на поле сам по себе».
– Может, это такой символ, – предположил Джон, стремясь поддержать разговор, пусть и довольно странный. – Знаешь, есть же идея о том, что, если съешь сердце своего врага, получишь его силу? Может, зомби едят мозги своих врагов, чтобы получить обратно… центральную нервную систему? – Он быстро посмотрел на Чарли, но девушка слушала его вполуха.
– Хорошо, – проговорила она. Фильм ее нервировал, а этот разговор, который она сама начала, и того пуще.
– Я сейчас вернусь, – сказала она Джону и встала, не дожидаясь ответа. Потом пробралась вдоль ряда кресел и прошла через зал на улицу. На дорожке перед кинотеатром Чарли остановилась и с огромным облегчением глубоко вдохнула свежий воздух. «Людям часто снятся сны, в которых они угодили в ловушку», – напомнила она себе. Она часто повторяла это, когда те сны только начали ей сниться. Почти так же часто людям снятся сны про то, что они стоят голые посреди класса, падают с огромной высоты или вдруг теряют разом все зубы. «Вот только эти сны казались реальными».
Волевым усилием Чарли снова заставила себя думать о настоящем: даже сцена жестокого убийства лучше, чем те кошмары.
«Должны были остаться следы от колес. Он же не пешком туда пришел, он на чем-то приехал на то поле».
Чарли поежилась и вернулась в кинотеатр. «Джон подумает, что я чокнутая». Она подошла к открывающимся в обе стороны дверям кинозала и замерла, не в силах войти. Она должна знать. Чарли подошла к молодому парню, скучавшему за буфетной стойкой, и спросила, есть ли в кинотеатре телефон-автомат. Юноша молча указал направо, и Чарли пошла в ту сторону, на ходу роясь в кармане, дабы найти четвертак и визитку Клэя Берка.
То и дело сверяясь с визиткой, она медленно набрала номер, словно цифры на карточке могли измениться, стоило ей отвести взгляд. Клэй Берк ответил после третьего гудка.
– Берк.
– Клэй? Это Чарли.
– Чарли? Что случилось? – быстро спросил полицейский встревоженно, и Чарли представила, как он вскакивает с места, собираясь мчаться на выручку.
– Ничего, я в порядке, – заверила она его. – Все хорошо, мне просто хотелось узнать, вдруг вы еще что-то обнаружили.
– Пока нет, – сказал Берк.
– Ясно.
Полицейский молчал, и Чарли не выдержала:
– Вы можете рассказать мне еще что-нибудь? Знаю, это конфиденциальная информация, но вы уже посвятили меня в это дело. Прошу, если вам что-то известно… Если вы что-то узнали про того человека… убитого…
– Нет, – медленно проговорил Клэй. – То есть я дам тебе знать, если появятся новые сведения.
– Хорошо, – ответила Чарли. – Спасибо.
– Если что – звони.
– Ладно. – Чарли повесила трубку, прежде чем полицейский успел попрощаться. – Я вам не верю, – пробормотала она, обращаясь к висевшему на стене телефону.
Чарли вернулась в зрительный зал и стала ощупью пробираться на свое место, стараясь не шуметь. Джон посмотрел на нее снизу вверх и улыбнулся, глядя, как она садится, но ничего не сказал. Чарли, преисполненная мрачной решимости, улыбнулась в ответ и слегка наклонилась, прижавшись плечом к плечу юноши. Джон изумленно охнул, потом быстро подвинулся и одной рукой обнял девушку за плечи. На миг он крепко сжал ее предплечье, и Чарли прильнула к нему, не будучи вполне уверенной, как действовать в такой ситуации.
«Что, если бы кто-то запихнул его в такой костюм, способный убить человека? Если бы он оказался зажат внутри этой штуки, которая куда-то шагает сама по себе… а потом срабатывают пружинные фиксаторы. Вот только кто знал, как привести их в действие? Кто и зачем это сделал?»
– Я что-то пропустила? – спросила Чарли, хотя почти не обращала внимания на то, что происходило на экране в первой половине фильма. Похоже, теперь там был день, и группа людей забаррикадировалась в каком-то бункере. Чарли не помнила, как выглядят главные герои. Она слегка поерзала на сиденье; обнимающая ее рука Джона расслабилась, зато теперь юноша тянулся к Чарли второй рукой. Почувствовав движение, он попытался было убрать руку, но девушка перестала ерзать и прошептала:
– Все в порядке.
Джон обнял ее второй рукой.
– Да хватит уже, – проворчала девушка.
Джон вздрогнул.
– Прости, я не хотел слишком напирать.
– Да я не тебе. – Чарли указала на экран. – Им следовало бы заминировать подходы к бункеру и просто подождать, пока зомби взорвутся. Конец.
– Думаю, во втором фильме они так и поступят, но его нам придется еще дождаться, чтобы лично удостовериться в правильности твоей догадки. – Джон подмигнул.
– А что, есть и вторая часть? – Чарли вздохнула.
По экрану поползли титры. Чарли с Джоном собрали свои вещи и вместе с остальными зрителями направились к выходу, не говоря ни слова. На улице они остановились.
– Было очень приятно, – сказал Джон так, словно… ему и впрямь было приятно. Чарли рассмеялась, потом застонала и закрыла лицо ладонями.
– Это было ужасно. Худшее свидание в истории человечества. Мне так жаль. Но все равно спасибо, что солгал.
Джон неуверенно улыбнулся.
– Мне было очень приятно тебя увидеть, – проговорил он нарочито непринужденным тоном.
– Просто… Мы можем куда-нибудь отойти и поговорить?
Юноша кивнул, и Чарли зашагала обратно к кампусу, а Джон следовал за ней.
Четырехугольный двор пустовал только глубокой ночью – ну, почти пустовал. То по двору проходил студент, засидевшийся допоздна в лаборатории, то влюбленная парочка сидела в темном уголке. Сегодня ночью все обстояло примерно так же, и они легко нашли темный угол, чтобы там без помех поговорить. Чарли села под деревом, Джон последовал ее примеру и терпеливо ждал, когда она заговорит. Девушка смотрела на темные очертания деревьев, видневшихся в промежутке между двумя зданиями.
Наконец юноша не выдержал.
– Итак, в чем дело?
– Точно. – Чарли посмотрела ему в глаза. – Сегодня ко мне заезжал Клэй.
У Джона округлились глаза, но он ничего не сказал.
– Он возил меня посмотреть на труп, – продолжала Чарли. – Человек умер внутри одного из костюмов-талисманов.
Теперь Джон хмурился; Чарли почти видела, как в голове юноши сменяют одна другую мысли: что все это значит и как все это связано с ней, Чарли.
– Это еще не все: Клэй сказал мне, что в главном обеденном зале пиццерии «У Фредди» нашли кровь. Искусственную.